Лента добра
Путешествия
Больше интересного — у нас во «ВКонтакте»

Миражи и агрессия

Россияне на «Газелях» решили пересечь самую большую пустыню мира и выжили
Фото: Александр Жихарев

Сахара всегда манила искателей приключений и путешественников. В XX веке ее полюбили спортсмены — пустыня стала ареной различных соревнований. Москвич Александр Жихарев проехал параллельно маршруту супермарафона Africa Eco Race из Монако в Дакар на обычном ГАЗ «Соболь» и рассказал о своих приключениях «Ленте.ру».

Немного истории

Термин «ралли» впервые был использован в далеком 1907 году на соревнованиях в Монте-Карло для обозначения продолжительных автомобильных гонок. Справедливости ради стоит признать, что подобные состязания существовали и ранее. В 1894 году прошла гонка между Парижем и Руаном, спустя год автомобили мчались по маршруту Париж — Бордо — Париж.

Машины совершенствовались. Так, Эмиль Левассор в ходе марафона 1903 года Париж — Мадрид продемонстрировал среднюю скорость 103 километра в час! И это в начале XX века, когда самодвижущиеся экипажи еще были в диковинку! Автомобильный мир стремительно менялся: уже в 1907 году машины прошли маршрут Пекин — Париж, а спустя год — Нью-Йорк — Париж. Каждое из этих супертяжелых, даже по современным меркам, ралли стоит отдельного рассказа.

Они вошли в историю, участники их — без сомнения герои. Сейчас символом высочайшего мужества в автоспорте остается «Дакар». Идея длинного и сложного марафона принадлежит мотогонщику Тьерри Сабину. Любопытно, что мысль об организации такого ралли появилась у него после тяжелейших испытаний, когда он оказался один в пустыне и спасся чудом — его подобрали туареги.

Во второй половине XX века появился термин «ралли-рейд», означающий гонку по пересеченной местности на большие расстояния. Тьерри Сабин организовал первый марафон между Парижем и Дакаром, что дало название ежегодному соревнованию. Маршруты менялись и проходили по территории Франции, Португалии, Алжира, Нигера, Мали, Сенегала, Мавритании, Марокко и других.

В 1992 году финиш состоялся на самом юге Черного континента — в Кейптауне. Машины прошли через всю Африку! В названии исчез Париж, остался только Дакар. Название гонки стало нарицательным и уже не привязывалось к географической точке. 2008 год является особой вехой в истории Дакара — именно тогда в Мавритании убили шестерых французских туристов, и местные террористические группировки объявили, что это только начало. История мутная, просочилась информация, что в этом преступлении участвовала запрещенная в России «Аль-Каида». Якобы террористы предложили организаторам заплатить круглую сумму и жить спокойно.

Но те отказались идти на поводу у вымогателей, и «Дакар» переехал в сравнительно благополучную, по сравнению с Африкой, Южную Америку. Вроде бы ландшафт сходный, да и испытания идентичные. Но ветераны «Дакара» чувствовали: что-то не то! Как в анекдоте про поддельные елочные игрушки, которые выглядят как настоящие, но радость от них не та.

Вернуть «Дакар» в Дакар

Двукратный чемпион «Дакара» Жан-Луи Шлессер решил, что, даже если «Дакар» уехал за океан, нужно возродить его дух на Черном континенте. Он встретился с авторитетными людьми в Марокко, Мавритании, Сенегале и смог договориться — гонке быть! Всего одно предложение, но чего оно стоило Шлессеру, знает только он. Знает и предпочитает не распространяться об этом.

Кстати, компания Шлессера зарегистрирована в Мавритании. Простой и милой стране, в которой работорговлю официально отменили совсем недавно — в конце XX века. А неофициально она процветает и ныне. Первое ралли Africa Eco Race прошло в 2009 году, и чемпионом в абсолютном зачете стал сам Жан-Луи Шлессер!

Так и существует сейчас два автомобильных марафона. «Дакар» катит по Южной Америке, а Africa Eco Race стартует в Европе и финиширует в Дакаре. Такая географическая загогулина. Оба соревнования массовые. Но «Дакар» существенно дороже Африки. Поэтому в Южную Америку едут профессиональные команды с очень серьезной финансовой подпиткой.

Марафон Africa Eco Race тоже недешевый, это не в булочную сходить. Однако все равно затраты в разы меньше, и по маршруту «настоящего "Дакара"» — а именно так называют Africa Eco Race — могут поехать не только профи, но и просто стремящиеся реализовать свою мечту. Как в альпинизме — на вершину мира Джомолунгму могут забраться не только чемпионы. Хотя, разумеется, определенная подготовка и финансовая подпитка необходимы.

