41 год назад, 25 декабря 1979 года, СССР начал вводить войска в Афганистан. Тогда никто не думал, что война затянется на 10 лет и унесет жизни более 15 тысяч советских солдат, и никто не думал, во что превратятся жизни людей, вернувшихся с одной из самых страшных войн XX века в разваливающуюся страну. Фотограф Анна Шулятьева поговорила с ветеранами Афгана об ужасах бессмысленных боев и страхах, которые годами их преследовали.
Андрей Витязев, рядовой, гранатометчик 66-й отдельной мотострелковой бригады, провинция Нангархар, Джелалабад
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140255809/preview_1b2da11a9c558295df1e40fe3d6554cf.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
В мае 88-го, когда началась подготовка к выводу войск из Афганистана, участились обстрелы. В один из обстрелов ранило и меня. Контузия, перелом бедра и непроникающее ранение в голову. Получил кратковременную потерю памяти, но я был молодой и особо значения этому не придал. Все осознал гораздо позже, уже дома.
Первое время даже лунатил по ночам — вставал, бродил по комнатам... Я не верил, не мог понять, что я уже дома. Знаю, что многие афганцы не хотели возвращаться к мирной жизни: им нравилось или в Афгане, или в то время, которое было до него, — советское. А тут — 90-е, перестройка, с работой проблемы. На нервной почве многие не находили себя в обществе, срывались.
Меня спасло вот что. Когда я вернулся — сразу к другу пошел, он меня познакомил с другими ребятами-афганцами. Общение с ними помогло вступить в новую жизнь. Позже, благодаря соцсетям, нашел своих сослуживцев.
![Комсомольский билет Андрея Витязева, залитый кровью во время его ранения](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215141206944/preview_b6f169f007b051abe7f52e6a0e3d3267.jpg)
Комсомольский билет Андрея Витязева, залитый кровью во время его ранения
Фото: Анна Шулятьева
До сих пор все напоминает о войне: то друзей встретишь, то телевизор посмотришь. Это непросто, когда из обычного пацана за несколько месяцев делают солдата для выполнения боевых заданий. Часто во сне зовут друзья, говорят: давай еще раз съездим в Афган, повоюем. Я соглашаюсь, только у меня автомат во сне не стреляет. В неисправном состоянии или патронов нет.
Сергей Курицин, рядовой
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/13/20201215135231522/preview_f6b02282168350deb8ad98a34262ee81.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
Для меня служба в Афганистане не прошла бесследно. Ожесточение и неприятие как людей, так и законов до сих пор не дают покоя в жизни. Сейчас я прекрасно понимаю, что это была лишь политическая игра, а жизнями расплачивались мы. Хотел бы обратно в Союз, но время не вернешь. Родину люблю, а государство ненавижу.
Сейчас Афган уже не снится — 38 лет прошло, снов уже нет. А воспоминания, бывает, нахлынут. Особенно когда выпьем с ребятами, можем и подраться.
Психика на войне не выдерживала. Чтобы ее поддерживать, нужно было иметь те условия, какие создавали американцы для своих военнослужащих. У них были спортивные тренажеры, залы, где можно пар выпустить. Им давали увольнительные. Но у нас этого не было. Только ежедневное ожидание чего-то, дикий стресс.
Самое яркое впечатление от службы в Афгане — когда летел в Джелалабад вертолетом Ми-8. Мы доставляли бомбы. Я летел и молился, хоть и неверующий. Если бы в нас кто-то стрельнул в это время, мы бы на молекулы разлетелись — гробы цинковые пустые пришли бы.
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140444803/preview_a41c0a411b70853dd02f4d8a79ed61dd.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
После службы был сложный процесс поиска себя. Мне в жизни повезло, я занялся живописью. Но Афган рисовать не могу, это воспоминания. Мне не хочется вспоминать, и никому не хочется. Я только два года назад смог начать рассказывать про войну, все очень остро переживалось.
Александр Шалев, гвардии младший сержант, командир отделения колесных БТР
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140118349/preview_9cbe088773fa173f59044dc10a6680ff.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
На войне все выворачивается наизнанку, становится видно, кто есть кто. Там я стал ценить жизнь и свободу.
Максимальный срок пребывания на войне, при котором психика не нарушается — один год. А мы служили два. Спросите у того, кто был в Афгане, и он ответит, что война снится до сих пор. Иной раз просыпаешься в холодном поту, картинка боя настолько яркая, будто наяву происходит. Часто вижу во сне, как стреляю в человека, а он не падает. Или меня кто-то догоняет с оружием и в последней момент, когда этот кто-то стреляет, я просыпаюсь. А потом лежу и думаю: «слава богу — живой».
![Письмо Александра домой из Афганистана,1987 год](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/23/13/20201223135718170/preview_8ccb39bb558ca676da798f8879f57a98.jpg)
Письмо Александра домой из Афганистана,1987 год
Фото: Анна Шулятьева
Страшно ли мне было на войне? Когда ты вместе с ребятами — нормально, но когда один стоишь на посту… Это же была партизанская война. Духи обстреливали исподтишка.
Валентина Булгакова, повар
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140149795/preview_7c523002ea4f5ab98a93b20813c74941.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
Нас у родителей было семеро детей. Я — третья. Когда окончила Тихвинское училище на повара, устроилась в ясли. Получала 70 рублей, а хотелось родителям помочь и самой одеться. Пошла в военкомат, написала заявление на работу в Венгрию. Посмотрели мою характеристику, сказали: «Никакого Запада, поедешь на Восток». Ну, партия сказала
«надо», комсомол ответил «есть!». Так я оказалась в Афганистане.
Афган до сих пор снится. Часто вижу первый день, как в Кабул прилетела с чемоданами. Кругом темнота. Курить сказали ночью не выходить — снайпер по огоньку может увидеть. В туалет тоже только на ощупь, ползком, без фонарика.
Однажды, 3 марта, привезли нам из Файзабада кусты розовые. Мы вышли вдоль модулей их высаживать, а вечером нам клумбочки стингерами перепахали (имеется в виду ракетный обстрел — прим. «Ленты.ру»). Ничего от кустов не осталось.
![Засушенные подснежники, подаренные Валентине во время службы в Афганистане](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/22/18/20201222182557611/preview_97dfa37a24c816c56c4726a1f97ac10f.jpg)
Засушенные подснежники, подаренные Валентине во время службы в Афганистане
Фото: Анна Шулятьева
Всего я пережила пять обстрелов. Когда работала на железной дороге в вагоне-буфете, то загадывала: если перед поездкой снится мой первый обстрел, значит, будет в Москве министерская проверка.
А когда я вернулась домой, через две недели наступила дикая тоска. Вдруг поняла, как я хочу оказаться в Афганистане вновь. Я очень люблю читать, поэтому из Афганистана привезла домой книги. В Союзе таких книг было не найти: Андерсен в переплетах, собрание сочинений Пушкина, «Угрюм-река», все четыре тома арабских сказок Шахерезады... Афганистан — единственное место, где в библиотеке я нашла жизнеописание Сократа.
Татьяна Мурогина, бухгалтер по вооружению
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140045447/preview_5e88262f49f28f3f56a97b2c16a19874.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
Я уехала после смерти мужа. Мне было 30 лет, и я не знала, как дальше жить. Я была в такой депрессии, что даже не думала о том, куда еду. А дома остался 12-летний сын.
Когда собиралась в дорогу, знакомая, которая уже служила в Афганистане, сказала купить валерьянки. Я сходила в аптеку, взяла десять баночек. Думала, на весь год хватит, а они закончились через два месяца.
Фильмы об афганской войне смотреть не могу — слезы из глаз. Выключаю сразу. Вспоминаю, как бомбили и как мы в бомбоубежище прятались. В те моменты я не испытывала страха. Осознание пришло, когда вернулась домой. Три месяца на улицу не выходила.
![Куколка-оберег, которую подарили Татьяне друзья, когда она уезжала в Афганистан. Два года маленькая Танюшка (так назвала куклу Татьяна) была ее талисманом](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/23/14/20201223140340034/preview_96a3bc57840ab58db2f6b12125ce44c7.jpg)
Куколка-оберег, которую подарили Татьяне друзья, когда она уезжала в Афганистан. Два года маленькая Танюшка (так назвала куклу Татьяна) была ее талисманом
Фото: Анна Шулятьева
Я мать, и мой сын также мог попасть на войну. За что гибли ребята-афганцы — мне до сих пор непонятно. Не дай бог никому испытать то, что они испытали. Эта боль останется со мной, пока я живу, и от нее никак не избавиться.
Андрей Артени, гвардии прапорщик, старший техник роты парашютно-десантного полка, Кабул
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/13/20201215135732414/preview_f3ebbdf8223d5d9f2fb9a0efaa2720c4.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
Война часто вспоминается. Мы чуть ли не живем той, прошлой жизнью. Грустное не вспоминаю, чаще веселое. Но когда теряешь друзей-однополчан, особенно если это происходит в юности, лет в 18-19, то такое не забывается. И быть таким, как раньше, ты уже не сможешь.
Но я благодарен Афгану за дальнейшую жизнь, за людей, которые встретились во время службы. Это поистине замечательные люди. Но на войне ведь все зависит от восприятия человека и места службы.
В Афгане я был пять месяцев, перед самым выводом войск. Служил в звании прапорщика. Когда мне было уже 23 года, я прошел три конфликта: Нагорный Карабах, Афган и ирано-азербайджанский конфликт.
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/13/20201215135752779/preview_eb6291d04290410bc763af9ced28e416.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
В 92-м году, когда нашу Витебскую дивизию стали сокращать, я вернулся домой. Там и столкнулся с реальностью: перестройка, кооперация, организованная преступность. В магазинах ничего не было. Нестыковки в сознании начались: здесь веселая жизнь, зарабатывание денег, а мы там воевали. И за что?
Михаил Кривошапкин, рядовой, старший водитель авто пограничных войск
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/15/14/20201215140234656/preview_dc7ad7ea2d1c0dddee468143709b71b9.jpg)
Фото: Анна Шулятьева
После возвращения из Афгана у меня во многом поменялось отношение как к гражданке и жизни в целом, так и к близким людям, к дружбе. В Афгане было проще: знаешь, кто друг, а кто враг. Знаешь, что ребята по роте всегда подставят свое плечо, в любой ситуации, всегда помогут, не бросят. А тут — ложь. За деньги могут предать — ничего святого нет.
Первые года три-четыре никуда не ходил, не встречался с афганцами. Было почему-то стыдно, что ли, я пришел без единой царапины, а у ребят — у кого что. Но у всех, пожалуй, нарушена нервная система. Я служил водителем. В Афгане едешь — и как в рулетку играешь. Проскочишь не проскочишь. Постоянное напряжение. Практически сигарету не выпускал изо рта.
Домой пришел — год отходил. Мне постоянно сны снились. Матери уже надоело простыни стирать, потому что я просыпался весь сырой как лягушка. Во сне разговаривал. Колонны снились. Отпустило лет десять назад.
![](https://icdn.lenta.ru/images/2020/12/22/18/20201222182724765/preview_81aa4666810815e98281fd906d0cc1d9.jpg)
Фото: Анна Шулятьева