«Транснефть» уличили в попытке снять с себя вину за «грязную нефтью» в «Дружбе»

Экономика

Фото: Petar Petrov / AP

Арбитражный суд города Москвы частично удовлетворил иск «Транснефти» к «Независимой газете» и директору Фонда прогрессивной политики Олегу Бондаренко. В иске «Транснефть» требовала опровержения сведений, изложенных в статье Бондаренко «Будем компаундировать», опубликованной в «НГ» и посвященной катастрофическому инциденту с загрязнением нефти в нефтепроводе «Дружба» в апреле 2019 года. Об этом сообщает Российское агентство правовой и судебной информации (РАПСИ).

Суд обязал редакцию «Независимой газеты» в течение пяти дней с даты вступления в силу решения удалить спорную статью со страницы в интернете, опубликовать опровержение спорной статьи на сайте и в выпуске печатного издания «Независимой газеты». Кроме того, суд обязал солидарно взыскать с ответчиков в пользу «Транснефти» 1,5 миллиона рублей в качестве компенсации репутационного вреда.

В опубликованной в «НГ» статье отмечалось, что «Транснефть» скрывает от общественности правду о масштабном, учитывая характер и последствия для РФ, катастрофическом инциденте. Автор статьи высказал предположение, что причиной такого поведения компании может быть то, что «Транснефть» получает неучтенные доходы от смешивания нефти. «Компаундирование является источником никому неподконтрольной прибыли "Транснефти"», — отмечал Бондаренко. — «Практика состоит в том, что стандартная российская нефть, добываемая компаниями-отправителями, изымается из трубы и перекидывается на бесконечное множество минизаводов, которые прилепились к трубопроводу "Транснефти". Там из нее извлекаются легкие фракции, а в трубу закачивается грязное сырье, разбавленное растворителями, отходы низкотехнологичной перегонки и непереработанные остатки химического производства. Отсюда — обнаруженный в Польше и Белоруссии хлороформ и прочие ингредиенты нефтехимии, которых ни при каких обстоятельствах не может быть в добычной нефти. Вот что такое компаундирование в терминологии "Транснефти". Это слово объясняет, что происходит и будет происходить с "грязной нефтью". Сама ситуация с "Дружбой", по его словам, — прямой результат компаундирования», — писал Бондаренко. «При этом публично объявляется, что единственным средством устранения результатов компаундирования является, представьте себе, компаундирование. Мастерство "Транснефти" в том, что, попав в скандальную ситуацию, она технично и последовательно превращает ее в источник извлечения дополнительной выгоды для себя», — отмечал автор статьи.

«Транснефть» заявила в суде, что публикация является недостоверной и существенно подрывает деловую репутацию компании. Хотя совершенно очевидно, и это признают эксперты Российской ассоциации по связям с общественностью, что удар по репутации «Транснефти» был нанесен не публикацией Бондаренко, а самим инцидентом.

Отмечается, что с апреля, когда стало известно об инциденте, в СМИ вышло более семи тысяч публикаций, представляющих деятельность «Транснефти» в негативном ключе. Таким образом, оценка репутационного вреда, нанесенного компании именно статьей Бондаренко, в газете назвали неприемлемой.

Кроме того, компания сначала заявляла о ликвидации инцидента к 22-23 апреля, потом — к концу апреля, позже заявила, что на очистку трубопровода понадобится 6-8 месяцев. То есть компания вводила общественность в заблуждение, меняя информацию о сроках восстановления и не сообщая при этом причин произошедшего, на что еще летом обратил внимание президент ИМЭМО РАН академик Александр Дынкин.

Ответчики также назвали абсурдным заявление в иске о том, что мини-НПЗ (мини-нефтеперерабатывающих заводов) не существует. «Сама "Транснефть" многократно признавала, что мини-НПЗ существуют и являются серьезной проблемой, поскольку в результате их работы снижается качество нефти», — отмечают в РАПСИ. В публикации Бондаренко также указывалось на то, что из-за мини-НПЗ качество нефти снижается, то есть это заявление совпадает с заявлениями самой компании.

Кроме того, о случаях вброса различных веществ в нефтепровод «Дружба» СМИ писали не раз, напоминают в РАПСИ. В частности, в материале, опубликованном в Самарском обозрении, и основанном на данных следствия, рассказывалось о том, что компаундирование, действительно, является отдельным видом бизнеса: за временное отключение приборов учета сотрудники «Транснефти» просили от 100 до 200 тысяч рублей и регулярно пропускали в «Дружбу» нефть, разбавленную водой.

