Loading...
Лента добра деактивирована. Добро пожаловать в реальный мир.
Вводная картинка

«Идут бои, а вы тут кошек спасаете!» Российские волонтеры спасают животных в зоне СВО. Через что они проходят?

Фото: фонд «Я свободен» для «Лента.ру»

СюжетМобилизация в России: все, что нужно знать

В зоне спецоперации тяжело приходится не только обычным людям, оказавшимся там волей случая, но и животным. Тысячи оставшихся без хозяев, потерявшихся, случайно оставленных или брошенных на произвол судьбы домашних питомцев нуждаются в спасении. Испуганные, голодные, больные, раненые, они ждут помощи от людей, которым когда-то доверили свои жизни. И это не только кошки и собаки, но и лошади, ослы, страусы и даже львы и тигры. О российских волонтерах, спасающих животных в зоне СВО, — в материале «Ленты.ру».

Как найти пекинеса в разрушенном городе

Эта история случилась в Мариуполе весной прошлого года. Эвакуировалась пожилая пара — мужчине было около 90 лет. Дедушка держал на руках небольшую собачку породы пекинес. Вдруг, испугавшись взрывов, собачка вырвалась и убежала. Мужчина чуть не плакал.

Приехав на пропускной пункт в Ростовской области, он всем показывал фото собачки и оставлял свой телефон в надежде, что кто-нибудь ее встретит и вернет

Какие шансы найти пекинеса в разрушенном городе? Но чудо случилось. Летом одна из девушек-волонтеров, приехав в Мариуполь с гуманитарной миссией, увидела в руинах дома маленького лохматого песика. Сфотографировала его и показала коллегам на границе. А те, в свою очередь, вспомнили старика, потерявшего пекинеса. Созвонились с ним, оказалось — собачка его. За питомцем приехала хозяйка, жена пожилого человека. Говорят, когда хозяева вновь взяли на руки песика, у всех, кто был свидетелем этой встречи, на глаза навернулись слезы.

Кот полка

Спецоперация на Украине, начавшаяся 24 февраля 2022 года, стала испытанием не только для людей, но и для животных.

25 тысяч
животных

нуждались в помощи в ДНР и ЛНР

По данным комиссии по экологии и охране окружающей среды, в марте 2022 года в ДНР и ЛНР в помощи нуждались порядка 25 тысяч животных. Причем не только домашних кошек и собак, но и медведей, волков, львов, обезьян, страусов и многих других, в том числе и краснокнижных животных, содержавшихся в местных зоопарках, питомниках и приютах.

За полтора года боевых действий ситуация только ухудшилась. Подсчитать, сколько сейчас животных в зоне спецоперации остается без помощи, почти невозможно. Однако все, кто бывает в Донбассе, описывают примерно одну и ту же картину: на улицах городов и сел множество бездомных животных, в основном кошек и собак.

Истощенные, одичавшие, больные — они прячутся по подвалам, зачастую выходя только к точкам подкормок, где волонтеры или просто отзывчивые местные жители оставляют еду

Животным, попавшим в беду, помогают самые разные люди. Нередко беспризорных собак и кошек спасают военнослужащие. Так, танкисты из Челябинска прошлым летом выходили раненого щенка — назвали его Пулей и оставили жить в подразделении.

Солдаты из Хабаровска подобрали в зоне СВО рыжего котенка, которого прозвали Симбой, вылечили его и переправили домой к родственникам.

А прошлой весной после тяжелых боев в районе Авдеевки к бойцам 187-й мотострелковой бригады пришел черный ободранный кот с засевшим в боку осколком снаряда. Солдаты приютили его, прозвав за расцветку Черномырдиным. Кот по-своему отблагодарил военных.

Каждый раз, заслышав издалека приближающийся дрон, кот Черномырдин начинает истошно мяукать и мчится в укрытие, предупреждая тем самым бойцов

Но чаще помощь бездомным животным оказывают волонтеры — участники многочисленных зооприютов. В зону боевых действий они везут корма и ветеринарные препараты, а в обратную сторону — кошек, собак и даже ослов, фазанов и енотов.

Так, один из приютов в Нижнем Новгороде взял под патронаж собак, вывезенных из Новой Каховки после наводнения, вызванного разрушением Каховской ГЭС.

Подмосковный приют GetDog разработал несколько маршрутов, по которым из разных городов Донбасса можно вывезти беспризорных собак, — число спасенных ими питомцев перевалило уже за тысячу. А добровольцы приюта «Кошкин дом» в Донецке уже спасли около двух тысяч животных.

1681
животное

нашло новых хозяев в России, а 162 — вернулись в свои семьи

Эпизоотическая ситуация

Волонтеры благотворительного фонда «Я свободен» — одни из тех, кому небезразлична судьба животных. Фонд был открыт в 2017 году в Санкт-Петербурге под руководством Ольги Ватомской.

Ольга — уроженка Сургута, переехала в Северную столицу, поступив на журфак Санкт-Петербургского университета. Кроме журналистики ее привлекала работа с животными. В одном интервью она рассказывала, что с детства подкармливала птиц и строила с друзьями укрытия для бездомных собак. А первым спасенным ею питомцем стала собака по кличке Тайга, которую она обнаружила в одном из приютов города Гусь-Хрустальный, — пес попал туда после того, как над ним издевались живодеры.

— Изначально фонд «Я свободен» был создан для того, чтобы помогать приютам, — рассказывает директор по внешним коммуникациям фонда Юлия Рыкова. — Аккумулируя средства неравнодушных людей, мы пристраиваем животных, лечим их, стерилизуем, организуем терапевтические выезды к владельцам животных с различными нарушениями и инвалидностью, участвуем в законотворчестве, популяризируем зооволонтерство.

За семь лет работы фонд оказал адресную помощь почти двум десяткам приютов Москвы и Петербурга. А в 2021 году организация открыла в Ленобласти многофункциональный центр реабилитации животных — «Свобода-центр», где сейчас обитают не только кошки и собаки, но и несколько лошадей, ослица и даже свинья, которую активисты забрали из ресторана мексиканской кухни.

24 февраля 2022 года застало волонтеров фонда за работой. Незадолго до того обнаружилось, что в Якутске появились «усыпалки» для животных — приюты, в которых собаки и кошки содержались в таких плохих условиях, что массово погибали, особенно в морозы до минус 40. Местные добровольцы начали вывозить из этих приютов животных еще зимой, фонд «Я свободен» тоже решил направить туда волонтеров. Активисты уже почти купили билеты, но началась СВО. И волонтерам пришлось срочно отправиться в Донбасс.

— Нас многие критикуют. Говорят: «Идут бои, а вы тут кошек спасаете. Что, своих всех пристроили?» — рассказывает Юлия Рыкова. — Но на самом деле проблема глубже и страшнее.

Животные, брошенные там, где идет спецоперация, в большинстве своем больные, непривитые, к тому же плодятся. Это грозит эпидемией. А нам новых эпидемий не нужно

Юлия Рыковадиректор по внешним коммуникациям фонда «Я свободен»

— Кроме сострадания к бедным существам, нас беспокоит еще и эпизоотическая ситуация. Мы стараемся животных в зоне СВО стерилизовать, прививать, чтобы не допустить распространения болезней.

Одним из первых волонтеров, кто поехал от фонда в зону боевых действий, стала Василина Бронникова, директор региональной общественной организации «Котопес» из города Сосновый Бор (Ленинградская область).

В начале весны Василина Бронникова отправилась в Донецк и Мариуполь, откуда прямо из-под артобстрелов вывезла девять котов

— Сделала импровизированный «котомобиль»: опустила сиденья, поставила переноски, лотки — и вперед, — вспоминала позднее она. — У кошек был безумный стресс. Некоторые сбежали из клеток. Одна кошечка залезла за панель приборов, орала километров сто. Другая, по имени Нежнятина, ласкалась, прижималась, но ее трясло сильно — была грыжа под пузиком.

Тем не менее все коты доехали благополучно и нашли себе дом. Трех котов забрали прямо по дороге, остальных Василина пристроила уже в Петербурге. Дольше всех хозяев искали Рыжуле, у которой поднялась температура и обнаружилось заболевание неизвестной этиологии.

Спасти коня

На сегодняшний день на счету волонтеров, сотрудничающих с фондом «Я свободен», свыше двух тысяч спасенных животных. Фонд поддерживает оставшихся без хозяев домашних питомцев несколькими путями: помогает приютам на территории ДНР и ЛНР кормами и медикаментами, поддерживает добровольцев, готовых вывезти животных с фронтовых территорий, а также оказывает зверям ветеринарную помощь и пристраивает в новые семьи.

Историй спасения за эти полтора года у фонда множество. Вот две самые яркие их них.

В середине лета 2022 года из подвала разрушенного дома в Мариуполе выполз котенок. Увидел солдат и… уселся одному на сапог. Понял, что парни могут его спасти. Ребята действительно его подобрали. Передали местным волонтерам, те — другим. Так котенок из сумки в сумку и доехал до Санкт-Петербурга. Опеку над ним взяли сотрудники фонда «Я свободен» и лично Ольга Ватомская. Котенка отмыли, вылечили от глистов и конъюнктивита. И оказалось — это безумной красоты белый кот. Назвали его Харитон.

