Вводная картника

«Счет идет на дни» Кирилла спасет только дорогое лекарство. Ему нужна ваша помощь

Россия

У Кирилла Тращенко из поселка Ахтырский Краснодарского края острый лимфобластный лейкоз. Высокодозная химиотерапия не дала желаемого результата. Спасти мальчика может только трансплантация костного мозга. Но прежде Кирилл должен выйти в ремиссию, а для этого требуется иммунный препарат инотузумаб озогамицин стоимостью почти 3 миллиона рублей. Таких денег у матери мальчика нет.

У девятилетнего Кирилла острый лимфобластный лейкоз. Ему сделают пересадку костного мозга — мама будет донором. Но для того, чтобы операция прошла успешно, ребенку абсолютно необходим очень дорогой препарат. Без него он умрет.

Стоимость лекарства 2 930 033 рубля.

На 17:00 (17.03.2021) 250 читателей «Ленты.ру» собрали 407 314 рублей.
300 000 внес Павел Петрович Кукса.
32 315 рублей собрали телезрители ГТРК «Кубань»
2 190 404 рублей собрали читатели dg-yug.ru, kuban.rbc.ru, vkpress.ru, yuga.ru, nrnews.ru, rbc.ru и rusfond.ru

Всего собрано 2 930 033 рублей.

Сбор средств успешно завершен.

Друзья, всем спасибо! Вместе мы сделали доброе дело.

Мария, мама Кирилла, боится прикоснуться к сыну без антисептика. Едва поцелует его или просто возьмет за руку — тут же протирает мирамистином место, до которого дотронулась. Прежде чем присесть к Кириллу на кровать, подстилает чистую пеленку. Любой микроб сейчас для мальчика смертелен.

Уже пятый год Кирилл борется с острым лимфобластным лейкозом, но рак не отступает. Лейкоз лечили и высокодозной химиотерапией, и экспериментальной клеточной терапией, но он оказался сильнее и в прошлом месяце вернулся.

Сейчас жизнь мальчика поддерживают гормоны и круглосуточные капельницы. Если анализы крови совсем плохие, Кириллу делают переливание крови. На вопрос, как он себя чувствует, мальчик отвечает: «Как будто в кипятке сварили».

Все началось в январе 2017 года. У Кирилла заболели колени. Поднялась температура — чуть больше 37 градусов. Но обычные противопростудные меры — горячий чай, малиновое варенье от бабушки — не помогли, боль и температура не проходили, а усталость нарастала. Кирилл уже не ходил в детский сад, целыми днями лежал. Участковый педиатр успокоил: «Обычная межреберная невралгия, артрит».

Два с половиной месяца Кириллу лечили артрит, однако никаких улучшений не было. В первых числах марта мальчик в очередной раз сдал анализы. И тут в крови обнаружили бласты — опухолевые клетки.

— У вашего сына рак крови, — сообщил врач. — Счет идет на дни.
В детской краевой больнице в Краснодаре после дополнительного анализа диагноз уточнили: острый лимфобластный лейкоз.

Кириллу экстренно назначили химиотерапию. Показатели крови были настолько плохи, что ему провели переливание тромбоцитов, которых было в 40 раз меньше нормы. Однако чужие клетки вызвали неожиданную реакцию: за несколько минут пульс подскочил до 250 ударов в минуту, а температура — до 41 градуса. Врачам удалось купировать приступ.

Первый этап химиотерапии Кирилл проходил в больнице. Когда показатели крови несколько нормализовались, мальчика выписали под наблюдение врача по месту жительства. Каждую неделю Кириллу кололи противоопухолевые препараты, брали анализы крови, при необходимости делали переливание. Лечение продолжалось почти два года. В школу Кирилл не ходил. Читать, писать и считать его учили мама и учительница, которая проводила уроки на дому.

— Год назад мы с Кириллом наконец-то собрались пойти в школу, — рассказывает Мария. — Накануне сдали кровь, и когда уже выходили из дома, раздался звонок от врача: анализ показал резкий рост лейкоцитов. Вместо школы сына снова отвезли в больницу с диагнозом ранний костномозговой рецидив с молекулярной поломкой. Вскоре вернулись боли.

Следующие три блока химиотерапии не подействовали — организм никак не отозвался на лечение. Зато на ноге появилась язва, которая за неделю из маленькой точки превратилась в кровавую незаживающую рану размером с куриное яйцо. Никакие антибиотики не помогали, ткани вокруг раны отмирали. Из-за страшных болей Кирилл не мог заснуть. Краснодарские врачи разводили руками.

В конце мая прошлого года Кирилла привезли на лечение в Москву, в Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Дмитрия Рогачева, чтобы провести клеточную терапию. На нее организм мальчика отреагировал очень бурно: отек Квинке, крапивница, язвы на стенках кишечника, скачки давления... Полностью выпали волосы, Кирилл перестал ходить, мама носила его на руках.

— Мы обязательно вылечимся, — утешала она сына. И действительно, клеточная терапия сработала и очистила кровь от бластов. Рана на ноге зажила — помог препарат завицефта, который для Кирилла купил благотворительный фонд «Подари жизнь». Мальчику пришлось учиться ходить заново. К осени 2020 года он вернулся с мамой домой.

— Это было счастье: Кирилл стал гулять с друзьями, даже бегать с ними наперегонки! — рассказывает Мария. — В центре Рогачева нас предупредили, что через 180 дней нужно сделать пересадку костного мозга. Я сдала кровь на типирование — мои клетки подошли.

Однако пересадка не состоялась. Рак снова вернулся. «Второй рецидив! Химиотерапия уже не поможет, — сказали врачи. — Единственное, что может спасти ребенка, — препарат инотузумаб озогамицин, который способен уничтожить мутировавшие онкоклетки. Но он стоит очень дорого. В Краснодаре его нет».

Жизнь Кирилла сейчас зависит от одной упаковки препарата. Сможет организм войти в ремиссию — значит, можно будет провести трансплантацию костного мозга.

Заведующий отделением онкологии и гематологии с химиотерапией ГБУЗ Детской краевой клинической больницы Владимир Лебедев (Краснодар): «Учитывая основной диагноз Кирилла и химиорезистентность лейкоза, проявившуюся уже при первом рецидиве, в настоящее время единственным возможным методом терапии для достижения ремиссии является курсовое лечение иммунным препаратом инотузумаб озогамицин. Этот препарат необходим мальчику по жизненным показаниям».

У девятилетнего Кирилла острый лимфобластный лейкоз. Ему сделают пересадку костного мозга — мама будет донором. Но для того, чтобы операция прошла успешно, ребенку абсолютно необходим очень дорогой препарат. Без него он умрет.

Стоимость лекарства 2 930 033 рубля.
На 17:00 (17.03.2021) 250 читателей «Ленты.ру» собрали 407 314 рублей.
300 000 внес Павел Петрович Кукса.
32 315 рублей собрали телезрители ГТРК «Кубань» 2 190 404 рублей собрали читатели dg-yug.ru, kuban.rbc.ru, vkpress.ru, yuga.ru, nrnews.ru, rbc.ru и rusfond.ru

Всего собрано 2 930 033 рублей.

Сбор средств успешно завершен.

Друзья, всем спасибо! Вместе мы сделали доброе дело.

Для тех, кто мало знаком с деятельностью Русфонда

Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в «Ъ».

Проверив письма, мы размещаем их в «Ъ», на сайтах rusfond.ru, kommersant.ru, в эфире ВГТРК и радио «Вера», в социальных сетях, а также в 143 печатных, телевизионных и интернет-СМИ.

Возможны переводы с банковских карт, электронной наличностью и SMS-сообщением, в том числе из-за рубежа (подробности на rusfond.ru). Мы просто помогаем вам помогать.
Всего собрано свыше 15,724 миллиарда рублей. В 2021 году (на 11 марта) собрано 224 893 410 рублей, помощь получили 209 детей.

Русфонд — лауреат национальной премии «Серебряный лучник» за 2000 год, входит в реестр НКО — исполнителей общественно полезных услуг.

В 2019 году президентские гранты выиграли: Русфонд — на проект «Совпадение», Национальный РДКМ — на «Академию донорства костного мозга» плюс гранты мэра Москвы на проект «Спаси жизнь — стань донором костного мозга» и Департамента труда и соцзащиты Москвы на проект «Столица близнецов». В 2020 году Русфонд получил грант Фонда Владимира Потанина, а также президентский грант на издание журнала Кровь5. Президент Русфонда Лев Амбиндер — лауреат Государственной премии РФ.

Адрес фонда: 125315, г. Москва, а/я 110;
rusfond.ru; e-mail: rusfond@rusfond.ru
Приложения для айфона и андроида rusfond.ru/app
Телефон: 8-800-250-75-25 (звонок по России бесплатный), 8 (495) 926-35-63 с 10:00 до 20:00

Дополнительная информация о Русфонде и отчет о пожертвованиях Русфонда.