Вводная картника

Непокорные, гордые и угрюмые. Какими российская путешественница увидела немцев и главный порт Европы

Путешествия

При посещении Германии большинство туристов предпочитают экскурсии по Берлину, Мюнхену или вылазки на природу. Однако в республике существует еще одна жемчужина, недооцененная путешественниками, — Гамбург. Будучи главным портом Европы, город совмещает в себе множество образов одновременно. Именно он подарил миру кофе, группу The Beatles и красивейшую филармонию. О том, почему в путешествие по Германии стоит включить Гамбург, — в статье «Ленты.ру».

Почему путешествие по Германии стоит начинать с Гамбурга

Такая, очевидно, судьба у всех северных столиц — быть городом «по любви» в противовес городу «по работе». Может, я только ищу общие черты в городах-побратимах Петербурге и Гамбурге, а может, так работает общеизвестная схожесть всех портовых столиц, и балтийский ветер на вкус одинаково соленый, где бы ты с ним ни встретился.

К Гамбургу, который местные нежно называют «жемчужиной», с придыханием относятся многие жители Германии. У всех он связан с чем-то романтичным или драматичным, иногда безбашенным, но всегда — неповторимым.

Гамбург подарил миру The Beatles, кофе, Брамса, Герца и Мендельсона. Гамбург хотя бы косвенно связан почти с каждой международной новостью — от политики до недавнего происшествия в Суэцком канале.

Но Европа — это вам не Штаты или Юго-Восточная Азия. Обычно российский путешественник включает в свою программу все столицы Старого Света и с чувством выполненного долга за неделю расставляет галочки в путевом журнале.

Прага — вместо всей Восточной Европы, Берлин — чтобы увидеть памятник русскому солдату и граффити с Брежневым, Париж — постараться не умереть (и не обнищать), дальше, возможно, Амстердам — чтобы понять, как запретное уживается с историческим, а потом Италия или Испания — в зависимости от личных предпочтений, причем на этот раз минуя столицы, сразу к морю, купаться.

Мы проскакиваем по городам, истоптанным туристами и «Орлом и решкой», не чувствуя ничего, кроме усталости, делаем фото для Instagram и редко выходим за периметр давно известных нам фактов и фоторакурсов. Будто Европа уже ничем не может нас удивить, а за пределами открыточных видов нет ничего интересного.

Нам, людям, путешествующим по выходным в соседний город на расстояние «ночь в поезде», трудно себе представить, что Германия, которая с севера на юг меньше, чем дорога между Новосибирском и Красноярском, может быть настолько разнообразной. Здесь в поезде за пару часов между разными федеральными землями можно услышать два-три разных акцента, увидеть абсолютно разных внешне людей и узнать, наконец, что Германия — это не только пиво, сосиски и Rammstein.

Местные вообще довольно категорично говорят: Берлин — не Германия. Хотя эту же фразу можно перевести на все языки мира и подставить все имена столиц. Но Германия действительно очень разная, а самое интересное, по мнению миллионов фанатов Гамбурга, располагается на севере.

Север помнит

Северная Германия хоть и согрета теплым дыханием Гольфстрима, но по характеру местные жители — Винтерфелл из «Игры престолов»: непокорные, гордые и слегка угрюмые.

У германского севера всегда была своя собственная великая история: Вольные ганзейские города Любек, Бремен и Гамбург до сих пор хранят самоназвания несмотря на то, что Ганзейский союз распался 500 лет назад. Гамбург всегда был самостоятельной единицей в составах разных империй, но никогда не был никем завоеван, чем невероятно гордится каждый местный житель.

Слава свободного и слегка заносчивого народа, живущего в Гамбурге и окрестностях, ходит по всей Германии. Южане обзывают северян «рыбьими головами» и откровенно недолюбливают. Впрочем, небезосновательно. Благодаря порту здесь всегда крутились большие деньги, внутри крепостных стен со средневековых времен царили почти демократические порядки, и местное самоуправление ни с кем не торопилось сотрудничать.

Ближайшие соседи (читай «торговые конкуренты») — датчане, голландцы и англичане — по старой доброй соседской традиции тоже «мимо тещиного дома» без шуток не ходят. Последний датский анклав отошел к Гамбургу менее 100 лет назад, и до сих пор в ближайшем к центру районе Альтона местами слышна датская речь.

В 60-е годы на когда-то пограничной улице Великой Свободы начали свою не менее великую карьеру мальчишки из Ливерпуля, выписанные в долгосрочную командировку в кабак квартала красных фонарей. The Beatles дали в Гамбурге больше всего концертов за свою карьеру, здесь были написаны многие их хиты, а в конце своей жизни Джон Леннон писал: «Я родился в Ливерпуле, но повзрослел в Гамбурге».

Здесь уже не считают количество разных национальных диаспор, потому что крупнейший в Европе порт просто не мог не стать центром притяжения эмигрантов со всей Европы. Соединенные Штаты заселяли корабли, уходящие из Гамбургского порта. После войны почти полностью разрушенный город восстанавливали всем миром руками рабочих, говорящих на разных языках.

Сегодня Гамбург — крупнейший после Берлина город Германии, один из десяти самых больших портов в мире, самый большой нестоличный мегаполис в Европе и, кажется, самый богатый.

Коррупция и труд

832 года назад Фридрих I Барбаросса подарил Гамбургу городские права, право собирать пошлины с проходящих судов и щедрые налоговые льготы. И до сих пор немецкая Северная столица — город кораблей, мостов и миллионеров. Если бы Аль Капоне был гамбуржцем, в истории с дарованием этого нового налогового права не было бы никаких противоречий.

Известное всем немецкое трудолюбие и типичная гамбуржская хитрость как по нотам ложатся на мотив крылатой фразы мафиози о пистолете и добром слове: хитростью и трудолюбием можно добиться гораздо большего, чем одним только трудолюбием.

Больше восьми столетий историки и наследники тех давних событий лишь удивлялись несостыковкам: какое дело было главе Священной Римской империи Барбароссе до далекой крепости на севере во время византийских походов? Почему именно Гамбург, а не другие, даже более продвинутые в то время городки на Эльбе?

Ключевое для города событие зафиксировано в исторической памяти как точка отсчета новой летописи: в Гамбурге дату получения документа — 7 мая — отмечают Днем рождения порта, который заменяет обычный День города.

Сам же Фридрих Барбаросса — одна из наиболее почитаемых фигур, его статуя расположена на самом видном месте на фасаде исторической городской Ратуши, а еще мосты, а еще городские памятники и улицы.

Однако уже новейшая современная история недавно смахнула пыль с этой едва ли не религиозной городской легенды. В 2017 году ученые подтвердили догадки сомневающихся предшественников: никаких торговых льгот на самом деле Гамбург от императора Барбароссы не получал, хранящийся в городских архивах свиток — липа. Музейный экспонат — оригинальный, но императорская печать на нем — ювелирно выполненная местными ремесленниками подделка.

Секрет хранили тщательно, а полученное право отрабатывали на совесть. Недостаточно было иметь одни только льготы, чтобы стать самым технически и экономически продвинутым торговым портом в мире.

Через несколько лет рядом со старой епископской частью города Альтштадт вырос новый, уже портовый Нойштадт, где жили и работали самые богатые люди Северной Европы, куда возвращались самые современные парусные суда с редкими и космически дорогими товарами.

Слухи о том, что группа богатых ганзейских купцов-судовладельцев просто скинулись, заказали подделку и договорились с правящим графом провозгласить этот документ легальным, подтвердились только спустя восемь столетий. Тогда купцы на свой риск воспользовались дальним походом императора и сорвали джекпот: через полгода после оглашения документа Барбаросса был убит. Так что подтвердить или опровергнуть подлинность бумаги уже было некому.

Кофейная игла для Старого Света

Ганзейский торговый союз в Средние века объединял почти полторы сотни портовых городов и был влиятельным международным торговым и политическим институтом. Они ловили и казнили пиратов, монополизировали рынок, задавали свои правила игры. У Ганзы были зарубежные конторы, включая Новгород, который поставлял в Европу древесину и пушнину.

Столица располагалась в соседнем от Гамбурга Любеке, а Гамбург был «пивным центром» союза — после того как выкупил рецепт светлого «пилснера» у чешских монахов.

Варить пиво на берегах многочисленных каналов было удобно: в доводопроводные времена каналы были универсальными источниками воды и одновременно канализацией. Городская легенда-анекдот, которую любят травить туристам в пивнушках, рассказывает о средневековом запрете испражняться в канал по средам, потому что по четвергам в Гамбурге варили пиво.

Торговые пути и отношения с иностранными государствами сохранились и после распада Ганзейского союза. Так что созданные после эпохи Великих географических открытий новые торговые пути дали новую дорогу для экономического расцвета Гамбурга.

И это была бы скучная история об экономике и торговле, если бы не одна важная вещь, без которой невозможно представить нашу сегодняшнюю жизнь: кофе.

Мы много слышали о бразильских плантациях, мы знаем все названия итальянских кофейных напитков, но наверняка ваши утренние разговоры с коллегами у кулера никогда не вызывали вопроса, кто и как придумал напиток, из которого на 80 процентов состоят офисные сотрудники.

Великие географические открытия подарили мировой торговле и промышленности большое количество изобретений. Но хорошо известный кофейный напиток, который в сегодняшних кофейнях называют «американо», — придумка гамбуржских бизнесменов трехсотлетней давности.

Строго говоря, американо его прозвали итальянцы, которые пренебрежительно отзывались о щедро разбавленном водой эспрессо: так делали американские туристы, посещавшие Италию.

Но откуда взялся этот кофе у американцев?

Оба эти события относятся к XVIII веку. Поставки зеленого кофейного зерна с плантаций Южной Америки превратили Гамбург в кофейную лабораторию городского масштаба. Богатые купцы изобретали сотни способов обжарки и приготовления, чтобы подороже продать свой продукт, который, проходя через их руки, становился недешевым розничным товаром. Кофеин вызывал привыкание, и через пару десятилетий в Гамбурге насчитывалось уже полторы сотни кофеен, где обжаривали зерна.

Фамилии некоторых гамбуржских кофейных дилеров до сих пор на слуху у русского потребителя: Якобс, Чибо. Сейчас эти марки принадлежат мировым гигантам пищевой промышленности, но когда-то семейство Якобс обеспечивало кофейным зерном большую часть Европы.

Одновременно с этими событиями, которые приносили в городскую казну и карманы судовладельцев многие миллионы дойчемарок, другой судовладелец занимался международным общественным транспортом. На кораблях Херра Баллина Соединенные Штаты Америки заселяли немецкие эмигранты, которые увезли с собой свою маленькую слабость — кофейники для простого приготовления ароматного напитка из молотых зерен.

Спустя некоторое время кофе из большого кувшина стал одним из неотъемлемых элементов американской мечты, иллюстрированной позже в голливудском кино, — и сегодня нам уже тяжело представить Америку без кофе, который придумали в Гамбурге.

Несмотря на параллельное развитие итальянской и португальской кофейных культур, американско-гамбургскому кофе удалось зацепиться в мировой пищевой культуре из-за своей простоты и высокой концентрации кофеина. Сублимированный растворимый напиток был изобретен позже на его же основе.

А традиционный фильтр-кофе, кстати, в последние годы переживает новую волну популярности. Теперь этот способ приготовления называют «альтернативой», потому что для его приготовления не нужна дорогостоящая кофейная машина, и вокруг поиска новых вкусов и ароматов складывается целая субкультура кофейных сомелье, определяющих по вкусу и аромату не только страну происхождения, но и размер помола зерна.

Город-феникс

В XIX веке взлетевший и вновь разбогатевший на международной торговле кофейным зерном Гамбург, однако, переживал некоторые трудности, с которыми сегодня сталкиваются густо населенные портовые города Азии. Развитие и рост темпов торговли сильно опережают естественный темп жизни города, и управлять этими процессами почти невозможно.

В XIX веке самый богатый в Европе город был захламленным вонючим городком с множеством неухоженных узких улочек, а исторические дома просто обрушивались в канал от старости. Путешествующий в те времена доктор Роберт Кох в своих дневниках писал, насколько он потрясен грязным городом в центре Европы, больше похожим на запущенную Азию, без канализации и водопровода.

В середине XIX века из-за плотной застройки и халатности городских властей, которые не предусмотрели в многотысячном городе эффективных противопожарных мер, вспыхнул пожар, разделивший историю города на «до» и «после».

Пламя возникло на чердаке одного из фахверковых домиков, собранных из деревянных перекрытий, и быстро распространилось на соседние, плечом к плечу выстроенные такие же здания. Город полыхал несколько дней, сгорела и главная городская святыня — собор Святого Николая, покровителя моряков. Решение о подрыве домов на пути пожара городской совет принял слишком поздно, боялись потерять деньги богатых горожан.

Сгорели дома композиторов и ученых, сгорел старый порт, церкви, было разрушено взрывом здание исторической Ратуши.

Через пять дней люди разъехались. В зеленом пригороде вокруг озера Альстер возникли новые районы Гамбурга. А на пепелище Нойштадта и Альтшадта вырос новый город — с современной архитектурой, модными решениями, с итальянским и французским вдохновением, первой в Германии асфальтированной улицей и долгожданным водопроводом.

После этих событий главным символом города стал феникс — золотая птица по сей день украшает башню отстроенной заново Ратуши, но никто из участников той исторической стройки и предположить не мог, что этот символ останется с городом навсегда.

За последние столетия городу сильно доставалось как со стороны стихии, так и со стороны управляемых человеком событий. В одном ряду с великим пожаром — страшные эпидемии холеры в отсутствие водопровода и канализации, Первая и Вторая мировые войны, наводнения.

И всякий раз за несколько десятилетий город оправляется от последствий и выглядит еще лучше, чем раньше. Эти же события — ответ на вопрос об архитектурном лице населенного пункта. О том, почему Гамбурга до сих пор нет в списках самых популярных туристических мест Европы.

Операция британской армии «Гоморра» в 1943 году, во время которой было разрушено 80 процентов всех зданий в городе и погибли сотни тысяч человек, превратила его в пепел.

Долгая история восстановления силами иностранных рабочих, музейных сотрудников и историков, которые отыскивали фотографии и чертежи разрушенных зданий, навсегда осталась в памяти местных жителей — их дома восстанавливали буквально по кирпичикам несколько десятилетий.

Когда вся Европа уже жила обычной жизнью, Гамбургу было не до заигрывания с туристами. И визитная карточка городской архитектуры — самые узнаваемые виды зданий кофейных складов вдоль каналов — существуют только с начала 2000-х годов.

Шпайхерштадт — самый большой в мире комплекс складов, стоящих на дубовых сваях в воде, в XIX веке строили местные миллионеры-судовладельцы, которые обустраивали себе территорию беспошлинной торговой зоны. До Второй мировой войны комплекс занимал территорию двух островов между протоками Эльбы, но после бомбардировки больше половины складов восстановить было невозможно. Исчезли и многие каналы, заваленные обломками стен.

Восстановленные и отреставрированные в 2000-х к заявочной кампании Олимпиады кирпичные здания портовых складов теперь в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО. А на месте крупнейшего кофейного склада в мире в 2017 году было построено самое технически продвинутое музыкальное сооружение в мире — Эльбская филармония, на возведение которой потратили почти миллиард евро.

Здание, заложенное в конце позапрошлого века на сваях в водах Эльбы, теперь держит на себе гигантскую стеклянную конструкцию с двумя концертными залами, отелем, ресторанами и самой живописной смотровой площадкой, с которой открывается вид на главную гордость трудолюбивого города — современный порт.

А что до Олимпиады... Несмотря на скандалы вокруг многократно выросшей сметы и огромные деньги, потраченные из налогов жителей Гамбурга, на общегородском референдуме горожане проголосовали против проведения Игр. Еще один факт, говорящий об их характере и мудрости пополам с хитростью точно так же, как и сотни лет назад.