Loading...
Лента добра деактивирована. Добро пожаловать в реальный мир.
Вводная картинка

В США начался масштабный банковский кризис. Борьба с инфляцией и всплеск паники: как возникла угроза мировой экономике?

Фото: Benjamin Fanjoy / AP

К середине марта мировая пресса неожиданно заговорила о рисках нового глобального кризиса, заставляющего вспомнить о проблемах, с которыми мир столкнулся в 2008 году. Всему виной оказалось стремительное банкротство американского Silicon Valley Bank (SVB), «банка Кремниевой долины»: он входил в двадцатку крупнейших в США и специализировался на обслуживании технологических компаний. Драма разыгралась буквально за несколько дней и вызвала такую же молниеносную реакцию регуляторов. Чтобы затормозить нарастающую панику, они пошли на неординарные меры, удивившие многих специалистов. Риски для банковской системы тем не менее сохраняются. В непростой ситуации оказался теперь и американский Центробанк, которому придется принимать непростые решения в своей непрекращающейся борьбе с инфляцией. Кризис на ускоренной перемотке — в материале «Ленты.ру».

Стратегическая ошибка

Проблемы начались с того, что 8 марта SVB объявил о проведении дополнительной эмиссии акций на общую сумму 2,25 миллиарда долларов. Банк объяснил, что ему требуется возместить убытки на 1,8 миллиарда долларов, которые он понес при продаже активов на 21 миллиард — преимущественно казначейских облигаций США.

На ценные бумаги в целом при этом приходилось более половины активов SVB, что в нормальном состоянии для банка очень много. Ставка Silicon Valley на такие вложения объяснялась тем, что кредитование он активно развивать не мог. Его традиционные клиенты, техностартапы, предпочитали банковским займам привлечение средств через инвестраунды, и SVB, чтобы заработать, активно покупал ценные бумаги — в частности, длинные гособлигации.

Стратегия работала, пока ставки держались на сравнительно низком уровне. Но когда инфляция вынудила Федеральную резервную систему (ФРС) США пойти на резкое ужесточение денежно-кредитной политики, начались проблемы. Бумаги на балансе банка стали дешеветь: средняя ставка купона по ним была заметно ниже текущей для десятилетних облигаций, что должно быть компенсировано более низкой стоимостью.

Само по себе обесценение бумаг не обязательно должно было стать проблемой, но рост ставок ФРС к тому же сказался и на стартапах, которые были главными клиентами SVB и в условиях дорогих заимствований и охлаждения на венчурном рынке забирали деньги со своих депозитов.

Сообщение банка о допэмиссии 8 марта стало сигналом серьезных проблем для инвесторов SVB. Испугавшись, они бросились распродавать его акции, стоимость которых 9 марта рухнула на 60 процентов, продолжив стремительное падение и на следующий день.

Тревожные настроения заодно поддержало и закрытие Silvergate Bank — ориентированной на крипторынок кредитной организации, которая имела сходную стратегию заработка.

Все побежали, и я побежал

На таком фоне разволновались и клиенты SVB: переживая о сохранности своих средств, они начали массово забирать деньги. Подобное явление называется bank run — «набег на банк», банковская паника. Вкладчики, опасаясь банкротства финансовой организации, снимают свои средства, а она, не имея возможности рассчитаться со всеми сразу, сталкивается с еще большими проблемами, что в итоге и может привести к реальному краху.

Поскольку клиентами банка были не обычные граждане, а технологические компании, на счетах, как правило, хранились значительные суммы — что сделало последствия «набега» молниеносными. Уже к концу четверга с депозитов сняли 42 миллиарда долларов.

$42 млрд

сняли с депозитов клиенты SVB за два дня

С призывами выводить деньги к компаниям обратились в том числе вкладывающие в них фонды венчурного капитала, с которыми у банка за время его работы со стартапами сформировались тесные связи. Учреждение оказывало банковские услуги примерно половине американских стартапов в IT-секторе и сфере биотехнологий, финансировавшихся венчурными инвесторами, а также было партнером самих фондов.

Усугубляли панику и сообщения в соцсетях. Только за 9 марта название SVB упомянули в Twitter 200 тысяч раз. Рассказать своим подписчикам о снятии средств поспешили и некоторые основатели и руководители техностартапов. Материнская компания SVB спешно начала искать на банк покупателя, однако в условиях стремительного оттока средств от затеи пришлось отказаться.

Спустя всего два дня после сообщения о допэмиссии, 10 марта, калифорнийский регулятор объявил, что банк прекращает работу, и назначил управляющим банком Федеральную корпорацию по страхованию вкладов (FDIC). Банкротство SVB оказалось крупнейшим банковским крахом со времен кризиса 2008 года и к тому же самым стремительным в истории: коллапсы в секторе еще никогда не развивались так быстро.

«В среду Silicon Valley Bank был хорошо капитализированным учреждением, рассчитывающим привлечь определенное финансирование. В течение 48 часов паника, вдохновленная тем самым сообществом венчурного капитала, который SVB обслуживал и поддерживал, поставила точку в 40-летней работе банка», — резюмировал ситуацию CNBC.

Аттракцион неслыханной щедрости

Исходно объявлялось, что все клиенты банка, чьи депозиты были застрахованы, получат к ним полный доступ не позднее 13 марта. Однако таких вкладов в SVB почти не было. В США страховка ограничена лимитом в 250 тысяч долларов, а клиенты банка держали на своих счетах гораздо большие суммы. По состоянию на конец 2022 года SVB оценивал, что почти 96 процентов его депозитов превышали лимит либо не покрывались страховкой.

К 11 марта американские регуляторы начали искать решение для незастрахованных вкладов и готовить оперативную продажу активов, которая позволила бы рассчитаться с клиентами. Исходно предполагалось, что первоначальный платеж составит от трети до половины суммы депозита, но уже 12 марта было объявлено, что все вкладчики обанкротившегося Silicon Valley Bank получат доступ к средствам на своих счетах в полном объеме уже со следующего дня. Сам банк при том спасать не собирались, и налогоплательщики, пообещали власти, никаких потерь не понесут. Сходный механизм пообещали и вкладчикам другого крупного банка Signature Bank, работу которого остановили спустя пару дней после SVB.

$250 тыс.

составляет лимит для страхования вкладов в США

Одновременно ФРС объявила о новом механизме предоставления средств финансовым учреждениям — Bank Term Funding Program (BTFP). Он предполагает, что банки смогут получать кредиты на срок до одного года под обеспечение различных ценных бумаг, в том числе казначейских облигаций США. Идея состоит в том, чтобы избавить организации от необходимости срочно распродавать подобные активы в стрессовый период, как это и произошло с SVB.

Выступил и президент США Джо Байден, заверив, что банковская система страны в безопасности, а урегулирование будет ужесточено, чтобы свести к минимуму риски повторения кризисов. Он также заявил, что предприятия, державшие средства и в SVB, и в Signature, «могут вздохнуть спокойно, зная, что смогут платить своим работникам и оплачивать свои счета».

Деньги теперь потеряют, вероятно, акционеры и кредиторы SVB. Часть инвесторов банка при этом уже успела подать в суд иск о мошенничестве к материнской компании кредитной организации, SVB Financial Group. Претензии у них есть и к менеджменту, который, по их версии, скрыл реальное влияние роста ставок ФРС на состояние баланса банка. Обещал привлечь к ответственности руководителей и Байден, а 14 марта СМИ узнали, что расследование начал Минюст США. Предполагается, что вопросы вызвала продажа значительных пакетов акций несколькими топ-менеджерами банка, однако официальных разъяснений пока нет.

Как перестать беспокоиться и начать волноваться

Что же касается тех мер, на которые для спасения вкладчиков успели пойти финансовые власти, то они у некоторых наблюдателей вызвали вопросы. Гарантирование всех вкладов без исключения лишит клиентов стимула самостоятельно оценивать возможные финансовые риски, считают специалисты. «Если все банковские депозиты теперь застрахованы, зачем вам банки?» — задается вопросом старший научный сотрудник Института международной экономики в Вашингтоне Николас Верон.

Другие, впрочем, считают, что без вмешательства властей уже к утру понедельника США ждал бы масштабный набег на банки с колоссальным экономическим ущербом. Неординарные решения были направлены на то, чтобы затормозить расползающуюся панику: по СМИ с выходных распространялись прогнозы катастрофического кризиса.

