Вводная картника

Мафия бессмертна

Фрэнсис Форд Коппола перемонтировал «Крестного отца 3». Что из этого вышло?

Культура

В 1990 году «Крестный отец 3», финал великой мафиозной саги о семье Корлеоне, был прохладно принят зрителями и раскритикован прессой. Тридцать лет спустя режиссер трилогии Фрэнсис Форд Коппола перемонтировал фильм и выпустил его под новым названием «Крестный отец. Кода: Смерть Майкла Корлеоне». «Лента.ру» рассказывает, какие изменения внес Коппола и какой эффект они произвели на восприятие картины.

«Дон Корлеоне, мне нужна ваша помощь». «Лука Брази спит с рыбами». «Мы сделаем ему предложение, от которого он не сможет отказаться». Агенты ФБР, пинками под зад изгнанные со свадьбы Конни и Карло. Отрубленная голова коня в постели голливудского продюсера. Ураган пуль, пронзающих под бесконечно голубым небом тело Сонни Корлеоне. Апельсины, грустно рассыпающиеся по рождественской нью-йоркской мостовой, пока тело уже Вито Корлеоне обмякает на капоте машины. Пистолет, спрятанный в бачке ресторанного унитаза — и ждущий своего смертного для капитана полиции и одного зарвавшегося мафиози часа. Тарантелла на свадьбе, сыгранной по всем традициям в сицилийском местечке Корлеоне — и новоиспеченная жена, взлетающая на воздух во взорванной врагами машине супруга. Фредо, обкокаиненный до истерики в лас-вегасском казино — или с отрешенным ужасом в глазах отправляющийся на рыбалку с телохранителем своего младшего брата. Вито — еще совсем не похожий на Марлона Брандо, а вот на Роберта Де Ниро очень даже — отправляющийся на свое первое преступное дельце. Наконец, Майкл — то невинный, в порыве идеализма объявляющий семье о планах отправиться на фронт Второй мировой, то дрожащий от волнения перед своим первым убийством в мирное время, то, уже с адской сталью в глазах крестящий племянницу, пока его люди методично отстреливают донов других нью-йоркских мафиозных семей.

Неважно, насколько хорошо и детально вы помните «Крестного отца» и «Крестного отца 2» Фрэнсиса Форда Копполы. Но десятка два сцен, фраз, физиономий из этих бесспорных шедевров мгновенно вспомнит каждый, кто их видел

Но что насчет «Крестного отца 3»? Вышедший спустя 16 лет после оригинальной дилогии триквел был расхристан критиками за стилистическую старомодность и странную игру 19-летней дочери режиссера Софии в одной из центральных ролей, а главное, без особого энтузиазма встречен зрителями, которые по состоянию на 1990 год предпочитали, чтобы актуальные гангстерские драмы напоминали не размашистые, проникнутые оперным пафосом ретро-эпосы Копполы, а скорее борзых, аритмичных и галлюциногенных «Славных парней» Скорсезе. Но насколько справедливым было такое восприятие? Судя по всему, 81-летний Фрэнсис Форд Коппола считает, что не особенно — иначе зачем бы ему было спустя 30 лет возвращаться к той недооцененной современниками картине, чтобы с помощью изменений (забежим вперед — в основном косметических, фундаментально не меняющих ни сюжет, ни его центральные темы и мотивы) представить ее зрителям в новом свете, подтолкнуть аудиторию к переоценке фильма. Что ж, Коппола прав — «Крестный отец 3» в обновленном виде и под новым названием «Крестный отец. Кода: Смерть Майкла Корлеоне» действительно смотрится шедевром. Вполне возможно, он просто был таковым всегда.

Итак, основная фабула осталась прежней. 1940-е и 1950-е, в которых разворачивалось основное действие оригинальной дилогии, в картине третьей сменились концом 1970-х. Переступивший порог шестидесятилетия Майкл Корлеоне (Аль Пачино), подобно своему отцу в самом начале первого фильма, слышит сакраментальные слова: «Дон Корлеоне, мне нужна ваша помощь». Курирующему казну Ватикана архиепископу Гилдэю (Донал Доннелли) нужны 600 миллионов долларов, чтобы скрыть растрату капиталов церкви. Майкл, уже давно легитимировавший семейный бизнес и отошедший от криминала, помочь соглашается и деньги переводит — в обмен на контроль над чрезвычайно доходной ватиканской компанией, владеющей недвижимостью по всему миру. Он, впрочем, еще не знает, насколько крепко католическую верхушку держит в узде итальянская мафия, которая, конечно же, постарается Корлеоне кинуть. Тем временем в Нью-Йорке неосмотрительные действия бастарда-племянника Майкла по имени Винсент (Энди Гарсия) приведут к тому, что город сотрясет новая война банд. Два параллельных конфликта в итоге сплетутся в один — и достигнут своей кровавой, жесткой кульминации аккурат во время сицилийского оперного дебюта сына Майкла Энтони.

Что же по факту поменял в третьем «Крестном отце» Коппола? В общей сложности фильм стал короче на шесть минут. Частично — за счет почти невидимого, по секунде-полторы, сокращения трех десятков сцен по ходу картины. В почти всех этих случаях Коппола сохраняет все диалоги — а режет длинноты и паузы, по сути выкачивая из этих эпизодов излишки воздуха. Благодаря этому «Кода» оказывается резче в плане ритма — и получается куда более клаустрофобным и даже маниакальным фильмом, чем оригинальная версия ленты. Еще заметнее (и значительнее для восприятия картины) оказывается вмешательство Копполы в начало картины — если «Крестный отец 3» открывался долгой, преисполненной мрачной торжественности сценой вручения Майклу специальной награды Папы Римского, то в «Коде» этого эпизода нет вовсе: теперь фильм открывается тем самым диалогом Корлеоне с архиепископом. Это изменение серьезно меняет расстановку акцентов: получая ватиканский орден, Майкл при этом мыслями-флешбэками был в прошлом — никак не мог отделаться от чувства вины за убийство Фредо. «Кода» с самого начала ставит перед ним новые проблемы, устремляет в сложное будущее — чтобы то же чувство вины куда сильнее ударило по нему уже в разгар новых мафиозных войн. Сами эти войны, как и махинации с Ватиканом, в итоге выстроены более ясно и драматично.

Ну а, пожалуй, ключевым из сделанных Копполой изменений оказывается вмешательство в финальные кадры — которые теперь, парадоксальным образом, противоречат новому названию «Крестного отца 3». Спойлер — в отличие от оригинальной версии, собственно смерти Майкла Корлеоне зритель уже не увидит: Коппола оставляет своего героя в живых, в полном одиночестве, под сокрушительным грузом грехов, которые привели к чудовищным для него и для его семьи последствиям. Его логика понятна и поэтична — иногда хуже скоропостижной смерти оказывается долгая жизнь (в этом смысле «Кода» красиво рифмуется с прошлогодним «Ирландцем» Мартина Скорсезе), особенно, если она проходит под сенью страшных, неослабевающих воспоминаний. Такой — короткий, хлесткий, всего парой кадров и одним выражением лица Аль Пачино реализованный финал на практике оказывается куда более уместным после гротескной, чрезмерной в своем оперном перегрузе кульминации и кровавой развязки. Становится, проще говоря, идеальной, как и заявлено в названии, кодой. «Крестный отец» как трилогия благодаря этому наконец, три десятилетия спустя, дождался достойного финала — такого, чтобы одним движением режиссерской мысли сообщал: никакого катарсиса не будет, только бесконечная тупая боль. Мафия бессмертна — и ей же хуже.

Фильм «Крестный отец. Кода: Смерть Майкла Корлеоне» (Mario Puzo's The Godfather Coda: Death of Michael Corleone) уже вышел на Blu-Ray и в стриминговых сервисах

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности