Вводная картинка

«Не нравится мне все это!» Россиянин побывал в Нью-Йорке и увидел, как русские выживают в США и обманывают систему

Путешествия

Большинству фанатов «Секса в большом городе», фильмов Вуди Аллена и романтических американских комедий Нью-Йорк представляется очаровательным городом с красивой архитектурой, приветливыми людьми и абсолютной свободой. Тем не менее пандемия коронавируса, ряд социально-политических протестов и президентские выборы сильно повлияли на атмосферу мегаполиса. Российский путешественник и писатель Игорь Ротарь отправился в город небоскребов и показал мегаполис с другой стороны. Его впечатления от поездки — в репортаже «Ленты.ру».

«Мы в Америку не ходим!»

То, что Нью-Йорк — «наш» город, я почувствовал еще в аэропорту. Так, когда я увидел на автобусной остановке женщину, внутренний голос уверенно подсказал мне обратиться к ней по-русски и не ошибся. Дама оказалась из Екатеринбурга и застряла в США во время пандемии. Чтобы как-то выжить, приходилось шить маски. Но сейчас вроде все хорошо, завела парня — старичка-адвоката — и приехала с ним посмотреть Нью-Йорк. Кстати, ее ухажер проявил для заокеанского жителя удивительную осведомленность. Посмотрев на мою окладистую бороду, принял меня за Германа Стерлигова и даже показал его фото в интернете.

Чтобы сэкономить деньги, я решил остановиться у одноклассницы в знаменитом русскоязычном районе Брайтон-Бич. Как только попадаешь на оранжевую ветку нью-йоркского метро, идущую в Брайтон, создается ощущение, что ты уже уехал из Америки. Во-первых, практически все пассажиры читают, что совсем не типично для США. Во-вторых, если присмотреться к книгам, то это изданные в Москве произведения Марининой, Донцовой и прочие российские бестселлеры.

Все вывески в Брайтоне на языке Пушкина и Толстого, а если ты обратишься к местным жителям по-английски, то рискуешь услышать неприятные выражения в свой адрес. Как-то я спросил у брайтонца, как добраться до какого-то квартала Нью-Йорка, и получил гордый ответ: «Мы в Америку не ходим!» По сути, это изолированный мирок со своими газетами, русскими магазинами, ресторанами, фирмами по найму такси и так далее. Увы, здесь социум отдает замшелым советским душком. Чтобы понять, о чем я говорю, достаточно прочитать несколько произведений Сергея Довлатова, написанных во время его жизни в Нью-Йорке.

Например, моя одноклассница, проживающая в очень скромной даже по российским меркам квартире с мышами, получает пособие по безработице, но тайно работает в обход налогов за наличные. Другой «бизнес» состоит в том, что она якобы ухаживает в качестве сиделки за престарелой матерью (за это платят), хотя в реальности мама обходится без ее помощи. И такие трюки еще самые безобидные из способов заработка по-брайтонски.

Так, многие инсценируют аварии застрахованных машин и получают внушительные суммы. Та же тактика применяется и с фиктивными болезнями, обнаруженными у русского больного русским же врачом. Многие из русскоязычных, живущих в дешевых льготных квартирах для бедняков, фиктивно разводятся и в результате имеют две почти бесплатные квартиры, одну из которых сдают знакомым уже по реальной рыночной цене

Среди этой категории наших бывших соотечественников популярен такой анекдот. Встречаются двое эмигрантов. Один другого спрашивает: «Ты уже устроился?» «Нет, пока работаю!» — отвечает «неудачник».

Понаблюдав за этой кухней, я стал испытывать некую брезгливость и решил бежать из русскоязычного квартала в гостиницу. Но и здесь меня продолжали преследовать ассоциации с Россией. Поселиться в номер мне помогал администратор-монгол.

— Ой, а мы вам в советское время много помогали. Многие монголы русский знали. И я знаю. Семь лет в России жил!

А на следующий день монгола сменила полька, также великолепно говорившая по-русски. Кстати, эта женщина выручила меня, когда я уже возвращался в Сан-Диего. Самолет у меня был вечером, и она разрешила мне уехать из номера на три часа позже назначенного времени чек-аута.

Забавно, но поляки помогают во всех точках мира. Узнав, что я русский, они сразу же хотят дружить. Правда, дружба эта бывает с каким-то легким мазохистским оттенком. Сначала они рассказывают, сколько горя принесла им Россия, а в последние годы в разговоре стал фигурировать еще и «ужасный Путин». Но на самом деле, в отличие от западноевропейцев, я им интересен именно как русский, в них срабатывает какая-то славянская солидарность.

«Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой!»

Но, конечно же, я приехал в Нью-Йорк не для общения с соотечественниками. Я живу в провинциальном Сан-Диего, и Нью-Йорк — один из очень немногих американских городов, где культурная жизнь не уступает европейской. Причем признаюсь сразу, что нью-йоркские небоскребы я как раз не люблю. Да, я понимаю, что это бесспорное творение человеческого гения, но на меня как на человека камерного они слишком давят, долго находиться в этом городе я не могу просто физически.

Я пытался искусственно проникнуться романтикой и красотой «каменных джунглей», напоминал себе, что в этом месте бывали герои многих моих любимых произведений, специально смотрел фильм Вуди Aллена «Манхэттен», слушал музыку Гершвина. Увы, эффект был лишь частичный: узкие улочки Праги или Бухары, а также наш Суздаль мне нравились значительно больше. Кстати, я отнюдь не считаю такой вкус правильным, знаю немало очень образованных людей, заряжающихся энергетикой большого города. Увы, я не из их числа.