Ширились и опасения о судьбе клиентов SVB: потеряв свои деньги, техностартапы сами оказались бы в затруднительном положении. И речь идет не только о компаниях из США: деньги в американском банке держали и предприятия из Европы, Индии, Израиля, Китая, что выводило риски на международный уровень.

Жертвами паники вокруг ситуации с SVB стали также финансовые компании и их акционеры: капитализация предприятий отрасли после банкротства SVB резко устремилась вниз. Организации сектора по всему миру всего за два дня торгов после краха банка лишились 465 миллиардов рыночной стоимости, особенно пострадали региональные банки США.

$465 млрд

рыночной стоимости потеряли финансовые компании мира за два дня после краха SVB

Параллельно клиенты небольших американских финансовых учреждений, встревоженные кризисом SVB, начали искать способы поскорее перевести свои деньги к гигантам вроде Citigroup, Bank of America и JPMorgan Chase.

Некоторые экономисты решили, что вина за происходящее лежит и на ФРС. Основатель нью-йоркской исследовательской компании The Bear Traps Report Ларри Макдоналд счел, что регулятор сначала допустил «леденящую кровь безответственность», с которой управлялся SVB, а теперь просто уничтожает «плохих игроков».

С рациональной точки зрения принятые для урегулирования ситуации меры должны помочь затормозить кризис, однако, опасается главный экономист Capital Economics по Северной Америке Пол Эшворт, подобные проблемы обычно распространяются за счет иррационального страха — и нет никаких гарантий, что решения властей сработают.

Выбор из двух зол

14 марта одно из ключевых рейтинговых агентств Moody’s ухудшило до негативного прогноз по всей банковской системе США. Аналитики отметили, что для поддержки проблемных банков были приняты экстраординарные меры — но другие учреждения сектора все еще могут быть в зоне риска.

Опасений, считают в Moody’s, не снимает и новый механизм кредитования финорганизаций, предложенный ФРС. Проблемы по-прежнему могут возникнуть у банков, подобных SVB, — с вкладчиками-юрлицами с незастрахованными депозитами и существенным объемом обесценившихся ценных бумаг на балансе. Аналитики также обратили внимание на то, что банковскую деятельность осложнил продолжительный период низких ставок ФРС в сочетании с фискальными и монетарными стимулами времен пандемии, сменившийся затем переходом к высоким ставкам.

«Мы ожидаем, что давление сохранится и возрастет за счет продолжающегося ужесточения денежно-кредитной политики, а ставки, вероятно, останутся на более высоком уровне до тех пор, пока инфляция не вернется к таргету ФРС. Банки в США теперь сталкиваются с растущими расходами по депозитами после многих лет низкой стоимости заимствований, что сократит их прибыль», — отметили специалисты.

Авторы доклада Moody’s полагают, что ФРС продолжит повышать ставки и теперь. Главный экономист Moody’s Analytics Марк Занди, впрочем, в интервью заявил, что вряд ли это произойдет на ближайшем заседании в марте из-за общей неопределенности, вызванной банковским кризисом. В Goldman Sachs еще 12 марта указали, что «в свете стрессовой ситуации в банковской системе» больше не ожидают увеличения ставки прямо сейчас, и прогнозируют, что ФРС вернется к ужесточению политики с мая. Другие специалисты также призывают регулятор на время притормозить свою борьбу с инфляцией и проанализировать ситуацию с коллапсом SVB.

Между тем свежие показатели роста цен пока большого оптимизма не внушают. В феврале потребительская инфляция в целом в годовом выражении замедлилась с 6,4 процента до 6, но базовая инфляция в месячном выражении ускорилась. Показатель важен тем, что отражает ситуацию без учета волатильных цен на продовольствие и энергию и регуляторы традиционно обращают на него внимание в своих решениях о ключевой ставке.

Тенденция говорит о том, что цены продолжат расти, и это ставит ФРС перед непростым выбором. Впрочем, опасения разрастания кризиса вокруг SVB параллельно успели спровоцировать заметное снижение цен на нефть — 15 марта стоимость Brent падала ниже 73 долларов за баррель, чего не было с декабря прошлого года. Более дешевые энергоносители могут улучшить ситуацию с инфляцией, упростив выбор для ФРС перед лицом масштабного кризиса, отчасти вызванного ее собственными решениями.

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности
Бонусы за ваши реакции на Lenta.ru
Читайте
Оценивайте
Получайте бонусы
Узнать больше