Вводная картника

«Мы получили феноменальные результаты»

Что ученые со всего мира ищут в Российской Арктике?

69-я параллель

С 2021 года Россия во второй раз станет страной-председательницей Арктического совета — международной организации, которая занимается вопросами защиты окружающей среды и развитием северных регионов. Ученые всего мира ждут этого события, ведь на территорию России приходится внушительная часть арктической территории, и без внимательного изучения Российской Арктики у них не будет цельных знаний обо всем регионе. На проходящих в Москве Днях Арктики и Антарктики состоялся международный научный конгресс, на котором представители шести стран обсудили, какие открытия совершаются в Арктике и какие направления необходимо развивать, чтобы развивались и наука, и регион. «Лента.ру» приводит выдержки из выступлений ученых.

Фолькер Рахольд, Германское Арктическое бюро:

Я бы хотел рассказать об экспедиции Mosaic (проект Mosaic — завершившаяся в октябре 2020 года первая круглогодичная экспедиция в Центральную Арктику — прим. «Ленты.ру»). (...) Мы вернулись в Германию, проведя целый год в Арктике. Это была крупнейшая арктическая экспедиция, в которой принимали участие сотни ученых более чем из 20 стран. Мы использовали суда ледового класса, были на дрейфе целый год.

Мы верим в то, что полученные научные данные, в том числе по арктической зиме, значительно продвинули и обогатили наши познания об Арктике.

Например, экспедиции трудно было найти дрейфующий лед, потому что те льды, те ледники, которые мы хорошо знали в Арктике, уже пропали. То есть из-за климатических изменений становится трудно работать. Это один результат.

А летом [экспедиционный ледокол] «Поларштерн» очень легко добрался до Северного полюса, чего раньше не наблюдалось. Этот опыт был драматическим. Мы уже визуально наблюдали потепление.

И еще один пример в [районе] Восточной Сибири. Там была очень крупная полынья, и можно было пройти по Северному морскому пути, огибая прибрежные зоны без особых затруднений. Мы фактически засвидетельствовали, насколько сильно поменялась Арктика по сравнению с тем, что наблюдалось буквально 20 лет назад. Все эти результаты экспедиции будут расшифровываться, но документы уже говорят о том, какие глубокие перемены происходят в арктическом регионе. (...)

Я бы хотел поговорить о том, что уже упоминали сегодня, это очень важно: научная дипломатия. Научная дипломатия — это то, чего можно достичь путем научного сотрудничества между государствами. Я полагаю, что вопрос о северных регионах является идеальным примером научной дипломатии.

Прежде всего это касается Антарктического договора (заключен в 1959 году — прим. «Ленты.ру») — он является гарантом того, что Антарктика уже многие десятилетия остается регионом науки и мира. (...) Научное сотрудничество тогда помогло реализовать договор, которым защищается научная деятельность в Антарктике.

Мы аналогично рассматриваем и Арктику. Существует Арктический совет — это форум для арктических государств, на котором [они могут] обсуждать не только защиту экосистем [Арктики], но и устойчивое развитие региона. И я думаю, что в основе деятельности этого совета лежит научная деятельность, именно ученые. Достойно упоминания то, что независимо от политических затруднений Арктический совет всегда работал крайне эффективно. И, конечно же, мы с нетерпением ожидаем председательства России в следующем году.

Помимо научной дипломатии очень важна роль двусторонних отношений, в частности — российско-германского сотрудничества. Это сотрудничество имеет достаточно длительную историю. Я организовал свою первую экспедицию в Сибирь в 1994 году, так что этому опыту более 25 лет. С этого времени существуют двусторонние соглашения между министрами наших государств и программы обмена, совместные проекты российских и немецких ученых.

Очень хороший пример — российская научно-исследовательская станция на острове Самойловский в дельте реки Лены. После того как на этой станции в 2010 году побывал президент Владимир Путин, она была расширена, и с 2013 года по сей день там совместно работают российские и немецкие ученые.

Интересный результат: мой давний друг Михаил Григорьев из Института мерзлотоведения имени Мельникова в Якутске, бывший руководитель Исследовательского центра [полярных и морских исследований им. Гельмгольца] Института Альфреда Вегенера получил орден «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия». Я считаю, что это отличный пример эффективного научного сотрудничества и важный аспект российско-немецких политических отношений.

Владимир Соколов, Арктический и антарктический научно-исследовательский институт (ААНИИ, Санкт-Петербург):

Хочу коснуться проекта Mosaic, который недавно закончился и в котором мы приняли активное участие. Несомненно, реализация этого проекта, к которому и германские, и другие коллеги готовились более пяти лет, [принесла] очень значимые и, можно утверждать, даже феноменальные результаты. Потому что практически весь научный арктический мир принял то или иное участие в формировании экспедиции, вложился очень сильно и интеллектуально, и «приборно», в ее реализацию. (...)

В какой-то мере нам повезло, потому что летний период 2020 года оказался одним из минимумов по распространению ледяного покрова в Арктике (это второй, правда, минимум; минимальное его распространение было в 2012 году). Это очень важно, потому что удалось благодаря этой комплексной экспедиции собрать колоссальное количество информации. (...)

Несомненно, животный мир следует за теми изменениями, которые происходят в Арктике. Есть позитивные моменты, связанные с тем, что животный мир распространяется и на восток, и на запад — из Атлантического и Тихоокеанского регионов в Центральную Арктику. Это, наверное, позитивно, потому что, например, в 2013 году, когда мы снимали нашу последнюю дрейфующую станцию, мы видели кита в море Лаптевых в июне, чего, я думаю, не наблюдалось вообще никогда. Сейчас, по результатам работы экспедиции Mosaic, стало ясно, что биологический мир, микромир активно распространяется в северном направлении, и даже рыба стала встречаться в центральной части Арктического океана, чего раньше практически не наблюдалось.

Андрей Петров, Университет Северной Айовы:

Наша ассоциация очень рада тому, что Российская Федерация обозначила устойчивое развитие человека в центре своей повестки, это очень правильно. Потому что, естественно, развитие арктических регионов и сохранение их культурного, социального наследия — это очень важная задача.

Я еще раз хочу повторить, что в Арктике живет более четырех миллионов человек. Сотни тысяч из них — это представители многих и многих коренных народностей, не только в Российской Федерации, но и в других арктических странах. Арктика — это очень разнообразная семья народов, и в этом состоит ее основное богатство. Мы часто говорим о ресурсах, говорим о территориях, но всегда должны помнить, что основным богатством Арктики являются люди, которые там живут и работают. Поэтому все, что мы делаем в Арктике, должно быть направлено на то, чтобы эти люди могли улучшить свою жизнь, могли достичь тех целей, которые ставят в своей жизни. (...)

Сейчас у нас уже есть разнообразный опыт развития регионов, где компании, государство и коренные народы, местные жители взаимодействуют так, что те блага, которые получают компании в результате добычи полезных ископаемых и других видов хозяйственной деятельности, каким-то образом возвращаются местному населению, возвращаются в регион. Потому что вложение денег в местные сообщества — это как раз путь к достижению устойчивого экономического развития арктических регионов. Без этого оно абсолютно невозможно.

Мы говорим не только о сохранении культуры, поддержании того, что есть. Мы говорим о развитии, чтобы местный малый и средний бизнес мог развиваться, чтобы местные школы и местная инфраструктура тоже получали развитие. (...)

Социальные науки, которые я представляю, конечно, играют важную роль в том, чтобы мы поняли, что и как нужно делать в Арктике. Разговаривать с людьми, получать данные об экономическом, социальном, демографическом развитии — это все первостепенная задача, если мы хотим обеспечить устойчивое развитие региона. (...)

Как социальные науки — да и наука в целом — должны меняться в связи с нашим временем, которое дает нам дополнительные сложности, но одновременно и возможности посмотреть как бы извне на то, что происходит? Я говорю о пандемии коронавируса, которая в каком-то смысле затормозила и видоизменила то, что ученые теперь делают в Арктике. Это возможность для нас переоценить, как мы можем развивать наши науки дальше. Мы вступаем в эру междисциплинарности, потому что большинство вопросов, которые мы решаем в Арктике, не имеют решения силами одной науки. Мы должны работать вместе, мы должны работать с разными видами знаний. Мы знаем, что в Арктике накоплен тысячелетний опыт коренных народов. Это опыт и знания, которые мы должны вовлекать, чтобы работать вместе, чтобы решать совместные проблемы.

Коронавирус, наверное, пройдет и покинет нас, но могут возникать и другие проблемы такого же уровня. Мы только сейчас понимаем, насколько нужны друг другу в международном масштабе, насколько мы должны продвигать и усиливать международное сотрудничество. (...) С другой стороны, пандемия показала, что мы должны вкладываться в научные достижения, в местные, находящиеся в Арктике научные станции, в ученых, в инфраструктуру. Потому что там и только там можно проводить исследования. Если мы [из-за пандемии] не можем туда попасть — мы должны работать с местными учеными, с коренными жителями, которые помогут нам.

Салве Дале, руководитель оргкомитета конференции «Рубежи Арктики»:

Поскольку природа не знает границ, наши исследования должны укреплять международное сотрудничество, и я очень рад, что в следующем году председателем Арктического совета будет Российская Федерация.

Я океанолог, и практически всю жизнь изучаю морскую среду в северных широтах. Впервые я посетил российскую арктическую территорию в 1992 году, я тогда возглавлял норвежскую делегацию научной экспедиции, которой руководил мурманский Институт морской биологии РАН. (...)

Результатом работы был совместный отчет о состоянии природы для Арктического совета. Наша работа не только научная, но еще и прекрасный пример научной дипломатии. Осознавая необходимость научных доказательств как основы развития бизнеса в северных широтах, я принял на себя инициативу основать «Арктические рубежи» в 2007 году. «Рубежи» являются организаторами сотрудничества ученых, политиков, органов власти, бизнесменов и других ключевых участников, в том числе — коренных народов.

С самого начала Россия принимала активное участие в работе «Арктических рубежей», и мы всегда с удовольствием принимали российские делегации.

В 2014 году мы заключили соглашение о сотрудничестве с Российским географическим обществом. (...) Одна из целей договора — облегчить обмен молодыми учеными и специалистами. Именно им и предстоит принять наследие нашей работы.

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности