«Победа легкой не бывает» Участники штурма Мариуполя — о жестоких уличных боях и гуманитарной катастрофе в городе

Ожесточенные уличные бои в Мариуполе продолжаются не первую неделю. Все это время местным жителям приходится выживать в подвалах. У большинства из них нет возможности уехать из города, они просто боятся выйти на улицы из-за непрекращающихся обстрелов. Тем временем кольцо наступающих частей ДНР постепенно сжимается. С северо-восточного направления бои за город ведут ополченцы батальона «Восток» под командованием Александра Ходаковского. Корреспондент «Ленты.ру» отправился в расположение батальона и пообщался с бойцами, которые участвуют в штурме этого стратегически важного пункта, открывающего выход к Азовскому морю.

Полет Брунгильды

Поездка из Донецка в прифронтовую зону для людей, не участвующих в боевых действиях, — это всегда квест. Главное приключение — найти транспорт. Еще до начала спецоперации в Донецкой народной республике (ДНР) прошли два крайне важных мероприятия — мобилизация и эвакуация. Они заметно сократили численность мужского населения в городе, в том числе и владельцев автотранспорта. К тому же в сторону зоны боевых действий в принципе захочет ехать не всякий. Да что там зона боевых действий, такси в городе приходится ждать минимум полчаса.

Знающие люди с усмешкой говорят, что водители в Донецке сейчас зарабатывают больше, чем бойцы частных военных компаний (ЧВК) в Африке и на Ближнем Востоке

Поэтому мои коллеги решили для поездок приобрести собственный автомобиль — бронированную инкассаторскую «Ниву». Хорошая проходимость и какая-никакая, но защита. Броневичку дали гордое имя Брунгильда. Правда, прежде чем куда-то на ней отправиться, пришлось перебрать двигатель, заменить цилиндры сцепления, шины, радиатор и задние амортизаторы.

На одном из бронированных стекол скол от попадания пули. Это еще из старой, инкассаторской жизни. А еще не фиксируется в закрытом положении люк в крыше. На любой дорожной неровности он норовит открыться, и его постоянно приходится придерживать рукой. Окна не открываются, и курить приходится в небольшие бойницы в дверях.

И все же лучшего автомобиля для поездки в Мариуполь сейчас не найти. Тем более что по асфальтированной трассе можно преодолеть только часть пути. Остальное — по разбитым грунтовкам.

Здесь прошла бронетехника, прошли «Уралы» с личным составом и боекомплектом, а теперь едем мы. Просто по колее. На обочины сворачивать ни в коем случае нельзя — мины

Чем ближе к Мариуполю, тем яснее представляется трагедия, которую сейчас переживает город. Колонны военной техники перемежаются колоннами гражданских машин. На них белые ленты, крупные надписи «Семья» или «Дети» на лобовых стеклах. Многие посечены осколками, у кого-то выбиты окна, на кузовах следы от столкновений.

Иногда можно увидеть импровизированные фильтрационные пункты. Сотрудники правоохранительных органов ДНР проверяют выезжающих из Мариуполя на принадлежность к Вооруженным силам Украины (ВСУ) и формированиям украинских националистов. Таких тут хватает. Чем ближе к городу, тем ситуация хуже. Здесь уже встречаются колонны людей, выходящих пешком. Свои немногочисленные пожитки они везут в тележках из супермаркетов.

С нами в машине — наш коллега Аким Апачев, у которого в Мариуполе осталось много родственников. Переживать происходящее ему тяжело вдвойне. Он признается, что заранее смирился с тем, что потерял всех. Тем радостней ему узнавать, что кто-то прорвался из города. Буквально в дороге он узнает, что еще двое его родственников уже в безопасности и находятся в пункте временного размещения (ПВР) в Новоазовске.

Представляешь, они просто всем подъездом собрались, приняли решение выходить пешком, распределили, кто какие вещи понесет, чтобы примерно одинаково было. Еду и воду распределили поровну на дорогу. Что-то родоплеменное в людях снова возрождается в таких ситуациях

Аким Апачевжурналист съемочной группы ANNA-News

Бедственная ситуация не только в Мариуполе, но и в окрестных селах. Местные власти бежали, магазины не работают, нет света, газа и воды. Истории в каждом населенном пункте как под копирку — ВСУ отошли, Народная милиция ДНР еще не зашла, а село уже оказалось под обстрелом своих вчерашних защитников.

У людей это вызывает искреннее непонимание — ведь еще вчера они общались с этими солдатами, пускали их на постой, старались поделиться домашней едой. Впрочем, те, кто живет в северо-восточных пригородах, давно избавились от иллюзий насчет ВСУ.