Сейчас Харитон живет в офисе фонда и, по словам зоозащитников, без него не обходится ни одно дело. То документы из отдела в отдел отнесет, то к лошадям в конюшню сбегает, то собак на кинологической площадке пересчитает. А когда коту исполнился год, день рождения он отметил полной миской кошачьего корма.

Но больше всего добровольцы фонда гордятся тем, что им удалось спасти из зоны СВО коня — пятилетнего серого жеребца орловской рысистой породы. По паспорту коня зовут Конкурент, по-домашнему — Серега.

До начала спецоперации Конкурент жил на частной конюшне в Мариуполе. Его хозяйка Олеся выкупила его еще жеребенком у цыган, вырастила, обучила. На конюшне дети занимались на нем верховой ездой.

Летом 2022 года в фонд «Я свободен» обратилась 16-летняя девушка Саша из Франкфурта. До СВО она жила в Мариуполе и ходила на конюшню к Олесе. Саша узнала, что Конкурент попал в беду, и очень просила волонтеров помочь.

Связавшись с хозяйкой конюшни, добровольцы выяснили, что дела обстоят действительно плохо. Во время штурма «Азовстали» конюшня попала под обстрел.

Один снаряд прилетел прямо в конюшню, все лошади погибли. Выжил только Конкурент — его в тот момент то ли вывели куда-то, то ли он сам отошел попить. Но его ранило

Осколки посекли шею, бока, а один из осколков, попав в голову, вышел через левый глаз. Конь ослеп на один глаз и оглох.

— Лекарств у Олеси практически не осталось, и она лечила Конкурента, как могла, — рассказывает Юлия Рыкова. — На глаз, например, делала повязку с соком алое, а раны от осколков обрабатывала перекисью водорода. Сена тоже не было, и негде было его взять.

Сотрудники фонд приняли решение поместить Конкурента в свой реабилитационный центр на пожизненный постой. Перевозка коня обошлась в 200 тысяч рублей — эту сумму собрали неравнодушные люди. Вывезти лошадь из фронтового города тоже оказалось непросто. Лошади — сельскохозяйственные животные, и для их транспортировки нужно множество разных документов. Паспорт же Конкурента сгорел при обстреле, положенных прививок и анализов сделать тоже было невозможно. Наконец, конеперевозчики просто боялись ехать в зону боевых действий.

В итоге Конкурента в «Свобода-центр» доставил один донской казак.
В конце лета, когда спала жара, он вывез лошадь в Ленобласть, пройдя все блокпосты и проделав путь в две с лишним тысячи километров. «Просто стало жалко коня», — так объяснил он свой поступок.

«Нам стали поступать тревожные сообщения»

Однако помощь животным, оказавшимся в зоне боевых действий, не единственная задача, которая стоит перед волонтерами. Осенью прошлого года в стране прошла частичная мобилизация, и многим хозяевам пришлось отказаться от домашних питомцев — одни были призваны, другие уехали из России и взять с собой животных не смогли или не захотели. По данным Фонда защиты городских животных, количество обращений с просьбой пристроить питомца за 2022 год выросло почти в пять раз: если в апреле в приюты поступало по три звонка в день, то в конце года их число выросло до десяти-пятнадцати.

Волонтеры фонда «Я свободен» быстро отреагировали на изменившуюся ситуацию. В последних числах сентября они запустили акцию «Будь как дома, Мурзик!» — программу по поиску новых хозяев для тех животных, чьи владельцы мобилизованы или покинули страну.

— С первых дней мобилизации из регионов, где призыв шел особенно активно, нам стали поступать тревожные сообщения, что животных оставляют на улицах, подкидывают в подъезды, стараются втюхать изо всех сил, — рассказывает Юлия Рыкова. — И мы за сутки придумали с Ольгой Ватомской очень бюджетный проект. Разместили на сайте фонда две анкеты: для тех, кто хочет оставить животное, и для тех, кто готов его принять. Естественно, там можно было выбрать — кошка, собака, грызун…»

Кроме того, помочь животным, оставшимся без хозяев из-за частичной мобилизации, можно было и деньгами — многим питомцам требовались специальные корма или медикаменты, без которых им трудно было бы выжить в новых условиях.

По словам Юлии Рыковой, до нового года добровольцы обработали свыше 2000 заявок. Судьбы многих животных сложились благополучно. Так, другую семью себе нашли и такса по кличке Фокс, и бульдог Тор, и даже две морские свинки, Изюм и Кокос, которых люди просто выставили в подъезд.

