Вводная картинка

«Замкнутый и всегда одинокий». Каким был великий Магеллан, зачем он отправился в кругосветное плавание и за что был убит

Путешествия

27 апреля 1521 года на крошечном острове Мактан (Филиппинские острова) в ненужной и совершенно бесполезной потасовке с местными туземцами был убит Фернан Магеллан — величайший мореплаватель, задумавший и практически осуществивший первое кругосветное плавание. Произошло это в те времена, когда люди лишь отдаленно представляли себе истинные размеры земного шара, не знали, где расположены материки, сообщаются ли между собой океаны, а ориентировались по Солнцу и звездам. Следующая кругосветка состоялась лишь через 60 лет. Историю Фернана Магеллана, трагически завершившего свой путь ровно 500 лет назад, читайте в материале «Ленты.ру»

Многие представляют себе великих путешественников, мореплавателей и первооткрывателей как упертых романтиков, рискующих собой и товарищами ради прогресса и счастья всего человечества, ну, или из гордости, тщеславия и жажды славы. Ничего подобного. Для того чтобы лично попасть в книгу рекордов, нужно всего лишь съесть больше всех гамбургеров или много лет не бриться. А вот чтобы открыть Америку или первому обойти вокруг света, необходимо сперва убедить приличных размеров государство в финансовой целесообразности такого подвига. А это получается не всегда.

«И последние станут первыми»

Почему король Португалии Жуан II не услышал Христофора Колумба, а 33 года спустя другой португальский монарх Мануэл I так же безразлично отверг Фернана Магеллана? Все очень просто. У Португалии к этому времени все и так было хорошо.

Находящаяся на задворках европейской цивилизации, граничащая по суше лишь с Испанией (а гордые испанцы и тогда, и до сих пор относятся к португальцам с изрядным презрением), маленькая, бедная Португалия была отрезана от Средиземного моря, по которому в течение полутора тысяч лет проходили главные морские и торговые пути человечества. Такой вот парадокс — половину страны занимает океанское побережье, а идти и некуда.

Но что значит некуда, а как же западное побережье Африки? И португальцы начинают вначале робко, а затем все смелее и смелее спускаться на юг. За бесплодными песками Сахары они открывают новые земли, богатые белой слоновой костью и черными невольниками. В 1471 году португальские корабли достигают экватора, в 1484-м устья Конго, а через два года Бартоломеу Диаш добирается до южной оконечности Африки и обнаруживает, что материк не примерз к Южному полюсу, как считал еще Птолемей, а проход в Индийский океан свободен.

Географические открытия, лоции и отчеты об экспедициях держатся в строжайшем секрете. 13 ноября 1504 года король издает указ:

Под страхом смертной казни запрещающий сообщать какие-либо сведения о судоходстве по ту сторону реки Конго, дабы чужестранцы не могли извлечь выгоды из открытий, сделанных Португалией

Король понимает, если все делать правильно, Португалия может стать сказочно богатой. И для этого есть все основания.

В 1453 году пал Константинополь. Под напором турок Византийская империя прекратила существование. Теперь все торговые пути с Востока на Запад контролируются мусульманами. Арабские, египетские, турецкие, да еще и венецианские перекупщики заоблачно поднимают цены на товары, без которых продвинутая Европа уже не представляет своей повседневной жизни. Перец, мускатный орех, имбирь, корица, хина, камфора, опиум, а также индийский жемчуг, китайский шелк и фарфор и другие драгоценные дары Востока многократно растут в цене.

Но если найти морской путь в Индию, Китай и на Острова пряностей, где перец растет, что нынче борщевик в Тверской области — то есть повсеместно, в изобилии и сам по себе, то можно обогатиться сказочно. Это знает король Португалии Жоан II. И когда к нему приходит неизвестный генуэзец с фантастическим предложением идти в Индию через Атлантику, король ему отказывает. Зачем тратить деньги на сомнительную авантюру, когда путь вокруг Африки уже открыт, секретные карты отпечатаны, флот строится. Более того, предусмотрительные португальцы уже получили у римского папы эксклюзивное право на владение всеми открытыми землями в Африке и на востоке, но не на западе.

Упорный Колумб отправляется в Испанию и находит там спонсоров для своего сумасшедшего предприятия. В 1492 году эскадра из трех судов с запасом продовольствия на год уходит на Запад. Неожиданно Атлантика оказывается не такой уж и бесконечной. Не повстречав кракенов и не сорвавшись с края земли, Колумб достигает суши всего за 36 дней. Он уверен, что это Азия и, если пройти еще немного на запад, то через несколько дней можно будет высадиться в устье Ганга.

Португалия в шоке. Западный путь в Индию оказывается в четыре раза короче и безопаснее. В 1493 году Папа Александр VI Борджиа отдает Испании все земли, которые будут открыты на Западе. Испания лихорадочно строит корабли и отправляет их через Атлантику. Но ни пряностей, ни китайских шелков, ни драгоценных камней во вновь открытых землях нет. Нет даже невольников, потому что тщедушные туземцы слабы и не выдерживают длительных морских переходов. Становится очевидно, что открытая Колумбом земля вовсе не Индия, а новый континент, с которым нужно еще разбираться.

Между тем уже в 1498 году Васко да Гама обходит Африку, достигает Индии и возвращается обратно. Несмотря на значительные потери, выручка от привезенных им товаров в 60 раз превышает расходы на экспедицию. Португальцы оперативно овладевают ключевыми пунктами вдоль африканского побережья и в самой Индии, громят объединенный египетско-индийский флот и устанавливают полный контроль над морскими и торговыми путями через Индийский океан. Крошечная Португалия стремительно становится владычицей морей.

Человек тяжелый и малосимпатичный

Всего за какие-то 25 лет границы известного европейцам мира раздвигаются на тысячи и тысячи километров на запад, восток, север и юг. В сентябре 1513 года Васко Нуньес де Бальбоа пересекает Панамский перешеек и первым из европейцев видит еще один великий океан. Все это внушает оптимизм. В матросы вербуются целыми деревнями. Но покуда Франсиско Писарро еще не разграбил сокровища инков и не началась разработка Потосийских серебряных рудников, коммерческой ценности открытые испанцами земли не представляют.

Дорогие заморские экспедиции себя не окупают. Нужно двигаться дальше в вожделенную Индию и на Острова пряностей (Молуккские острова). Испанцы тщетно ищут западный морской проход, но натыкаются лишь на огромный материк, который, как кажется, невозможно обойти ни с севера, ни с юга. И тут при дворе испанского короля Карла V появляется португальский дворянин, закаленный в боях солдат и опытный моряк Фернан де Магальянеш.

Фернан де Магальянеш, или, как его принято называть, Фернан Магеллан, происходил из небогатого дворянского рода. В юности, предположительно, был придворным пажом королевы Элеоноры и получил неплохое образование. В 24 года фидальго поступил в военный флот, но всего лишь рядовым воином. В 1505 году принял участие в первом военном походе португальцев в Индию. Во время знаменитого сражения при Диу, когда одиннадцати большим португальским кораблям противостоял объединенный египетско-индийский флот из 200 кораблей, был ранен. В 1509 году проявил завидную храбрость в сражении у Малакки (Малайзия), буквально в последний момент предупредив командующего эскадрой о готовящемся нападении, а затем был единственным, кому удалось прорваться на лодке к берегу и спасти нескольких товарищей.

Был еще дважды ранен и получил младший офицерский чин. После службы на Востоке вернулся в Португалию, где ему положили унизительно малую пенсию. В 1513 году отправился в военную экспедицию в Марокко, вновь был ранен. Копье повредило колено, после чего Магеллан стал заметно хромать.

Вернувшись в Лиссабон, Магеллан добился аудиенции короля Мануэла I. У него уже был план, как доплыть до Молуккских островов западным путем, но прежде чем его озвучить, он попросил об увеличении содержания и принятии на службу во флот. И на обе просьбы получил отказ. После этого испросил разрешения предложить свои услуги другим государям. Мануэл не возражал. Магеллан — опытный воин и один из лучших знатоков морского дела того времени — слыл при дворе человеком тяжелым и малосимпатичным.

Вот как характеризует Магеллана австрийский писатель Стефан Цвейг в яркой биографии мореплавателя («Подвиг Магеллана», 1938):

«Как ни мало мы о нем знаем, одно остается бесспорным: этот низкорослый, смуглый, малозаметный, молчаливый человек даже в самой малой степени не обладал даром привлечь к себе симпатии (…)»

Неразговорчивый, замкнутый, всегда укутанный пеленой одиночества, этот нелюдим, должно быть, распространял вокруг себя атмосферу ледяного холода, стеснения и недоверия, и мало кому удавалось узнать его даже поверхностно, а во внутреннюю его сущность так никто и не проник

В молчаливом упорстве, с которым он оставался в тени, его товарищи бессознательно чуяли какое-то необычное, непонятное честолюбие, тревожащее их сильнее, чем честолюбие откровенных охотников за выгодными местами, ожесточенно теснящихся у казенной кормушки.

В его глубоких, маленьких, сверлящих глазах, в углах его густо заросшего рта всегда витала какая-то надежно спрятанная тайна, заглянуть в которую он не позволял. А человек, прячущий в себе тайну и достаточно стойкий, чтобы много лет держать ее за зубами, всегда страшит тех, кто от природы доверчив, кому нечего скрывать.

Тайный проход между океанами

А скрывать Магеллану было что. Почти год он, не вызывая подозрения, изучал в Tesoraria — секретном архиве короля Маноэла — отчеты экспедиций в Новый свет, судовые журналы, разбирал и копировал карты, лоции и лаговые записи последних экспедиций в Бразилию. Часами просиживал в кабачках с капитанами и кормчими, побывавшими в южных морях. Свел близкое знакомство с лучшим астрономом своего времени Руйем Фалейро, также не принятым ко двору. Ну а чем еще должен заниматься бывший моряк?!

Рую Фалейро Магеллан открыл свою великую тайну — где-то на 38-м примерно градусе южной широты находится пролив, соединяющий океаны. Об этом он узнал благодаря карте, начертанной знаменитым придворным картографом Мартином Бехаймом и хранившейся в секретном королевском архиве. Эта карта была составлена на основании результатов нескольких португальских экспедиций, обследовавших побережье Бразилии и, возможно, Аргентины. В одной из них принимал участие Америго Веспуччи.

Как позже оказалось, за пролив между океанами тогда приняли широкое устье реки Ла-Платы. Но Магеллан этого не знал и был уверен, что его данные верны. Фалейро сделал расчеты (также неверные), и у него вышло, что Острова пряностей находятся в западном полушарии, а значит, исходя из буллы Папы Александра VI, должны по праву принадлежать не Португалии, а Испании.

И вот с таким багажом, за который Магеллана могли бы с полным правом отправить на родине на гарроту, спустя полтора года после неудачной аудиенции у Мануэла упрямый и скрытный португалец отправился к испанскому двору.

Прием у малинового короля

Магеллан умел ждать и терпеть. Португалец понимал, что у него будет не больше одной попытки, и основательно подготовился. Приехав в Севилью, он женился на дочке своего земляка Дього Барбозы, уже давно перебравшегося в Испанию и занимавшего прочное положение при испанском дворе. С помощью тестя Магеллан завел нужные знакомства.

К моменту аудиенции у Карла V члены Casa de Contractacion — Индийской торговой палаты — были уже подготовлены, а ее фактор (управляющий) Хуан де Аранда заключил с просителями личное соглашение на одну восьмую всех будущих доходов с предприятия в обмен за содействие и участие в финансировании.

Магеллан продемонстрировал испанскому королю восторженные письма своего товарища, обосновавшегося на Островах пряностей, одного из тех, кого он в свое время спас в сражении у Малакки, показал слугу — живого малайца Энрике, а на главное блюдо — карты и лоции предполагаемого прохода в Тихий океан, которые он раздобыл в секретных архивах Лиссабона.

Фалейро, со своей стороны, продемонстрировал математические расчеты, из которых следовало, что вожделенные острова расположены в зоне, которую его святейшество папа предоставил Испании. А поскольку португальцы контролируют путь вокруг Африки, единственная возможность воспользоваться своим законным правом на них — это дойти туда западным путем.

Все было решено быстро.

Королева карта бита

20 сентября 1519 года флотилия из пяти кораблей — адмиральский флагман «Тринидад», «Консепсьон», «Виктория», «Сан-Антонио» и «Сантьяго» — уходят в плавание, которое станет самым протяженным из всех, что были когда-либо.

Переход через Атлантику уже не являлся чем-то необычным, но эскадра попадает в полосу штилей. Неделями корабли стоят без движения под палящим солнцем. Из-за скуки и однообразия возникают первые проблемы. Чванливые испанские капитаны недовольны тем, что ими руководит презренный португалец, да еще и незнатного рода. Происходят мелкие стычки.

Но вот долгожданный ветер наполняет паруса, и общее настроение улучшается. Эскадра идет на юг вдоль побережья Американского континента. 10 января на равнинном берегу мореплаватели замечают холм, который называют Монтевиди (современный Монтевидео — столица Уругвая). Чтобы укрыться от свирепого шторма, корабли заходят в обширный залив, тянущийся далеко на запад вглубь континента. Магеллан ликует, это и есть тот самый проход в другой океан, о котором он знал.

Но вскоре радость сменяется разочарованием, посланные на разведку корабли с меньшей осадкой возвращаются назад с сообщением, что вода в «проливе» пресная, а его берега сужаются. Магеллан понимает, что карта Бехайма неверна, а то, что моряки приняли за пролив, на самом деле огромная река (Ла-Плата), но другой карты у адмирала нет.

Это был решающий момент экспедиции. Что делать, вернуться с позором назад, признав поражение, и лишиться тем самым всего достигнутого? Или идти вперед в надежде на то, что пролив все же существует? Магеллан выбирает второе.

Бунт, казнь и пролив Всех Святых

В апреле флотилия добралась до 49 параллели. Начались морозы. Люди тряслись от холода, недовольство росло. В Севилье, когда они вербовались в плавание к Молуккским островам, им обещали тепло, изобилие и райские земли. Заботами вице-адмирала Картахены пополз слух:

Португальцу заплатили, чтобы погубить корабли нашего короля

Назревал бунт, и он случился. Бунтовщики захватили три корабля из пяти, при этом был убит верный долгу боцман «Сан-Антонио», а его капитан и часть команды связана и посажена в трюм. Бунтовщики решили, что дело сделано. Но они не знали, с кем имеют дело. Закаленный в боях, решительный и бесстрашный Магеллан действовал расчетливо и стремительно.

Бунт был подавлен. Капитан «Консепсьона» Касада, проливший кровь, публично казнен. А Картахена и участвовавший в заговоре священник оставлены на необитаемом берегу. Любопытно, но пройдет почти 60 лет, и во время второго в истории кругосветного плавания в этой же бухте при сходных обстоятельствах англичанин Френсис Дрейк казнит еще одного взбунтовавшегося капитана.

Порядок был восстановлен, а когда потеплело, корабли двинулись дальше на юг, обследуя каждую крупную бухту. Во время одной из таких разведок разбился о скалы «Сантьяго». К счастью, никто не погиб. На 54-м градусе южной широты Магеллан обнаружил проход, названный им проливом Всех Святых. Впоследствии его назовут Магеллановым проливом.

В 2020 году мне довелось проходить там на парусном фрегате. И сейчас это задача не из легких. Пролив представляет собой 600 километров лабиринта из островов, скал, проток и заливов. Даже имея все современные навигационные приборы, пройти его без опытного лоцмана мало кто решится.

Корабли Магеллана прошли пролив за месяц, но один из них, «Сан-Антонио», исчез. В эскадре думали, что он погиб. На самом же деле корабль дезертировал, благополучно вернувшись назад в Испанию.

22 ноября 1520 года горы с двух сторон расступились, и перед глазами отважных мореплавателей открылся морской простор с бесконечно далекой линией горизонта. В первый раз корабли сумели пройти из Атлантического океана в Тихий.

Новый огромный и тихий океан

Колумб перешел через Атлантику за 36 дней. Плавание Магеллана уже длилось год. Паруса и такелаж пришли в плачевное состояние. Несмотря на строжайшую экономию, запасов провизии оставалось совсем мало. Моряки вынуждены были есть пингвинов. Но погода благоприятствовала, постоянно дул ровный ветер слабой силы. Тогда Магеллан и дал новому океану название, которое сохранилось за ним навсегда — Тихий океан.

Тихий океан оказался намного больше, чем предполагал Фалейро. Мясо пингвинов было съедено, сухари превратились в пыль пополам с мышиным пометом, вода протухла. Деликатесом считалась пойманная крыса. В отсутствии витаминов началась цинга. Умерли 19 матросов. Заболел и сам Магеллан. В начале похода он объявил, что ни при каких обстоятельствах экспедиция не повернет назад: «Если надо, будем есть кожу на реях». И вот настал день, когда летописец экспедиции записал:

Чтобы не умереть с голоду, мы ели куски кожи, которой обтянут большой рей. Пробыв больше года под дождем и ветрами, кожа так задубела, что ее приходилось вымачивать в морской воде четыре-пять дней, чтобы потом съесть

Наконец 14 января 1521 года моряки увидели остров, но подойти к нему оказалось невозможно из-за рифов. Утром 6 марта, на 110-е сутки после отхода от Южной Америки, показался большой остров с обильной растительностью и пляжами с золотистым песком. Это был Гуам, самый южный из Марианских островов.

Когда корабли подошли к берегу, их окружили пироги с дикарями. Мгновенно забравшись на борт, они принялись хватать все, что попадалось им под руку, украв даже одну из шлюпок. Измученная команда даже не сопротивлялась.

