Вводная картинка

«Его сверхспособности — идиотские» Как режиссер «Отряда самоубийц» воскресил главный кинопровал десятилетия?

Культура

В российский прокат вот-вот выйдет «Отряд самоубийц: Миссия навылет» — не сиквел, но перезапуск франшизы о призванных на службу американской власти комиксных злодеев. Это кино уже почти ничем, кроме нескольких персонажей, не напоминает одноименный фильм Дэвида Эйра, который небезосновательно считается одним из главных провалов среди блокбастеров 2010-х. Куда больше по настрою — бойкому, абсурдистскому и музыкальному — новый «Отряд» напоминает марвеловских «Стражей Галактики», что неудивительно, если знать, что снял его тот же Джеймс Ганн. Режиссер, вышедший из треш-империи Trauma, снял самые обаятельные фильмы киновселенной Marvel, а затем был уволен из-за того, что в сети всплыли его оскорбительные шуточные твиты десятилетней давности. Недовольство фанатов этим решением студии было таким шумным, что Ганна позвали назад — он, впрочем, успел согласиться сначала воскресить «Отряд самоубийц». И сделал это, выведя на экран таких нелепых комиксных героев, как Человек-в-Горошек, Парень-Оторви-Руку и Король Акул. «Лента.ру» расспросила Ганна об этих персонажах, о сыгравших их актерах и об аллюзиях на классику военного кино.

«Лента.ру»: Я заметил, что очень интересно реагирую на некоторые из самых экстремальных сцен экшена и насилия в этом фильме: одновременно и содрогаюсь, и смеюсь. И это ведь характерное качество всех ваших работ. Как вы находите этот баланс и почему он так важен именно для такого кино, как «Отряд самоубийц»?

Джеймс Ганн

Джеймс Ганн

Джеймс Ганн: Я просто большой фанат гонконгских фильмов 1990-х, и в основе многих моих решений как режиссера лежит всего лишь желание интерпретировать эти фильмы для современной западной аудитории. Хотя не знаю, можно ли ее по-прежнему считать западной, — все-таки наше кино теперь смотрят по всему миру, и у меня много настоящих фанатов в Азии. Старое гонконгское кино ухитрялось находить очень эффектный баланс между разными тональностями, разными стилями, разными жанрами. Во мне тоже как будто бы уживаются два человека. Один любит смешивать стили просто ради удовольствия, ради искусства практически. Поэтому такое кино, как «Супер», некоторым людям смотреть даже некомфортно — слишком контрастные интонации. В то же время я люблю добиваться и чуть более органичного смешения — как в «Стражах Галактики» или в «Отряде самоубийц». Я пользуюсь всеми инструментами, не отказываюсь ни от чего. Использую и юмор, и экшен, и игру на чувствах. Зачем сдерживать себя? Жизнь — это ведь тоже смешение жанров, не правда ли? В жизни есть все. Почему фильм не может описывать и использовать разные типы чувств, которые мы испытываем?

В вашем распоряжении оказался весь канон комиксов DC. Как вы выбирали персонажей для фильма? В нем есть некоторые неожиданные антигерои, о которых многие даже никогда не слышали.

Не буду врать, во многом все решил случай. Я представил себя Амандой Уоллер (героиня Виолы Дэвис, американская чиновница, основавшая Отряд самоубийц — прим. «Ленты.ру»), которая собирает эту команду. Некоторые из тех, кого я выбираю, неудачники. Во всяком случае, в ее глазах они — неудачники. Так что из всех суперзлодеев DC я выбирал самых отъявленных лузеров. Ну, например...

