Вводная картинка

«Эти взрывы навели панику на весь город» Как Иосиф Сталин устроил самое громкое ограбление в истории Российской империи

Силовые структуры

115 лет назад, 13 июня 1907 года, в Тифлисе (ныне Тбилиси) было совершено крупнейшее ограбление в истории Российской империи. Группа большевиков атаковала карету Государственного казначейства, захватив в пересчете на сегодняшний курс свыше 16 миллионов долларов. Руководил нападением видный деятель большевиков Симон Тер-Петросян, а одним из налетчиков был будущий лидер Советского Союза Иосиф Сталин. Какой была его роль в ограблении века и что стало с похищенными деньгами — в материале «Ленты.ру».

13 июня 1922 года около 23:00 по московскому времени на Верийском спуске Тбилиси грузовик сбил выехавшего на встречную полосу велосипедиста. По роковому стечению обстоятельств это был единственный автомобиль, двигавшийся в то время по городу. От удара потерпевшего отбросило в сторону, он упал и ударился головой о тротуар.

С тяжелой черепно-мозговой травмой, в бессознательном состоянии пострадавшего доставили в Михайловскую больницу, где, не приходя в сознание, он скончался. На следующий день газеты сообщили, что в Тбилиси в возрасте 40 лет умер легендарный революционер Симон Аршаки Тер-Петросян, известный в революционных кругах как Товарищ Камо или Безумный Камо.

Позже появились слухи, что роковой для Камо грузовик мог появиться на дороге не случайно, а из-за ограбления, произошедшего за 15 лет до этого, в котором вместе с Камо принимал участие другой знаменитый уроженец Грузии, Иосиф Сталин, стремительно набиравший популярность.

«Грабить награбленное»

К 1907 году бушевавшая с 1905 года Первая русская революция пошла на спад, однако революционные партии не снижали своей активности. Для продолжения вооруженной борьбы с царской властью требовались деньги, необходимые для подкупа силовиков, печати и распространения агитационной литературы, изготовления поддельных документов и покупки оружия.

Главный источник доходов российских революционеров того времени — экспроприации (эксы), по сути, грабежи государственных учреждений. От обычных ограблений они отличались лишь тем, что все вырученные средства шли не в карман исполнителей, а в революционную кассу.

После Октябрьской революции 1917 года Владимир Ленин заменил сложный термин «экспроприация» более понятным лозунгом «Грабь награбленное».

В лозунге «Грабь награбленное» я не могу найти что-нибудь неправильное, если выступает на сцену история. Если мы употребляем слова «экспроприация», «экспроприаторы», то почему же нельзя обойтись без латинских слов?

Владимир Ленин. 29 апреля 1918 года

Наибольшего успеха в плане экспроприаций в ходе Первой русской революции достигла партия эсеров, обладавшая наиболее разветвленной и хорошо подготовленной сетью боевых революционных групп. 7 марта 1906 года в ходе налета на Купеческое общество взаимного кредита в Москве они похитили 875 тысяч рублей — рекордную по тем временам сумму.

Впрочем, такие грабежи одобряли далеко не все революционеры. В мае 1907 года V съезд Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП), в которую тогда входили большевики, решил запретить экспроприации. Руководители съезда постановили распустить все специализировавшиеся на экспроприациях боевые группы.

Впрочем, большевики во главе с Лениным за эту резолюцию не голосовали, настаивая на вооруженных методах борьбы.

В известные периоды острых экономических и политических кризисов классовая борьба доразвивается до прямой гражданской войны, то есть вооруженной борьбы между двумя частями народа. В такие периоды марксист обязан стоять на точке зрения гражданской войны

Владимир Ленин, «Партизанская война». 1906 год

Майское постановление съезда РСДРП расходилось с планами Ленина. Он считал необходимым провести психологическую подготовку для подъема революционной активности, которая стала затихать. Еще за месяц до V съезда он собрал так называемую финансовую группу с участием революционеров, разделявших его взгляды. Среди них были Леонид Красин, Александр Богданов, Максим Литвинов и Иосиф Сталин, известный в среде большевиков как Коба.

«Экспроприация при перевозке денег»

29-летний Сталин познакомился с Лениным за два года до этого. Молодой грузин был известен в РСДРП, как верный сторонник большевиков, организатор стачки на нефтяных промыслах в Баку и выходец из бедных слоев грузинского общества, которому удалось получить образование, изучить марксизм и активно обучать новой идеологии своих знакомых.