Магеллан отвел корабли от берега, но на следующий день вернулся. Для умиравших от голода и жажды людей было жизненно необходимо добыть воду и продовольствие. На берег высадили десант, моряки вернули украденные вещи и доставили на борт рыбу, свиней, кокосовые орехи и бананы. Но семь дикарей в ходе этой вылазки были убиты. Когда Магеллан отплывал, его сопровождал град стрел и камней. Остров назвали Воровским. Так прошло первое знакомство европейцев с аборигенами Океании.

Железо за золото и новые христиане

28 марта 1521 года флотилия приблизилась к еще одному большому острову. Ее встретили пироги, и тут обнаружилось, что местные аборигены говорят на том же языке, что и слуга Магеллана малаец Энрике. Острова пряностей, к которым стремилась Испания и Магеллан, были достигнуты. А первым человеком, обогнувшим земной шар, стал не мореплаватель-европеец, а раб-малаец.

Через несколько дней испанские корабли вошли в порт Себу на острове того же названия (Филиппинские острова). Правителем острова был хитрый раджа Хумабон. Сразу оценив величину европейских кораблей и мощь их пушек, раджа оказал гостям великолепный прием. Началась меновая торговля, исключительно выгодная для обеих сторон. Наибольший интерес для туземцев представляло железо, твердый металл, который в их глазах был полезнее золота. За 14 фунтов железа они отдали 15 фунтов золота. При этом европейцы вели себя вполне прилично. Магеллан не хотел лишних проблем с местным населением и поддерживал строгую дисциплину.

На радостях раджа пообещал быть верным подданным Испании и даже выразил желание перейти в христианство. Несколько дней подряд священник экспедиции крестил обретших истинную веру язычников, полагавших, что новый бог сделает их такими же сильными и богатыми, как пришельцы. Затем к новой счастливой жизни потянулись и жители других островов.

«Тело не продается»

То ли из зависти, то ли по каким-то своим местным причинам, но столь тесная коллаборация не понравилась царьку крохотного островка Мактан по имени Силапулапу. Силапулапу оскорбил Хумабона и обещал подговорить к этому других царьков. Хумабон должен был грубияна проучить. И вот тут Магеллан совершил ошибку, стоившую ему жизни и едва не погубившую все, чего достигла экспедиция.

Опытный, осторожный, умный Магеллан зачем-то встрял в мелкую междоусобицу дикарей, решив показать мощь европейского оружия. Во главе 60 воинов адмирал лично высадился на мятежный остров, где был встречен несколькими сотнями дикарей. Из-за мелкой воды корабли не смогли подойти к берегу, чтобы поддержать десант огнем, а попасть из мушкета в скачущих по берегу дикарей оказалось непросто. Обнаружив, что ноги и руки испанцев не закрыты броней, туземцы принялись тыкать в них копьями. Магеллан был несколько раз ранен, окружен и убит.

Тело великого мореплавателя дикари с радостными криками таскали по всему острову. А когда испанцы вместо того, чтобы достойно наказать убийц своего адмирала, унизительно предложили обменять тело на выкуп из стеклянных бус, Силапулапу гордо ответил: «Тело нашего врага не продается». Что сделали туземцы с останками великого мореплавателя, осталось загадкой. Вроде каннибалами они не были. Но кто же их знает...

Со смертью Магеллана мгновенно изменилось и отношение островитян к европейцам. Недавние христиане, подданные Хумабона, напали на европейцев, когда те были на берегу. Началась резня, в которой погибли больше двухсот матросов и капитаны двух из трех кораблей. Удиравшие в панике каравеллы провожал горящий на берегу крест.

«Отплыв на запад, мы возвратились с востока»

Оставшейся в живых команды едва хватало, чтобы управлять двумя кораблями. Поэтому «Консепсьон» решили бросить. Без командующего и погибших капитанов экспедиция развалилась. «Тринидад» принялся пиратствовать в Филиппинских водах и в конце концов был захвачен португальцами. А «Виктория», пережив множество трудностей и лишений, вернулась в Испанию 6 сентября 1522 года.

К этому моменту в живых осталось 18 моряков. За 1080 суток первого в истории кругосветного путешествия было пройдено 42 280 морских миль, или 85 700 километров. Интересно, что даже тех немногих товаров, что удалось сохранить в трюмах самого маленького из кораблей Магеллана, хватило, чтобы окупить всю экспедицию и даже получить прибыль в четыре процента.

Командир «Виктории» Тидоре Эльконо написал в своем отчете королю Испании:

Довожу до сведения Вашего Величества, что мы нашли камфору, корицу и жемчуг. Покорнейше просим оценить по заслугам тот факт, что мы совершили кругосветное плавание. Отплыв на запад, мы возвратились с востока