Вводная картинка

Миссия МАГАТЭ добралась до Запорожской АЭС. Что происходит на станции и может ли Энергодар стать новым Чернобылем?

Миссия Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) наконец добралась до Запорожской АЭС, которая весь последний месяц едва ли не каждый день подвергалась обстрелам. По сути это первый визит представителей международной организации на подконтрольную России территорию Украины. Согласовать его было очень трудно, несмотря на то, что в МАГАТЭ выражали готовность, а со станции регулярно приходили тревожные сообщения об обстрелах, пожарах и повреждении того или иного оборудования. Артиллерия лишь чудом до сих пор не повредила критическую инфраструктуру ЗАЭС. Что будет, если снаряд все же попадет в реактор, так ли сильно Запорожская станция отличается от Чернобыльской и каковы шансы, что специалистам, несмотря ни на что, все же удастся предотвратить ядерную катастрофу — в материале «Ленты.ру».

В тени Чернобыля

Делегация МАГАТЭ в сопровождении представителей ООН прибыла на ЗАЭС примерно в 14:00 и провела на объекте чуть меньше пяти часов. Своей главной целью агентство заявляло оценку и стабилизацию ситуации с ядерной безопасностью — иными словами, миссия носила чисто технический характер, она не уполномочена давать оценку боевым действиям.

Ключевые вещи, которые я хотел увидеть, я увидел

Рафаэль Гросси гендиректор МАГАТЭ

Инспекторы пробудут в Энергодаре, городе-спутнике атомной станции, до 3 сентября, но после их отъезда на ЗАЭС останется постоянное представительство агентства в составе 8-12 человек. В ООН поблагодарили принимающую сторону за обеспечение безопасности: после приезда делегации в район боевых действий впервые за долгое время не было зафиксировано ни одного обстрела ЗАЭС.

Обстрелы Запорожской АЭС периодически происходили еще с 9 марта, когда город Энергодар вместе со станцией перешел под контроль российских военных. Это крупный объект: станция обеспечивает электроэнергией индустриальный регион Днепропетровска, Кривого Рога и всего Запорожья, где сосредоточено множество крупных предприятий — и по сути весь юго-восток Украины. Однако на эту проблему долго не обращали особого внимания: международное сообщество больше волновала другая атомная станция.

В начале весны активные боевые действия шли в районе Чернобыля, где до сих пор в крайне ненадежных условиях находится отработанное топливо с трех остановленных энергоблоков. На момент начала российской спецоперации большая его часть оставалась в старом ХОЯТ-1 (хранилище отработанного ядерного топлива). Поскольку объект строился еще в советское время, на нем работает ненадежная водная система охлаждения. Из-за перебоев с электроэнергией на объекте не раз возникала угроза очередной катастрофы.

Нельзя забывать и о четвертом аварийном энергоблоке, где до сих пор остается незаконсервированное ядерное топливо — взорвавшийся реактор срочно засыпали песком и закрыли бетонным саркофагом. Работы по консервации топливных стержней провести просто невозможно, так как уровень радиации будет зашкаливать еще сотни лет.

180
тонн

отработанного ядерного топлива, по примерным оценкам, остается в четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС

В последнюю неделю августа возле Запорожской АЭС начались интенсивные бои и обстрелы. После того как 11 августа снаряды попали в помещение для хранения ядерного топлива и повредили линии электропередач, ООН и МАГАТЭ призвали немедленно обеспечить специалистам доступ на станцию. Гросси тогда заявил, что пока угрозы техногенной катастрофы нет, но из-за постоянных обстрелов ситуация может измениться в любой момент.

Россия еще в июне заверила, что готова обеспечить полный доступ инспекторов МАГАТЭ, однако миссия срывалась. Москва заявляла, что виной тому позиция Киева и «его западных спонсоров». Дело в том, что ООН и другие международные организации считают Запорожье украинской территорией, поэтому на станцию они могли приехать только по согласованию с властями Украины и только из Киева. В итоге к организации визита МАГАТЭ пришлось привлекать Великобританию, США и Германию, Франция и вовсе непосредственно участвовала в переговорах на разных уровнях.

Глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси сразу после визита на Запорожскую АЭС заявил, что всего за несколько часов собрал всю необходимую информацию, но от подробностей воздержался, поэтому вопрос, насколько обоснованны опасения по поводу «нового Чернобыля», пока остался открытым. Но частично на него можно найти ответы в открытых данных о проекте ЗАЭС.

Что скрывает ЗАЭС

Запорожская станция является крупнейшей АЭС в Европе, в ее составе шесть энергоблоков. Кроме реакторов, на ее территории расположены хранилища активного и отработанного ядерного топлива, которые тоже представляют серьезную радиационную опасность. Разумеется, комплекс зданий обладает усиленной защитой, однако ЗАЭС построена по довольно старому проекту конца 1970-х — начала 1980-х годов. Ее сооружения рассчитаны в основном на защиту от природных катаклизмов. Они могут выдержать относительно небольшую техногенную аварию — например, падение небольшого самолета. Однако станция задумывалась как гражданский объект и не рассчитана на работу в условиях артиллерийских обстрелов.

При этом специалисты уверяют, что даже единичные попадания в энергоблоки станции не обязательно приведут к ядерному взрыву. Выход радиации возможен в том случае, если будет разрушено не только само здание энергоблока, но и защитная оболочка вокруг реактора.

В мае весь мир напугала статья журналиста The Wall Street Journal Лоуренса Нормана, сообщившего со ссылкой на МАГАТЭ о десятках тонн обогащенного урана и плутония, находящихся на Запорожской АЭС. Эту информацию опроверг украинский «Энергоатом». Компания-оператор заявила, что «ни уран, ни плутоний, которые можно было бы использовать в военных целях, не хранились и не хранятся на станции». На территории ЗАЭС, как и на любой другой атомной станции мира, хранятся обычные тепловыделяющие сборки — части реактора, куда непосредственно вставляются топливные стержни, состоящие из делящихся веществ.

Кроме того, нужно понимать, что из шести энергоблоков ЗАЭС три довольно продолжительное время законсервированы для ремонта, а еще два остановлены после начала боевых действий. Это значит, что даже при нарушении герметичности их оболочки не произойдет выброса таких радиоактивных элементов, как йод-131 или цезий-137 с периодом полураспада 30 лет, который стал главным загрязнителем территории после катастрофы в Чернобыле.

Взрыв реактора по образцу Чернобыля, когда взрывная волна шла изнутри, что и дало огромный выброс радиоактивных элементов, на ЗАЭС в принципе невозможен. Там используются реакторы более нового типа, у которых есть защитная оболочка, в отличие от использованного в Чернобыле РБМК-1000. Внешнее воздействие на оболочку реактора в случае ЗАЭС в большей степени угрожает энергоблоку и персоналу станции.

6000
МВт

составляет максимальная мощность ЗАЭС. Станция впервые в истории вышла на эти объемы в 2021 году, но вскоре закрыла второй блок на повторный ремонт

Разрушить хранилища с отработанным ядерным топливом на ЗАЭС тоже не так-то просто. После того как Украина в 2015 году приняла решение разорвать сотрудничество с Россией в сфере утилизации ядерных отходов, они подверглись серьезной модернизации. На станции установлены мощные бетонные контейнеры американской компании Holtec. В контейнерах ядерного топлива даже больше, чем на самой станции, однако в них нет внутреннего давления и летучих изотопов, поэтому их разрушение приведет к загрязнению лишь территории самой станции.

Однако есть еще один серьезный фактор риска. ЗАЭС расположена на берегу Каховского водохранилища на Днепре, и глобальная экологическая катастрофа может случиться даже без выброса в воздух летучих изотопов, достаточно будет загрязнения территории станции. Дожди легко могут смыть радиоактивные элементы в Днепр, в результате чего пострадает и экосистема реки, и Черное море. Кроме того, риск несет не только попадание снарядов в станцию, но и выход из строя электросетей. Реактор должен отдавать ту колоссальную энергию, которую вырабатывает каждую секунду, иначе он взорвется. А остановить ядерную реакцию в один момент невозможно, для консервации реактора требуется много времени.

Хороший пример

Научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, сооснователь проекта «Ватфор» Дмитрий Стефанович уверен, что радикальных изменений ситуации вокруг ЗАЭС по итогам миссии МАГАТЭ ждать не приходится, но в целом может произойти некая нормализация, а также сокращение поводов для взаимных обвинений в создании угрозы ядерной катастрофы. «Возможно, по итогам и персоналу станции станет легче работать, тем более уже сейчас сообщается о прекращении обстрелов», — заявил он в беседе с «Лентой.ру».

Мы наблюдаем, как формируются своего рода основы, правила игры на случай ведения боевых действий на территории с действующими АЭС

Дмитрий Стефановичэксперт ИМЭМО РАН

Однако Стефанович считает, что к реальной деэскалации ситуации вокруг ЗАЭС может привести разве что общее политическое урегулирование по итогам СВО. В качестве промежуточного итога стороны могли бы взять на себя обязательства воздерживаться от каких-то конкретных действий, которые могут угрожать радиационной безопасности, — этого уже было бы достаточно, чтобы риски «нового Чернобыля» снизились.

Стефанович также допустил, что эта практика станет весьма полезной и в других регионах мира, так как в целом, к сожалению, применение военной силы уже многие годы возвращается в инструментарий межгосударственных отношений. В частности, в пример можно привести регулярные вооруженные столкновения между Индией и Пакистаном: обе эти страны являются ядерными державами.

Как заявил по итогам визита на Запорожскую АЭС гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси, работы предстоит много. В чем именно она будет заключаться, чиновник расскажет на заседании Совбеза ООН по ситуации с радиационной безопасностью на Украине. Заседание созвали по инициативе России: Москва настаивала на его проведении 6 сентября, но в итоге мероприятие назначили на 22 сентября. Остается только надеяться, что боевые действия не активизируются вновь за эти три недели.

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности

Лента.ру на рабочем столе для быстрого доступа