Лента добра
Бывший СССР
Больше интересного — в нашем Instagram

Вечный Елбасы

Назарбаев почти 30 лет правил Казахстаном. Теперь он хочет управлять своим преемником
Касым-Жомарт Токаев
Фото: Reuters

Транзит власти, к которому Казахстан готовился последние десять лет, почти состоялся. В июне в республике пройдут досрочные выборы, а кандидатом от правящей партии «Нур Отан» и, по сути, преемником Нурсултана Назарбаева стал его протеже, врио главы государства Касым-Жомарт Токаев. Однако Елбасы Назарбаев и после такой рокировки не отойдет от дел, став серым кардиналом казахстанской политики. «Лента.ру» разбиралась, насколько прочна будет его власть и как долго продлится в стране двоевластие.

По понятному сценарию

Собственноручно подписав 19 марта указ о своей досрочной отставке, Назарбаев потряс и страну, и мир внезапностью такого решения. Но вопросы касательно будущего Казахстана без Великого Елбасы («лидер нации», официальный титул Назарбаева) мучили казахстанцев и их соседей недолго. Уходя, первый президент так и не ушел. Контроль над законодательной, исполнительной и судебной системами по-прежнему у него в руках — он возглавляет партию власти и пожизненно является председателем Совета безопасности.

Не потерял он влияния и на пост президента: Токаев считается доверенным лицом лидера нации, и пока нет поводов в этом сомневаться. Но Елбасы все равно перестраховывается и пытается рассредоточить власть в разных руках. По своему личному опыту Назарбаев знает, что, доверяя человеку, его все равно надо проверять.

Многолетнее пребывание на посту президента открыло Назарбаеву глаза. Он понял, что почти все страны СНГ можно условно разделить на две группы. В первую входят те, где авторитарный лидер свеж и бодр, да и срок его правления в самом разгаре. Ко второй относятся государства, где президент все еще держится бодрячком, но подминать под себя законодательство больше не может и готовится к транзиту власти.

При этом четкой грани между первой и второй категориями постсоветских автократов нет — четвертьвековая история показывает, что первые постепенно становятся вторыми. Итоговых сценариев для таких государств тоже всего два. Первый: автократ умирает, не успев определиться с преемником, и его окружение спешно находит приемлемую для себя замену. Второй: преемник, декларирующий готовность продолжить курс предшественника, все же находится заранее.

Исход обоих сценариев один. Первое время преемник демонстрирует покровителю уважение и почет, обещает идти его тропой. Но, немного освоившись в новом кресле, принимается зачищать команду предшественника. Параллельно в общественный дискурс вбрасываются ростки сомнений в правильности прежнего курса.

СМИ и соцсети наполняются сообщениями, в которых поступки нового лидера преподносятся как единственно правильные, а главное — востребованные народом. Далее по плану — развенчание культа личности бывшего автократа, снос его памятников. Иногда, как в случае соседнего Узбекистана, избавление от наследия покойного лидера происходит постепенно, без резких заявлений и показных акций.

На чужих ошибках

Нынешний узбекский лидер Шавкат Мирзиеев вроде бы продолжает выказывать почет и уважение покойному Исламу Каримову, а развенчанием культа его личности занимаются отдельные чиновники или гражданские активисты. Но все понимают, что установка исходит сверху. Самое страшное в узбекском сценарии — это начавшаяся расправа с каримовскими родственниками и ближайшим окружением. Назарбаев, у которого много родственников, допустить такое в Казахстане не может.

Есть и другие примеры. Например, стоматолог Гурбангулы Бердымухамедов, сменивший на посту президента Туркменистана Сапармурата Ниязова, недолго скрывал свою неприязнь к предшественнику. Сегодня в стране демонтированы не только все золотые памятники Туркменбаши («глава туркмен», официальный титул Ниязова), но и запрещен его труд «Рухнама», где в поэтической форме изложены основные направления развития страны. Последнее выглядит вполне логично, так как Туркменистан им давно не следует.

Свежий пример — Киргизия. Бывший президент Алмазбек Атамбаев так тщательно выбирал преемника, что открыто вмешивался в предвыборную кампанию на стороне своего протеже Сооронбая Жээнбекова и критиковал его конкурента Омурбека Бабанова. Однако после победы Жээнбеков начал действовать строго по сценарию авторитарного транзита: избавился от команды предшественника, а вскоре отодвинул подальше от властных рычагов и самого Атамбаева. Противостояние бывшего и действующего президентов достигло такого накала, что в стране заговорили о формировании оппозиции, которую может возглавить бывший президент.

Но Назарбаев — искушенный политик, и все эти сценарии ему не в новинку. Свой путь по карьерной лестнице в середине 1980 годов первый президент Казахстана начал с того, что «подсидел» шефа — главу ЦК Компартии Казахской ССР Динмухамеда Кунаева. Примечательно, что именно Кунаев еще в конце 1970-х заметил во втором секретаре Карагандинского обкома партии Назарбаеве скрытые политические таланты и начал продвигать его по службе. В 1979 году молодого партийного функционера назначили на должность секретаря ЦК Компартии Казахстана. При этом Кунаев настолько доверял Назарбаеву, что называл его сыном.

Но идиллия длилась недолго. Когда Михаил Горбачев взялся за перестройку Советского Союза, одной из задач он поставил обновление союзной номенклатуры. Скинуть засидевшегося великовозрастного Кунаева было необходимо, но тот не хотел уходить добровольно. Тогда Назарбаев взял на себя задачу по «разоблачению культа». За это Горбачев пообещал ему должность «отца» — первого секретаря ЦК Компартии Казахстана.

На 16-м съезде Компартии Казахстана в феврале 1986 года Назарбаев выступил с резкой критикой Кунаева. Причем будущий президент не брезговал ничем. Критике подверглись не только профессиональные заслуги бывшего главы государства, но и его родственники. Назарбаев обвинил брата Кунаева Аскара, который возглавлял Академию наук Казахской ССР, в аморальном поведении и злоупотреблении алкоголем. Напирал Назарбаев и на то, что Кунаев якобы не этнический казах — с его слов выходило, что такой человек не может возглавлять национальную республику. Вскоре Кунаев покинул свой пост. Он был шокирован поступком «сына», но пожелал ему удачи.

Теперь же, руководствуясь как собственным опытом, так и опытом соседей, казахстанский Елбасы решил обезопасить себя от схожих сценариев. Для этого он придумал новую форму транзита — управляемую. Ее суть заключается в том, что весь процесс передачи власти преемнику от начала и до конца происходит под контролем.

Можно возразить, что и Атамбаев, и Каримов, и другие постсоветские автократы тоже пытались просчитать сценарии перехода власти, а значит, управляемый транзит нельзя назвать изобретением Назарбаева. Но особенность назарбаевской модели в том, что передача поста президента — это лишь видимая часть айсберга. Суть как раз в тех процессах, которые не видны обывателю с первого взгляда. Более того, с помощью формальной отставки Назарбаев фактически пошел на повышение.

Превращение в сверхчеловека

Готовиться к транзиту Назарбаев начал сильно заранее, почти 10 лет назад. Это была многоходовая операция. Процесс начался не с поиска нового лидера, которому первый президент был бы готов передать управление страной. Назарбаев начал с увековечивания своего имени.

В городах Казахстана, помимо бюстов президента, стали устанавливать позолоченные контррельефы его ладони. Появилось поверье, что, если приложиться к этому оттиску и загадать желание, оно непременно сбудется. Неизвестно, скольким страждущим помогли эти малые скульптурные формы, но глава государства стал восприниматься как сверхчеловек. Официально закрепленный парламентом статус «лидера нации» укрепил веру в избранность Назарбаева. Главное — и сам президент окреп в своей вере, что не может просто так взять и уйти.

Титул Великого Елбасы обеспечил Назарбаеву не только имидж, но и законодательную возможность после отставки влиять на внутреннюю и внешнюю политику Казахстана. При этом органам исполнительной власти запрещено игнорировать мнение или советы «лидера нации».

Наставничеством будущих лидеров дело не ограничилось. Руководство Советом безопасности позволяет Назарбаеву определять курс всех силовых структур, включая спецслужбы и армию. Кроме того, покинув президентский пост, он вошел и в состав Конституционного совета, а значит, контроль над судебной системой тоже остается под зорким оком Елбасы. Не остается без присмотра лидера нации и законодательная ветвь. Руководство правящей партии «Нур-Отан» тоже заточено под него.

Все эти страховочные меры понадобились Назарбаеву, чтобы обезопасить от новых управленцев и страну, и свою семью. Под «семьей президента» в Казахстане подразумеваются его многочисленные родственники и все ближайшее окружение: политические и бизнес-элиты, силовики и даже так называемые жузы — объединения казахских кланов.

Выдохнули с облегчением

Казалось, сложив всю эту мозаику, Назарбаев вот-вот назовет имя преемника. Но он медлил, что провоцировало появление новых версий и сценариев передачи власти. Всерьез этим вопросом Назарбаев занялся после смерти Каримова: развернувшаяся в Ташкенте борьба за власть заставила его пристальнее присмотреться к окружению и сосредоточиться на конкретных фигурах.

Граждане Казахстана тоже понимали, что транзит не за горами. Сомнений совсем не осталось после того, как в феврале президент лично обратился в Конституционный совет за разъяснениями, в каких случаях он может досрочно сложить с себя полномочия. Это дало обществу уверенность, что имя нового президента они узнают раньше, чем состоятся выборы, запланированные на 2020 год.

Люди также понимали, что Назарбаев все равно сохранит власть или придумает способ, как влиять на систему после отставки. Однако вся политика Центральной Азии персонифицирована, и рано или поздно власть все равно окажется сосредоточена в руках нового лидера, неважно, какого по счету — первого, второго, пятого: все равно, конституция, законодательство наделяют его всей полнотой власти.

Измененные специально под первого президента Назарбаева статьи законов через какое-то время окажутся ненужными хотя бы потому, что эликсир бессмертия пока не изобретен, а Великому Елбасы уже 78 лет. Все вышеперечисленные обстоятельства усиливали интерес к имени преемника и тревогу в обществе.

Когда Назарбаев заявил, что оставляет после себя на посту президента главу Сената Касым-Жомарта Токаева, казахстанцы облегченно выдохнули. Дипломат, полиглот, владеющий английским, китайским, русским и казахским языками, политик с многолетним опытом и просто признанный интеллектуал — о таком преемнике можно только мечтать. Казахстанцы также ценили его уравновешенность в любой ситуации, умение вести диалог и находить общий язык с разными силами и группами интересов.

Некоторые, однако, упрекали Токаева в излишней интеллигентности и мягкости, которые не всегда полезны в политике.

Другие варианты

Назначение Токаева пресекло опасения, что власть достанется силовикам, националистам или олигархам из ближайшего окружения Назарбаева. Среди таковых эксперты всерьез рассматривали кандидатуры Карима Масимова — главы Комитета национальной безопасности Казахстана, Тимура Кулибаева бизнесмена и по совместительству зятя Назарбаева, а также Самата Абиша — заместителя главы КНБ (Комитет национальной безопасности), который известен своими националистическими взглядами.

Кандидатура Дариги Назарбаевой, старшей дочери первого президента и опытного политика, которая в разное время занимала важные государственные посты, всегда рассматривалась в списке преемников. Назначение Дариги главой сената вначале многие расценили как знак, что не Токаев, а именно она и станет президентом.

Дарига и сейчас остается в этом списке кандидатов на случай, если что-то пойдет не так. Однако дочь Назарбаева за годы работы рядом с ним хоть и обрела управленческий опыт, но жестким управленцем не могла считаться. Кроме того, ей помешал бы опыт соседнего Узбекистана: история Гульнары Каримовой, дочери покойного узбекского лидера, ныне преследуемой по уголовным делам, у всех на слуху. Конечно, Дарига — не Гульнара. Ее не подозревают ни в каких мошеннических схемах. Дарига, в отличие от Гульнары, не проявляла публично президентских амбиций. Но никто не знает, что может быть после того, как Назарбаев в силу возраста все же отойдет от дел.

Стоит помнить и о том, что каждый раз, когда в политическом и общественном дискурсе звучит имя Дариги, вспоминают ее покойного супруга Рахата Алиева. Много лет он считался доверенным лицом Назарбаева, но потом попал в опалу за злоупотребления властными полномочиями. Против него были возбуждены уголовные дела по фактам связей с криминалом. Он долгое время скрывался в Австрии, однако власти этой страны вскоре арестовали и приговорили его к тюремному сроку. В 2015 году он был обнаружен повешенным в одиночной камере. Дариге пришлось сложнее всего — выбор между мужем и отцом оказался не самым простым.

В Казахстане время от времени распространяются слухи о том, что Алиев все же жив. В это верят не только досужие домохозяйки, но и серьезные эксперты и политологи. Они апеллируют к тому, что подтверждения версии самоубийства так и не были обнародованы. Да, это всего лишь слухи, но они сильно влияют на имидж Дариги. Это сильно снижает ее шансы занять пост отца в 2020 году. Кроме того, женщина во власти для патриархального Казахстана — это пока сверхреальность.

Но не стоит недооценивать и Токаева. За месяц у власти он показал себя не только преданным сторонником Елбасы, но и амбициозным политиком, он активно пользуется богатым политическим опытом и уважением коллег. Сегодня от образа мягкотелого «технического» кандидата не осталось и следа. Более того, ему доверяют не только в Казахстане, но и во всем мире благодаря его достижениям на дипломатическом поприще. Главное, что ему благоволят ближайшие союзники — Россия и Китай. Так что собрать и сплотить собственную команду для него не составит большого труда.

Даже если дряхлеющий Назарбаев в какой-то момент начнет опасаться усиления Токаева, для системы, которая постепенно научится жить без него, его мнение не станет определяющим. Опыт соседнего Узбекистана как раз это подтверждает. Мирзиеев не был выдающимся управленцем, но, когда встал вопрос о преемственности, он сумел сплотить вокруг себя элиты, а потом избавиться от недовольных.

Сегодня эти сценарии кажутся невероятными. И модель управления, которую выстроил Назарбаев, скорее напоминает иранскую, где мнение «аятоллы» важнее, чем мнение президента. Но продлится она лишь до тех пор, пока здоровье и бодрость позволят Великому Елбасы ее удерживать.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики