Вводная картинка

«Ощущение, что начинается слабоумие» Россияне месяцами не могут оправиться после COVID-19. Почему их мучают депрессия и головные боли?

Россия

Ученые прогнозируют, что после пандемии коронавируса человечество может ждать всплеск деменций и других расстройств психики. Многочисленные исследования уже показывают — коронавирус действительно влияет на головной мозг. В результате почти у всех тяжело переболевших наблюдаются различные неврологические расстройства: депрессия, головные боли, эпизоды спутанности сознания и так далее. В десятую версию международного классификатора болезней (МКБ-10), по которой работает и наша страна, уже внесено понятие «постковидный синдром». Однако нередко в поликлиниках пациентов, которых мучают подобные симптомы, не воспринимают всерьез. В лучшем случае врачи признаются, что пока не понимают, как можно помочь. В худшем — советуют взять себя в руки или искать психиатра. Подробности — в материале «Ленты.ру».

«Нельзя столько болеть!»

В декабре 2020 года сорокалетняя москвичка Ирина М. болела ковидом. Говорит, что по КТ ей диагностировали 25-процентное поражение легких. Лечилась дома по схеме, рекомендованной врачом.

— Через месяц — состояние выздоровевшего человека, — рассказывает она. — А потом наступила просто жуть. Сначала — жжение в груди, как будто кислоту выпила, затем тахикардия [учащенное сердцебиение], высокое давление. Плюс ко всему повысился сахар и начал расти вес. На данный момент одышка, головокружение, суставы просто выламывает.

Когда Ирина пришла с этими жалобами к терапевту, тот выписал ей направление на общий анализ крови, УЗИ сосудов шеи и электрокардиограмму. Чего-то необычного исследование не показало.

Я, наверное, после ковида раз десять была у разных врачей, в том числе у невролога, — жалуется женщина. — Терапевт мне сказала, что свои симптомы я выдумываю — анализы-то хорошие. Посоветовала пропить какие-то иммуностимуляторы, есть побольше витаминов, не нервничать

С аналогичными проблемами столкнулась и жительница Курска Наталья.

— Врачей волнует только один вопрос — они не могут больше продлевать больничный, — говорит она. — Меня сегодня почти выкинули со словами «это ненормально столько болеть, у вас уже третий больничный. Что значит — голова болит? Она у всех болит. И давление тоже. Вы пьете антидепрессанты?»

По словам Натальи, официально она сейчас не болеет ковидом — последний ПЦР-тест был отрицательным. Однако отмечает, что легче ей не становится — почти каждый вечер поднимается температура, постоянно скачет давление с низкого до высокого. Но самое главное — «туман в голове».

Голова не соображает, как будто пьяная. Такое ощущение, будто лоб сковали в тиски, это мешает думать. Чтобы решить какой-либо вопрос с документами в банке по квартире — у меня сразу ступор, не могу понять, о чем идет речь. Я по профессии бухгалтер, поэтому даже не представлю, как выходить на работу. Ощущение, что начинается слабоумие

Нервное время

Как пояснила «Ленте.ру» руководитель отдела когнитивных нарушений ФГБУ «Федеральный центр мозга и нейротехнологий» ФМБА России, доктор медицинских наук, профессор кафедры неврологии, нейрохирургии и медицинской генетики РНИМУ имени Н.И. Пирогова Анна Боголепова, по данным научной литературы, около трети пациентов с COVID-19 сообщают о неврологических симптомах. Самые распространенные — головная боль, головокружение, мышечные боли и потеря обоняния.

Однако могут быть и крайне серьезные осложнения — острые нарушения мозгового кровообращения, острая некротизирующая энцефалопатия, синдром Гийена-Барре, при котором иммунная система поражает периферические нервы человека.

По словам Боголеповой, факторами, потенциально осложняющими течение COVID-19 и способствующими развитию неврологических осложнений, являются артериальная гипертензия, сахарный диабет, заболевания сердца и хронические заболевания легких

— На сегодняшний день получены некоторые данные экспериментальных исследований, показывающие негативное влияние коронавирусов, в том числе и SARS-CoV-2, на ряд механизмов, лежащих в основе патогенеза нейродегенеративных заболеваний, таких как болезнь Альцгеймера и болезнь Паркинсона, — уточняет профессор. — У многих людей во время заболевания COVID-19 развивается дыхательная недостаточность, следствием которой является гипоксия головного мозга. Изоляция, ограничение социальных контактов, тревожно-депрессивные нарушения, связанные с пандемией, также могут оказывать негативное влияние на когнитивные функции.

