Лента добра
Россия

Вопросы литературы

Запрет русских книг на Украине как двухходовочка

Скажу вам как внучка украинского писателя, сама присочиняющая книжки: все во фразе «на Украине запретили к ввозу 38 книг, изданных в России, за угрозу национальной безопасности» глубоко нелепо.

Во-первых, это не то чтобы Книги, а по большей части низкокачественные пропагандистско-геополитические опусы на любителя, что украинцам, читавшим другие книги, должно быть ясно как день. Во-вторых, тексты теперь запретить невозможно, все лежит в сети, хочешь – читай. В-третьих, нет лучшей рекламной кампании, чем запрет, а это – гол в свои ворота. В-четвертых, национальная безопасность к таким малотиражкам нечувствительна, нет у этих промокашек марининских или акунинских миллионных тиражей. Запрещенный Федор Березин издан тиражом 3000 экземпляров, Савицкий – таким же, Бобров – «Украина в огне» – те же 3000. Из ничтожных 3000 вырывается только писатель-футурист ярый советопоклонник Максим Калашников, эдакий Проханов-лайт, мечущийся на просторах своей необузданной фантазии. Но и тут говорить не о чем, до Стругацких ему далеко.

Особняком стоит писатель Эдуард Лимонов с 7000 тиражом запрещенки. Он писатель настоящий, его «Эдичка» – роман значимый, оцененный, его так просто не прихлопнешь. И не важно, что теперь у него другой «период». Писатель ведь не тот, кто все время пишет, а тот, кто однажды написал. Он и сам это прекрасно понимает. «Запретили и запретили, – говорит. – Мне наплевать! Меня печатают во всем мире». Не стоит писателей, переведенных на 20 языков, запрещать. Себе дороже.

Но и тут случай не чистый. Кто вообще так уж всерьез может пойти за ним? Персонаж-то ясен. Как когда-то Довлатов окрестил его «современным русским нигилистом», так этот корабль и плывет дальше со всеми остановками, сокрушая каждую тумбу и ругаясь на каждый куст. И никто особо на него не реагирует – жанр есть жанр. Вот и недавно «сраженный» его словесным огнеметом Макаревич, нежно шептал ему в ответ, словно по голове гладил: «Эдичка, Эдичка зачем ты множишь уже потухшую ложь?».
«Киев капут» тоже не Книжище – это пассионарный дневник Неистового Роланда, «проповеди» для потомков, а современники и так читали уже – в сетях. Ведь что объединяет всех подсписочников? Именно то, что они жжисты-каратисты, там сверкают их звезды. Но как ни крути «Киев капут» – совсем не «Что делать?» Чернышевского, «Горе от ума» Грибоедова, «Доктор Живаго» Пастернака! Нечего там запрещать.

Публицисты не лучше и тоже все как на подбор. Чем и кому могут угрожать экстравагантный культуролог господин Дугин, умеренный, элитарный и скучный господин Глазьев? В чем подрывная сила тонкоголосого и восторженного пропагандиста Старикова? А Марина Ахмедова совестливая, человеколюбивая надсхваточница и репортер, чем национальную опасность создает? В каком ночном кошмаре пригрезилось, что прижимая к груди именно эти бумажные книги, поклонники литераторов помчатся штурмовать Банковую улицу?

Дерзкая инициатива была встречена в России единодушным хохотом: издевались все – от политиков до блогеров. Никто даже не цокнул языком: вот, мол, как безотходно работает наша пропаганда, все идет в дело, все снаряды, даже пули из г… устрашают врага. Мы только на еду руку подняли, а они книги, книги жечь будут! Гы.

Нет, радости никакой. Ни у кого. И удовлетворения тоже нет. Потому что ясно же, что направлен этот заворот кишок внутрь страны. Не Россия ее цель. И уж не просвещенная Европа – совсем не имиджевый это проект. Дела это внутренние, урчащие, пищеварительные: надо кость бросить, ибо жрать хотят. Нету мяса, надо подкинуть хоть что-то, шерсти клок, рога и копыта.

Но, конечно, это не единственное, что тут можно под микроскопом разглядеть. Нет, это не просто политический жест, нелепое творчество власти. Важно, что по информации ньюсмейкеров, списки составляло СБУ, а оно нынче целиком подконтрольно американцам. Эти ребята с информацией работать умеют. Это же не политиканы и не Минкульт, не фабрика политических жестов и не кустарная мастерская по изготовлению народных поделок. Сам факт, что смысл искать надо долго, что драматургия как будто противоположна здравому смыслу, может предполагать наличие замысла. Неужели состряпали двухходовочку и вторым шагом последует закрытие доступа в соцсети, где лежат все эти тексты? Или все-таки тронуть американский ФБ не посмеют?

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики