Вводная картника

Злобный хитмейкер

Грабежи, наркотики, питбули: неизвестная жизнь умершего от передозировки рэпера DMX

Культура

В США в результате передозировки умер хип-хоп-исполнитель DMX. Его путь к славе был крайне тяжелым; много раз он оказывался на грани весьма бесславной гибели, лейблы же долгое время отказывались иметь с ним дело, считая ненадежным, нестабильным и просто слишком агрессивным. По иронии, именно агрессия, которой пропитаны хиты артиста, и прославила его на весь мир. «Лента.ру» рассказывает о малоизвестной преступной стороне жизни рэпера, его тернистой дороге к успеху и вспоминает ставшие культовыми треки DMX.

Эрл Симмонс рос в городе Йонкерс, штат Нью-Йорк. Детство у него было нелегким; отца он не знал, а мать, родившая его в 1970-м в возрасте 19 лет, ребенка воспитывала жестко, зачастую прибегая к рукоприкладству. Юный Эрл поэтому часто участвовал в потасовках и даже срывался на школьных учителей, швыряя в них стулья. Школа такое поведение терпела недолго: после очередной стычки с преподавателем Симмонс попал на скамью подсудимых, где его приговорили к первому «заключению» — 18 месяцам в закрытом интернате для трудных подростков. Эрлу на тот момент было всего десять лет.

Ссылка, однако, не наставила Симмонса на путь истинный. Совсем наоборот: для вернувшегося из интерната ребенка драки стали регулярным событием, попутно он начал промышлять грабежом, что сделало его частым посетителем полицейских отделов. Мать, устав от неуправляемого ребенка, в итоге самостоятельно сдала его в еще один интернат. Там Эрл увлекся битбоксом и придумал себе псевдоним DMX The Beat Box Enforcer.

Первый постоянный заработок у Симмонса появился благодаря грабежу школьников и стариков. Он так и называл свою преступную деятельность — «работой», потому что обворовывал людей по три раза на дню, действуя по расписанию. Утром он напрыгивал на идущих на занятия детей; после уроков подстерегал на опустевших улицах освободившихся пораньше школьников; вечером, после захода солнца, нападал на пожилых (те были самыми богатыми жертвами). Он отбирал деньги, снимал с людей драгоценности, одежду и кроссовки, которые потом продавал по дешевке. Симмонс искал и другие способы заработка — к примеру, пробовал обносить дома, однако это занятие ему не понравилось, как и продажа наркотиков.

Я быстро понял, что я не вор. Я не хотел ничего красть, и я уже знал, что мне не нравится заниматься мошенничеством или продавать наркотики. Я? Я отбирал

DMX

Для своего «предприятия» Симмонс даже собрал команду из двух человек. Попутно он подсел на крэк — это дало ему еще одну причину грабить людей. Если раньше он делал это, чтобы прокормить себя, то теперь ему нужно было утолять весьма затратную жажду наркотиков. В 1986-м, когда Симмонсу было 16 лет, он попал в очередную переделку с полицией; при нем тогда был взятый со свалки пес Блэки, который напал на задержавшего Эрла офицера. Коп пристрелил собаку. Через неделю Симмонс, подогреваемый наркозависимостью, пришел в школу с обрезом, спрятанным в штанине, и ограбил детей прямо в обеденном зале.

«Мне было ***** на всех и на все. Я был готов грабить кого угодно», — вспоминал об этом эпизоде DMX.

Из школы Симмонс вынес всего четыре доллара. Через пару дней его задержали за ограбление и приговорили к первому «большому» сроку — двум годам в исправительной колонии с режимом минимальной строгости, предназначенной для несовершеннолетних правонарушителей. Там Симмонс не задержался — через пару недель после приговора он сбежал с еще одним парнишкой, поколотив охранника. Беглецы уходили через леса. Сотрудники тюрьмы пустили по их следу собак, одна из которых настигла Симмонса — тот забил ее ногами. На свободе Эрл пробыл недолго: полиции беглеца сдала его собственная мать, когда прознала, что тот вернулся домой и поселился у бабушки. Этого предательства Симмонс ей не простит никогда.

