Лев Троцкий в Крыму в 1921 году

«Они единственные, кто сопротивлялся этому носорогу» Как Сталин разгромил Троцкого и уничтожил оппозицию в СССР

Наука и техника

Оппозиция действующей власти существовала даже при большевистском режиме — правда, недолго. Сто лет назад, в начале 1920-х годов, начался постепенный процесс перерождения ленинской однопартийной диктатуры в административно-бюрократический режим единоличной власти Сталина. Как именно это происходило? Кто и как этому сопротивлялся? Почему Сталину, не самому очевидному претенденту на роль преемника Ленина, удалось победить всех своих противников и буквально физически уничтожить влиятельную оппозицию внутри большевистской партии? Обо всем этом «Ленте.ру» рассказал кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова Алексей Гусев.

Ленинское наследство

«Лента.ру»: «Левая оппозиция» внутри большевистской партии возникла в 1923 году. Что послужило причиной этого: провал планов мировой революции после военной тревоги 1923 года и усиление партийной бюрократии или смертельная болезнь Ленина, обострившая противоречия между его соратниками?

Алексей Гусев: «Левая оппозиция» появилась в ходе внутрипартийной дискуссии 1923 года, которая была вызвана совокупностью нескольких факторов. Но прежде всего хочу сказать, что ожесточенная внутренняя борьба в большевистской партии на протяжении всего первого десятилетия после прихода ее к власти была постоянным явлением. С 1917 по 1929 год схватки между различными внутрипартийными группировками возникали регулярно.

О чем это говорит? Во-первых, о том, что в то время коммунистическая партия оставалась живым организмом и еще не превратилась в застывший бюрократический монолит. Во-вторых, такое положение стало следствием установления в стране однопартийной системы.

После монополизации власти и разгрома всех остальных легальных политических организаций большевистскую партию сразу стали раздирать острые противоречия

Все общественные идеи, интересы и мнения, которые в многопартийных условиях нашли бы свое отражение в других политических структурах, теперь могли проявляться только косвенно и внутри правящей партии.

Это вызывало озабоченность у большевистских лидеров. Известно, что раскола партии очень опасался Ленин. Именно Ленин на X съезде РКП(б) в 1921 году настоял на принятии резолюции «О единстве партии», которая запрещала всякую фракционную деятельность. Но это мало помогало. Не найдя выхода в свободной политической жизни, различные общественные противоречия и разногласия неизбежно прорывались во внутрипартийных схватках.

Ведь до «левой оппозиции» в РКП(б) существовала еще «рабочая оппозиция» и прочие мелкие группировки?

Да, но усиление внутрипартийной борьбы в 1923 году стало порождением сразу нескольких причин. Во-первых, сразу после завершения активной фазы Гражданской войны действительно резко ухудшилось состояние здоровья Ленина — общепризнанного харизматического вождя большевистской партии. В течение 1922 года после двух инсультов и паралича его влияние на политическую жизнь постепенно сошло на нет.

Недееспособность лидера страны и партии породила острые противоречия в его окружении. В Политбюро сформировалась так называемая правящая «тройка» в составе Григория Зиновьева, Льва Каменева и Иосифа Сталина.

Как показывают исследования политологов и социологов, в том числе Макса Вебера, в политических системах, ориентированных на харизматического лидера, поиск преемника происходит сложно и проблематично. Это часто случается не в результате четко прописанных демократических выборов, а по малопонятной и неопределенной процедуре

Но вторым лидером в РКП(б) после Ленина считался Лев Троцкий. Этот человек, который непосредственно организовывал Октябрьский переворот 1917 года, создавал Красную армию, был одним из ведущих идеологов Коминтерна и пользовался в партии заслуженным авторитетом.

«Фракционная диктатура»

Именно против Троцкого и объединилась «тройка»?

Да. Зиновьев, Каменев и Сталин в силу разных причин (как политических, так и личных) не хотели, чтобы Троцкий стал преемником Ленина. С помощью ухищренных аппаратных интриг «тройка» стала постепенно оттеснять от реальных рычагов управления партией и страной как самого Троцкого, так и его единомышленников.