Человек-в-Горошек вряд ли кому-то представляется настоящим топовым суперзлодеем — пока они не посмотрят «Отряд самоубийц»

Джеймс Ганн

Но еще мне было интересно очеловечить этих персонажей. Взять третьестепенных, откровенно глупых персонажей, на которых в детстве ты натыкался в комиксах, и задаться вопросом: «А как я могу сделать Человека-в-Горошек максимально человечным и убедительным?». Вот перед тобой чувак, над которым потешаются не только другие персонажи комиксов, но и читатели. Все считают его лузером. Все уверены, что его сверхспособности — идиотские. Но по ходу фильма мы узнаем, что из всех героев у него самая мрачная биография. В этом весь смысл: взять нечто очень глупое и постараться добавить этому глубины. Взять нечто ничтожное и добавить этому значения. Надеюсь, так немного смысла прибавляется и нашим дурацким жизням — мы же с утра до вечера обычно заняты какой-то ерундой, которая для каждого из нас, тем не менее, очень важна. Вот что притягивает меня, наверное, к забытым суперзлодеям. Мне их по-человечески жалко. И Копье, и Человека-в-Горошек, и Ласку.

Что для вас первично — сюжет или персонажи? У вас сначала была сконструирована история или, наоборот, сначала определились с персонажами и отталкивались уже от них?

Все вместе. Когда я в первый раз говорил о картине с ребятами из DC, то сказал: «Если я возьмусь за "Отряд самоубийц", кого я должен непременно сохранить из первого фильма?» Они ответили: «Никого». Я мог взять тех же персонажей, мог — часть из них, а мог и полностью поменять состав. «Все, что захочешь, подойдет. Хочешь абсолютно новый состав суперзлодеев — мы не против». Но я с самого начала знал, что хочу использовать Харли Квинн (героиня Марго Роббиприм. «Ленты.ру») — она одна из моих любимых комиксных героинь, и я был уверен, что смогу дать ей такую историю и такой образ, которые она как персонаж заслуживает. В то же время у меня были на уме очертания сюжета, который бы работал, каких персонажей мы бы ни выбрали. А когда стали появляться герои, то под их воздействием начал меняться и сюжет. Например, Харли — маньячка, так что она ведет историю в тех направлениях, которые без нее были бы невозможны. Крысолов 2 — героиня, которую можно назвать чуть ли не единственным по-настоящему добросердечным персонажем в фильме, и этим она на многое в истории влияет. А Бладспорт менял сюжет из-за своих отношений с ней. Так что главное — баланс, когда история и персонажи влияют друг на друга.

Вы говорили, что хотите поставить «Отряд самоубийц» как военное кино. Можете рассказать, что вы имели в виду?

Мне кажется, что фильм вдохновлен «Грязной дюжиной». В детстве я обожал подобные фильмы. Любил и «Там, где гнездятся орлы», и «Героев Келли». Это был отдельный жанр, которого больше не существует. Еще книги Джона Острандера были очень похожи. Во всех действовали супергерои, которыми было легко пожертвовать. Спецслужбы не выбирают Харли Квинн в Отряд самоубийц, потому что считают ее самым опасным человеком на свете. Ее выбирают потому, что от нее не жалко избавиться. Поэтому все эти персонажи и отправляются выполнять миссию, во время которой их, скорее всего, убьют. Эта цена за спасение мира мне и импонировала. Это было интереснее всего: придумать историю про таких несчастных, отправленных умирать солдат.

Расскажите, как вы выбирали актеров на эти роли.

Само собой, я знал, что задействую тех актеров, которые уже играли наших персонажей в первом «Отряде самоубийц»: это Марго Робби, Виола Дэвис, Джай Кортни, Юэль Киннаман... Всех остальных героев можно было придумать с нуля — и было здорово найти актеров, с которыми это делать было интересно. Так, роль Человека-в-Горошек я писал специально под Давида Дастмалчяна. Бладспорт был написан с расчетом на Идриса Эльбу. На роль Ласки я с самого начала имел в виду своего брата Шона. Во всех остальных случаях важно было не ошибиться на кастинге. Я надеялся, что Нэйтан Филлион сможет сыграть ТДК, но мы до последнего не знали, сможет ли он совместить съемки со своей работой на сериалах. Нэйтан и Майкл Рукер — мои друзья, они играют во всех моих фильмах, так что в их возможностях я не сомневался. С ролью Мыслителя мы долго не могли определиться, пока кто-то не додумался до Питера Капальди — и я тут же согласился, это был идеальный кастинг! А Флула Борг, сыгравший Копье, впечатлил нас на пробах. Так что мы задействовали все возможности.

Вы славитесь тем, как вписываете в свои сценарии конкретные песни, которые благодаря этому становятся почти элементами сюжета, а не просто музыкой за кадром. Как было с этим фильмом?

Вообще, мне было это свойственно с самого начала моей работы над сценариями. Когда я работал наемным сценаристом, то, конечно, возможности влиять на музыку в фильмах у меня не было — так что я просто вдохновлялся какими-то песнями, думал про себя: «Этот трек здорово зазвучит здесь, а этот — там». В «Отряде самоубийц» звучат песни очень разные, но я знал, какого эффекта хочу добиться. Начал с того, что собрал плейлист из 350 композиций — чтобы для каждой конкретной ситуации в сюжете у меня был выбор из трех-четырех песен как минимум. Это были, кстати, более тяжелые песни, чем в «Стражах Галактики» — даже те, что полегче, используются в фильме в мрачном, в драматичном ключе. Ну и главное, чтобы настроение совпадало у сцены в фильме и у песни, которая звучит в этот момент. Песня всегда нужна для того, чтобы укрепить сцену и фильм в целом.

Я все-таки режиссер, а не продюсер саундтреков. Хотя надеюсь, что и саундтрек к «Отряду самоубийц» будет звучать цельно

Джеймс Ганн

Все, кто работал с вами на «Отряде самоубийц», говорят, что на площадке было очень легко, весело, почти по-семейному. Как вы создаете такую атмосферу?

Не думаю, что так выходит намеренно. Меня часто спрашивают молодые режиссеры: «Что вы посоветуете тем, кто хочет снимать кино?». И я всегда говорю им, чтобы всерьез изучили актерское мастерство, научились разговаривать с актерами на одном языке — это чуть ли не самая важная часть режиссуры. А еще важно, чтобы все были на одной волне. Иногда смотришь фильм — и видишь, что каждый департамент работал как будто сам по себе. Костюмеры никогда не обсуждали, что делают, с гримерами, а те — с художником-постановщиком... Я же хочу, чтобы все были вовлечены в процесс и работали заодно. И дело не в том, чтобы на площадке было весело, а просто так лучше для фильма. Если, например, Джон Сина знает, о чем думает художник по костюмам, а тот представляет идеи художника-постановщика, то мы все работаем над одним и тем же кино, а не каждый над своим. Значит, мы все понимаем интонацию и стиль фильма. Хорошее кино только таким образом и можно снять.

Еще все знают, что вы невероятно дотошны в том, что касается подготовки. Ходят слухи, что у вас еще до выхода на съемочную площадку до мелочей разработана каждая сцена, определен каждый ракурс камеры и придуман более-менее каждый кадр. Это правда так?

На самом деле я стараюсь развивать свой режиссерский стиль — и теперь допускаю немного спонтанности и импровизации. «Отряд самоубийц» — очень инстинктивное, живое кино. Игра актеров в нем должна быть натуралистичной, иначе супергеройские качества их персонажей будут казаться фальшивкой. Чтобы добиться этой живости, мне приходилось ломать и свои привычки как режиссера. Но вообще дотошная подготовка очень облегчает жизнь. У меня всегда заранее отрисован каждый кадр в фильме, всегда отписана специальная библия для всей съемочной группы — чтобы каждый в любой момент времени на площадке понимал, что происходит. Но я понял и то, что иногда нужно оставлять немного свободы, потому что порой на съемках независимо от тебя вдруг начинает твориться настоящая магия кино. Например, самый первый кадр в фильме — где мы видим, как Савант (герой Майкла Рукера — прим. «Ленты.ру») чеканит мячом, а затем через отражение в луже видим то же самое с другой стороны, — не был запланирован. Я всего лишь обратил внимание на отражение Майкла в воде — и подумал, что было бы здорово поделиться этой красотой со зрителем, превратить ее в эффектный прием с разворотом камеры. В прошлом я бы такое пропустил. Слишком боялся снимать кино — и слишком боялся выбиться из графика, потерять время, облажаться. К счастью, сейчас я стал более спокойным и открытым — и кинематограф за это вознаграждает.

Фильм «Отряд самоубийц: Миссия навылет» (The Suicide Squad) выходит в российский прокат 5 августа