Новым местом отбывания наказания для Эрла стала колония с серьезной охраной — там уже были и решетки, и заборы с колючей проволокой, а сотрудники учреждения носили с собой огнестрельное оружие. Тогда Симмонс, смирившийся наконец с тем, что следующие два года проведет в тюрьме, впервые решил заняться рэпом и прославиться; битбоксинг он оставил как занятие несостоятельное и переименовал себя из DMX The Beat Box Enforcer в DMX The Great.

После освобождения в 1988-м преступную жизнь Симмонс не бросил, однако перешел с мелкого грабежа на угон автомобилей — параллельно этому занятию (он называл его «хобби») Эрл, никогда раньше не садившийся за руль, учился водить. Угон автомобилей даже принес Симмонсу первую своеобразную известность — когда копы задержали его в краденой тачке в гетто, он начал кричать о «полицейском произволе», быстро собрав вокруг себя толпу из недовольных местных, которые потребовали у сотрудников правоохранительных органов отпустить парнишку. «Подросток из Йонкерса спровоцировал беспорядки», — так о произошедшем впоследствии написала местная газета.

В биографии Симмонса E.A.R.L. The Autobiography of DMX, артист рассказывал, что в те времена писал песни в основном когда оказывался в тюрьме. Там же он увлекался фристайлом и баттл-рэпом (на свободе, в 1990-х одним из его противников даже стал рэпер Джей Зи). Вскоре, по собственному признанию, Симмонс перестал бояться тюремного заключения.

Я привык к жизни за решеткой. Тюрьма почти стала для меня комфортным местом пребывания. Я более не боялся ее. Я привык спать на твердой поверхности, привык к гнилой еде. Я просто привык к грязному одиночеству жизни, принял его таким, какое оно есть. Я не хотел посещений. Не хотел почты. Письма вызывали у меня тоску и жажду вернуться домой

DMX

В очередной раз освободившись из тюрьмы, Симмонс стал записывать собственные микстейпы, самостоятельно продавая их на улицах. В 1991-м он сделал первые демки, год спустя его подписали на лейбл Ruffhouse, однако записанный на нем дебютный трек Born Loser, полностью оправдав свое название, хитом не стал, и сотрудничество с Ruffhouse у DMX не задалось. Другие лейблы начинающим артистом не заинтересовались — кому-то не нравился слишком грубый голос Симмонса, другие считали рэпера чересчур агрессивным, ненадежным и попросту «неликвидным». Эрл продолжал тем временем промышлять грабежом — кормить ведь надо было и себя, и свою наркозависимость. Последняя привела к тому, что DMX обнес дом собственного менеджера, который приютил у себя бездомного рэпера-уголовника.

После провальной попытки запустить рэп-карьеру Симмонс на несколько лет переехал в Балтимор, штат Мэриленд, где стал торговать наркотиками, работая на своих товарищей из объединения Ruff Ryders, братьев Уоа и Дэррина Динов (те впоследствии станут новыми менеджерами DMX).

«У нас было две базы на западе города. По меньшей мере восемь человек из команды работали в две двенадцатичасовые смены, и после пары недель в Балтиморе я вновь убедился, что не хочу торговать наркотиками. Не то чтобы это было неприбыльным занятием — я раньше ни разу в жизни не видел так много обдолбанных людей в одном месте. Будто все жители города выстроились на одном углу за травой, героином или крэком. Но за шесть часов на одном месте я переставал чувствовать ноги, а копам, кажется, нравилось задерживать меня просто за то, что я стоял на улице. Я бы долго этого не вывез», — вспоминал Симмонс.

DMX, по собственному признанию, вскоре перестал приторговывать и начал жить в Балтиморе на совсем небольшие подачки от Уоа и Дэррина, целиком посвятив себя рэпу. Тогда, в частности, родились его композиции Coming From, Let Me Fly и X Is Coming. В середине 1990-х он вернулся в Йонкерс и принял участие в записи нескольких чужих синглов, однако настоящая музыкальная карьера у DMX началась лишь годы спустя, в конце девяностых.