Но больше всего волонтеров тронула история молодого парня Романа из Москвы. У Ромы жили две дворняги, которых он очень любил, — Мелкий и Кинг, взятые из приюта. Ему пришла повестка, и собак пришлось пристраивать. Разлучать он их не хотел, но мало кто был готов забрать сразу двух крупных псов. Тогда Рома записал видео с просьбой о помощи.

«Им нельзя в приют! Им нельзя в приют! Возьмите, кто может…» — повторял Роман в кадре. И вытирал слезы

К счастью, в Санкт-Петербурге нашлась женщина, взявшая Кинга и Мелкого на передержку и пообещавшая Роме, что приютит собак навсегда, если с ним что-то случится.

«Вот он я — я живой!»

— Что самое трудное в помощи пострадавшим животным? — спрашиваю волонтеров. — Отловить под обстрелами? Довезти? Пройти все таможни и границы?

— Самое трудное — работать с людьми, — отвечает Юлия Рыкова. — Бывают нечестные люди, которые говорят: «Не привозите нам корм, лучше переведите деньги». Их надо вовремя распознавать среди тех, кто искренне готов помочь. А еще порой хозяева начинают предъявлять претензии, что их любимца не так кормили, не так лечили. При том что мы животное забрали из руин дома, оказали ветеринарную помощь за наш счет, доставили в другой город России, в лагерь беженцев, например. В таких случаях опускаются руки.

Но немало случается и радостных моментов. К примеру, к коню Конкуренту вернулся слух, хотя слепым на один глаз он останется на всю жизнь.

— Он поправился, стал толстый, как слон, — смеется Юлия. — И добрый, как щенок. Это очень ценно — быть причастным к спасению такой большой, красивой, благородной жизни.

Другой вдохновляющий добровольцев случай. Семья беженцев из ДНР при эвакуации не смогла взять с собой питомцев — двух собак породы кане-корсо (итальянский мастиф). Но волонтеры, сотрудничающие с фондом «Я свободен», помогли им воссоединиться. Они нашли хозяев кане-корсо в лагере беженцев под Волгоградом и через множество рук передали этих гигантских псов.

Текущий год тоже оказался для добровольцев нелегким. Летом начались обстрелы Шебекино. Жители спешно, иногда за два часа, эвакуировались из города, и многие оставляли в квартирах и дворах своих питомцев. Зоозащитники зашли в город, как только разрешили военные. Они вывозили тех животных, которых могли забрать, и оставляли еду тем, кто бегал по улице. Сыпали горки корма прямо на землю — один для кошек, другой для собак.

Шебекино в те дни был городом-призраком. Туда можно было попасть по предварительной записи только на БТР. В опустевшем городе были слышны лишь звуки взрывов и вой брошенных животных. Наши волонтеры по одному заходили в дома и выпускали кошек и собак, которые не ели уже несколько дней

Светланаволонтер

— Из зоны СВО животные приезжают очень умные, — делится наблюдениями Юлия Рыкова. — Собаки, кошки — они повидали многое, поэтому стали мудрее, эмпатичнее к своим собратьям. А если подойти к Конкуренту и протянуть руку, он сразу начинает чесаться о ладонь — так он благодарен людям за спасение.

Понимая это, добровольцы фонда продолжают активно работать. Не так давно, например, в «Свобода-центре», вслед за конюшнями, домиками, где содержатся свинки и козы, и дог-хаусом, появился еще и котодом — уютное жилище для кошек, с лазалками, лежанками, автопоилками и даже большими окнами с видом на лес, чтобы можно было наблюдать за птицами. Его построили специально для котов, которых вывозят из зоны спецоперации, но первыми его жителями стали русские голубые коты, которых волонтеры спасли от «разведенцев».

Также фонд сейчас строит первую в России зоолечебницу, в которой ветеринары-волонтеры будут оказывать помощь тем животным, кого неохотно берут государственные и частные клиники — бездомным, сбитым, вызволенным из тяжелых условий и, конечно, спасенными с фронта.

— Опыт помощи животным из зоны спецоперации всех нас поменял в лучшую сторону, — говорит Юлия Рыкова. — Кода появились самые первые новости о СВО, все наши волонтеры были опустошены. Я лежала пластом на диване и думала: «Что с нами будет?» Но потом директор сказала: «Надо трудиться». Наша работа, причастность к чему-то доброму в эти трудные дни помогает не терять присутствие духа, исцеляет, учит ценить и любить жизнь, которую мы видим не только в глазах людей, но и в глазах животных. «Вот он я — я живой» — это дорогого стоит.

Что думаешь? Оцени!
      Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности
      Бонусы за ваши реакции на Lenta.ru
      Читайте
      Оценивайте
      Получайте бонусы
      Узнать больше