Вводная картинка

«В детстве у меня всего этого не было» Что заставило россиянина собрать внушительную коллекцию советских игрушек и вещей

69-я параллель

Северодвинск — это небольшой северный город в 35 километрах от Архангельска. Здесь живет Евгений Михайлов — человек, который сменил множество профессий, но через всю жизнь пронес любовь к автомобилям. Сейчас у него есть свой автосервис, основной достопримечательностью которого является внушительная коллекция старых игрушечных автомобилей — от совсем маленьких до педальных «Москвичей», мечты каждого советского мальчишки. Михайлов рассказал «Ленте.ру» о своей жизни на крайнем севере и о том, как из небольшой идеи выросла целая экспозиция, которая со временем может перерасти в самый северный музей вещей СССР.

В 80-е я был совсем маленьким. Может, конечно, сейчас уже старость приходит, но мне кажется, что тогда город был более яркий, чистый и дружелюбный — именно это мне запомнилось в детстве. К любому можно было подойти, что-то спросить, получить помощь, если надо. Он был свободнее — сейчас, как и в других городах все заставлено автомобилями.

Северодвинск делится на новый город, старый город и кварталы. Старый город был весь деревянный и максимум двухэтажный. А сейчас это все сносится, ставятся большие дома, и оттого немного грустно. Мои родители до сих пор живут в старом деревянном доме, здесь мое детство еще на месте. Но дома, где жили одноклассники и друзья, посносили, и на этом месте выросли многоэтажки.

В 90-е родители не давали мне ощутить то, как тяжело было в стране. Они работали круглыми сутками, и я благодарен им за это. Но я общаюсь с друзьями, и у меня есть работник, который хлебнул горя сильно, — когда не хватало еды, в столовую есть по талонам ходили и все остальное.

***

А любовь к машинам у меня с детства. Самое раннее воспоминание — мы, дети, смотрели, как загружается мусорная машина. Выбежать и посмотреть, как она переворачивает мусорные баки, нужно было обязательно

Дальше — как в «Ералаше». Если кто-то во дворе машину ремонтирует, то всегда тусовался там. Подбегаешь и спрашиваешь: «Дяденька, а что у вас сломалось?» Как сейчас помню: мне казалось совершенно недостижимым — как и чего там под капотом устроено. Столько проводочков, шлангов…

Детство закончилось, и в юности это уже не казалось таким притягательным. Но я закончил школу, поступил в институт и сдал на права. Тогда мама купила мне мой первый автомобиль — «Москвич». Я учился на экономиста по специальности «прикладная информатика в экономике», но очень серьезно увлекался авто. Мама даже психовала: мол, у тебя не эта специальность, учебу прогуливаешь — может тебе вообще стоит сменить направление обучения? Это она, конечно, больше ругалась и ничего такого бы мне не позволила.

Потихоньку-полегоньку с другом в гараже я восстановил этот совершенно убитый «Москвич». Получился по-настоящему брутальный автомобиль, на капоте которого был нарисован тигр, а сзади стоял самодельный спойлер — ведь тогда как раз вышел первый «Форсаж». Налепил под днище фонарь, чтобы внизу была подсветка. Это был мой первый автомобиль, и я его сам отремонтировал. Папа, впрочем, конечно, подбрасывал идеи и книжки.

Через некоторое время я, к сожалению, попал на этом «Москвиче» в серьезную аварию. На мне ничего, а автомобиль загнуло в дугу, и я его продал на запчасти за четыре тысячи рублей.

Свою карьеру я попытался строить на нашем заводе «Севмаш», но грубо, конечно, будет сказано — стадное чувство хождения на работу и ухода обратно не вдохновило меня. Я отработал полтора года, пока моя дочь была совсем маленькая, и пошел на мясокомбинат водителем. Опять вернулся к автомобилям.

Колбасу я провозил, наверное, всего месяц, а потом меня взяли личным водителем руководителя комбината. Как мама всегда говорит, мысли материальны. Лет за пять до этого я постоянно хотел быть чьим-то водителем — ездить на шикарной тачке и кого-то возить. Откатался я год, получил много полезной информации, опыт общения с людьми, посмотрел многое. После этого меня перевели в рамках того же мясокомбината механиком по «Газелям». У меня было в подчинении около 15 человек и 15 единиц техники.

Отсюда я ушел в автомобильную отрасль с головой. Отработав пару лет, перешел в один из самых крупных автосервисов в Северодвинске. Я был там механиком-приемщиком. Опять же общение с людьми было для меня главным. Я учился понимать, как они хотят общаться с тобой, что хотят услышать. Я понял, что к каждому человеку нужно находить свой подход и разговаривать так, как хочет он. Хочет поговорить — вы проговорите полчаса, а не хочет — пусть просто забирает автомобиль, и не надо его ничем лишним грузить.

***

У нас есть парк культуры и отдыха с аттракционами. Был там такой домик-избушка, а перед ним — большая площадка.

На всю жизнь запомнил: мама оставляла в залог паспорт, и мне давали покататься на советской педальной машинке

Ни у кого из друзей таких автомобилей не было, они были только там. Я даже не помню, чтобы у меня проскакивала мысль, что такая игрушка может быть у кого-то в семье.

В Москве, конечно, другое дело. Рассматривая старые фотографии, я вижу картину: идут папа, мама, а рядом сынок едет на этой машинке. Или очень часто попадается снимок, на котором запечатлен мужик в зимней шапке, несущий кому-то ее в подарок под мышкой. Видимо, до нас это с трудом доходило, если доходило.

Вообще же у меня давно была идея восстановить какой-нибудь ретро-автомобиль вроде «Запорожца» или старенького «Москвича». Несколько машин я даже осматривал и был готов купить, но обычно останавливала финансовая сторона. Ведь если делать, то стараться делать хорошо, а если делать тяп-ляп, то лучше этим вообще не заниматься. И это меня останавливало.

Тогда в голову пришла мысль начать с чего-то поменьше. Как-то в интернете я наткнулся на историю педального «Москвича», такого, как был тогда, в детстве, и у меня появилась мысль приобрести его. Стал ходить по сети, смотреть, что у нас такого продается. Я решил взять полностью укомплектованный автомобиль, но немного помятый и ржавый — чтобы у него были и фары, и педали, и руль.

В результате я нашел такой, и он мне вышел в районе 11 тысяч. Это было лет пять назад. Пришел этот автомобиль, я его распаковал, и сразу меня обдало чувством ностальгии — он был ржавый, старый, но уже мой. Мне это сразу понравилось, и я начал его разбирать, практически моментально. Из комплектации у него не было только лобового стекла. Я нашел в интернете ребят, которые сделали мне его. Они же и напечатали мне руль для следующего такого автомобиля, у которого его не было. Этому же я сделал светящиеся задние и передние фары (они изначально у него не светятся).

Самое сложное тут — придумать, какой конечный результат ты хочешь получить. Когда я выбирал цвет для первой машинки, то очень много пересмотрел настоящих автомобилей, маленьких. Хотелось, чтобы цвет бросался в глаза. В результате сделал двухцветную гамму. Наш сервис не занимается покраской, но есть такой товарищ, с которым мы дружим, он выполнял малярные работы. А сборка, разборка и полностью вся идея — это все моя голова и руки.

Этот автомобиль я собрал, поставил на полку. Было ощущение, что цель достигнута: вот он у меня есть, и хватит. Наверно, стоял он так год, и коллекция моя в то время не пополнялась. Но однажды я ехал по дачной дороге и увидел старый игрушечный самосвал, валявшийся в кустах. Я на него месяца три заглядывался, но я человек порядочно воспитанный — вдруг он чей-то. Но потом забрал и отреставрировал.

Попасть в те же самые цвета, что были в оригинале, очень сложно, поэтому обычно я придумываю свою покраску. Многие спрашивают, почему я не стараюсь попасть в оригинал, но я просто немного креатива добавляю, отталкиваясь от того, что есть.

После этой машинки я понял, что пришла пора собирать коллекцию. Нашел грузовичок, с которым мы играли у друга в песке. Его я покрасил в те цвета, которые у него были изначально. Когда он пришел, был ровненький, но очень сильно зацарапанный. В кабине были какие-то пластыри, двойной скотч… Тут я совершил ошибку — отпескоструил его, и грузовичок стал немного помятый, что было уже сложно исправить. Что ж, это был урок. Теперь я каждую машину отмачиваю и делаю смывку краски. Тут тоже есть проблема — так я сжег себе два пальца и с них слезла кожа.

В коллекции у меня есть не только машинки. Как-то я отвозил жену на работу и увидел, что на скамейке стоит старый советский Дед Мороз. Нашел среди друзей знакомую, и мы его полностью восстановили. Конечно, начинал я с машинок и планировал собирать только их. Но я человек вежливый, и когда люди приносят мне что-нибудь, я им никогда не отказываю. Одна из постоянных клиенток, например, принесла плюшевого мишку. По ее словам, он очень старый, но, к сожалению, бирки на нем нет и проверить это невозможно.

Постепенно моя коллекция эволюционировала в собрание советских вещей. У меня есть магнитофоны, радиоприемники, фотоаппараты, пленочные кинопроекторы. Есть сифоны — их три разных вида. Ко мне приходят подростки лет 15-17 и даже не знают, что это такое.

Мама и товарищи подсказывают мне, что пора бы уже и музей открывать, но я считаю, что для этого экспонатов еще маловато

Зато клиенты, которые приходят в мой автосервис, бывает зависают, стоят и рассматривают все это. Из-за того, что эти предметы я с любовью восстанавливал, стараюсь не давать их в руки, а предлагаю смотреть глазами. Когда кто-то без спросу что-то хватает, у меня аж все внутри перехватывает. Бывает же так — сломают, а потом втихую на полку поставят.

В прошлом году я смотрел один фильм, и на экране были машинки с советского аттракциона «Автодром». Промелькнула мысль — а почему бы не достать себе такую? Нашел координаты директора нашего парка культуры и отдыха, попытался найти общий язык: вот мол, интересно, готов купить. И как всегда началась тягомотина — мы не можем, у нас тут все на балансе и так далее. А я-то хотел взять корпус от этого автомобиля и посадить его на раму от квадроцикла, чтобы на нем можно было, например, на каком-нибудь празднике по площади проехать. Стал искать в интернете, нашел, но цена очень кусалась, и доставка до нас тоже в копеечку влетала. Поэтому идея ушла далеко на задний план.

***

У меня есть товарищи и знакомые, которые уехали отсюда в большие города. Кто-то чего-то добился, а кто-то вернулся обратно — те, у кого не получилось. Так как я люблю не только обслуживать автомобили, но и кататься на них, если уж посмотреть правде в глаза. Москва же стоит в пробках, а не движется. У нас они только начинают появляться. У нас говорят «давай-ка я съезжу туда-то», а вам больше подходит «пойду-ка я постою».

Кто-то из моих однокурсников мечтал поехать после института в Петербург — там, мол, красиво. А иногда общаешься с теми, кто уехал в Питер или Москву, спросишь, что он делает, а он ответит: «Работаю». «Куда едешь?» — «С работы возвращаюсь». Спрашиваешь у них, мол, а как же красоты? И оказывается, что им не до всех этих достопримечательностей. Смех смехом, но многие ходят смотреть на них только тогда, когда выгуливают своих друзей. Времени у них нет.

Может, конечно, в плане моего хобби в Москве можно многое найти, но я покупаю свои машинки по всей России. Вот, на дачу купил самовар, его мне прислали из какой-то деревни под Тулой. Покупал игру «За рулем», мою детскую мечту, — там где круг такой, и по нему машинки ездят — тоже из другого города привезли. Не обязательно для этого в Москве или Питере жить.