В то же время Боголепова подчеркивает, что все эти данные позволяют лишь предположить, что такие болезни начнут распространяться в человеческой популяции, но никаких подтверждений этому предположению в клинической практике получено не было.

— Стоит учитывать, что большинство таких заболеваний являются многофакторными и окончательные выводы делать рано, — говорит она.

Сегодня информация о том, что происходит с выздоровевшими людьми, накапливается во всем мире. Сбором сведений занимаются многие научные институты. Сеченовский институт участвует в программе исследовательского консорциума ISARIC (International Severe Acute Respiratory and emerging Infection Consortium — Международный консорциум по тяжелым острым респираторным и новым инфекционным заболеваниям. Объединяет 52 исследовательских центра по всему миру). Недавно российская группа опубликовала препринт [научная статья, не подвергавшаяся рецензированию] первого этапа исследования.

Врачи проанализировали данные пациентов, лечившихся в красных зонах сеченовских университетских больниц с апреля по июль 2020 года. Были опрошены 2649 пациентов, средний возраст которых — 56 лет. Больше половины — женщины. Многие перенесли ковид в легкой или среднетяжелой форме, тяжелых — требовавших нахождения в реанимации, поддержки неинвазивной или инвазивной вентиляции легких — среди них было 2,6 процента.

Через полгода после выписки из больницы большинство респондентов заявили, что продолжают испытывать какие-то неприятные симптомы. Чаще всего жаловались на усталость (21 процент), одышку (14,5 процента) и забывчивость (9,1 процента)

Исследователи надеются, что наблюдение за выздоровевшими пациентами продолжится — важно понять, как долго могут сохраняться постковидные проблемы. Исследователи уверены, что итоги их работы помогут правильно организовать помощь людям с постковидом.

Проблемы без симптомов

До недавнего времени было принято считать, что в основном последствий COVID-19 стоит опасаться тем, кто перенес болезнь тяжело. Однако, по словам доктора биологических наук, профессора Школы системной биологии университета Джорджа Мейсона Анчи Барановой, не все так однозначно.

В Биоархиве [открытый архив биологических научных работ] появился препринт научной статьи из Нидерландов. Команда врачей заразила вирусом SARS-CoV-2 восемь обезьян двух разных видов, чтобы посмотреть, что будет. Болели они симптоматически, довольно легко, через восемь дней вирус из их носоглоток исчез. После исследователи стали давать животным меченую глюкозу и еженедельно подвергать ПЭТ-сканированию. У двух из четырех обезьян одного из видов вскоре после «выздоровления» в ткани гипофиза наблюдалась активность, которую условно можно назвать постковидом. Эта активность продолжалась и спустя 35 дней после заражения вирусом.

После этого всех обезьян умертвили и гистологически исследовали их мозг. Некоторые находки были вполне ожидаемы — в мозге абсолютно всех восьми макак наблюдались признаки умеренного нейровоспаления. И только у одной из них отсутствовали проблемы с центральной нервной системой.

— Получилось, что из восьми обезьян только у одной мозг не пострадал, — рассказывает Анча Баранова. — При этом внешне проблемы у макак были незаметны. После перенесенной болезни поведение животных не отличалось от нормального: у них был нормальный аппетит, ни зрительные рефлексы, ни что-то другое не вызывало беспокойства. Проблемы в мозге показало только вскрытие.

Как отмечает Баранова, исследования показывают, что и среди людей, которые перенесли ковид в легкой форме и которые впоследствии не заметили у себя каких-то отклонений в здоровье, все же может присутствовать нейропатология.

— Но это состояние вполне может быть компенсировано, — добавляет биолог. — То есть это не значит, что у всех, кто перенес ковид, могут наступить какие-то заметные невооруженному глазу последствия. Однако нужно внимательно наблюдать за собой и постоянно убеждаться, что патологические процессы у вас отсутствуют. Эта тактика из серии «предупрежден — значит вооружен».

Влиятельные пациенты

Многие «постковидники» пытаются обращаться в частные клиники и тратят большие деньги на поиски причины недомогания.

— Прием каждого врача — от 2000 до 2800 рублей, — написал в группе «Нетипичный коронавирус» в Facebook москвич Евгений. — Я обошел невролога, кардиолога, эндокринолога, терапевта, пульмонолога, гастроэнтеролога, иммунолога. Визиты, естественно, не один раз и не с первого раза попадаешь к спецу «в теме». Плюс лечение и анализы почти от каждого.

По его словам, с конца декабря на визиты в коммерческие клиники, на различные витамины и БАДы он потратил больше 200 тысяч рублей. Однако проблемы — постоянные головные боли, затрудненное дыхание, повышенная утомляемость — до сих пор решить не удалось.

— Не думаю, что врачи сознательно закрывают на нас глаза, — считает иркутянка Вероника, чей постковидный стаж — четыре месяца. — Мне невролог, у которого я была на приеме, так и сказал, что пока просто никто не знает, что с этим делать. Изучают. И сам пожаловался, что тоже переболел и сейчас плохо себя чувствует. Я ему порекомендовала чагу, он мне — витамин D.

Профессор Анча Баранова призывает пациентов с «длинным ковидным хвостом» не сдаваться. В свое время точно такая же пелена недоверия окружала синдром хронической усталости [фибромиалгический-энцефалопатический синдром]. Людей в состоянии «утром открыл глаза — уже устал» было мало. Поскольку анализы, которые рутинно назначаются при визитах в медучреждения, у пациентов были нормальными, врачи не верили им, подозревали в симуляции. В 1990-е годы выходило много научных статей на тему, что такого синдрома не существует, а все, что описывают больные, — просто ипохондрия. На то, чтобы патология была официально признана, в США, например, ушло почти 20 лет.

— Но у тех, кто перенес ковид, сейчас огромное преимущество перед пациентами с синдромом хронической усталости, — говорит Баранова. — Их в десятки раз больше. Среди них — миллионеры, крупные чиновники, известные артисты, спортсмены, а главное — есть даже врачи. Кому-то из них в плане постковида повезло меньше, кому-то больше. Влиятельные пациенты способны привлечь внимание общественности. Так что, думаю, эту проблему не удастся замылить.

Как отмечает эксперт, у врачей пока нет реальных алгоритмов, на основании которых можно ставить диагноз постковид и как-то лечить, и эта ситуация тоже не нова.

— Много лет назад исторически сложился некий спектр биохимических маркеров, которые проверяются в первую очередь в лаборатории при постановке диагноза, — поясняет Баранова. — В большинстве своем они оправданы биологически. Однако в научной практике таких «маячков» намного больше. Есть целый ряд неплохих маркеров, которые отлично отражают состояние человека, но редко используются. Массовые лабораторные тесты — очень коммерциализированная сфера, новинкам туда пробиться трудно.

В качестве примера биолог назвала анализ на прокальцитонин, который помогает отличать бактериальную инфекцию от вирусной. Способы лечения у этих инфекций — совершенно разные. Врачи практически никогда не информируют пациентов о такой опции, исследование назначается лишь в особых случаях в специализированных стационарах.

Точно так же есть разные биомаркеры тромбообразования. Один из самых интересных — РФМК (растворимые фибрин-мономерные комплексы). Но в стандартную коагулограмму он не входит.

— У нас еще с прошлого века сложилось, что пациентам с подозрениями на тромбы делают коагулограмму, — продолжает Баранова. — Я называю этот анализ «шапкой померено». Особенно так называемый D-димер. Для многих пациентов он бесполезен. Можно получить повышение D-димера после банального пломбирования корня зуба и испугаться. Анализ же на РФМК формирует более правильное представление у врача на то, что происходит с пациентом. Невостребованных маркеров много. Думаю, что и для постковида со временем найдут параметры, основанные на реальных данных, которые можно «пощупать» и количественно оценить.