Путешествия
00:01, 22 ноября 2020

«Крича и рыдая, я избивал себя»

Турист едва не умер от укуса ядовитого скорпиона в Африке. Его спасением стала русская женщина
Фото: Mint Images Limited / Alamy / Diomedia

Австралиец Джордж родился в очень необычной семье — его родители уехали в Кению, когда он еще учился в школе, чтобы открыть там свой бизнес и начать жизнь с чистого листа, а его братья, будучи еще подростками, стали заниматься благотворительностью и участвовать в волонтерских программах. Так Африка стала для Джорджа вторым домом, в который он постоянно наведывался с юношества. Страны третьего мира никогда не пугали его, однако там австралийцу пришлось пережить немало приключений, в том числе бороться с агонией и страхом перед смертью после укуса скорпиона. «Лента.ру» публикует историю его выживания в рамках цикла на основе подкастов «Дневники диких путешественников», созданных австралийцем Аароном Шэнксом.

О, дивный новый мир

Когда наш отец переехал в Кению, я еще был школьником и, если честно, услышав название страны, я даже не сразу понял, где территориально это может находиться. Мне было всего 14 лет, когда родители впервые повезли меня туда. Тот факт, что я путешествую по миру, исследую новые культуры и места, будучи еще совсем юным, приводил меня в абсолютный восторг. А мой брат даже выучил язык суахили, чтобы лучше общаться с кенийцами.

Я всегда чувствовал, что должен как-то помогать местным улучшать качество их жизни и, достигнув 18 лет, присоединился к волонтерской благотворительной группе, которая совершала путешествие через всю Африку. Суть программы заключалась в том, чтобы научить детей из несостоятельных семей играть в регби. Так, мне удалось по-настоящему погрузиться в жизнь африканцев, понять их уклад и образ мыслей, изучить внутреннюю культуру. С этого начался мой путь волонтера.

Думаю, что именно благодаря этому опыту Африка никогда не пугала меня. Я знаю, что у многих континент ассоциируется со всем худшим, что есть на нашей планете — болезнями, войнами, грабежами, убийствами, грязью, голодом и бедностью. Отрицать это было бы глупо и бессмысленно, однако я смог познать ее и с другой, прекрасной стороны.

Но моя история выживания связана не с местными людьми, а с местной природой. И началась она, можно сказать, с моего знакомства с жителем Кении, который переехал в Великобританию, чтобы основать там свой благотворительный фонд. Пару лет назад он решил организовать крупное волонтерское путешествие из Эфиопии в ЮАР и позвал меня помогать ему. Конечно, я был несказанно рад.

В рамках этой программы мы ходили от школы к школе, от двора к двору, и учили детей играть в регби. Сперва преподаватели, к которым мы заглядывали на уроки, смотрели на нас с недоверием, но спустя неделю тренировок были просто счастливы нашему присутствию. Мы учили их не только спортивным нагрузкам, но и правильному питанию. Оказалось, что многие из этих детей никогда в своей жизни даже не видели мяча. И как же классно было наблюдать за ними в конце недели, когда мы устраивали для них настоящие соревнования по регби.

Воды слонам!

Чтобы совершить эту поездку, нам пришлось немало постараться и буквально лишить себя всех радостей цивилизации, а также неоднократно подвергнуть риску наши жизни. Мы должны были проехать пять тысяч километров и пять стран, включая Ботсвану, Зимбабве, Замбию, Кению и ЮАР. С собой у нас было все необходимое — запасы еды, палатки, элементарное оборудование, какие-то лекарства и, конечно, боевой настрой. Однако, как выяснилось позже, для суровой Африки этого недостаточно.

Однажды мы отклонились от программы, чтобы заехать в одно особенное место — экокемпинг Elephant Sands в Ботсване. Туристы со всего мира приезжают сюда, чтобы увидеть потрясающее зрелище — настоящих диких слонов, которые приходят ночью к водопою. Обычно в Африке ты наблюдаешь за животными из автомобиля на сафари и даже не ощущаешь их масштаба, но здесь слоны сами буквально пришли к нам, к небольшому озерцу, возле которого мы сидели, и начали пить воду. Это было похоже на картину — полная Луна, звездное небо и стадо слонов возле водоема.