И это вызвало недовольство?

Здесь уже можно говорить о второй причине. Недовольство внутри партии на разных уровнях накапливалось и раньше. Вызвано оно было аппаратной политикой Сталина, который после назначения его в 1922 году генеральным секретарем ЦК ВКП(б) постепенно расставил на ключевые должности своих людей.

Многим не нравились вводимые им новшества: заметное усиление контролируемой Сталиным партийной бюрократии, фактическая отмена выборности на партийные посты, подавление всякой критики. В 1923 году инакомыслящие коммунисты даже стали подвергаться арестам, чего раньше невозможно было представить. Такая политика вместе с искусным интриганством потом позволила Сталину избавиться от всех своих оппонентов поодиночке и установить режим личной власти.

Наконец, третья причина — экономический кризис 1923 года (кризис сбыта промышленной продукции, или «ножницы цен»), вызванный непомерным ростом цен на потребительские товары. Это привело к затовариванию промышленных складов, падению прибыли предприятий, задержке зарплат и, как следствие, — к массовым забастовкам, в ходе которых рабочие выдвигали не только экономические, но и политические лозунги.

Совокупность всех этих причин привела к переходу внутрипартийного противостояния из подспудной формы в открытую. Особенно это проявилось после появления в октябре 1923 года писем Троцкого, а затем «Заявления 46-ти» в Политбюро ЦК с критикой «режима фракционной диктатуры внутри партии». Но в итоге оппозиция осталась в меньшинстве и была официально осуждена партией.

Внутрипартийная борьба 1920-х годов, включая известную «литературную дискуссию» 1924 года, была банальной схваткой за власть между наследниками Ленина или спором о путях развития страны?

И тем, и другим одновременно. Исход внутрипартийной борьбы в 1920-е годы и приход к власти Сталина предопределил всю дальнейшую историю СССР.

Партийные диссиденты

Чего именно требовали оппозиционеры? Курса на мировую революцию и отказа от принципа «построения социализма в одной отдельно взятой стране»?

Не только. И смотря про какое время говорить. Во внутрипартийной дискуссии 1923 года тезис о «построении социализма в одной отдельно взятой стране» не обсуждался. Тогда больше шли споры о восстановлении внутрипартийной демократии и о путях решения насущных экономических проблем.

Обсуждение вопроса о возможности построения социализма в одном СССР, не дожидаясь победы мировой революции, началось только с 1925-1926 годов. Еще весной 1924 года в своей статье «Об основах ленинизма» Сталин доказывал нежизнеспособность этой идеи. Однако в конце того же года он уже переменил свое мнение, ссылаясь на некоторые высказывания Ленина и по-своему их трактуя.

Сначала против этой концепции выступил лидер ленинградской парторганизации Зиновьев, недавний союзник Сталина по правящей «тройке» и борьбе с Троцким. В 1925 году вместе со своим многолетним соратником Каменевым он возглавил «новую оппозицию», осуждавшую правящий курс. И хотя некоторое время к ней примыкала даже вдова Ленина Надежда Крупская, на XIV съезде партии «новая оппозиция» тоже потерпела поражение.

В 1926 году «новая оппозиция» Зиновьева и Каменева вместе с «оппозицией 1923 года» во главе с их бывшим заклятым врагом Троцким образовали «объединенную левую оппозицию». Эта коалиция противостояла стремительно набиравшему вес Сталину и его новым союзникам — редактору «Правды» и фактическому руководителю Коминтерна Николаю Бухарину и председателю советского правительства Алексею Рыкову.

Неужели вся эта теоретическая полемика о нюансах марксистской догматики была так важна?

Концепция построения социализма в рамках одной страны, явно противоречащая классическому марксизму, снимала всякие теоретические ограничения для любых колебаний генеральной линии партии.

В той ситуации для СССР это означало курс на автаркию и казарменный социализм. В итоге его и реализовал потом Сталин, опираясь на контролируемый им партийно-хозяйственный аппарат

«Большой скачок» 1928-1933 годов, со сплошной коллективизацией и ускоренной индустриализацией, концептуально опирался именно на идею построения социализма в одной стране.