В 1998-м рэперу удалось заполучить аудиенцию у продюсеров крупного лейбла Def Jam. На прослушивание DMX явился с зашитым ртом — незадолго до этого он попал в очередную разборку и был жестоко избит (репутация уличного грабителя еще долго за ним тянулась — и куда опаснее на улицах Йонкерса было нарваться не на копов, а на местных с пушками, влегкую решавшихся на самосуд). Рэпер зачитывал рэп перед представителем лейбла, не обращая внимания на травму, в то время как швы на рту попросту расходились — что, нужно сказать, произвело на продюсера неизгладимое впечатление. DMX наконец получил зеленый свет на выпуск сингла на крупном лейбле. Дебютом его стал трек Get at Me Dog, появившийся из одного из фристайлов Симмонса. На этом треке он впервые имитировал собачий лай и рявканье — впоследствии это станет фирменным эдлибом DMX на главных его хитах.

«Я на самом деле не планировал гавкать, вообще не думал об этом, пока это само не вылетело у меня изо рта. Я просто тесно связывал себя со своими питбулями тем, что они для меня символизировали, и этот звук для меня был довольно естественным. Это не было каким-то приколом. Это рычание и гавканье для меня — форма самовыражения, в них заключены мои чувства. И едва ли я мог предугадать, что этот лай потом услышат во всем мире», — объяснял впоследствии рэпер.

DMX и собаки

Любовь DMX к собакам настолько сильна, что заслуживает на самом деле еще одного материала; рэпер всегда, с самого детства, окружал себя псами, преимущественно питбулями. Как рассказывал рэпер Jadakiss, знавший Симмонса задолго до его прихода к славе, тот почти не использовал оружия для грабежа — для этого у него был питбуль Бумер: «Он был очень опасен. Если ты видел его с Бумером, ты знал, что он собирается делать. Грабить всех подряд с собакой. Не вооруженное ограбление — ограбление с собакой».

Более того, по воспоминаниям хип-хоп-артиста Murda Mook, DMX, завоевавший себе первую известность в рэп-сообществе через баттлы, даже натренировал одного из своих псов рычать по команде во время своих раундов. Питбулей можно часто увидеть в музыкальных клипах Симмонса, их же рэпер поместил на обложки альбомов Grand Champ и Year of the Dog... Again.

Хотя сам DMX считал трек Get at Me Dog бессодержательным и даже бессмысленным, сингл быстро стал хитом и прогремел на все Соединенные Штаты. На волне успеха Симмонс тут же начал работу над дебютным альбомом, который решил назвать It's Dark and Hell Is Hot. В этой пластинке рэпер постарался излить все «наболевшее за 27 лет жизни». В него вошли не только многочисленные сцены насилия, свидетелем или участником которых был Симмонс, но и рефлексия о его борьбе с внутренними демонами, жажде грешить, алчности и всепоглощающей боли — и это от хардкорного, казалось, гангстера, который больше всего на свете печется о своей репутации.

В том же году DMX дебютировал как актер в криминальной драме «Живот», в которой также сыграли хип-хоп-исполнители Nas и Method Man. Это положило начало относительно плодотворной карьере рэпера в кино — впоследствии он снялся в таких фильмах, как «Ромео должен умереть», «От колыбели до могилы», «Сквозные ранения», «Никогда не умирай в одиночку» и «Тьма на окраине города».

Альбом It's Dark and Hell Is Hot был выпущен на лейбле Def Jam в 1998 году и занял первую строчку чарта Billboard 200. Последовавшие три пластинки DMX, выходившие с 1998-го по 2001-й, также оказывались на первой позиции этого чарта. Второй релиз, Flesh of My Flesh, Blood of My Blood, рэпер выпустил в том же году, что и It's Dark and Hell Is Hot; тогда же на экранах появился фильм «Живот», ставший культовым среди хип-хоп-фанатов. Так DMX, пытавшийся добиться славы больше десятилетия, менее чем за год оказался самым популярным рэпером в мире.

Все главные хиты DMX, такие как Party Up (Up in Here), X Gon' Give It to Ya, Where The Hood At, We Right Here и Ruff Ryders Anthem, помимо качественных танцевальных битов и, в некоторых случаях, фирменного гавканья, объединяют крайне агрессивные, полные жестокости и насилия тексты (половина из них и вовсе считается диссами на неназванных рэперов). Сам DMX в интервью GQ объяснял, что такие песни людям необходимы: «Иногда люди хотят чувствовать себя хуже. Не хотят всегда быть счастливыми. И к любому твоему состоянию должна быть песня, которая помогает тебе в этом! Чтоб ты мог просто гнать под нее на тачке и чувствовать то, что хочешь чувствовать. Кто, *****, хочет все время быть счастливым? Тобой постоянно пользуются. Никто тебя всерьез не принимает — ты ж все время радостный. Да пошли вы *****!»

Типа, вы даете мне бит, под который люди могут танцевать, и я записываю под него дерьмо, под которое ублюдки могут избивать кого-нибудь. Отличная комбинация

DMX

Если взять во внимание травмирующий опыт из детства Симмонса, его борьбу с нищетой и наркозависимостью, тюрьму, грабежи и смертельно опасные стычки, то мрачные и агрессивные песни DMX, прославляющие гангстерскую, уличную маскулинность и пафосное, но безмерно искреннее понторезничество, выглядят, должно быть, самыми откровенными рэп-композициями того времени. Парадоксальным тут скорее остается то, как на подобные песни отреагировала многочисленная аудитория артиста по всему миру: под них танцевали посетители клубов, под них на сцену выходили российские стендап-комики, их использовали в супергеройских боевиках и мультсериалах, включали на различных праздниках и торжествах — по сути, DMX оказался одновременно одним из самых популярных и самых непонятых рэперов нулевых.

Симмонс, по-видимому, сам признавал иронию того, что весь мир пляшет на танцполах про его песни про убийства, бандитские разборки и беспросветную жизнь в гетто; и, по его словам, никогда не пытался намеренно делать поп-хиты для массовой аудитории, даже не обращая внимания на то, почему некоторые его треки становятся суперпопулярными: «Успех, который получает та или иная песня, никак не связан с причиной, по которой я ее записал. Она становится хитом — ну и славно, понимаете? Я делаю их искренне, и я не иду на компромиссы».

Отказ от компромиссов, который Симмонсу диктовало его воспитание, проявлялся в его отношении не только к музыке (которая, по сути, с революционного в своей агрессивной откровенности It’s Dark and Hell Is Hot едва ли претерпела хоть какие-то значительные изменения), но и к собственному здоровью: Эрл, с 14 лет скрывавший от близких свою тяжелую наркозависимость, продолжительное время отказывался от профессиональной помощи, считая это проявлением слабости. К концу 2010-х он все-таки начал с учащающейся регулярностью посещать рехаб-клиники, пребывание в которых, однако, не сильно улучшало его положение: в 2016-м он уже чуть не умер от передоза героином, год спустя отменил все концерты и отправился в реабилитационный центр, вновь отменил выступления и попал в рехаб в 2019-м и еще раз — в 2020-м.

В начале апреля 2021-го стало известно, что Симмонс был госпитализирован в критическом состоянии после передозировки. Он перенес сердечный приступ и впал в кому; медики трижды реанимировали артиста, его подключили к аппарату жизнеобеспечения. Как сообщили источники, сам рэпер находился в вегетативном состоянии. 6 апреля родственники DMX, его невеста Дезира и бывшая жена Ташера с четырьмя детьми (всего прямых потомков у Эрла, который был женат только единожды, но понятия о супружеской верности имел своеобразные, по меньшей мере 15), с сотнями поклонников собрались под окнами госпиталя в Нью-Йорке для совместного бдения. Симмонс скончался в больнице 9 апреля в возрасте 50 лет — в лучах той славы, о которой мог лишь мечтать больше половины своей жизни. Мечтать и рваться к ней, словно оголодавший питбуль.