Зрелище действительно было потрясающим, но едва не стоило мне ноги. Когда мы сидели ночью возле костра и жарили мясо, я почувствовал, как что-то укусило меня. Сперва я подумал, что это змея, и закричал. Мой брат посмотрел на меня словно на дикаря со словами: «Боже, Джордж, успокойся, ты ведь всех слонов распугаешь, на кого мы тогда будем смотреть?»

«Слушай, не парься, мою жену тоже кусали скорпионы. Завтра утром она приедет сюда и расскажет, что нужно делать», — заботливо сказал мне владелец кемпинга, протягивая рюмку рома, заверив, что это должно облегчить боль. Думаю, он понимал, что скорпион был ядовитым, и просто вел себя так, будто все в порядке, как стюардесса, которая должна успокоить пассажиров в случае катастрофы.

Но его ром и утешения не помогли — внезапно я перестал чувствовать ногу и начал думать, что умираю. Хуже всего было то, что ближайший крупный населенный пункт находился в 400 километрах от нас, ведь мы были в пустыне, где работали только спутниковые телефоны. А позже хозяин кемпинга нашел укусившее меня членистоногое, и от его позитивного настроя не осталось и следа — он понял, что это был второй по ядовитости и опасности для человека в Африке скорпион. Спустя несколько минут мы уже мчали по ночной пустыне на вэне в неизвестном направлении.

Спасение любой ценой

Машина остановилась возле бравых чернокожих парней, которые сидели вокруг костра посреди заповедника и играли в карты. Оказалось, что хозяин кемпинга привез меня в так называемую антибраконьерскую точку — место, где дежурят люди, готовые убить любого, кто посягнет на жизнь слона или льва. Так, ночуя в пустыне, местные жители защищают дикую природу от охотников, которые вываливают кругленькую сумму, чтобы приехать в Африку и заполучить шкуру трофейного животного.

На случай укуса какого-нибудь ядовитого насекомого или змеи у этих ребят всегда с собой есть лекарство, помогающее остановить распространение яда и вывести его из организма. Именно за ним мы и приехали. Но человек, который должен был вколоть мне укол, сперва начал болтать со мной обо всем подряд. Это какая-то особая черта всех африканцев — неважно, при смерти ты или в агонии, надо непременно вывалить на тебя все подробности своей жизни.

Так я узнал, что он был врачом в тюрьме, что у него даже есть подтверждающий это сертификат, что он очень гордится своей карьерой и достижениями, и только потом получил чертово лекарство. Я не знаю, сколько миллиграммов противоядия он мне вколол, но, честно говоря, никакого облегчения это не принесло.

Пришлось плюнуть на расстояние в 400 километров и ехать в больницу. По дороге я пытался медитировать, расслабиться, сфокусироваться на боли, как учат великие йоги, но это не помогало — нога была настолько холодной, что я ничего не чувствовал, а как только что-то касалось места с укусом, все тело пронзала безумная боль.

Клиника, в которую меня привезли, с виду казалась очень приличной, но внутри здания творился полный хаос. Толпа больных и переломанных африканцев, теснившихся в небольшом помещении, сразу же окинула меня изумленными глазами. В госпитале, если так можно назвать эту каморку, работал всего один врач, и первым делом он решил принять именно меня.

Но препараты, которые дал мне доктор, все равно не помогли, и нам пришлось вернуться обратно в кемпинг ни с чем.

«Так, ампутировать будем здесь!»

Поведение медиков в каждой из больниц повергало в абсолютный шок. Следующим утром я по-прежнему не мог передвигаться самостоятельно и не чувствовал ноги, поэтому мне вызвали скорую. В очередной клинике сотрудники вели себя так, будто ничего страшного не произошло, а мой укус — просто развлечение. Осматривавший меня врач потрогал ногу и как ни в чем не бывало сказал своему помощнику: «Так, ампутировать будем здесь!» Я едва ли не зарыдал.

«Нет! Нет! Не смейте», — выкрикнул я, размахивая руками. Но оказалось, что врач просто шутил, пытался меня «развеселить». Вколов очередную дозу обезболивающего, он спокойно отпустил меня, заверив, что все будет в порядке. Препарат ненадолго облегчил состояние, но когда мы добрались до Ливингстона, южного города Замбии, боль снова вернулась. От бессилия я потерял контроль над собой.

Я так сильно напугал своих братьев воплями, что они начали подбегать к прохожим и просить их о помощи. Нам повезло — мимо проезжали бэкпекеры из Австралии, которые знали, где расположен ближайший госпиталь. Спустя несколько минут я оказался на пороге очередного убогого заведения, где не было способных вылечить меня специалистов. На этот раз лечащим врачом была взрослая дама, которая развела руками, услышав мою историю, а затем схватила горячую воду и начала поливать ей укус.

Я хоть и был в агонии и едва не терял сознание, но понимал, что этим она делает только хуже, ведь горячая вода разгоняла кровь, и яд начинал сильнее циркулировать внутри меня. Такова суть большинства медицинских учреждений Африки. Если в развитых странах ты чувствуешь себя в безопасности, оказавшись в больнице, то здесь все как раз наоборот — приходится молиться на то, чтобы нашелся доктор, который хотя бы тебя не убьет своим лечением.

Удивительно, но единственным человеком в округе, который действительно понимал, что нужно делать, оказалась русская женщина, работавшая в другой поликлинике. Она вела себя достаточно дерзко и грубо, зато сразу сказала, как мне поступить: «Слушай, на самом деле ты уже получил свою дозу обезболивающих и противоядие, а сейчас тебе нужно просто пить больше воды и поднимать ногу вверх. Через какое-то время все должно пройти».

Она даже позволила остаться в клинике на пару дней, и уже на следующее утро мне стало гораздо легче. В госпитале не было ни еды, ни даже электричества, но там я хотя бы был под присмотром и мог спокойно отдохнуть. А еще через двое суток впервые после укуса я самостоятельно встал на ноги. Забавно, что такое маленькое существо, как скорпион, может принести человеку столько страданий и вырубить его практически на неделю.

Никто не застрахован

Пускай мне пришлось пережить такой печальный опыт, но я все равно не считаю Африку плохим местом и в будущем планирую проводить в странах континента много времени. В Австралии жизнь слишком идеальна, слишком размеренна. Здесь очень счастливые люди и классная культура — серфинг, солнце, простые радости. Но, как по мне, она достаточно американизирована. Тут мы не видим настоящей жизни, а Африка — это совсем другое.

Например, в Найроби, столице Кении, несмотря на то что это достаточно развитый город, по-прежнему существуют одни из самых масштабных трущоб в мире — Кибера. На площади размером с Центральный парк здесь живет примерно миллион людей. Многие интересуются, как все они ходят в туалет. Это поразительно, но они используют так называемые «летающие туалеты» — испражняются в пластиковые мешки, а затем выбрасывают их в специальные канавы или просто как можно дальше от своего дома, на обочину дороги.

Жить там совершенно ужасно, многие дети даже не доживают до шести, умирая от болезней, но это не значит, что они не заслуживают быть счастливыми. И я очень рад, что мой отец, переехав в Африку, подарил мне возможность стать волонтером, привносящим хоть какую-то радость в их существование. Показывая им другую жизнь, я и сам начинал видеть в ней смысл.

А эта ситуация просто научила меня быть более осторожным перед поездками и тщательнее подготавливаться к ним. Например, как минимум оформлять страховку. Эта бумажка стоит копейки и делается за пару минут, но она может спасти вас и вашу семью от многомиллионных трат на лечение за границей.

Подготовила Полина Дерр

< Назад в рубрику