Вводная картника

«Подобные ужасы происходят по всему миру»

Японские химзаводы 30 лет травили ртутью рыбаков и их семьи. Как об этом сняли кино с Джонни Деппом?

Культура

В 1972 году весь мир потрясла публикация в журнале Life снимков, сделанных легендарным военным фотографом Юджином Смитом в деревнях рядом с заливом Минамата. На них были изображены местные жители, страдающие от болезни Минамата — жуткие, включающие паралич припадки, онемение конечностей и разрушение центральной нервной системы — последствия тяжелого отравления метилртутью, в том числе у новорожденных. Виновником распространения болезни был входивший в корпорацию Chisso местный химический комбинат, десятилетиями сбрасывавший токсичные отходы в сточные воды и в море, где обитатели окрестностей Минаматы ловили рыбу, и прекрасно знавший о связи своей деятельности с отравлениями. Тем не менее только международное внимание после сделанных Смитом фотографий заставило руководство Chisso признать вину и начать выплачивать компенсации жертвам, число которых превышало десять тысяч человек. Сам Смит, на которого в Минамате напали нанятые Chisso якудза, поплатился за свой труд здоровьем.

В российский прокат выходит фильм Эндрю Левитаса «Великий» (Minamata), рассказывающий об этих событиях и судьбоносной работе Смита в Японии. Роль фотографа в этой картине сыграл Джонни Депп. «Лента.ру» поговорила с Левитасом о непреходящей актуальности этого сюжета, Смите, Деппе и японском кино

«Лента.ру»: Когда вы впервые услышали об этой истории?

Эндрю Левитас: У этой истории есть два элемента, о которых я знал по отдельности. Так, я в первую очередь художник — занимаюсь скульптурой, живописью, фотографией — и, конечно, был очень хорошо знаком с работой Юджина Смита — столько, сколько я себя помню. И в то же время, как и многих из людей — и нас, к счастью, становится все больше — меня очень беспокоят проблемы окружающей среды. Наша планета отчаянно нуждается в оздоровлении, и очень важно вовлекать людей в заботу об экологии. Моя шестилетняя дочь уже сейчас начинает ругаться, как только видит у меня или у жены в руках пластиковую кружку. Я и сам был таким с детства. И фотографии из Минаматы я впервые увидел тоже в довольно раннем возрасте — а я родился в конце 1970-х. При этом почему-то связь между этими снимками и Юджином Смитом — при всей любви к его работам — я очень долго не проводил, пока спустя годы не изучил трагедию в Минамате по-настоящему и не осознал, какую важную роль Смит сыграл в освещении этой истории.

Эндрю Левитас

Эндрю Левитас

Вы уже в тот момент поняли, что из нее может получиться интересное кино?

Да. Мне важно снимать фильмы, которые не только насыщенны, увлекательны, красивы и легко смотрятся, но при этом помогают зрителю выйти из кинотеатра с ощущением, что он узнал что-то новое, задумался о чем-то, чего раньше не представлял. Когда я погрузился в историю о Минамате, то был впечатлен тем, насколько это духоподъемный, при всей трагичности, сюжет. Группа людей объединяется и заставляет мир прислушаться к себе. И эта история не закончена. Многие из жертв живы и хотят, чтобы их услышали. Как в Минамате, так и по всему миру — ведь несчастья, вызванные промышленным загрязнением окружающей среды, продолжают случаться каждый день по всей планете. Минамата правда меня вдохновила — в сущности, эти люди, обратив внимание всего мира на свою беду, начали революцию в экологии и в отношении к ней. Мне трудно представить себе другой настолько же актуальный сюжет. Да, он разворачивается в Японии начала 1970-х, но подобные ужасы происходили и продолжают происходить повсюду — и в Лондоне, где я живу сейчас, и в Нью-Йорке, где я вырос. Стоило мне как следует изучить эту историю, то стало понятно: я не могу не снять это кино.

Насколько сложно было преобразовать этот материал — трагедию, растянутую по времени на десятилетия, — в фильм, более того, зрелищный и во многом остросюжетный?

К счастью, у нас был козырь в рукаве. Это фигура Юджина Смита — исключительного художника от фотографии — и его жены Айлин. Благодаря кадрам, что они сделали в Минамате, мы смогли поэтично рассказать эту историю. По большому счету, Смит своей работой указал нам путь, помог понять, как через образы передать самую суть, концентрированную правду. Конечно же, опыт людей, о которых рассказывает «Великий», не укладывается в два часа времени. Но так как мы могли использовать объектив и личность Юджина Смита как проводники к жертвам Минаматы и их историям, то по-настоящему сложно не было. Смит был нашим ключом в этот мир. Конечно, невозможно за два часа передать абсолютно все факты и все судьбы — и я надеюсь, что после фильма зрители заинтересуются этой темой и примутся самостоятельно ее для себя изучать в полной мере. Но мне все-таки кажется, что благодаря Смиту нам удалось передать трагизм того, через что прошли и продолжают проходить жители Минаматы, показать, из-за чего это случилось и как этого можно было избежать. И в конечном счете дать понять, что эта история важна не только для Минаматы, но и для людей по всему миру. Вот это было на самом деле по-настоящему сложным — сделать фильм не только интересным и увлекательным, но и универсальным. И если кого-то он вдохновит — на то, чтобы перестать молчать, чтобы объединиться и попытаться сделать мир лучше (это звучит как клише, но я правда верю, что это возможно), — то значит, фильм удался.