Это, отмечают в РАПСИ, означает, что заявление «Транснефти» о том, что она не может вбрасывать в трубу посторонние жидкости (в том числе отходы), не соответствует действительности. Также ответчики считают, что возможность сброса отходов в трубу «Дружба» без участия сотрудников «Транснефти» сомнительна. Согласно условиям опубликованного на сайте компании договора, «Транснефть» обязуется проверять качество сдаваемой нефти и не вправе принимать некачественную нефть. В связи с апрельским инцидентом на нефтепроводе «Дружба» подозреваемыми являются четверо сотрудников «Транснефти». Таким образом, суждения «Транснефти» о том, что она не имеет отношения к порче нефти в нефтепроводе, также не соответствуют действительности.

В целом, эксперты сходятся во мнении относительно того, что проблема «грязной нефти» еще очень далека от своего разрешения. Как пишет немецкое бизнес-издание Frankfurter Allgemeine Zeitung, речь идет о двух моментах: как избавиться от нефти, которая сейчас находится в хранилищах и кто за это заплатит? По оценкам газеты, в Германии сейчас хранится более 200 000 тонн «грязной нефти». Переработка этой нефти будет возможна, по мнению экспертов, только после очень сильного разбавления. Транспортировка загрязненной нефти в Россию, отмечает газета, обойдется дорого, немецкие НПЗ за танкеры не хотят платить, поэтому может понадобиться железнодорожный транспорт.

Также издание говорит и о компенсации расходов и упущенной прибыли, образовавшихся в результате двухмесячного перерыва в поставках. Если производить расчет на основе рыночных цен, 60 евро за баррель нефти (159 литров), компенсация может составить трехзначные миллионные суммы. При этом сама «Транснефть» предложила всего 15 евро за баррель.

Первое слушание по делу было назначено на 1 октября 2019 года, однако заявитель обратился к председателю суда с просьбой об ускорении рассмотрения дела. В этой просьбе было отказано, но дата и время заседания изменились: появилось указание председателя, что правильно читать его определение с датой слушания 3 сентября 2019 года. Накануне заседания 1 ноября, ответчик получил большую часть документов и не имел физической возможности с ними ознакомиться. Однако даже в этом случае суд посчитал возможным рассмотреть дело, а все ходатайства ответчика по ходу процесса были отклонены.

«Решение суда мы полагаем поспешным и незаконным», — заявила после заседания юрист, представляющая в суде интересы Бондаренко Олеся Петроль. «В деле содержится 8 лингвистических заключений — сложных научных текстов, подготовленных кандидатами и докторами наук, общим объемом примерно 200 листов. Суд смог в одно заседание не только "изучить" эти лингвистические заключения, но и оценить содержащиеся в деле доказательства наличия и размера "репутационного вреда". Мы полагаем, что такое решение посягает на свободу СМИ и, по существу, формирует правило о запрете рассуждений на общественно важные темы: теперь, получается, любое мнение, предположение или оценочное суждение о "Транснефти" может быть, совершенно неожиданно для журналиста, признано порочащими сведениями. Разумеется, мы будем обжаловать решение и надеемся на своевременное исправление судебной ошибки», — сказала юрист.

Опрошенные РАПСИ эксперты, свидетели и участники процесса считают, что поведение «Транснефти» в суде свидетельствует о том, что компания пытается снять с себя ответственность за апрельский инцидент на нефтепроводе «Дружба». Процессуальное поведение компании, несмотря на заверения ее президента о том, что «Транснефть» не снимает с себя ответственности, сделанное в ходе беседы с Владимиром Путиным, демонстрирует обратное, отмечают эксперты.

В настоящее время вопрос о причинах загрязнения является предметом предварительного следствия, где подозреваемыми являются четверо сотрудников «Транснефти». Таким образом, до завершения предварительного расследования делать вывод о том, чьи действия стали причиной инцидента, преждевременно. Однако еще до завершения предварительного расследования «Транснефть» вынесла вопрос о причинах инцидента на обсуждение арбитражного суда в порядке гражданского судопроизводства. Сделано это, как считают в РАПСИ, с целью использования выводов суда в других делах, рассматриваемых в различных видах судопроизводства. Таким образом, «Транснефть», отмечают в РАПСИ, пытается предстать стороной, от которой не зависит утрата качества товара, пострадавшей стороной.

«Нельзя рассматривать два этих дела — следствие о причинах загрязнения трубопровода "Дружба" и иск в отношении статьи Бондаренко — в разрыве друг от друга», — отмечают представители «НГ» и Бондаренко. — «Непонятно, как суд в этом случае может принимать решение в пользу "Транснефти"».

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности