От рассвета до заката 60 лет назад в США чернокожим запрещали ночевать в городках на Юге. Что изменилось за эти годы?

При новом американском лидере Джо Байдене вице-президентом впервые в истории США стала темнокожая женщина, каждый второй человек в новой администрации — представитель небелого населения, а крупнейшие американские банки, СМИ и корпорации поддерживают движения за права афроамериканцев. Со стороны может показаться, что все это — признаки того, что расизм в США окончательно побежден. Но сами американцы так не думают: они не забывают про самые «черные» страницы своей истории. Одна из них — «закатные города», в которых чернокожим можно было появляться исключительно в светлое время суток. «Лента.ру» выяснила, как жизнь в этих городах изменилась сейчас, в эпоху равенства, и что думают местные жители о мрачном прошлом родных мест.

После завершения Гражданской войны в США порядки на американском Юге, несмотря на отмену рабства, сильно не изменились. Введенные в ту пору «законы Джима Кроу» на протяжении почти ста лет ограничивали права цветного населения на Юге, а этническое большинство сохраняло неприязненное и пренебрежительное отношение к бывшим рабам.

Тогда и появился феномен «закатных городов» — так называли небольшие населенные пункты с полностью белым населением, где чернокожим было запрещено (по местным законам или неформально) оставаться на ночь. Им позволяли проезжать через город, заезжать по делам и даже работать в дневную смену — но с наступлением темноты чернокожие вполне могли оказаться в участке или стать жертвой нападения.

В большинстве «закатных городов» не было специальных законов, ограничивающих права небелого населения. Их жители — белые американцы — обеспечивали дискриминацию неформально: чернокожих отказывались обслуживать рестораны, банки и риелторы, а полицейские не оказывали им полноценной защиты. Стоит отметить, что такая дискриминация распространялась и на другие этнические группы — например, китайцев, — а порой и на представителей иных религиозных конфессий.

Жители города Вена в штате Иллинойс в большинстве своем отрицают, что в их городе сегодня есть проблемы с расизмом. Прямой угрозы для меньшинств здесь действительно нет. Однако живущие в Вене чернокожие не могут не замечать, как холодно к ним относятся практически все белые горожане.

«Я ни разу не слышала никаких расистских высказываний в свой адрес в Вене. Но я однозначно понимаю, насколько негативно здесь ко мне относятся», — рассказывает 17-летняя местная жительница.

На этнический раскол в бывших «закатных городах» дополнительно работал имидж недавно ушедшего с поста президента Дональда Трампа. Миллионера-республиканца, за которого в этих местах голосовало 77 процентов населения, большинство черных считает самым настоящим расистом.

Американцы Джим Рэйнболт, Рик Уоррен, Билл Стивенс и Роджер Плотт — сторонники Трампа и консервативных ценностей. На бывшей газовой заправке они организовали бар и мастерскую для своих под названием «Клуб ружейного дыма».

Заведение украшает флаг с тонкой синей линией — символ поддержки полицейских. Стоит отметить, что его все чаще называют символом расизма и полицейского произвола, особенно на фоне протестов движения Black Lives Matter («Жизни черных важны» — марксистская организация, ставящая своей целью борьбу с расизмом — прим. «Ленты.ру»), всколыхнувшего Америку после смерти задержанного афроамериканца Джорджа Флойда.

«У меня были чернокожие друзья, чернокожие няньки. Чернокожие люди заботились обо мне все детство», — рассказывает Рик Уоррен. При этом он отрицает, что 44-го президента США Барака Обаму можно назвать афроамериканцем — он же только наполовину черный.

По словам Уоррена, беззаботные межэтнические отношения длились до тех пор, пока к власти не пришел президент Линдон Джонсон и не «превратил все это в какую-то расовую чушь». Джонсон известен тем, что в 1964 году добился принятия закона о гражданских правах, отменившего расовую дискриминацию и сегрегацию в общественных местах. В 1965-м с помощью закона о праве голоса он дал миллионам чернокожих жителей американского Юга право участвовать в выборах.

Афроамериканец Николас Льюис живет в районе Вены, который мать его жены называет «убежищем»: там компактно проживает вся их семья. Жена Льюиса — белокожая американка. Их дети-мулаты сообщали о неприязненном отношении со стороны местных стариков. Со временем семья планирует переехать.

По данным переписи 2010 года, из 1434 жителей города лишь 16 — афроамериканцы. «Мне не по себе, даже когда мы просто идем в ближайший магазин, — я знаю, что все на меня смотрят», — рассказывает Льюис.

В 1954 году в Вене был арестован чернокожий за то, что до смерти избил пожилую женщину и пытался изнасиловать ее внучку. Ему удалось сбежать из тюрьмы до суда, после чего белые мужчины города вышли на улицы — на поиски беглеца и ради возмездия. Преступника нашли, а заодно разгромили черный квартал. Всем афроамериканцам тогда пришлось уехать из города.

Милтон Л. МакДэниел много десятилетий проработал железнодорожным инженером на юге Иллинойса. Во всей команде он был единственным чернокожим. Во время рабочих поездок его часто отказывались обслуживать в ресторанах, где обедали коллеги. Особенно часто это происходило именно в «закатных городах», которых в США в какой-то момент насчитывалось несколько сотен.

Сейчас большинство «закатных городов» — малонаселенные места, из которых молодежь уезжает в крупные города. Но в XX веке они процветали и сохраняли свои расистские обычаи, даже несмотря на законы 1960-х, запретившие сегрегацию.

Когда в XX веке южане стали массово переезжать на север страны, воевавший против рабства, «закатные города» появились и там. Впрочем, и вне таких населенных пунктов предрассудки были нередки: отказать афроамериканцу в обслуживании могли где угодно.

Напоминанием о тех временах стала «Зеленая книга автомобилиста» — брошюра с перечнем городов, в которых чернокожему путешественнику не откажут в еде и ночлеге.

«Ну правда же, у нас отличная страна. Думаю, где-то у нас есть расизм, но вот я стараюсь не быть расистом. Я считаю, что все слишком серьезно к этому относятся», — говорит Билл Стивенс из Вены, бывший охранник тюрьмы.

Он помнит, как из города в 1950-х уехали все чернокожие: он тогда учился в школе и переживал из-за исчезнувших одноклассников. «Но сейчас к нам въехало несколько черных семей, мы отлично уживаемся», — рассказывает он журналистам.

Анна — один из исторических «закатных городов», его часто приводят в пример, когда говорят об этом феномене. Хотя населенный пункт назван в честь жены его основателя, бытует мнение, что название на самом деле является сокращением от выражения Ain't No Niggers Allowed — «неграм сюда нельзя».

Всех чернокожих прогнали из Анны в 1909 году, когда местную девушку изнасиловал и убил в соседнем городе чернокожий мужчина. Самого преступника линчевали.

По данным на 2010 год, более 1 процента из 4,4 тысячи жителей Анны составляют афроамериканцы. Эксперты, с которыми общалось агентство Associated Press, считают, что предрассудки в отношении чернокожего населения здесь отмирают, но довольно медленно. Впрочем, местные афроамериканцы утверждают, что дурная слава города давно не соответствует действительности: жизнь в нем мирная и спокойная. Однако вряд ли с ними согласятся чернокожие жители других «закатных городов».