Причем Москва меня угнетает даже сильнее Нью-Йорка. Так, в отличие от нашей столицы, в Городе желтого дьявола, за исключением Манхэттена, высотных домов не так уж много, и попадаются даже кварталы одноэтажных особняков. В Нью-Йорке по сравнению с белокаменной меньше пробок и менее многолюдно в метро.

Впрочем, одно несомненное преимущество Москвы перед самым большим городом США все же есть. Погода в Нью-Йорке просто ужасна: летом здесь удушающе влажная жара, а зимой холодные дожди и мокрый снег дополняются сильнейшими ветрами.

Кроме того, после Сан-Диего Нью-Йорк неприятно удивляет еще несколькими моментами. Во-первых, это откровенная, граничащая с хамством неприветливость местных жителей. Например, когда ты спрашиваешь дорогу, то многие прохожие просто не останавливаются. Впрочем, в России мне приходилось слышать те же претензии в адрес москвичей.

И, наконец, Город желтого дьявола не понравился мне своей дороговизной. Так, даже скромный номер в отеле будет стоить больше 100 долларов, бокал вина в кафе обойдется минимум в 20 долларов, обед — в 50. Причем, как мне кажется, в предыдущие мои приезды таких цен не было. Создается ощущение, что инфляция вызвана массовой раздачей Байденом пособий по безработице в связи с пандемией.

Людям непрестижных профессий (таксистам, официантам) теперь работать просто невыгодно, свои две тысячи долларов в месяц они получат и дома, а вот если выйдут на работу, то пособие платить не будут. Компании вынуждены резко повышать зарплату сотрудникам, а как результат растут и цены

«Так что же тогда подвигло вас, странный вы человек, отправиться в столь неприятное место?» — спросите вы. Отвечаю: обилие музеев нулевого уровня.

Обычно россияне знают только знаменитый на уровне Лувра Метрополитен. Это уникальное место, для осмотра которого не хватит и месяца. Но он далеко не единственный — в Нью-Йорке еще несколько первосортных музеев с настоящими шедеврами живописи.

Плюсом также является то обстоятельство, что все они находятся на знаменитой музейной миле, расположенной рядом с любимым среди туристов и местных жителей Центральным парком. Парк просто огромен, в нем действительно можно заблудиться. Здесь есть несколько искусственных озер и даже уголки нетронутой дикой природы, куда залетают мигрирующие птицы. То есть, побродив по этому чудеснейшему месту, можно вполне забыть о давящих небоскребах Нью-Йорка.

«Мост Дзотова»

Но, конечно же, совсем не погулять по Нью-Йорку глупо. Как всегда, осмотр города я начал с Таймс-сквер. Это своеобразная квинтэссенция всего, что есть в мегаполисе, показывающая в утрированном, опошленном виде его душу.

Побродив среди путешественников со всего мира и подкрепившись шаурмой из халяльного ларька хозяина-египтянина, я решил пройтись по Манхэттену до знаменитого Бруклинского моста. Дело в том, что мост оказал дурную услугу одному моему приятелю-журналисту, назовем его условно Дзотов. Он написал роман, в котором герой сбрасывает свою подругу с Бруклинского моста. Оказалось же, что сбросить человека оттуда невозможно просто физически. Я решил разобраться в этом конфузе.

Действительно, пешеходная дорожка идет посередине сооружения (между потоков машин). Но опасность все же есть, по дорожке с бешеной скоростью ездят велосипедисты и велосипедистки. Так, одна меня чуть не сбила, но в результате упала сама. Дзотову надо было написать, что eго герой задавил свою возлюбленную на велосипеде.

«Новые Робинзоны»

Во время пика пандемии Нью-Йорк был одним из эпицентров эпидемии, и даже в парках стояли полевые морги. Сейчас эта проблема уже в прошлом, большинство горожан вакцинировано, и на улице не так уж часто встретишь человека в маске.

Увы, справившись с одной болезнью, город не смог преодолеть другую.
Плакаты Вlack Lives Matter («Жизни черных важны») попадались каждые 300 метров — ситуация чем-то напоминала СССР с неизменными лозунгами «Слава КПСС!» Как-то в веселом настроении я обратился в ресторане к молодым людям, сидящим за соседним столиком:

— Привет! Как дела? Вы американцы?
— Иди своей дорогой!

Подобная грубость очень нехарактерна для современной Америки, но, к счастью, в тот же вечер ситуацию объяснил мой бывший одноклассник, а ныне американский миллионер Вадим.

Сейчас так приставать к людям не рекомендуется. Летом сторонники BLM приставали к посетителям кафе, переворачивали столики. Среди них были и белые, так что тебя с такими вопросами не за дурака примут, а за провокатора. Вообще все развивается прямо по роману Пелевина "Искусство легких касаний". Так, моей пятилетней дочке в детском саду объясняют, что люди бывают 13 полов. Сейчас в детском саду хотят разрешить трансгендерам выбирать — идти в мужской или женский туалет. То есть какой-нибудь мальчик решит, что он сегодня девочка, и будет смотреть как моя дочка справляет нужду. Не нравится мне все это! Перед президентскими выборами я снял 10 тысяч долларов наличными, чтобы быстро уехать в случае смуты. На этот раз обошлось, но надолго ли? Сильно сомневаюсь! Единственная надежда — это мой дом в горах. Запасусь едой, патронами и буду там жить с семьей, как новый Робинзон!

Вадим

В общем, для меня в этот раз Нью-Йорк оказался довольно пугающим местом. И я с облегчением вернулся в свой тихий, по-провинциальному добродушный Сан-Диего.