Однако оппозиционеры (себя они называли большевиками-ленинцами, а их оппоненты — троцкистско-зиновьевским блоком) противостояли Сталину не только в идеологической сфере, но и в практической деятельности. Они с тревогой наблюдали за стремительным развитием в Стране Советов авторитарно-бюрократических порядков и всячески пытались этому противостоять.

Тревожный 1927-й

Как партийные оппозиционеры относились к нэпу?

Вопреки распространенным сейчас представлениям, против нэпа как такового они не выступали. Во второй половине 1920-х годов «большевики-ленинцы» лишь хотели его скорректировать и выровнять дисбаланс в пользу промышленности, а в деревне стремились защищать интересы бедняков и батраков.

К верхушке крестьянского мира, которая, как считалось, наживалась на экономических трудностях, предлагалось применять в основном меры налогового воздействия, а не грубое насилие, как это потом делал Сталин. Как выражались теоретики партийной оппозиции, «более классовую линию в отношении мелкобуржуазных элементов» в деревне вполне можно проводить в рамках нэпа. По их представлениям, концепция мировой революции вместе с отрицанием принципа построения социализма в одной стране никак не противоречила курсу на продолжение нэпа.

Чем было вызвано новое обострение фракционной борьбы внутри большевистской партии в 1927 году, когда объединенная троцкистско-зиновьевская оппозиция противостояла сталинско-бухаринскому руководству? Это тоже было связано с внешнеполитическими факторами — новой военной тревогой и поражением коммунистов в Китае?

Да, резкое обострение международной обстановки в этом сыграло важную роль. «Заявление 83-х» — один из программных манифестов «объединенной оппозиции» — прямо обвиняло руководство большевистской партии и подконтрольный ей Коминтерн в провале коммунистической революции в Китае. Дело в том, что до этого Москва и Коминтерн требовали от китайских коммунистов сотрудничать с Гоминьданом, войдя в его состав.

Это была националистическая партия, которая выдвигала левые лозунги и получала помощь советских военных советников. Но сотрудничество коммунистов с Гоминьданом завершилось тем, что один из его вождей Чан Кайши решил в апреле 1927 года порвать с компартией и развернул против коммунистов массовый террор. В результате тысячи людей погибли, а компартия вынуждена была уйти в подполье.

Одновременно с этим ухудшились отношения с Великобританией, обвинявшей Москву в подрывной деятельности на ее территории, и Польшей, где в июне 1927 года был убит советский полпред Войков.

В Советском Союзе почувствовали реальную опасность новой войны. Стоит отметить, что военная тревога 1927 года была использована партийным руководством для борьбы с оппозицией как якобы мешающей всеобщему сплочению перед лицом внешней угрозы

Но обострение внутрипартийного противостояния в 1927 году было вызвано и внутренними факторами. Оппозиционеры указывали на сложную ситуацию в экономике: растущее социальное расслоение в деревне, тяжелое материальное и бытовое положение рабочих, товарный дефицит, проблемы с закупками хлеба у крестьян.

К тому же на декабрь 1927 года был назначен XV съезд РКП(б), а в то время в преддверии каждого партийного форума всегда обострялась внутренняя борьба. Лидеры оппозиции — Троцкий, Зиновьев и Каменев, которых в 1926 году исключили из Политбюро, — собирались перед съездом дать решительный бой Сталину, Бухарину и Рыкову.

Этот бой на XV съезде они, как известно, проиграли, как и все предыдущие. Почему после исключения из большевистской партии лидеры оппозиции не создали собственную политическую организацию? Ведь еще Ленин в свое время говорил, что прежде чем объединяться, нужно решительно размежеваться.

Определенная организационная структура у оппозиционеров имелась, но довести ее до логического завершения они не смогли. Они очень боялись раскола партии, тем более что именно в этом оппозицию постоянно обвиняла сталинская пропаганда. Но «большевики-ленинцы» на самом деле не видели себя вне рамок системы однопартийной диктатуры.

Только в 1933 году Троцкий, к тому времени уже высланный за границу, пришел к выводу о необходимости создания новой, «настоящей» большевистской партии. Он полагал, что в условиях сталинской диктатуры ВКП(б) как партия умерла, окончательно превратившись в административно-бюрократического монстра. Независимо от него аналогичные мысли возникли и у других уцелевших деятелей оппозиции, остававшихся в СССР. Например, молодой троцкист Григорий Яковин, который тогда скитался по лагерям и ссылкам, даже написал в 1935 году проект программы «Рабочей Коммунистической партии (большевиков-ленинцев)». Но к тому времени было уже поздно.

Разгром оппозиции

Почему в итоге Сталину удалось победить Троцкого и всех других оппозиционеров? Был ли неизбежен их жестокий разгром?

Троцкий, уже будучи в эмиграции, на этот вопрос отвечал, что его противостояние со Сталиным было не каким-то спортивным поединком, а отражало ожесточенную борьбу социальных сил. Характеризуя Сталина как «самую выдающуюся посредственность» партии, Троцкий считал его воплощением интересов и устремлений самой мощной и консолидированной социальной группы — партийно-государственной бюрократии.

В своей статье «Почему Сталин победил оппозицию?» Троцкий писал, что победа Сталина стала поражением трудящихся масс в столкновении с правящей бюрократией. Он указывал на ее активность, сплоченность, готовность всеми силами и средствами защищать свою власть и привилегии. То, что оппозиция не имела широкой социальной поддержки, Троцкий объяснял пассивностью и усталостью народных масс после революции и Гражданской войны.

Так считал Троцкий, а что думаете вы?

На мой взгляд, после установления в начале 1920-х годов контроля Сталина над партийным аппаратом поражение оппозиции было предопределено. Во-первых, внутрипартийные диссиденты боролись со Сталиным и его сторонниками на их территории. Они пытались апеллировать к партийным собраниям, съездам и конференциям, но к тому времени все эти институты находились под плотным контролем сталинского аппарата и уже ничего реально не решали.

Оппозиционные демонстрации в СССР 7 ноября 1927 года

Антисталинские оппозиционеры 1920-х годов не были сторонниками массовых уличных акций, свою политическую деятельность они вели в основном на партийных форумах и собраниях. Одними из немногих их публичных мероприятий стали альтернативные («троцкистские») демонстрации в Москве и Ленинграде 7 ноября 1927 года в честь десятилетнего юбилея Октябрьского переворота. Однако в столице шествие продолжалось недолго — его почти сразу разогнали милиционеры, чекисты и агрессивно настроенные партийные активисты под руководством тогдашнего рьяного борца с троцкизмом Мартемьяна Рютина. В 1930 году самого Рютина исключили из партии за оппозиционный уклон, в 1932 году он возглавил подпольный «Союз марксистов-ленинцев», был арестован и в 1937 году расстрелян. Демонстрации 7 ноября 1927 года стали последними открытыми протестными акциями политической оппозиции в нашей стране вплоть до 5 декабря 1965 года, когда в Москве на Пушкинской площади состоялся диссидентский митинг гласности.

О событиях 7 ноября 1927 года в Ленинграде (из мемуаров Виктора Сержа)

«Мы решили участвовать в манифестации 7 ноября со своими собственными лозунгами... В Ленинграде служба, следящая за порядком, с умыслом позволила оппозиционерам пройти перед официальной трибуной, возведенной под окнами Зимнего, чтобы оттеснить их в проход между музеем Эрмитаж и зданием Архива. Помятый в нескольких схватках, я не смог присоединиться к процессии. Немного постоял, всматриваясь в поток бедняков под красными знаменами. Время от времени организатор поворачивался к своей группе и выкрикивал здравицы, которые неуверенно повторял хор голосов. Я сделал несколько шагов в направлении колонны и тоже крикнул — один, поодаль за мной шли жена и ребенок. Я выкрикнул имена Троцкого и Зиновьева, их встретило удивленное молчание. Организатор процессии, преодолевая оцепенение, злобно ответил: "На свалку!". Никто не поддержал его, тут я очень ясно почувствовал, что сейчас буду атакован с фланга. Возникшие неизвестно откуда мордовороты мерили меня взглядом, немного колеблясь, потому что я мог оказаться большой шишкой. Какой-то студент пересек пустоту, образовавшуюся вокруг меня, и прошептал мне на ухо: "Пойдем отсюда, дело принимает плохой оборот, я прикрою сзади"... Я понял, что достаточно выступить в общественном месте цивилизованного города, чтобы быть безнаказанно избитым, чтобы мгновенно вызвать насилие. Сделав крюк, я постарался присоединиться к товарищам.
На мосту на улице Халтурина (бывшей Миллионной) конная милиция сдерживала группы зевак. Беззлобное волнение кипело на пятачке у подножья высоких фигур из серого гранита, поддерживающих портик Эрмитажа. Несколько сотен оппозиционеров по-товарищески толкались с милицией. Лошади грудью оттесняли людскую волну, которая вновь накатывала на них, ведомая высоким безусым военным с открытым лицом, Бакаевым, бывшим начальником нашей ЧК. Я увидел, как Лашевич, грузный, приземистый, командовавший в свое время армиями, с несколькими рабочими бросился на милиционера, выбил из седла, а затем помог подняться, выговаривая командирским голосом: "Как тебе не стыдно нападать на ленинградских пролетариев?" На нем болталась солдатская шинель без знаков различия. Его тяжелое лицо любителя выпить, будто написанное Франсом Хальсом, побагровело. Схватка длилась долго. Вокруг возбужденной группы, в которой находился и я, царило изумленное молчание.
Вечером мы собрались вместе с Бакаевым и Лашевичем, одежда на которых была разорвана. Кто-то горячился:
— Ну что ж, еще повоюем!
— С кем? — пылко отзывались другие. — Со своими?
Дома мой сын (семи лет), слыша разговоры о драках, нападениях, арестах, разволновался. "Что случилось, папа? В городе буржуи, фашисты?" Он уже знал, что на коммунистов может нападать на улицах только буржуазная или фашистская полиция. Как объяснить ему происходящее? Пресса обвинила нас в подстрекательстве к мятежу».

Виктор Серж. От революции к тоталитаризму: Воспоминания революционера. М. — Оренбург, 2001. С. 275.

Во-вторых, в течение 1920-х годов очень сильно изменился качественный состав большевистской партии. К середине десятилетия она насчитывала около миллиона членов, из которых лишь несколько тысяч человек имели партийный стаж до 1917 года. Большинство недавно вступивших в ряды ВКП(б) были людьми малограмотными и далекими от теоретических дискуссий в большевистской верхушке. Неудивительно, что сталинский аппарат очень умело управлял и манипулировал этой огромной массой рядовых коммунистов.

В-третьих, оппозиция проявляла нерешительность и догматизм. Она слишком поздно осознала, что политическую борьбу необходимо выносить за пределы большевистской партии, что нужно не пытаться искать компромисса с частью правящей бюрократии в надежде на осуществление внутрипартийных реформ, а бороться с ней, опираясь на широкие массы рабочих, в том числе и беспартийных.

Только после разгрома на XV съезде партии, когда из нее исключили около восьми тысяч оппозиционеров, они подняли на щит насущные требования рабочих и перешли к активным действиям: распространяли нелегальные листовки, выступали на предприятиях и вмешивались в заключение коллективных договоров. К этому времени в ряды оппозиции стала вливаться радикальная молодежь, которая уже не считала правящий режим своим.

«Левый сдвиг» Сталина

Например, будущий писатель Варлам Шаламов.

Да, это типичный пример. Он даже не успел стать членом большевистской партии. Шаламов работал в подпольной типографии «большевиков-ленинцев», распространял «Завещание Ленина» и за это в 1929 году получил первый лагерный срок.

Тут еще следует учитывать, что Сталин к концу 1920-х годов выстроил эффективный и безжалостный карательный аппарат, поэтому оппозицию он подавил в том числе и репрессивными методами — арестами, обысками, внедрением провокаторов и давлением на родственников.

«Большевикам-ленинцам» 1928-1929 годов противостоял несоизмеримо более опасный враг, чем царское самодержавие, с которым революционеры боролись до 1917 года

На смену прежней авторитарной власти пришел новый тоталитарный режим. Он стремился к неограниченному контролю над всеми сферами общественной жизни и не мог примириться не только с коллективной оппозиционностью, но и с индивидуальной.

Судьба деятелей антисталинской оппозиции после ее разгрома

В начале 1930-х годов более ста оппозиционеров находились в заключении в Верхнеуральском политическом изоляторе под Челябинском. Поначалу им удавалось общаться не только между собой, но даже и с волей, иногда получая из-за границы «Бюллетень оппозиции» Троцкого. К 1937-1938 годам выживших оппозиционеров перевели в лагеря Ухтпечлага и Дальстроя, где почти всех расстреляли. В 2018 году во время ремонта в здании Верхнеуральской тюрьмы был найден тайник с рукописями «большевиков-ленинцев». В этих уникальных документах программного и аналитического характера содержалась критика официального курса СССР и «сталинского национал-социализма».

С конца 1928 года часть арестованных «большевиков-ленинцев» стали заключать в специальные тюрьмы для политических заключенных (так называемые политизоляторы), где к тому времени уже сидели меньшевики, эсеры и анархисты. В 1928 году в ленинградской тюрьме при подозрительных обстоятельствах погиб оппозиционер Альберт Генрихсон — рабочий завода «Треугольник», старый большевик и бывший комиссар полка.

Официально было объявлено о его самоубийстве, но в действительности, как утверждали «большевики-ленинцы», его забили насмерть тюремщики. В 1929-1930 годах за связь с оппозицией были расстреляны сотрудники ОГПУ Яков Блюмкин и Борис Рабинович, а также бывший работник клуба ОГПУ, поэт-футурист Владимир Силлов. Он стал первым советским литератором, казненным в СССР по политическим мотивам.

Согласны ли вы с мнением, что после кризиса хлебозаготовок 1927-1928 годов Сталин взял на вооружение экономическую программу недавних оппонентов? Разве его так называемый «левый сдвиг» не опирался на идеи оппозиционного экономиста Евгения Преображенского, предлагавшего проводить индустриализацию за счет принудительного выкачивания ресурсов из деревни? Неужели в крестьянском вопросе Сталин стал троцкистом?

Бухарин, который в 1929 году внезапно для себя оказался лидером «правой оппозиции», тоже обвинял Сталина в том, что тот стал троцкистом. На самом деле все было сложнее.

Сначала «большевики-ленинцы» горячо поддержали сталинский «левый сдвиг» 1928-1929 годов и его цели: утверждение «оптимального» варианта пятилетнего плана в апреле 1929 года, курс на форсированный рост промышленности, нажим на кулаков и развитие коллективных хозяйств, борьбу с так называемым «правым уклоном» в партии.

Все это оказалось очень созвучным прежней программе Троцкого. Поэтому именно в то время началась массовая капитуляция бывших оппозиционеров («примиренцев»). Резкую смену курса Сталина «примиренцы» объясняли оппозиционным давлением, и поэтому, как тогда выражались, они «разоружились перед партией».

Однако по мере реализации властью новой политики оппозиционеров все больше смущали ее методы: чрезвычайщина и раскулачивание, принудительное насаждение колхозной системы и «призовые скачки» в развитии промышленности. И уже ко второй половине 1929 года их отношение к сталинскому «великому перелому» стало резко негативным. Они объявили это «ультралевой авантюрой» и утопией, противоречащей всем историческим законам и марксистским принципам.

Что касается одного из ведущих экономистов оппозиции Евгения Преображенского, он действительно выдвинул в середине 1920-х годов концепцию «первоначального социалистического накопления», согласно которой для развития промышленности нужно было систематически перераспределять в пользу государственной индустрии часть прибавочного продукта сельского хозяйства.

Здесь можно увидеть некоторое сходство со сталинской установкой на взимание с крестьянства «дани», но фундаментальное различие между подходами Преображенского и Сталина состояло в том, что если первый предполагал использовать в отношении «мелкобуржуазного сектора» инструменты налоговой и ценовой политики, то второй просто этот сектор уничтожил, превратив крестьян в государственных крепостных.

Советский термидор

Как вы объясняете резкую смену внутренней политики Сталина? Не мог же он на самом деле поддаться давлению оппозиции.

Нет, «великий перелом» был связан с тем, что к 1928 году нэп в рамках прежней модели зашел в тупик. Его следовало либо развивать дальше и углублять, либо сворачивать. В кризисе хлебозаготовок 1927-1928 годов Сталин увидел практическое свидетельство несостоятельности прежней экономической политики, олицетворяемой его недавним соратником Бухариным.

Логика сохранения и упрочения экономической и политической власти партийно-государственного аппарата вместе с внешними угрозами (как они тогда представлялись) толкала Сталина к политике «большого скачка». Именно поэтому он в 1929 году взял линию на немедленный разгром неподконтрольного государству частного сектора и скорейшее создание крупной, прежде всего военной промышленности, не считаясь с жертвами и затратами.

Иными словами, курс на тотальное огосударствление и автаркию?

Да, можно сказать и так. Хотя реализовать автаркический идеал было невозможно — и «большевики-ленинцы» на это неоднократно указывали. Развитие экономики СССР и в годы сталинских пятилеток продолжало сильно зависеть от экспорта и импорта.

Прав ли был Троцкий, когда сталинскую диктатуру назвал термидором русской революции?

Большевики вообще очень любили аналогии с Великой французской революцией и ее событиями. Троцкий в разные периоды времени в термин «термидор» вкладывал разный смысл. В конце 1920-х годов под этим словом он подразумевал перспективу буржуазного перерождения большевистского режима.

Но в 1935 году в своей работе «Рабочее государство, термидор и бонапартизм» Троцкий вложил в него иное значение. Теперь, по его мнению, под термидором следовало понимать не социальную контрреволюцию, а политическую реакцию на основах самой революции.

Что это означает?

Что это не реставрация прежнего режима, а переход власти от рабочего класса к консервативной паразитической бюрократии при сохранении социально-экономических основ режима, созданного в результате Октябрьского переворота 1917 года. Сталинское руководство, по такой же аналогии с событиями Великой французской революции, Троцкий называл бонапартистской кликой.

Можно ли события 1928-1929 годов, когда Сталин окончательно разгромил всю оппозицию, назвать точкой бифуркации для нашей страны?

Конечно. Страна стояла на развилке путей своего дальнейшего развития. Состояние нынешней России со всеми ее проблемами и трудностями — это во многом следствие сделанного тогда стратегического выбора. Политическая победа Сталина и стоящей за ним административно-бюрократической элиты означала свертывание остатков экономических свобод в виде нэпа, утверждение курса на форсированное развитие промышленности за счет резкого снижения жизненного уровня большинства населения, принудительную сплошную коллективизацию и тотальный репрессивно-бюрократический контроль государства над обществом.

Оппозиция тогда потерпела сокрушительное поражение, многие ее участники подверглись преследованиям, а во время Большого террора почти все были физически уничтожены. Но следует помнить, что вся деятельность этих людей войдет в историю как последний шанс дать организованный отпор наступающему сталинскому тоталитаризму

Важно отметить, что в антисталинской оппозиции 1920-х годов еще сохранялся отчасти тот дух свободомыслия дореволюционной русской социал-демократии, который привлекал в ее ряды молодых советских нонконформистов.

Этим она отличалась от официальных структур большевистской партии, где к тому времени уже прочно воцарилась удушливая атмосфера казенщины, интриганства и карьеризма. Как писал на закате своей жизни уже упоминавшийся Варлам Шаламов, имея в виду Сталина и созданную им тоталитарную систему, «оппозиционеры — единственные в России люди, которые пытались организовать активное сопротивление этому носорогу».