Недавний случай с Политехническим музеем всерьез взволновал не только музейное сообщество, но и родителей, чьи дети с интересом и удовольствием посещают разнообразные кружки. Симоновский районный суд Москвы оштрафовал Политех на 185 тысяч рублей за неправильную организацию этих самых кружков, а точнее — за образовательную деятельность без соответствующей лицензии. В прокуратуре уверяют, что суровая мера — лишь реакция на конкретный эпизод, когда здоровье детей оказалось под угрозой. Но музейщики видят в этом опасный прецедент и опасаются, что он даст старт «охоте на ведьм». «Лента.ру» попробовала разобраться в ситуации.
Опасная наука
История началась в марте 2016 года: в прокуратуру обратился Рахим Галямов — отец девочки, посещавшей платный кружок «Самый юный медик» при Политехническом музее.
«Инициативной проверки с нашей стороны не было, — рассказали «Ленте.ру» в Симоновской межрайонной прокуратуре. — Поступило заявление гражданина с конкретными доводами об угрозе жизни и здоровью несовершеннолетнего. Родитель малолетнего ребенка переживал, что его чадо могло заразиться инфекционным заболеванием при проведении экспериментов, связанных забором крови. Проверка была организована безотносительно того, что именно за учреждение это было — федеральный музей с мировым именем или досуговый центр в подвале».
Забор крови, по словам родителя, стал не первым «тревожным звоночком». «До этого им давали какой-то реактив для полоскания полости рта на выявление микробов. Ребенок вышел оттуда с зубами, окрашенными в оранжевый цвет. Что это за реактив, насколько он безопасен? Ничего не понятно», — рассказал «Ленте.ру» Рахим Галямов. Отец уже тогда собирался «поднять волну», но отговорила супруга.
Наличие лицензий и сертификатов Галямова не беспокоило, его возмутили лукавые отговорки. «Руководитель всех этих кружков Илья Колмановский убеждал меня, что у него сотрудники с медицинским образованием, — объясняет он. — Я же спокойно через интернет узнал, что медицинский кружок ведет второкурсник медвуза».
Он также не имел ничего против самого эксперимента с определением группы крови. «Дело не в эксперименте, а в том, что само помещение, где проводятся все эти занятия, абсолютно нестерильное, не предназначенное для таких опытов, — продолжает собеседник «Ленты.ру». — Рядом, на соседнем столе, стоят клетки с живыми крысами. Сотрудница меня уверяла, что все инструменты они стерилизуют в спирте. Но все медучреждения, работающие с кровью, давно перешли на одноразовые, и тому есть объяснение».
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Фото: Дмитрий Лебедев / «Коммерсантъ»
Галямова также обманули, сказав, что его супруга якобы подписывала письменное согласие, но показать документ не смогли. А жена заявила, что никаких согласий не подписывала.
Не закрывать, но проверять
«Медицинские по своему фактическому характеру опыты с детьми проводились без информированного согласия родственников, — объяснил источник в прокуратуре. — Мы вынесли представление об устранении нарушений в этой части. К дисциплинарной ответственности привлечены два должностных лица».
В другой ситуации на этом дело и закончилось бы, но в процессе проверки сотрудники прокуратуры столкнулись с необходимостью определить, каким именно требованиям должна соответствовать деятельность проверяемых кружков и с кого следует спросить за ненадлежащий контроль за ними. Так встал вопрос о лицензии.
«Лицензия подразумевает соответствие определенным требованиям, наличие компетентной структуры, представители которой приходят и удостоверяют, что все в порядке. Эти люди, в отличие от прокуроров, знают все тонкости конкретного вида деятельности», — подчеркнул собеседник редакции.
Материалы проверки были направлены в департамент образования Москвы, чтобы там дали экспертную оценку того, к какой области относится работа кружков в Политехе. И оттуда пришло заключение, в котором говорилось, что «процесс реализации этих программ можно идентифицировать как образовательную деятельность, которая подлежит лицензированию».
Лицензии не оказалось, и в этой ситуации прокуратуре ничего не оставалось делать, как привлечь музей к ответственности за «осуществление деятельности без специального разрешения» (часть 1 статьи 19.29 КоАП РФ).
![Здание Политехнического музея в строительных лесах во время реконструкции](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Здание Политехнического музея в строительных лесах во время реконструкции
Фото: Анатолий Жданов / «Коммерсантъ»
Источник «Ленты.ру» в надзорном ведомстве особо подчеркнул, что они не хотят вставлять музейщикам палки в колеса, однако считают, что нельзя смешивать в одну кучу занятия по макраме и программы по биологии и химии, связанные с проведением различных опытов и использованием реагентов.
Кружки в Политехническом музее, по словам собеседника «Ленты.ру», закрывать никто не собирается, но прокуратура будет добиваться, чтобы они получили лицензию. Это важно, так как существует множество примеров, когда кружки открывают случайные люди с единственной целью — заработать на неразборчивых родителях. Такие заведения отличаются низким уровнем подготовки преподавателей и ненадлежащими условиями для занятий.
Культура или образование
Казус Политеха связан с двойственным положением музеев в ведомственной системе. Формально они относятся к ведению Минкульта, но фактически большинство из них теснее связаны с научно-образовательной работой, которую курирует Минобразования.
Неудивительно, что первым местом, где обнажился конфликт полномочий, стал главный технический музей страны. Здесь, по понятным причинам, вместо кружков лепки, рисования и макраме, работают детские лаборатории по физике, химии, биологии, робототехнике и математике.
«Мне звонят коллеги со всей страны, все очень волнуются, потому что если это станет массовым явлением, пострадает огромное количество кружков»,— сказал «Коммерсанту» замгендиректора по просветительской и образовательной работе Политехнического музея Иван Боганцев.
По его словам, 90 процентов небольших кружков в стране не имеют лицензий. Обязательное введение лицензий сделает невозможным быстро адаптировать программу занятий в зависимости от ситуации и особенностей детей, а дополнительная бюрократическая нагрузка может выдавить из этой области энтузиастов с творческим подходом к работе.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Фото: Никита Инфантьев / «Коммерсантъ»
К слову, критерии кружков, требующих лицензирования, в департаменте образования Москвы определяют достаточно четко. Образовательная деятельность — это деятельность по реализации образовательных программ, которые устанавливают содержание, планируемые результаты, учебный план, календарно-учебный график, а также оценочные и методические материалы. «При намерении осуществлять такую деятельность лицензия требуется всем организациям, независимо от их организационно-правовых форм», — заявили «Коммерсанту» в пресс-службе департамента.
У кружков Политеха образовательных программ (в том виде, в каком их понимают в департаменте) не было. Это означает, что каждый конкретный кружок пройдет индивидуальную экспертизу, и «по усмотрению» органов образования какие-то заведения будут лицензироваться, а какие-то останутся свободными.
***
«Буквально вчера я прочитала проект концепции развития музеев до 2030 года. Что вы думаете? Там одна из глав так и называется: "Образовательная деятельность музея", — рассказала «Ленте.ру» директор Дарвиновского музея Анна Клюкина. — Если бы музей выдавал дипломы и другие документы, имеющие юридическое значение, имело бы смысл эту деятельность лицензировать».
По ее словам, кружки, экскурсии, мастер-классы и другая научно-образовательная работа уже входят в уставную деятельность музея. И ничего нового придумывать не нужно.