В Africa Eco Race с самого начала участвовало много россиян. И не только участвовали, но и побеждали. Владимир Васильев выиграл марафон 2017 года в зачете внедорожников за рулем MINI Countryman, а лучшими среди грузовиков становились пилоты «КамАЗа» Антон Шибалов (в 2013, 2015, 2016 годах) и Андрей Каргинов (в 2017-м). Также нужно отметить победу в категории внедорожников в 2016-м казахстанца Каната Шагирова.

В гонке 2019 года приняло участие сразу несколько экипажей из России. Это команда «ГАЗ Рейд Спорт», выступавшая на двух внедорожниках «Газель Next» и двух грузовиках «Садко Next», экипаж братьев Куприяновых на французском багги Optimus и Алексей Титов с Андреем Русовым на пикапе Ford Raptor. Помимо боевых экипажей, в марафоне участвовала целая кавалькада машин сопровождения, на которых передвигались механики и журналисты. Экипажам «ГАЗ Рейд Спорт» ассистировали два грузовика «Урал Next», автобус «Газель» и два полноприводных «Соболя», один их которых достался мне.

Для того чтобы иметь возможность подъезжать к каналу — так на профессиональном сленге именуют боевую трассу, — стандартный ГАЗ «Соболь» доработали до гоночных нормативов. Установили каркас безопасности, спортивные сиденья, силовой бампер. Есть пневматическая установка «Беркут», позволяющая в считаные минуты доводить давление до положенного уровня в спущенных для преодоления бездорожья колесах.

Дикари на Ривьере

За несколько дней до старта в маленьком французском городке Ментон, расположенном у границы с Италией, стала собираться непривычная для здешних мест публика. От Тулона до Италии раскинулась Французская Ривьера — один из самых известных и респектабельных курортов мира. Публика здесь соответствующая, поэтому чумазые механики и пилоты, срочно дорабатывающие свои автомобили к предстоящей гонке, выглядели инопланетянами.

Ментон закончил отмечать Рождество и готовился к Новому году. В тени пальм и апельсиновых деревьев на развлекательных площадках красовались новогодние инсталляции: замерли волки и олени, искрился искусственный снег. Но участников ралли Africa Eco Race мало трогали местные красоты. Боевой автомобиль, как и ремонт в квартире, полностью подготовить к гонке нельзя. Всегда найдется элемент, который нужно подтянуть и смазать. Так длилось до утра 30 декабря, когда туманную дымку бухты Монако встревожил теребящий душу рокот спортивных автомобилей.

Каждый участник такого ралли — личность. Но и среди личностей есть выдающиеся. Таковым я бы назвал чеха Томаша Томачека на грузовике Tatra. Обычно в кабине грузовика на ралли находятся три человека — пилот, штурман и механик. Но Томаш был один! Я, грешным делом, подумал, что он едет на последние копейки, у него банально не хватило денег на попутчиков — профессионального штурмана и механика нанимают.

Оказывается нет, таков был выбор Томаша. Он решил для себя усложнить задачу. Так некоторые направляются на вершину Эвереста в одиночку и без кислородных баллонов. Томаш знал, на что он идет: он был лучшим в грузовиках на Africa Eco Race в 2011, 2012 и 2014 годах.

«Пилот рулит, штурман ему указывает — так неинтересно. Я хочу пройти всю трассу до Дакара сам, это мой путь. И я дойду», — сказал Томаш за несколько минут до старта. Взревели моторы, и кавалькада двинулась в сторону порта Сите. Там ждал гигантский паром, который, как чудо-юдо рыба-кит, заглотил сотни машин с экипажами и тихо отчалил в сторону Африки.

Новогодняя вечеринка

До берега Черного континента полтора дня пути. И каких: выходим вечером 30 декабря, а высаживаемся рано утром 1 января. Казалось бы, по всем признакам ожидается разгуляй. Но нет, тихо и спокойно. Однако это обманчивое спокойствие — весь гигантский корабль фосфорецировал флюидами напряженности. Народ улыбался, но делал это как-то натужно. У каждого участника в глазах была тревога. Действительно, как оно сложится там, в Африке? Уже 1 января запланирован боевой этап, который пойдет в зачет.

Прогуливаясь по кораблю, я не раз видел пилотов и штурманов, которые мыслями были уже на трассе. Они смотрели на блики Средиземного моря, но видели гигантские дюны, каменистые плато и пески, простирающиеся до самого Атлантического океана.