Мир не принадлежит корпорациям и правительствам. Он принадлежит всем нам — по отдельности и вместе

Эндрю Левитас

Это важный месседж, учитывая, что каким-то абсурдным образом даже глобальное потепление до сих пор остается дискуссионным вопросом и политики не могут достичь на его счет консенсуса. Почему? Большой бизнес.

Именно. И вы указали на нечто невероятно важное, что мы тоже пытались при работе над «Великим» учитывать. Я не стремился снять политическое кино. И «Великий» ни в коей степени не является политическим фильмом. Потому что, на мой взгляд, чистая вода, чистый воздух, жизнь в мире, не страдающем от загрязнения, — это базовые права человека. Это не вопросы политики, не дискуссионные темы. Это не имеет никакого отношения к политическим взглядам, к левым или правым. Попытка сделать их таковыми — простите за грубость, полная хрень. Каждый из нас имеет право требовать эти базовые ценности для себя. А если кто-то считает и утверждает иначе, то он полон дерьма. Все очень просто.

Возвращаясь к Юджину Смиту. Как вы сказали, его работа была для вас ключом к этой истории, но это ведь и большая ответственность, не правда ли? Ведь вам нужно было создать визуальный язык не менее мощный, чем его снимки.

Да, нам нужно было выдержать сравнение с одним из настоящих мастеров своего дела. И когда мы начали разрабатывать этот проект вместе с моим постоянным оператором и лучшим другом, блестящим художником и невероятным человеком Бенуа Дельоммом, то поняли, что не можем соревноваться со Смитом. У Юджина была потрясающая способность показывать в одном единственном кадре и самое худшее, что есть в человеческой природе, и абсолютно лучшее. Ты можешь взглянуть на его снимок и воскликнуть: «Боже, люди отвратительны!» А через секунду: «Боже, люди невероятны!»

Юджин Смит умел показать и ужас, и смерть, но также и любовь, надежду, обещание лучшего будущего — все это вместе

Эндрю Левитас

И наша задача снять фильм о нем и его работе стала легче, когда мы поняли, что не должны пытаться достичь того же эффекта в каждом отдельном кадре. Достаточно было попробовать добиться того же в том миллионе кадров, из которых состоит «Великий», в их последовательности, в их движении. Такой была задача, которую мы поставили перед собой, — и я надеюсь, что мы преуспели, что у нас получилось достичь похожего эффекта. Показать ужасные вещи, то, на что каждому тяжело смотреть, так, чтобы вызывать не только ужас, но и сочувствие, смелость заинтересоваться. Сделать так, чтобы, например, в кадре с матерью, которая ухаживает за страдающей болезнью Минаматы в жуткой форме дочерью, чувствовалось не только страдание, но и материнская любовь.

Есть еще один большой художник, который очень важен в истории Минаматы. Это великий японский документалист Норияки Цутимото, снявший в 1970-х несколько сокрушительных фильмов об этой трагедии. Вы используете в «Великом» несколько кадров из этих картин. Можете рассказать, он на вас повлиял?

(Оборачивается и показывает на полку с дисками и книгами) Вот посмотрите, DVD с его фильмами у меня за спиной на полке! Его работа, то, как он запечатлел истории пострадавших людей, их мир в реальном времени, была уникальна. Фильмы Цутимото о Минамате преисполнены как гнева по отношению к тому, что происходило, так и любви, подлинного сострадания. Его стиль не был сухим. Многие документалисты, особенно сейчас, больше беспокоятся о камере, чем о чувствах. Цутимото — другое дело. Он ухитрялся одновременно информировать и образовывать нас и при этом быть настоящим художником, как вы правильно заметили. Его фильмы сняты на маленькую ручную камеру, Bolex, если я не ошибаюсь, но по тому, как с тобой взаимодействуют снятые им кадры, ты чувствуешь, что когда снимаешь с любовью — и такого оборудования вполне достаточно. Кадр насыщается этой любовью — и она передается от режиссера зрителю. Это невероятные, элегантные образы, полные желания выразить уважение к людям Минаматы. Для меня честь и большая удача — то, что мы смогли заполучить и использовать в «Великом» небольшие фрагменты фильмов Цутимото. Совсем чуть-чуть — тридцать-сорок секунд. Но они настолько сильны, что мы во многом выстраивали стиль съемки нашего фильма на их основе, на том, как они были сняты. Они дали нам фундамент. Я так рад, что вы задали этот вопрос!

Юджина Смита в «Великом» сыграл Джонни Депп. Если бы вы могли выразить одним-двумя словами то, что он привнес в это кино?

Все.

Фильм «Великий» (Minamata) вышел в российский прокат