Они своими глазами видели с окружающих Мариуполь высот, как армия оставила укрепрайоны в окрестностях города и закрепилась в жилой застройке. Украинских солдат тут теперь называют не иначе как суки

На этот раз в город нас не пустили — обстановка на линии соприкосновения меняется постоянно и не всегда в лучшую сторону. С горы под Калиновкой смотрим на такой близкий многим дончанам Марик. Как говорят местные коллеги, многие вечеринки в Донецке заканчивались именно тут, на море, в Мариуполе. А теперь перед глазами апокалиптический пейзаж пылающего полумиллионного города. Загружаемся в Брунгильду и отправляемся в расположение батальона «Восток».

«Затягиваем удавку»

На полевой базе батальона «Восток», который был сформирован еще в мае 2014 года, деловитая суета. Очередная ротация отправляется на боевые позиции. В «Уралы» грузят тяжелое вооружение и боекомплект, бойцы проверяют личное оружие.

Калейдоскоп лиц: взрослые мужики и молодежь, вчерашние шахтеры, менеджеры, студенты. Это те самые «орки» из украинских агиток, «дэнэры», пехота Народной милиции, на плечах которой основная тяжесть боев на востоке Мариуполя

Те, кто вернулся с боевых заданий, в основном спят. Их не смущает ни рев грузовиков, ни грохот ящиков, ни возгласы однополчан.

Встречаю Максима Фомина, известного как Владлен Татарский. Чуть больше месяца назад записывал его комментарий в пиццерии в центре Донецка, а теперь встречаемся под Мариуполем. Передаю привет от общих знакомых, говорю, что очень за него переживают. Татарский смеется: «За меня переживать нечего, я в естественной среде обитания».

По его словам, в «Востоке» он с товарищами создал «добровольческий воздухоплавательный отряд» и теперь работает с беспилотниками. С них корректируется огонь минометов и артиллерии, да и в целом ведется разведка.

Проходим в импровизированную казарму. На полках кофе, сгущенка, лапша быстрого приготовления, колбаса. Не до изысков, побыстрее бы приготовить, побольше калорий и глюкозы. После нескольких часов «в полях» на промозглом ветру — самое то.

По словам Татарского, особенность этих боев в том, что тут тактики уже никакой нет. Он и его товарищи отмечают, что украинской стороне проще, так как Вооруженные силы Украины и батальон «Азов» действуют от обороны. «Засели в домах и отстреливаются. Действуют малыми группами. Смешивают тактику террористов ИГИЛ («Исламское государство», ИГ, запрещено в России) и жесткой обороны. Мы выявляем огневые точки и подавляем их. Это позволяет избегать потерь, которые лишали бы боеспособности целые подразделения», — говорит ополченец.

Опираясь на свой опыт, бойцы заявляют, что в степени мотивированности разницы между ВСУ и «Азовом» особой нет, разве что «азовцам» нечего терять. Впрочем, отмечают, что, когда ведешь бой в городе, уже неважно, кто именно стреляет в тебя из окон.

Многие подразделения ВСУ дополняли ветеранами «Азова», которые стращали всех, что «все умрем, никуда не уйдем». И для многих частей они являются внутренним заградотрядом, не в смысле, что в спину стреляют, а в смысле, что создают стержень обороны

Владлен Татарскийополченец

Здесь все верят, что Мариуполь станет первой знаковой победой объединенной русской армии. Бойцы отмечают, что город действительно стал крепким орешком. Кроме медийно раскрученного полка «Азов» там находятся и другие серьезные формирования, например, бригада морской пехоты.

Задержку в наступлении бойцы объясняют тем, что ни у Вооруженных сил России, ни у Народной милиции ДНР нет опыта городских боев, но приобретается он довольно быстро. По словам Татарского, даже офицеры с сирийским опытом признают, что ситуация здесь другая. Да, в Сирии тоже плотная застройка, но вот этажность домов гораздо ниже. «Везде есть какой-то нюанс, к которому нужно приспосабливаться, — говорит ополченец. — Наши многие привыкли только в окопах сидеть. Но люди быстро приспосабливаются и учатся. Штурм идет».

Конечно, мне и многим другим хотелось бы, чтобы это случилось быстро: мы зашли, враги сдались, все живы, люди высыпали на улицы с цветами. Но тут, к сожалению, не так. Люди, которых я вижу, не с цветами выходят мне навстречу, а с очень сильным стрессом. Но это будет первая важная победа с огромным количеством трофеев и доказательств преступлений киевского режима

Владлен Татарскийополченец

По словам Татарского, он часто сталкивался со скептическим отношением к ополченцам ДНР, мол, ребята от сохи, воевать не умеют. Однако он уверен, что сейчас реальные боевые условия показали, что даже от человека, который просто несколько лет сидел в окопе, пользы больше, чем от того, кто никакого боевого опыта не имеет. «Обстрелянный солдат — это уже хорошо, он более адекватно воспринимает реальность. Да и мотивация у них серьезная, они освобождают свой дом. У нас в батальоне огромное количество людей из Мариуполя, и они жаждут мести», — считает Татарский.

С ним солидарны и другие бойцы. В пример они приводят историю с десантом в Гостомеле в первый день спецоперации, который стал одним из символов мужества российских солдат. «Ты пойми, они ******* (очень) круты, но у нас такое происходит сплошь и рядом», — говорит один из бойцов «Востока». Вспоминает разведгруппу, которая попала в окружение в одной из многоэтажек. «Мы им "коня" (канат) протянули с беспилотника, как в тюрьме, — смеются бойцы. — Передаем еду и боекомплект, а они нам записки трогательные, что еще нужно и как они там вообще держатся». Они уверены, что подобных историй по итогам боев за Мариуполь будет еще великое множество.

Прощаемся, благодарим за кофе и гостеприимство.

Во дворе встречаем командира «Востока» Александра Ходаковского. На лице следы усталости и многодневного недосыпа. Несмотря на всю свою занятость, соглашается ответить на несколько вопросов про обстановку на Мариупольском направлении.

Ходаковский называет происходящее вокруг Мариуполя в последние две недели «сжатием в кольцо». По его словам, на некоторых направлениях объединенные войска уже вгрызлись в оборону противника, а где-то «спокойно и планомерно затягивают удавку» и потихоньку продвигаются дальше, взломав первую линию обороны города. «Работаем спокойно, стараемся не повторять прошлых ошибок и помним об опыте первой чеченской кампании. Они же грозили нам "вторым Грозным" (имеется в виду штурм Грозного российскими войсками в 1994-1995 годах — прим. «Ленты.ру»)», — говорит Ходаковский.

Мы риски тоже понимаем, не идиоты. Поэтому используем такую тактику, которая не позволяла бы нас затаскивать в огневые «мешки», разбивать с преобладающих высот. Концентрация сил у них достаточно высокая, никто не говорит, что они не умеют воевать. Победа легкой не бывает, всегда нужно поработать и потрудиться. Вот и работаем на победу

Александр Ходаковскийкомандир батальона «Восток»

По его словам, задействованные в Мариуполе войска каждый день своими глазами видят использование гражданского населения в качестве живого щита со стороны украинских военных. «Надо понимать, что это ведь не когда они, к примеру, ведут перед собой гражданское население и стреляют из-за их спин, нет. Просто население не выпускают из города, — объясняет офицер. — Представьте себе многоэтажку и в ее подвале гражданские, которые там прячутся. Противник мог бы проявить гуманизм и дать мирному населению покинуть эти подвалы».

Он уверен, что командование гарнизона Мариуполя прекрасно понимает, что в зоне прямого огневого контакта гражданские находятся в огромной опасности. По словам Ходаковского, применяемые в каждом конкретном случае вооружения зависят от информированности о наличии в подвалах домов гражданского населения.

Но противник не оставляет выбора. Они же ведут по нам огонь, сидя на головах гражданского населения. Нам приходится реагировать. Такая вот детерминированность ситуации

Александр Ходаковскийкомандир батальона «Восток»

Ходаковский подчеркнул, что группировка в левобережных районах уже практически окружена, а въезд и выезд из города находятся под контролем Вооруженных сил России и Народной милиции ДНР. «Но Мариуполь — это не маленький город. И несмотря на все попытки эвакуировать население, там все еще находится огромное количество людей, и в центре, и на окраинах. Это очень осложняет нам задачу. По будущему полка "Азов" ситуация однозначная — он должен быть демилитаризован», — завершает он свой рассказ.

***

Мы выезжаем на Донецк, а в сторону Мариуполя идут колонны. Два часа дороги, и мы сможем помыться и поесть горячего. А там, в блокированном городе без электричества, воды и газа, где в подвалах своих домов сидит огромное количество гражданского населения, обрываются и калечатся судьбы. Простых горожан и военных с обеих сторон. К этому контрасту привыкнуть тяжелее всего.

Лента.ру на рабочем столе для быстрого доступа