Вводная картинка

Утопия, ставшая реальностью История ГАЗа глазами американцев

Экономика

В эти дни 90 лет назад в Нижнем Новгороде активно строился первый в стране автомобильный завод. На месте деревни Монастырки инженеры американской фирмы Austin курировали возведение не только самого предприятия, будущего ГАЗа, но и «города мечты» для его рабочих. Это был не только беспрецедентный опыт российско-американского партнерства, но и особенно актуальное сегодня свидетельство того, как представители двух не доверяющих друг другу наций могут наладить диалог, основанный на общечеловеческих ценностях. А еще — это был беспристрастный взгляд иностранцев на положение дел в российском производстве. В наши дни возможность посмотреть, чем живет завод сегодня, появилась у потомка тех самых Остинов — и он был весьма впечатлен увиденным.

Алан и Маргаретта

К весне 1931 года молодой инженер, сын президента компании Austin 25-летний Аллан Остин и его юная жена Маргаретта уже пообвыклись на новом месте: вместе с двумя десятками сотрудников американской компании они приехали в Нижний Новгород в апреле 1930 года, потихоньку наладили быт и пережили холодную русскую зиму. Пока Маргаретта создавала уют в их скромном жилище и проявляла чудеса изобретательности на кухне, пытаясь удивить мужа и гостей готовкой в дровяной печи из скудных продуктов, Аллан работал помощником начальника строительства домов для рабочих. По условиям контракта, специалисты Austin, за семь месяцев построившие в Мичигане завод для General Motors, должны были продемонстрировать подобное и в Нижнем, обучив нижегородских крестьян и молодых рабочих новым строительным методам.

Им это удалось: за год строительство автозавода, поначалу буксовавшее из-за бюрократии, несогласованности смет и разницы менталитетов, развернулось в полную силу — уже к осени были готовы основные корпуса предприятия, активно строились и дома Рабочего города (будущего Соцгорода).

Остины прожили в Нижнем почти полтора года, вернувшись домой в августе 1931-го. И это очень ценная страница как семейной, так и корпоративной истории: в условиях начавшейся в Штатах Великой депрессии контракт с Советами, хотя и очень напряженный, стал настоящим спасением для бизнеса Austin. К декабрю 1931-го все сотрудники компании, сдав объект, уехали из Нижнего, их сменили специалисты фирмы Ford, прибывшие в город, чтобы наладить собственно производство автомобилей — в Нижнем предстояло начать сборку седанов Ford A и грузовиков Ford AA. 1 января 1932 года первый в СССР автозавод был официально пущен в эксплуатацию.

История в письмах

О своей жизни и работе Аллан Остин каждую неделю, а то и чаще, писал родителям и другим родственникам. Эти послания его отец сохранил, а в 1998 году они попали к сыну Аллана — Ричарду Остину. Вдохновившись, он в том же году посетил Нижний Новгород и написал книгу о создании автозавода — «Строя утопию», основанную на письмах отца.

В США книга была издана в 2004 году, на русском вышла в 2017-м. Прежде всего это очень кинематографичное бытописание жизни американских инженеров в советском городе, со всеми горестями и радостями. Вот они обустраивают свои комнаты в щитовых домиках в «американском поселке», и Аллан пишет родителям, что ему удалось своими руками соорудить экран для камина и он вышел «совсем неплохо для первого раза». А вот Маргаретта купила на местном рынке 38-сантиметровый самовар (он хранится у Остинов до сих пор как семейная реликвия), а еще бюст Ленина, который установила на почетное место на каминной полке — «как знак уважения к хозяевам страны». Первая стрижка в новом месте («стили стрижек варьируются до самых безумных крайностей»), первая речная прогулка по Оке («это было очень приятно»), проблемы с продуктами («выбор мяса очень бедный: вчера я купил живую курицу, что не так легко сделать»), тоска по родному Кливленду («нам все еще не хватает плетеных кресел»).

Но ценность издания не только в живописных подробностях, любопытных для краеведов и добавляющих красок историческому контексту. Пожалуй, главное в ней — авторский взгляд на опыт российско-американских отношений — реализация беспрецедентного для СССР контракта с иностранным партнером. Живая история о том, как представители двух наций пытаются выстроить диалог, основанный на общечеловеческих ценностях, несмотря на разницу менталитетов и внешнеполитическую холодность двух стран. Об этом было заявлено уже в самом первом контракте, который компания Austin подписала с Государственным бюро по строительству автозавода, Автостроем. В договоре указывалось, что в случае возникновения любых разногласий или трудностей «стороны должны разрешать их взаимными усилиями, в атмосфере дружбы», причем без обращения в судебные инстанции.

«Мы считаем привилегией возможность послужить русскому народу и надеемся использовать ее в полной мере», — пишет Аллан Остин своим родителям. «Он не разделял коммунистических взглядов в отношении гуманизма, но был искренне рад возможности участвовать в деле, которое может сделать жизнь людей счастливей и плодотворней, создав для них абсолютно новые условия проживания», — поясняет в книге Ричард Остин позицию своего отца.

Новый взгляд

В 2016 году, в разгаре инициированных США антироссийских санкций, больно ударивших впоследствии и по Горьковскому автозаводу, руководство предприятия пригласило Ричарда Остина в Нижний Новгород, чтобы подготовить издание русскоязычной версии книги. Честно говоря, это было рисковое мероприятие: по собственной инициативе ГАЗ предлагал американскому гостю оценить изменения, произошедшие на заводе за два десятка лет с его первого визита.

Визит 82-летнего американца в джинсах, твидовом пиджаке и широкополой шляпе заставил сотрудников ГАЗа поволноваться. Он прокатился на новенькой «Газели» и с пристрастием опросил менеджеров и рабочих в цехах о том, что они думают о положении дел на заводе и о политике его собственника — промышленника Олега Дерипаски. Эти неравнодушные впечатления впоследствии вошли в русскоязычную версию книги.

Например, господин Остин делится своими наблюдениями о том, как непростой, но результативный путь ГАЗа по внедрению японской системы бережливого производства похож на аналогичный опыт General Motors, когда в 1984 году корпорация, теряя позиции на рынке, приняла решение создать на своем закрытом заводе в Калифорнии совместное предприятие с Toyota по производству малолитражных автомобилей (компанию Austin тогда привлекали для перестройки этого промышленного объекта), а потом масштабировала систему на все свои предприятия. «Олег Дерипаска, несомненно, был знаком с этой историей, когда он пригласил в 2003 году специалистов Toyota на ГАЗ. Несмотря на то что для переоснащения линии сборки “Газели” требовались сотни миллионов долларов, он понимал, что на первом этапе основное внимание нужно сосредоточить на изменении мышления руководителей и работников», — размышляет Ричард Остин и делает вывод о том, что благодаря этим кардинальным изменениям производственной культуры за 20 лет из предприятия на грани банкротства с многомиллионными долгами ГАЗ превратился в конкурентоспособного автопроизводителя мирового уровня с сильнейшей инженерной школой, позволяющей разрабатывать экспортные модификации техники с учетом специфических требований десятков стран.

Восхитили Ричарда Остина и изменения, инициированные собственником непосредственно на производстве: «В 1998 году, когда я впервые посетил линию сборки “Газели”, по виду она была ближе к первоначальному конвейеру, на котором собирались грузовики ГАЗ-АА, чем к тому, который я увидел в конце сентября 2016 года. В 1998 году в цехах стояли шеренги рабочих, каждый из которых выполнял конкретную повторяющуюся операцию: установка детали, сварка шва, подсоединение электрического жгута и так далее. Но в 2016 году 75 процентов операций в отдельных цехах ГАЗа выполнялись роботами, что являлось наивысшим уровнем автоматизации среди всех российских предприятий автомобильной отрасли».

За Олегом Дерипаской Ричард Остин наблюдал еще в 2002 году, на 70-летии Горьковского автозавода. Вот как он вспоминает об этом в книге: «На торжестве в январе 2002 года, когда я был в зале среди приглашенных, один мой друг показал мне Олега Дерипаску, который сидел через пять-шесть рядов впереди меня. Дерипаска приобрел контрольный пакет акций ГАЗа годом ранее. На тот момент я ничего не знал о нем, хотя я читал о бурных событиях, происходивших в период хаоса после распада Советского Союза. Перед тем как меня пригласили на сцену, я думал о прошлом, особенно о том периоде, когда мой отец участвовал в строительстве этого огромного завода, и об истории города, в котором живут рабочие и который мог бы передать советское представление об "утопии". Теперь я уверен, что Дерипаска, сидевший впереди меня, думал о будущем: как возродить ГАЗ для XXI века».

По мнению господина Остина, в современный период Олег Дерипаска не изменил своей концепции и по-прежнему думал о будущем, вкладываясь в обучение молодых специалистов, чтобы отечественные машины создавались российскими инженерами на российском заводе. «Обучение рабочих было расширено от цеховых занятий до углубленных курсов в корпоративном университете по таким дисциплинам, как “производственная система” и “качество”. Углубленные курсы появились в результате сотрудничества ГАЗа с местными вузами, они обеспечивают обучение работников, руководителей и инженеров, причем не только тех, кто трудится в настоящее время, но и студентов, которые могут стать сотрудниками ГАЗа в будущем. В последние годы школьники и студенты занимаются по программе “Робототехника”, чтобы потом работать на автоматизированном производстве автозавода и предлагать новые технические решения в инженерных службах», — писал он. При этом американский исследователь отмечает особую роль личности акционера, объединяющего своей энергией и волей людей на ГАЗе и в других компаниях группы: «Сам показывал в одном из сварочных цехов, как можно перестроить производственный поток, чтобы уменьшить время транспортировки компонентов».

Уроки истории

Надо сказать, что отзыв Ричарда Остина — это не комплементарный отчет, написанный в благодарность принимающей стороне по итогам визита. Это многостраничный педантичный анализ по всем направлениям бизнеса: от подготовки молодых специалистов до организации на ГАЗе сборки автомобилей General Motors и Volkswagen Group Rus и масштабного реформирования дилерской сети.

Периодически автор пускается в рассуждения о российско-американских отношениях, критикует действия российских властей и руководства автозавода в 90-е. Но произошедшие на ГАЗе изменения называет «потрясающими технологическими преобразованиями», превратившими завод в ведущего производителя коммерческих автомобилей в стране.

Что важно в этом исследовании и вообще в этой нижегородской истории семьи Остин для нас, кроме уже упомянутой ценности для краеведения и истории отечественного автопрома? Взгляд со стороны — это всегда возможность увидеть себя другими глазами, оценить все достоинства и недостатки. Взгляд субъективный, но тем и интересный. Приехавшие в Нижний в 1930 году американцы, по сути, помогли первостроителям ГАЗа поверить в себя — и сделать невозможное: завод и город для рабочих были построены за рекордные 18 месяцев. Приехавший в Нижний в 2016 году американец показал заводчанам, как они изменились и кем стали благодаря усилиям и мечте конкретного человека. Ведь изменилась не только сама компания — изменились люди.

Главное изменение, без которого не было бы этого технологического рывка, произошло в сознании сотрудников ГАЗа и в том, какие для них открылись возможности развития.

И еще. Как пишет Ричард Остин, начиная вместе работать в 1930-е, русские и американцы поняли главное: несмотря на культурные, политические и религиозные разногласия, есть общечеловеческие ценности — например, стремление к лучшей жизни, достойной работе на благо своей страны и всеобщая готовность эту идею реализовать. В этом случае вместе действительно можно свернуть горы. Или построить будущее. Было бы неплохо, если бы об этом сегодня помнили не только американские писатели, но и американские политики.

Вводная картинка

Утопия, ставшая реальностью История ГАЗа глазами американцев

Экономика

В эти дни 90 лет назад в Нижнем Новгороде активно строился первый в стране автомобильный завод. На месте деревни Монастырки инженеры американской фирмы Austin курировали возведение не только самого предприятия, будущего ГАЗа, но и «города мечты» для его рабочих. Это был не только беспрецедентный опыт российско-американского партнерства, но и особенно актуальное сегодня свидетельство того, как представители двух не доверяющих друг другу наций могут наладить диалог, основанный на общечеловеческих ценностях. А еще — это был беспристрастный взгляд иностранцев на положение дел в российском производстве. В наши дни возможность посмотреть, чем живет завод сегодня, появилась у потомка тех самых Остинов — и он был весьма впечатлен увиденным.

Алан и Маргаретта

К весне 1931 года молодой инженер, сын президента компании Austin 25-летний Аллан Остин и его юная жена Маргаретта уже пообвыклись на новом месте: вместе с двумя десятками сотрудников американской компании они приехали в Нижний Новгород в апреле 1930 года, потихоньку наладили быт и пережили холодную русскую зиму. Пока Маргаретта создавала уют в их скромном жилище и проявляла чудеса изобретательности на кухне, пытаясь удивить мужа и гостей готовкой в дровяной печи из скудных продуктов, Аллан работал помощником начальника строительства домов для рабочих. По условиям контракта, специалисты Austin, за семь месяцев построившие в Мичигане завод для General Motors, должны были продемонстрировать подобное и в Нижнем, обучив нижегородских крестьян и молодых рабочих новым строительным методам.

Им это удалось: за год строительство автозавода, поначалу буксовавшее из-за бюрократии, несогласованности смет и разницы менталитетов, развернулось в полную силу — уже к осени были готовы основные корпуса предприятия, активно строились и дома Рабочего города (будущего Соцгорода).

Остины прожили в Нижнем почти полтора года, вернувшись домой в августе 1931-го. И это очень ценная страница как семейной, так и корпоративной истории: в условиях начавшейся в Штатах Великой депрессии контракт с Советами, хотя и очень напряженный, стал настоящим спасением для бизнеса Austin. К декабрю 1931-го все сотрудники компании, сдав объект, уехали из Нижнего, их сменили специалисты фирмы Ford, прибывшие в город, чтобы наладить собственно производство автомобилей — в Нижнем предстояло начать сборку седанов Ford A и грузовиков Ford AA. 1 января 1932 года первый в СССР автозавод был официально пущен в эксплуатацию.

История в письмах

О своей жизни и работе Аллан Остин каждую неделю, а то и чаще, писал родителям и другим родственникам. Эти послания его отец сохранил, а в 1998 году они попали к сыну Аллана — Ричарду Остину. Вдохновившись, он в том же году посетил Нижний Новгород и написал книгу о создании автозавода — «Строя утопию», основанную на письмах отца.

В США книга была издана в 2004 году, на русском вышла в 2017-м. Прежде всего это очень кинематографичное бытописание жизни американских инженеров в советском городе, со всеми горестями и радостями. Вот они обустраивают свои комнаты в щитовых домиках в «американском поселке», и Аллан пишет родителям, что ему удалось своими руками соорудить экран для камина и он вышел «совсем неплохо для первого раза». А вот Маргаретта купила на местном рынке 38-сантиметровый самовар (он хранится у Остинов до сих пор как семейная реликвия), а еще бюст Ленина, который установила на почетное место на каминной полке — «как знак уважения к хозяевам страны». Первая стрижка в новом месте («стили стрижек варьируются до самых безумных крайностей»), первая речная прогулка по Оке («это было очень приятно»), проблемы с продуктами («выбор мяса очень бедный: вчера я купил живую курицу, что не так легко сделать»), тоска по родному Кливленду («нам все еще не хватает плетеных кресел»).

Но ценность издания не только в живописных подробностях, любопытных для краеведов и добавляющих красок историческому контексту. Пожалуй, главное в ней — авторский взгляд на опыт российско-американских отношений — реализация беспрецедентного для СССР контракта с иностранным партнером. Живая история о том, как представители двух наций пытаются выстроить диалог, основанный на общечеловеческих ценностях, несмотря на разницу менталитетов и внешнеполитическую холодность двух стран. Об этом было заявлено уже в самом первом контракте, который компания Austin подписала с Государственным бюро по строительству автозавода, Автостроем. В договоре указывалось, что в случае возникновения любых разногласий или трудностей «стороны должны разрешать их взаимными усилиями, в атмосфере дружбы», причем без обращения в судебные инстанции.

«Мы считаем привилегией возможность послужить русскому народу и надеемся использовать ее в полной мере», — пишет Аллан Остин своим родителям. «Он не разделял коммунистических взглядов в отношении гуманизма, но был искренне рад возможности участвовать в деле, которое может сделать жизнь людей счастливей и плодотворней, создав для них абсолютно новые условия проживания», — поясняет в книге Ричард Остин позицию своего отца.

Новый взгляд

В 2016 году, в разгаре инициированных США антироссийских санкций, больно ударивших впоследствии и по Горьковскому автозаводу, руководство предприятия пригласило Ричарда Остина в Нижний Новгород, чтобы подготовить издание русскоязычной версии книги. Честно говоря, это было рисковое мероприятие: по собственной инициативе ГАЗ предлагал американскому гостю оценить изменения, произошедшие на заводе за два десятка лет с его первого визита.

Визит 82-летнего американца в джинсах, твидовом пиджаке и широкополой шляпе заставил сотрудников ГАЗа поволноваться. Он прокатился на новенькой «Газели» и с пристрастием опросил менеджеров и рабочих в цехах о том, что они думают о положении дел на заводе и о политике его собственника — промышленника Олега Дерипаски. Эти неравнодушные впечатления впоследствии вошли в русскоязычную версию книги.

Например, господин Остин делится своими наблюдениями о том, как непростой, но результативный путь ГАЗа по внедрению японской системы бережливого производства похож на аналогичный опыт General Motors, когда в 1984 году корпорация, теряя позиции на рынке, приняла решение создать на своем закрытом заводе в Калифорнии совместное предприятие с Toyota по производству малолитражных автомобилей (компанию Austin тогда привлекали для перестройки этого промышленного объекта), а потом масштабировала систему на все свои предприятия. «Олег Дерипаска, несомненно, был знаком с этой историей, когда он пригласил в 2003 году специалистов Toyota на ГАЗ. Несмотря на то что для переоснащения линии сборки “Газели” требовались сотни миллионов долларов, он понимал, что на первом этапе основное внимание нужно сосредоточить на изменении мышления руководителей и работников», — размышляет Ричард Остин и делает вывод о том, что благодаря этим кардинальным изменениям производственной культуры за 20 лет из предприятия на грани банкротства с многомиллионными долгами ГАЗ превратился в конкурентоспособного автопроизводителя мирового уровня с сильнейшей инженерной школой, позволяющей разрабатывать экспортные модификации техники с учетом специфических требований десятков стран.

Восхитили Ричарда Остина и изменения, инициированные собственником непосредственно на производстве: «В 1998 году, когда я впервые посетил линию сборки “Газели”, по виду она была ближе к первоначальному конвейеру, на котором собирались грузовики ГАЗ-АА, чем к тому, который я увидел в конце сентября 2016 года. В 1998 году в цехах стояли шеренги рабочих, каждый из которых выполнял конкретную повторяющуюся операцию: установка детали, сварка шва, подсоединение электрического жгута и так далее. Но в 2016 году 75 процентов операций в отдельных цехах ГАЗа выполнялись роботами, что являлось наивысшим уровнем автоматизации среди всех российских предприятий автомобильной отрасли».

За Олегом Дерипаской Ричард Остин наблюдал еще в 2002 году, на 70-летии Горьковского автозавода. Вот как он вспоминает об этом в книге: «На торжестве в январе 2002 года, когда я был в зале среди приглашенных, один мой друг показал мне Олега Дерипаску, который сидел через пять-шесть рядов впереди меня. Дерипаска приобрел контрольный пакет акций ГАЗа годом ранее. На тот момент я ничего не знал о нем, хотя я читал о бурных событиях, происходивших в период хаоса после распада Советского Союза. Перед тем как меня пригласили на сцену, я думал о прошлом, особенно о том периоде, когда мой отец участвовал в строительстве этого огромного завода, и об истории города, в котором живут рабочие и который мог бы передать советское представление об "утопии". Теперь я уверен, что Дерипаска, сидевший впереди меня, думал о будущем: как возродить ГАЗ для XXI века».

По мнению господина Остина, в современный период Олег Дерипаска не изменил своей концепции и по-прежнему думал о будущем, вкладываясь в обучение молодых специалистов, чтобы отечественные машины создавались российскими инженерами на российском заводе. «Обучение рабочих было расширено от цеховых занятий до углубленных курсов в корпоративном университете по таким дисциплинам, как “производственная система” и “качество”. Углубленные курсы появились в результате сотрудничества ГАЗа с местными вузами, они обеспечивают обучение работников, руководителей и инженеров, причем не только тех, кто трудится в настоящее время, но и студентов, которые могут стать сотрудниками ГАЗа в будущем. В последние годы школьники и студенты занимаются по программе “Робототехника”, чтобы потом работать на автоматизированном производстве автозавода и предлагать новые технические решения в инженерных службах», — писал он. При этом американский исследователь отмечает особую роль личности акционера, объединяющего своей энергией и волей людей на ГАЗе и в других компаниях группы: «Сам показывал в одном из сварочных цехов, как можно перестроить производственный поток, чтобы уменьшить время транспортировки компонентов».

Уроки истории

Надо сказать, что отзыв Ричарда Остина — это не комплементарный отчет, написанный в благодарность принимающей стороне по итогам визита. Это многостраничный педантичный анализ по всем направлениям бизнеса: от подготовки молодых специалистов до организации на ГАЗе сборки автомобилей General Motors и Volkswagen Group Rus и масштабного реформирования дилерской сети.

Периодически автор пускается в рассуждения о российско-американских отношениях, критикует действия российских властей и руководства автозавода в 90-е. Но произошедшие на ГАЗе изменения называет «потрясающими технологическими преобразованиями», превратившими завод в ведущего производителя коммерческих автомобилей в стране.

Что важно в этом исследовании и вообще в этой нижегородской истории семьи Остин для нас, кроме уже упомянутой ценности для краеведения и истории отечественного автопрома? Взгляд со стороны — это всегда возможность увидеть себя другими глазами, оценить все достоинства и недостатки. Взгляд субъективный, но тем и интересный. Приехавшие в Нижний в 1930 году американцы, по сути, помогли первостроителям ГАЗа поверить в себя — и сделать невозможное: завод и город для рабочих были построены за рекордные 18 месяцев. Приехавший в Нижний в 2016 году американец показал заводчанам, как они изменились и кем стали благодаря усилиям и мечте конкретного человека. Ведь изменилась не только сама компания — изменились люди.

Главное изменение, без которого не было бы этого технологического рывка, произошло в сознании сотрудников ГАЗа и в том, какие для них открылись возможности развития.

И еще. Как пишет Ричард Остин, начиная вместе работать в 1930-е, русские и американцы поняли главное: несмотря на культурные, политические и религиозные разногласия, есть общечеловеческие ценности — например, стремление к лучшей жизни, достойной работе на благо своей страны и всеобщая готовность эту идею реализовать. В этом случае вместе действительно можно свернуть горы. Или построить будущее. Было бы неплохо, если бы об этом сегодня помнили не только американские писатели, но и американские политики.