Среди его «воспитанников-революционеров» был и друг детства — уроженец Гори Симон Аршакович Тер-Петросян, ставший руководителем боевой революционной дружины.

Свое прозвище Симон Аршакович Тер-Петросян получил от Сталина в годы их бурной совместной деятельности по экспроприации царских денег в пользу партийной казны. Симон говорил по-русски с сильным акцентом: «Камо отнэсти? Камо атдать?» Так и закрепилась за ним партийная кличка — Камо

армянский публицист Эдуард Аянян

К моменту V съезда РСДРП Камо при содействии Кобы уже отметился организацией вооруженных налетов на конвои с деньгами, а также закупкой и переправкой больших партий оружия и взрывчатки. Благодаря этому Камо слыл удачливым экспроприатором: вместе со Сталиным они пополнили кассу большевиков на солидные суммы.

Именно ему вместе с Кобой Ленин и поручил воплощение своего плана. У Сталина в разных имперских учреждениях на территории Грузии было много товарищей, разделявших его убеждения и выступавших в роли источников информации. С их помощью революционеры стали детально изучать обстановку и подбирать наиболее подходящие цели для атак.

Большие суммы денег если и хранились в каких-либо учреждениях, то с громадной и сложной охраной. Экспроприацию надо производить непременно при перевозке денег — стало ясно Камо и всем товарищам при детальном выяснении плана. Оставался вопрос: где и когда? Благодаря энергии Камо, группа очень скоро стала получать систематические сводки, где и сколько хранится, откуда и куда какие суммы переправляются

жена Камо Софья Медведева-Петросян

По другим данным, работу с информаторами вел все же не Камо, а Коба (Сталин). Информацию о секретных графиках перевозки крупных сумм денег ему предоставлял банковский служащий Гиго Касрадзе и знакомый, трудившийся в банковской почтовой службе.

По воспоминаниям супруги Камо Софьи, революционная группировка предприняла две попытки захватить государственные деньги. Первая провалилась еще до начала. Тогда сообщники перевезли в Тифлис детали взрывных устройств, спрятанные в диване. С их закупкой и отправкой Сталину помогал революционер Леонид Красин.

Но в Тифлисе во время сборки бомбы одна из них неожиданно взорвалась в руках у Камо в тот момент, когда он крепил к ней детонатор. В итоге революционер получил сильную травму правой руки и глаза. Примечательно, что Камо легкомысленно отнесся к этой травме, от которой страдал до конца жизни, и даже не извлек из тела часть осколков взорвавшейся капсюли.

Вторая попытка была успешно начата: боевики поехали в поезде, перевозившем деньги, но должны были отказаться от экспроприации в самый последний момент. Проводники, которые должны были после нападения проводить наших товарищей через глухие горные тропинки, струсили и бежали

жена Камо Софья Медведева-Петросян

Революционеры торопились. Дело в том, что бомбы, присланные Красиным, могли служить лишь несколько дней, а затем взрывчатка приходила в негодность. План рушился, а на мероприятие были потрачены солидные партийные деньги, за которые предстояло отвечать. Но вечером 12 июня 1907 года Сталину поступило сообщение, что на следующий день почта пересылает в Госбанк двести пятьдесят тысяч рублей.

«Разбойник предложил ему остаться»

13 июня около 10:30 из Тифлисского филиала государственного банка выехал фаэтон (легкая коляска с откидным верхом), в которую счетовод и кассир положили два тюка с 350 тысячами рублей (свыше 16 миллионов долларов в пересчете на нынешний курс).

С ними ехали два казака, а следом шел еще один фаэтон с сотрудником службы безопасности банка и двумя вооруженными винтовками солдатами. В хвосте колонны двигались несколько конных казаков: охрану усилили из-за предупреждения о возможном нападении.

Из донесения заведующего особым отделом полковника Бабушкина:

«Охранное отделение имело агентурные сведения о прибытии в Тифлис из Кутаисской губернии нескольких туземцев с целью ограбления почты при провозе ее с вокзала; были даже указания, что нападение совершат на Садовой или Муштаидской улицах. Эти сведения своевременно были доложены словесно генерал-губернатору и начальнику воинской охраны, следствием чего было усиление войсковых нарядов, сопровождавших почту и банковые и казначейские транспорты».

В нападении участвовало около 20 боевиков, большинство из которых были одеты как обычные крестьяне. В своей книге «Молодой Сталин» британский историк Себаг-Монтефиоре Саймон Джонатан писал, что часть революционеров ожидала сигнала в заведении «Тилипучури» на Эриванской площади.

Одним из свидетелей тех событий якобы был Давид Сагирашвили, который зашел пропустить стаканчик и поговорить со старыми друзьями.

Давид выпил вино и собирался уходить, но разбойник с «исключительной вежливостью» предложил ему остаться и «отведать еще закусок и вина». Давид понял, что «они впускали людей в ресторан, но назад не выпускали. У дверей стояли вооруженные люди»

Себаг-Монтефиоре Саймон Джонатан. Из книги «Молодой Сталин»

«Палят пушки или взрываются бомбы?»

Когда на ведущей к площади улице появился конвой, стоящая на углу девушка взмахнула газетой. Это стало сигналом для находившихся в заведении: боевики высыпали на улицу и рассредоточились по площади. В это же время на площадь въехал фаэтон в котором сидел мужчина в форме квалерийского офицера.

Он будто бы случайно перегородил путь конвою перевозчиков денег, заставив его сбавить скорость

Почему-то происходящее не заставило охрану взяться за оружие. Не почуяли подвоха и находившиеся на площади городовые. Между тем по сигналу часть боевиков открыла из пистолетов огонь по городовым, а другая стала метать бомбы под ноги конвойным лошадям.

Раздались взрывы, от которых вылетели стекла в окнах половины домов города и были искорежены дымовые трубы. Но фаэтон с деньгами не был взорван, и лошади понесли его к Солдатскому базару. Наперерез ему бросился Бачуа Куприашвили: он находился на углу площади и до этого делал вид, что читает газету.

Это был решающий момент: один только Бачуа не растерялся. Бегом бросился он наперерез лошадям и догнал фаэтон в конце площади. Не раздумывая, не заботясь о себе, он бросил бомбу под ноги лошадей. И силой взрыва был брошен на землю

жена Камо Софья Медведева-Петросян

Напуганные взрывами жители Тифлиса прятались в домах и забегали в подвалы. Так, например, поступила Екатерина Свандизе — супруга Сталина, спрятавшаяся с маленьким сыном Яковом.

Никто не мог понять, откуда эти страшные разрывы: палят пушки или взрываются бомбы? Эти звуки навели на всех панику, по всему городу люди бежали без оглядки. Кареты и повозки уносились в разные стороны

из публикации в грузинской газете «Исари». 1907 год

Детали свидетели тех событий описывали по-разному. Но все сходились в том, что ограбление заняло у боевиков Камо всего пару минут, а он сам сыграл ключевую роль, поскольку отвлекал на себя внимание, изображая кавалерийского офицера с аристократическими манерами.

Не зря Сталин, рассказывая о боевом товарище, называл его в своих рекомендациях не иначе, как «мастер маскировки». И Камо полностью оправдал это звание, когда в суматохе закинул в свой фаэтон оба тюка с деньгами и помчался по улице.

Он выехал прямо на полицейский экипаж вместе с ротмистром: те, заслышав взрывы, мчались на подмогу коллегам

Завидев ротмистра, Камо не растерялся: он поднялся и, указав на тюки, сказал: «Господа! Деньги спасены! Скачите на площадь!» Быстро отдав честь, ротмистр пришпорил коня, и полицейские понеслись к площади. По некоторым данным, когда офицер узнал, кого он упустил, то свел счеты с жизнью, не выдержав насмешек на службе.

Из донесения заведующего особым отделом полковника Бабушкина:

«Сегодня в 11 утра в Тифлисе на Эриванской площади конвой казначейства в 350 тысяч был осыпан семью бомбами и обстрелян с углов из револьверов, убито два городовых, смертельно ранены три казака, ранены два казака, один стрелок, из публики ранены 16, похищенные деньги за исключением мешка с девятью тысячами изъятых из обращения, пока не разысканы, обыски, аресты производятся, все возможные аресты приняты».

Полковник Бабушкин лукавил: хотя жандармы и задержали несколько человек, включая кучера дилижанса, укравшего двадцать тысяч рублей, оброненных во время ограбления, никто из участников экспроприации в их руки не попал. Революционеры Александр Дарахвелидзе и Элисо Ломинадзе, переодевшись учителями, в тот же день вернулись на площадь, чтобы оценить масштаб бедствия. Они рассказали о трех убитых казаках и 40-50 раненых людях.

«Без Сталина ничего не делалось»

О непосредственной роли Сталина в Тифлисском ограблении у историков до сих пор нет однозначного мнения. По одним данным, Сталин бросил с крыши особняка князя Сумбатова первую бомбу, которая убила много людей. Он якобы лично стрелял из маузера по полицейским и был ранен осколком неудачно брошенной бомбы.

По другим данным, Сталин наблюдал за ходом ограбления из соседнего двора. Наконец, по третьей версии, будущий советский лидер обеспечил коллег по опасному революционному делу необходимой информацией. Но, чтобы не попасть под подозрение, в день ограбления находился на местном железнодорожном вокзале.

Судя по всему, исследователи трактовали роль Сталина в ограблении, исходя из своего личного отношения к нему. Утверждать можно лишь то, что он наряду с Камо был одним из главных организаторов налета. Через два дня после операции Сталин вместе с семьей покинул город.

Верховным руководителем боевой организации был Сталин. Лично он не принимал никакого участия в предприятиях, но ничего без него не делалось

бывший член РСДРП Татьяна Вулих

«Эти деньги нельзя было использовать»

Все похищенные деньги налетчики зашили в матрас. Ночью под присмотром революционерки Пации Голдавы, известной среди революционеров красотой и умением метко стрелять из пистолета, его перевезли в Тифлисскую физическую обсерваторию, где когда-то работал Сталин.

Набитый ассигнациями матрас положили на кушетку директора, который после этого не раз отдыхал на ней, даже не подозревая, на каком богатстве лежит

В июле 1907 года революционеры переправили содержимое матраса в Финляндию: там наличные доставили на дачу Ленина «Ваза» в Куоккале и стали решать, как легализовать награбленное. Проблема состояла в том, что все номера похищенных банкнот были переписаны сыщиками и разосланы во все полицейские управления Европы.

Деньги от тифлисской экспроприации нельзя было использовать. Они были в пятисотках, которые надо было разменять за границей одновременно в ряде городов

жена Владимира Ленина Надежда Крупская

Зная свирепый характер Камо, Ленин посчитал его идеальным охранником революционных средств. Ему же поручили передать для отмывания деньги товарищам в Париже и Бельгии, а также купить оружие и детонаторы. В дорогу Камо отправился с фальшивым паспортом на имя австрийского подданного Дмитрия Мирского.

В Вене он встретился с Максимом Литвиновым — будущим наркомом иностранных дел СССР. Вместе оттуда они отправились в Болгарию, где русский инженер, работавший на местное военное ведомство, продал им партию капсюлей для особо мощных бомб. Через неделю товарищ Камо был уже в Берлине, где стал закупать оружие.

В столице Германии Камо вспомнил о сопроводительном письме, которое ему дал с собой Ленин. Оно предназначалось известному врачу Якову Житомирскому, видному большевику, но он к тому времени стал активным осведомителем спецслужб. Сразу после визита Камо врач сообщил куда следует и революционера задержали.

Ленин в бегах

При обысках у Камо нашли оружие (50 револьверов системы «Маузер» со 150 патронами к каждому стволу) и чемодан с двойным дном. Там оказалась взрывчатка и запрещенная в Российской Империи литература революционного характера. Узнав об аресте Камо, Ленин и Крупская подались в бега.

Чтобы не попасться жандармам, которые, как был уверен лидер большевиков, за ним уже выехали, он с супругой прошел пять километров через замерзшее озеро, чтобы сесть на пароход вдали от дачи. Во время этого пути будущий вождь мирового пролетариата едва не ушел на дно, когда начал трескаться лед.

Вспоминая о том случае, Ленин оценил ситуацию как «глупый способ умереть». Что касается его товарищей-революционеров, которые пытались легализовать украденные деньги, то они не преуспели. Причастных к операции вычислили по номерам похищенных банкнот: так среди прочих в руках французской полиции оказался Максим Литвинов с супругой.

Два русских, предположительно террориста, мужчина и женщина, как утверждают, замешанные в Тифлисской краже, были арестованы 17 января на Северном вокзале, едва они сели в поезд по направлению к побережью. Русская полиция знает номера 500-рублевых банкнот, входящих в Тифлисский трофей. Один их русских, проживающий в Париже, попытался обменять одну из банкнот в одном из Парижских банков

из сообщения Английской военной миссии в Париже. 1908 год

Литвинову, впрочем, повезло: вопреки просьбе царского правительства о его экстрадиции на родину, французские власти просто выслали чету революционеров из страны.

Между тем после этого ареста стала известна причастность большевиков к налету в Тифлисе, что вызвало возмущение их товарищей по РСДРП. Там поняли, что сторонники Ленина действовали вопреки указаниям V съезда. Лидер меньшевиков Мартов отметил, что «большевики это что-то среднее между тайной фракционной ЦК и преступной группировкой».

«Камо не издал ни звука»

Главному исполнителю Тифлисского ограбления Камо после экстрадиции в Российскую империю грозила смертная казнь. Единственным шансом избежать этого, по мнению адвокатов, была симуляция сумасшествия. И Камо стал импровизировать: часами он смотрел в одну точку, а во время следствия и судебных заседаний никак не реагировал на происходящее.

Его перевели в Моабитскую тюрьму в Берлине, где он продолжил изображать невменяемого человека. Главный врач на протяжении двух лет внимательно наблюдал за ним. И Камо мог неделями не спать, упершись головой в стену, пытался охотиться на воображаемых мух и бросался на стены камеры.

Немецкие медики подозревали, что их пациент симулирует, и чтобы проверить это, они пошли на особо жесткие меры. Камо поместили в камеру с минусовой температурой, где он босой, в нижнем белье семь дней молча стоял у стены. Консилиум врачей не мог поверить, что это симуляция.

Чтобы окончательно убедиться в сумасшествии арестанта, его подвергли последнему испытанию — болью. Но ни иголки, втыкаемые под ногти, ни прижигание раскаленным железом ни к чему не привели — Камо не издал ни звука

армянский публицист Эдуард Аянян

Немецкие врачи официально признали его сумасшедшим, но в 1909 году все же передали в Россию. «Душевнобольного» отправили в Метехскую тюрьму Тифлиса, где он продолжал свой спектакль, пока 15 августа 1911 года не сбежал через окно туалета, распилив кандалы и решетку.

Камо снова встретился со старыми товарищами, прятался в домах и подвалах, а также помогал натаскивать молодых революционеров. Параллельно он активно устраивал новые экспроприации. Но в январе 1913 года Камо схватили при попытке ограбления почтового экипажа.

Избежавший смерти

На этот раз врачи не нашли у Камо никаких признаков сумасшествия, после чего его приговорили к смертной казни. Но удача вновь улыбнулась бывалому революционеру.

В последний момент произошло чудо — по амнистии в связи с 300-летием царствования дома Романовых смертная казнь была заменена Симону Аршаковичу Тер-Петросяну двадцатилетней каторгой

армянский публицист Эдуард Аянян

На свободу товарищ Камо вышел после февральской революции: он сразу же присоединился к большевикам и стал активным участником октябрьских событий. В годы гражданской войны его диверсионный отряд жестко действовал в тылу белогвардейских войск генерала Антона Деникина.

По воспоминаниям современников, Камо не щадил ни себя, ни врагов, ни соратников. Известен случай, когда он, выявляя «крота» в своих рядах, имитировал захват собственной группы белогвардейцами.

Бойцов отряда захватили, разоружили, связали и поставили в один ряд — якобы для расстрела. Перед ними — окровавленный «труп» командира. Тут же его «сердце» — кровавый комок на полу. Тем, кто раскается или объявит себя противником коммунистов, была обещана пощада. В отряде трусов не нашлось. Но один из бойцов заявил, что является агентом Пилсудского. Таким образом Камо удалось обнаружить предателя

армянский публицист Эдуард Аянян

После гражданской войны Камо был отправлен старыми товарищами работать в таможенные органы. Существует версия, что он сам хотел работать в силовых структурах революционного государства, но перенесенные страдания сделали его психически неуравновешенным, а потому Сталин решил не рисковать.

После странной смерти Камо в 1922 году появилась версия, что он попал под колеса грузовика не случайно: якобы Сталин решил избавиться от старого друга, как от ненужного свидетеля его разбойного прошлого. Впрочем, стоит отметить, что в советское время факт причастности большевиков к экспроприации 1907 года ими никогда не отрицался, как и роль Сталина в этих событиях.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»:

Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru

Лента.ру на рабочем столе для быстрого доступа