В общем, праздником и не пахло. Народ отсыпался впрок по каютам, пробираясь в столовую, спотыкался об лежащих прямо на полу арабов — многие из них садились без мест и находили себе первый попавшийся уголок. И то, что этот уголок расположен прямо на проходе, никого не напрягало.

Новый год мы, конечно же, отметили. Страна у нас большая, поэтому встретили по челябинскому, ульяновскому, московскому и местному времени. Когда Новый год наступил во всех актуальных для меня уголках Земли, я вышел на палубу. Монотонный гул двигателей, ярко освещенный корабль и черная бездна моря. Я вглядывался в нее и думал: «Говорят, что как встретишь Новый год, так его и проведешь. Какой же будет 2019-й, если я пересек границу времени на территории без границ, на ничейной земле? Причем земля находится под толщей воды, до нее не доберешься».

Запах приключений

Раннее утро 1 января редко бывает приятным. Утро 1 января 2019 года не стало исключением. Наш паром изрыгал из себя сотни машин, которые несколькими ручейками упирались в марокканскую таможню. Ступив на землю Черного континента, я всей грудью вдохнул воздух, надеясь ощутить запах бесконечных просторов и приключений. Увы, Африка обманула меня, отозвавшись сладковатой вонью тухлятины. Дышать полной грудью сразу же расхотелось.

Местные «погранцы» и таможенники расслаблены и флегматичны. Они приходят, начинают работать, а потом куда-то испаряются. Возможно, в их передвижениях присутствует какая-то логика, но я ее не уловил. Таможенник может подойти к машине, приказать открыть багажник и, даже не взглянув в него, уйти к кому-то другому. На этой таможне можно стоять сутками и неделями, но за несколько часов весь наш караван каким-то чудом просочился через границу.

Мы заранее изучали нормы ввоза в Марокко сигарет и алкоголя, беспокоил запрет на наличие в багаже профессиональной фото- и видеоаппаратуры. Зря волновались, таможне наш багаж был не интересен. Нас вообще не стали осматривать, просто проштамповали документы и отвернулись.

Коварная пустыня

Первая ночевка прошла на каменистом плато. Кругом нереальный лунный пейзаж. Ровная, как стол, равнина, прямо из камней изредка торчат верблюжьи колючки, вдалеке горы, и над всем этим великолепием небо, усыпанное миллиардами звезд. Месяц в Африке иной, по сравнению с Россией, он повернут на 90 градусов. В небе висит этакая лодочка. В лучах рассвета Марокко стало еще прекраснее. Неслучайно именно в этом месте снимали фильм «Мумия». По названию фильма и плато называется Ла Моми.

Второй гоночный день обещал быть непростым. На брифинге организаторы сказали: теперь вы узнаете «настоящий "Дакар"»! Не обманули. По словам пилота команды «ГАЗ Рейд Спорт» Евгения Суховенко, столько копать ему еще в жизни не приходилось: «В моей практике были пески Казахстана, но Марокко — иное дело. Нужна филигранная техника и опыт».

На третий гоночный день разбился мотогонщик Жюльем Видом на KTM. Повезло, что его случайно заметил Марио Пигораро. Он остановился, вызвал помощь и, наплевав на время, был со своим товарищем до прибытия спасателей. Видома срочно эвакуировали во Францию. Организаторы Africa Eco Race поощряют благородное поведение: если будет доказано, что экипаж задержался, оказывая помощь, то время скорректируют.

Был повод проявить себя и у нашего журналистского экипажа — помогли организаторам вытащить из песков совершенно выбившуюся из сил мотогонщицу. Она с жадностью выпила нашу воду и преодолела последние километры только на силе воли, жизненных сил уже не было. Я поздоровался с ней на следующий день, она меня не узнала: похоже, что лица, пески и дюны вчерашнего дня слились в ее памяти в одно большое черное пятно.

Большинство участников были страшно вымотаны и просто валились с ног. А экипаж Михаила Шкляева и Александра Лагуты в этот день увидели настоящий мираж. Они мчались с плато и вдруг увидели, что дорога уходит в огромное озеро. Штурман стал судорожно смотреть по карте, никаких водоемов на сотни километров кругом! Вот уже рядом блестящая поверхность с красивыми белыми цветами у берега. Она уже совсем близко, вот-вот и машина окунется в воду. Но вода расступилась и туман рассеялся. К счастью, экипаж «Садко Next» не поддался на провокацию природы и отлично закончил этот день.

Нежеланные гости

Значительную часть поступлений в бюджет Марокко обеспечивает туризм. Где-то там, в столицах и курортах, к гостям наверняка относятся хорошо. Но в марокканской глубинке ситуация иная, гостеприимства не чувствуется ни на грамм. Предлагают что-то купить, но если сделка не удается, то могут плюнуть тебе на спину.

Дети кричат «Cadeau, cadeau!» (подарок по-французски). Но они не просят презент, а требуют его! Дважды в нашу машину летели камни. «Соболь» выдержал, но в нашей душе неприятный осадок остался. Машину нужно держать закрытой, карманы застегнутыми. Чуть отвернешься — и останешься без вещей. Антисанитария кругом страшная. Везде объедки, ветер гоняет пустые пластиковые бутылки. После каждого выхода из далеко не стерильной машины хочется максимально продезинфицировать себя. Организаторы рекомендуют не здороваться друг с другом за руку, чтобы не разносить заразу.

Все сложнее становится и трасса. Тяжело и гонщикам, и нам, журналистам, — ради возможности сделать красивый кадр приходится забираться в глухое бездорожье. Пока караван шел по каменистым плато Марокко, главную опасность представляли острые камни, разбросанные тут и там. По мере продвижения на юго-запад становилось все больше песка и мелкодисперсной пыли, которую в Африке называют феш-феш. Когда машина влетает в феш-феш, он буквально взрывается, заполняя собой все вокруг. Ничего не видно, пыль проникает в салон сквозь уплотнители, становится тяжело дышать.

Тут главное не бросить правую педаль и не потерять импульс — откапывать машину придется очень долго, и не факт, что удастся обойтись без посторонней помощи. И это в лучшем случае. Экипаж Шкляева и Лагуты на грузовике «Садко Next» под номером 409 в густой едкой пыли не заметил опасный участок — машина перевернулась и встала кверху лапками. Проезжавшие мимо коллеги были искренне убеждены, что машина не сможет продолжить выступление в гонке. Но «Садко» все же поставили на ноги и добрались до лагеря. Смотреть на машину страшно: разбитая физиономия, стекло в трещинах, система охлаждения в коматозном состоянии… Пустынная Сахара обогатилась витиеватыми переливами речи механиков, обсуждающих, жив ли пациент или нет? До рассвета оставалось несколько часов.

Механики — истинные герои любого ралли в пустыне. Если пилот и штурман после дня за рулем могут отдохнуть, то механикам, преодолевшим немногим более простой маршрут, приходится готовить машину к следующему этапу, устранять поломки, а иногда и просто восстанавливать машины. Ночью, на рассвете, в постоянном цейтноте.

На следующий день команда «ГАЗ» ждала вердикта организаторов, определяющих судьбу «Садко». Пришел сам знаменитый «лис пустыни» — Жан-Луи Шлессер. Он задумчиво обошел вокруг машины, травмы которой отливали кровавыми отблесками в лучах рассвета. Каждый шаг Шлессера поднимал целое облачко пыли, и создавалось впечатление, что он не идет, а плывет в густом тумане. «Если сможете, то езжайте, — вынес вердикт великий гонщик, не обнаружив критических повреждений. — У вас остается 40 минут до старта!»

У механиков перехватило дыхание — до этого эксперты утверждали, что после таких аварий машины выбывают из гонки. У российских специалистов времени в обрез. Фактически его не было вообще, им предстояло сделать невозможное. И они смогли это сделать! Через 40 минут «Садко» пересек линию старта, а к вечеру — линию финиша. Это чудо, и я был его свидетелем.

Выдержать в таких условиях неделю — подвиг. Две — необоснованный риск. Поэтому по традиции всех ралли-марафонов после первой недели гонки всегда следует день отдыха. В этом году караван переводил дух на берегу Атлантического океана, вблизи города Дахла. Можно выспаться, спокойно подготовить технику к решающим сражениям, пообщаться с журналистами. Когда я по наивности стал подводить промежуточные итоги и прогнозировать призеров, мои рассуждения прервал руководитель «ГАЗ Рейд Спорт» Вячеслав Субботин: «Запомни, в таких марафонах лидеры первых этапов никогда не становятся победителями!» Это Африка. Здесь выживают.

На берегу Атлантики начинался новый день. Целые сутки отдыха! Весь гигантский лагерь судорожно зализывал раны первой недели гонки. Впереди были страшные пески Мавритании, а за ними — легендарный Дакар.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики