Западные спецслужбы встревожены усилившейся деятельностью российской разведки — об этом сообщила газета The Financial Times. Один из неназванных собеседников издания отметил, что «русские могут проводить очень сложные операции, которые с точки зрения разведки невероятно круты». История в самом деле знает немало примеров невероятной работы как российских, так и советских разведчиков. Один из них — служба знаменитой разведчицы Елены Косовой: став сотрудницей ООН — первой из советских женщин, — она успешно провела десятки секретных операций, добыла важнейшую для страны информацию и спасла от неминуемого провала одного из своих коллег. История легенды советской разведки — в материале «Ленты.ру».
Середина 1950-х годов, США. Стоит теплый весенний день, и парк в окрестностях Нью-Йорка полон отдыхающих. Их лица расслаблены, и они ведут непринужденные беседы — но на их фоне сильно выделяются несколько мужчин, которые, стараясь не выдать себя, пристально наблюдают за одним из посетителей.
Эти мужчины — агенты ФБР в штатском, а объект их наблюдения — советский разведчик-нелегал, которого они вот-вот должны задержать. Поводом для задержания должна стать встреча нелегала с представителем советского дипкорпуса — и агенты замерли в ожидании.
Однако объект их наблюдения сначала просто гуляет по аллеям парка в одиночестве, а затем ловит такси и уезжает. Операцию ФБР, которая готовилась многие месяцы и должна была стать крупным успехом спецслужбы, сорвала неприметная женщина, которую они даже не заметили.
Именно она с риском для себя тайком подала нелегалу условные сигналы об опасности и тем самым спасла его от задержания. Этой женщиной была Елена Косова — легендарная советская разведчица времен холодной войны, не допустившая ни единого провала за всю свою долгую службу.
***
Елена Косова (ее девичьей фамилии нет в открытых источниках) родилась 6 июня 1925 года в Москве, в семье командира-пограничника, героя легендарного похода Таманской армии 1918 года. Позже отец Косовой окончил Академию имени Фрунзе, участвовал в Великой Отечественной войне и за отвагу был удостоен ордена Суворова, а также звания генерала.
Сама Елена, которая прилежно обучалась снайперскому мастерству, тоже рвалась на фронт, но к тому моменту, когда девушка оказалась готова к сражениям, Германия уже капитулировала. Тогда Косова решила окончить двухгодичные курсы иностранных языков Высшей школы Министерства государственной безопасности (МГБ).
![Здание Высшей школы МГБ](https://icdn.lenta.ru/images/2024/03/07/10/20240307105630659/preview_3a5da55bbd4541d9bf477e9096913744.jpg)
Здание Высшей школы МГБ
Фото: Wikimedia
Ее отец был против: он считал, что обеспечение госбезопасности — это не женское дело, однако Елена смогла его переубедить. Она легко поступила на факультет и вскоре начала изучать английский.
Учили мы английский по Джеку Лондону, по другим классикам. Контрольные делали по экономическим текстам, которые изучали в Англии только определенные типы (их называли «котелками»)
Нагрузка была колоссальной: на группу из пяти человек приходилось шесть преподавателей, которые по 7-8 часов ежедневно заставляли студентов слушать американское радио, учиться бегло писать и отрабатывать произношение. По воспоминаниям разведчицы, к окончанию учебы ее английская речь была безупречной — она говорила с чистейшим оксфордским акцентом.
Как ни странно, в будущем это обернулось для нее определенными проблемами.
Моя речь была слишком грамотной и такой литературной, что, когда мы приехали с мужем работать в Нью-Йорк, меня вначале просто не понимали. Благо, что мы не были нелегалами, и даже по легенде мы представлялись русскими, иначе наш английский грозил бы провалом
Со своим супругом, разведчиком и будущим вице-президентом Ассоциации иностранных корреспондентов при ООН Николаем Косовым, девушка познакомилась в школе МГБ — он был ее выпускником. Николай работал переводчиком у первых лиц государства — например, сопровождал в командировках главу советского МИД Вячеслава Молотова.
Иногда Косов посещал родную школу, чтобы пообщаться с любимыми педагогами. В один из таких визитов он помог Елене перевести текст, а потом пригласил ее на свидание. Предложение своей избраннице Косов сделал в 1947 году — в день ее последнего госэкзамена. Вскоре после этого Елена стала женой Николая.
В те годы, сразу после войны, страна нуждалась в разведчиках-профессионалах — особенно в женщинах. Готовилась атомная война: мы знали достоверно, что примерно в апреле 1949 года США хотят скинуть на Советский Союз бомбу. И перед нами стояла задача — ни много ни мало спасти родину, так что мы не могли думать ни о чем другом
Свои люди в ООН
Проработав два года на американском направлении отдела «В» Комитета информации (так тогда называлась внешняя разведка), Косова в компании супруга отправилась в первую в своей жизни зарубежную командировку — в США. При этом Николай, получивший позывной Ян, ехал в Америку как корреспондент ТАСС.
В то же агентство планировали пристроить и Елену, которой присвоили оперативный псевдоним Анна, но не вышло.
В Москве меня официально оформили сотрудницей отделения ТАСС в Нью-Йорке. Но в месте назначения выяснилось: для того чтобы освободить мне место в представительстве ТАСС, должны были уволить негритянку, а у нее двое или трое детей. Я отказалась
В итоге Елена, которая, по легенде, окончила институт тихоокеанских отношений, стала первой женщиной — сотрудницей советской делегации при ООН, специалистом по защите прав женщин. Одновременно Косова стала исполнять обязанности оперативного секретаря советской резидентуры — предшественнице Елены пришлось вернуться в СССР из-за болезни мужа.
![Здание ООН в Нью-Йорке](https://icdn.lenta.ru/images/2024/03/07/11/20240307112725090/preview_0ffe900149ff0422367ecddcc26ab0dd.jpg)
Здание ООН в Нью-Йорке
Косовой пришлось срочно осваивать искусство быстрого набора на печатной машинке, попутно занимаясь переводом многочисленных справок и донесений. А немногим позже Елене поступило предложение, которое для нее как для разведчицы стало редкой удачей.
Через некоторое время меня рекомендовали на работу в штаб-квартиру одной из крупных международных организаций (ООН — прим. «Ленты.ру»). Поручили мне африканский участок по несамоуправляемым территориям. И я выступала с докладами, делала анализ и вообще выполняла свою официальную работу так, что никто не мог придраться
На тот момент Елена была единственной советской женщиной в штате организации. Поначалу она работала в отдельном кабинете без двери, куда периодически наведывались любопытные коллеги — посмотреть на новичка. В подчинении у Косовой — международного чиновника — оказались сотрудники из Австрии, Польши, Китая и Великобритании.
Работали вместе с Еленой и другие советские разведчики: опасаясь прослушки, в здании штаб-квартиры они никогда не обсуждали ничего, связанного с их тайной деятельностью, или же использовали шифры. А после рабочего дня в ООН они садились в машину Косовой и ехали в резидентуру при генконсульстве СССР, где на втором этаже была комната с радистом.
Разведка по-женски
По легенде для сотрудников генконсульства, Косова заведовала там архивом экономического отдела. На деле же она входила в группу легенды научно-технической разведки Владимира Барковского — одного из лучших охотников за ядерными секретами.
Он мне давал поручения — скажем, напечатать письмо в перчатках, в другом районе бросить в определенном месте, с кем-то встретиться
По некоторым данным, деятельность Елены была связана со знаменитыми советскими агентами Моррисом и Леонтиной Коэн, письма которых хранились в семейном архиве Косовых наряду с тюремными рисунками другой легенды советской разведки — Рудольфа Абеля (Вильяма Фишера).
Между тем в должностные обязанности Косовой как сотрудника ООН входили контакты с представителями делегаций других западных стран. Одна из иностранных чиновниц была ценным осведомителем советской резидентуры, но, опасаясь за свою репутацию, не хотела общаться с мужчинами-разведчиками.
Поэтому кандидатура Косовой на роль ее куратора пришлась как нельзя кстати
Во время своих встреч женщины разыгрывали настоящие спектакли — на тот случай, если окажутся в поле зрения американской контрразведки. Например, в торговом центре одна из них поднималась на эскалаторе, а другая спускалась.
Поравнявшись друг с другом, они изображали удивление от «случайной» встречи и обменивались быстрым рукопожатием. Этого вполне хватало для передачи шифровок со сверхважной для СССР информацией о позициях стран-членов НАТО по большинству мировых проблем. После обработки эти данные незамедлительно передавались в Москву.
Косова в свою очередь снабжала свою осведомительницу инструкциями от Центра и списком интересующих Советский Союз вопросов. При этом встречались они и в других местах.
Общение двух дам, их «случайные» встречи в кафетерии, магазине, в дамских комнатах на разных этажах [торговых центров] и в парикмахерской ни у кого не вызывали подозрений
«В случае опасности уничтожить материалы»
Примерно по той же схеме разведчица Косова встречалась еще с одним информатором — сотрудницей важного американского госучреждения, которая дважды в неделю снабжала Елену весьма ценной информацией. В ходе этих встреч Косова была предельно осторожна: все шифровки-видеопленки внутри специальных капсул она всегда была готова уничтожить.
Для этого ей всего лишь требовалось нажать специальную кнопку на автомобильной пепельнице — и все ее содержимое быстро сгорало. Пару раз Елене едва не пришлось прибегнуть к этому методу: один раз в тоннеле ее остановил полицейский — и рука разведчицы потянулась к пепельнице.
![Американские полицейские измеряют скорость на дороге. Штат Коннектикут, 19 июня 1947 года](https://icdn.lenta.ru/images/2024/03/07/11/20240307114654945/preview_1ab753a846574e46db9bd51ed0648e1a.jpg)
Американские полицейские измеряют скорость на дороге. Штат Коннектикут, 19 июня 1947 года
Фото: Carl Nesensohn / AP
К счастью, угроза оказалась ложной: страж порядка всего лишь сообщил, что на дороге образовалась пробка, и попросил Косову немного подождать. В следующий раз ей пришлось волноваться, когда во время похода в кино она получила от мужа секретные документы, которые нужно было везти в другой штат. Но по пути Косова нарушила ПДД, и ее остановил полицейский.
Я знала, что, по инструкции, в случае опасности полагалось уничтожить материалы. Но, разумеется, такой поворот событий меня не устраивал
Мило улыбнувшись, Елена соврала стражу порядка, что опаздывает на собственную свадьбу, — тот поверил и отпустил ее, сказав впредь не нарушать ПДД. Впрочем, порой разведчице приходилось по-настоящему рисковать своей жизнью: однажды у нее случился странный сердечный приступ — а потом, на обследовании, у нее нашли заболевание щитовидной железы.
Косовой требовалась госпитализация, но та от нее категорически отказалась — испугалась, что спецслужбы смогут разговорить ее в больнице, тайно введя «сыворотку правды».
Есть такое понятие, как talking drug — человека «раскалывают» с помощью лекарственных препаратов. Дают таблетки — и он отвечает на любые вопросы. Потому нам, разведчикам, запрещалось проходить даже медобследование без присутствия наших докторов
К счастью, Елене удалось справиться с проблемами со здоровьем без госпитализации. Но в итоге все опасения были напрасны: старший лейтенант Косова, едва ли не единственная из всех сотрудников советского посольства, была вне подозрений — казалось, она всегда находилась в слепой зоне для американской контрразведки.
«Мы понимали друг друга по глазам»
Удивительной незаметностью Косовой решили воспользоваться в резидентуре, когда узнали, что одному из советских разведчиков-нелегалов в США грозит опасность. Согласно оперативной информации, его должны были задержать на встрече с представителем советского дипкорпуса в одном из парков соседнего штата — речь об этом шла в начале статьи.
К подобной встрече вообще готовятся дня три. Смотрят, в какой ресторан человек зайдет, где его можно проверить, нет ли за ним хвоста. Но у меня не было на все это времени
Попытка заранее перехватить разведчика окончилась фиаско — и Косовой пришлось с риском для себя идти в парк, где на одной из аллей она, наконец, увидела свою цель. Подав нелегалу условные сигналы об опасности, Елена поспешила к своей машине, припаркованной на безлюдной улице, и отправилась обратно в Нью-Йорк.
![Парк Риверсайд в Нью-Йорке](https://icdn.lenta.ru/images/2024/03/07/12/20240307120647959/preview_d06892390dfbe91fe2aa0563c96a300b.jpg)
Парк Риверсайд в Нью-Йорке
Фото: James Andrews1 / Shutterstock / Fotodom
А спасенный ею нелегал, для вида побродив по парку, покинул его, оставив ни с чем следивших за ним контрразведчиков. Дома Косову за игрой в шахматы дожидались ее супруг и некий советский резидент. О том, что все прошло хорошо, Елена известила мужа едва заметным кивком головы.
Мы никогда не говорили о нашей работе и вообще ни о чем таком с мужем. Если ему надо было знать, удачно ли я выполнила задание, я, вернувшись домой, слегка кивала ему головой. Мы научились понимать друг друга без слов — только по глазам
Супруги Косовы проработали в США семь лет: в 1956 году беременная Елена вернулась в Москву — рожать в Штатах разведчица не хотела из-за того, что ее ребенок позже должен был бы служить в американской армии. Но после рождения сына Коли помочь Косовой было некому — ее мать болела и не могла позаботиться о внуке.
Поэтому Елена решила уйти в трехлетний отпуск, чтобы посвятить себя воспитанию ребенка. Ей предложили уволиться с возможностью восстановления на службе в любое время, и Косова согласилась. До восьми лет Коля думал, что его мама работает поваром, а случайно узнав правду о работе родителей, как настоящий потомок разведчиков никому не выдал секрет.
Бюст для «железной леди»
Несмотря на то что Косова официально не вернулась на работу в разведку, она не раз помогала своему супругу на его секретной работе. В частности, Елена неоднократно выручала Николая во время их семейной командировки в Нидерланды, где Косов для прикрытия получил должность дипломата.
Резкий карьерный рост Косова, который из корреспондента ТАСС стал помощником советского посла, насторожил голландскую контрразведку — и за супругами установили наблюдение. Однако Николай все равно умудрялся добывать важную для Советского Союза информацию, часто не без помощи Елены.
![Николай Косов — муж Елены Косовой](https://icdn.lenta.ru/images/2024/03/07/12/20240307120105063/preview_77d1382b35162e147d1ac5b2c5411719.jpg)
Николай Косов — муж Елены Косовой
Изображение: книга «Внешняя разведка СССР – России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры»
Та знакомилась с женами потенциальных агентов и оценивала их семьи на предмет возможного сотрудничества.
Если мы были на приеме, муж просил подойти к такой-то паре, познакомиться и разговорить их
Между тем, находясь в Нидерландах, Елена Косова нашла свое второе призвание — она решила стать скульптором. Во время следующей командировки — в Будапешт, куда Николая Косова на 12 лет направили в качестве представителя КГБ в Венгрии — 50-летняя Елена нашла себе преподавателя лепки и быстро добилась успеха в этом искусстве.
Портреты людей созданы [Косовой] с захватывающей дух виртуальной реальностью и осязаемостью. Елена поражает умением передавать внутреннее содержание образов
В восторге от творчества Елены Косовой осталась и британский премьер Маргарет Тэтчер: бюст «железной леди» разведчица преподнесла ей в подарок при личной встрече. У Косовой, которая в 1984 году вступила в Союз художников СССР, состоялось 12 персональных выставок. 60 ее работ хранятся в музеях России, Венгрии, Франции и Германии.
Лепила Косова и бюсты своих коллег: за работы, посвященные Владимиру Барковскому и разведчице Зое Воскресенской-Рыбкиной, в 2010 году Елена была удостоена премии Службы внешней разведки (СВР) в области искусства и литературы.
***
В июле 2005 года в жизнь Елены Косовой пришла беда — она потеряла своего верного спутника жизни Николая Косова, которого не стало в возрасте 83 лет.
Он был самый дорогой для меня человек, хотя мы, конечно же, иногда ругались. Мы, наверное, из той древнегреческой легенды об андрогине, которого разделили на две половинки
Елена пережила любимого мужа почти на десять лет: она ушла из жизни 21 февраля 2014 года в возрасте 89 лет. Свой последний приют Косова нашла рядом с другими знаменитыми разведчиками на Троекуровском кладбище Москвы.