Грэм Энзор, владелец крупнейшей в Великобритании частной коллекции метеоритов

Деньги с неба

Как устроен опасный мир охотников за метеоритами и почему внеземные камни стоят миллионы

Из жизни

Грэм Энзор, владелец крупнейшей в Великобритании частной коллекции метеоритов

Фото: Caters News / Legion-media.ru

19 августа над церковью Богоматери Исцеляющей в бразильском городке Санта-Филомена раздался громкий хлопок, и с неба посыпались раскаленные камни. Весть об упавшем в Бразилии метеорите быстро попала в интернет, и в Санта-Филомену потянулись искатели метеоритов со всего мира. Ради камней, которые стоят дороже золота, они готовы рисковать деньгами, жизнью и свободой. «Лента.ру» заглянула в странный мир метеоритной охоты.

Через два часа о произошедшем в Санта-Филомене узнал Майкл Фармер — едва ли не самый известный искатель метеоритов в мире. Он и его напарник Роберт Уорд немедленно заказали авиабилеты и в тот же день вылетели в Бразилию.

Возле церкви в Санта-Филомене было людно. Собравшиеся наперегонки искали еще теплые обломки, кто-то фотографировался или снимал видео для соцсетей. Тем временем в городок продолжали прибывать иностранцы. Когда на место падения метеорита приехали ученые из музея в Рио-де-Жанейро, в единственной гостинице не оказалось свободных номеров — все заняли приезжие дилеры и коллекционеры из Соединенных Штатов, Уругвая и Коста-Рики.

Горожане сами несли Фармеру свои находки. Он платил им до 40 реалов (560 рублей) за грамм — в Санта-Филомене это казалось неслыханной щедростью, но на черном рынке за метеориты дают куда больше. Бразильским ученым не досталось ни одного крупного камня, поэтому пришлось идти на поклон к американцу. Он предложил купить обломок за 18 тысяч реалов (250 тысяч рублей).

Фармер торгует метеоритами с середины 1990-х и за это время повидал все. Ему доводилось уходить от погонь, торговаться с сомнительными персонажами, иметь дело и с полицией, и с бандитами, и самому нарушать закон. После падения метеорита в Челябинске Фармер приезжал в Россию и сумел вывезти несколько обломков за границу. Как именно — молчит. «Я предпочитаю не распространяться о своих методах, а то русские друзья оторвут мне голову», — с улыбкой объяснил он корреспонденту Popular Mechanics.

Удачные сделки приносят Фармеру десятки, а то и сотни тысяч долларов. Четыре года назад ему хватило суток, чтобы продать все метеориты, добытые у индейцев кечуа в Боливии. В тот раз он и его партнер положили в карманы 60 тысяч долларов (4,7 миллиона рублей) — неплохой улов для небольшой поездки.

Фармеру явно нравится такая жизнь — и деньги, и приключения. Да и сама возможность потрогать камни с других планет тоже дорогого стоит. В интервью New Scientist он признавался, что глотает кусочек каждого лунного или марсианского метеорита, который попадает к нему в руки. «В конце концов, не так много людей могут сказать, что ели Луну» — заметил Фармер. А он — может.

Большие деньги

Состоятельные коллекционеры стали интересоваться метеоритами около 50 лет назад. Как правило, они подходят к ним с той же меркой, что и к произведениям искусства или антиквариату. Цена обломка зависит от его веса, размера и формы, очень важна редкость, но особый интерес у коллекционеров вызывают метеориты, падение которых наблюдали очевидцы. Также ценятся камни с Луны или Марса.

Новички и любители, как правило, продают добычу перекупщикам, а у людей с репутацией, вроде Фармера и Уорда, имеются налаженные контакты с серьезными коллекционерами. Хотя в последнее время заметная доля метеоритной торговли переместилась в интернет, людей, связанных с метеоритным бизнесом, по-прежнему можно встретить на выставках минералов во французском городе Энсисайм и в американских Тусоне и Денвере.

Стоимость редких метеоритов может достигать 10 тысяч долларов за грамм, поэтому шестизначные ценники никого не удивляют. К примеру, один из обломков челябинского метеорита был продан за 426,6 тысячи долларов, а в 2018 году лунный камень ушел с молотка за 612,5 тысячи долларов. И это не предел: весной британский аукционный дом Christie’s выставил на продажу метеорит, оценивавшийся в два миллиона фунтов стерлингов (200 миллионов рублей).

У Фармера случались сделки подобного масштаба. Он особенно гордится метеоритом из канадского Саскачевана, который удалось продать за 600 тысяч канадских долларов (35 миллионов рублей). Объект упал еще в 1931 году, часть обломков нашли тогда же, но Фармер считал, что их было больше. После многомесячного изучения исторических документов он и его партнеры отыскали еще один кусок весом 53 килограмма, который затем купил Королевский музей Онтарио. «Когда удается выкопать сокровище за полмиллиона баксов — это хороший день», — признавался он в беседе с CNBC.

Некоторые ученые считают, что метеориты вообще не должны попадать в частные руки. Они забывают, что если бы не мы, 99 процентов метеоритов были бы просто потеряны для науки

Майкл Фармер
искатель метеоритов

Фармер стал искателем метеоритов по чистой случайности. К 25 годам он отслужил в армии, женился и думал, чем заняться дальше. Был пожарным, мечтал о карьере в ЦРУ, учился в университете, но душа не лежала ни к чему. В 1996 году Фармер забрел на выставку минералов в Тусоне и познакомился с Робертом Хаагом — экстравагантным искателем метеоритов, который периодически выступал по телевидению и давал интервью научно-популярным журналам. Эта встреча изменила его жизнь.

После возвращения с выставки Фармер сообщил жене, что намерен бросить университет и полностью посвятить себя новому увлечению. Он выторговал у кого-то из бывалых искателей ящик с 40 метеоритами за четыре тысячи долларов и — новичкам везет! — за 48 часов перепродал их вчетверо дороже. Теперь у него были деньги, чтобы отправиться в Африку и заняться самостоятельными поисками.

Врата Сахары

Метеориты падают повсюду, но чаще всего их находят в пустынях, где нет ни осадков, которые мало-помалу разрушают камни, ни растительности, мешающей их найти. Поэтому искателей метеоритов так влекут Африка и Аравия.

В последние годы марокканский городок Эрфуд, прозванный вратами Сахары, превратился в настоящую метеоритную Мекку. Почти 70 процентов местных жителей ищут и продают метеориты, поэтому на улицах нетрудно найти лавки скупщиков. Заурядные находки тут же перепродают приезжим дилерам и коллекционерам, а самые ценные переправляют в Нью-Йорк или Париж и пускают с молотка.

В 2011 году в Эрфуде всплыл 320-граммовый марсианский метеорит со звучным названием «Черная красавица», вероятно, попавший в страну нелегально. В Марокко нет законов, которые регулируют торговлю метеоритами, поэтому на местном рынке попадаются контрабандисты из Мавритании, Алжира и других стран Северной Африки. Сделки совершаются без лишнего шума, торговцы не задают лишних вопросов и предпочитают не знать о происхождении камней. В итоге «Черную красавицу» купил американский коллекционер, которого не волновало, где его нашли.

Среди марокканских искателей метеоритов ходят байки о том, как легко упустить свой шанс. В Эрфуде рассказывают про человека, который гнал скот по пустыне, наступил на гвоздь и проткнул подметку. Он подобрал валявшийся рядом камень, выбил гвоздь с другой стороны и пошел дальше. А следовавший за ним приятель умел отличать метеориты. Он остановился, внимательно осмотрел брошенный камень и решил захватить его с собой в город. И был прав: там его купили за 10 тысяч долларов.

Терять деньги не хочет никто, поэтому теперь в метеоритах разбираются даже кочевники-туареги, живущие сегодня почти так же, как их предки сотни лет назад. Не последнюю роль в этом сыграл французский геолог Ален Карион, который работал в Сахаре еще до метеоритного бума. «В начале 1990-х мы раздавали кочевникам маленькие магниты, листовки и метеоритные образцы, чтобы они легко отличали метеориты от обычных камней», — вспоминал в интервью Middle East Eye сын Алена Кариона.

Как-то раз мы шли по пустыне с французским геологом и наткнулись на шатры каких-то кочевников. Мужчины отсутствовали, а женщина, которую мы застали, предложила нам купить метеориты — совсем дешево, что-то вроде 1500 дирхамов (13 тысяч рублей) за кило. Получив деньги, кочевница осторожно намекнула, что если мы хотим, у нее есть очень редкий метеорит. И вынимает камень, который был спрятан у нее в бюстгальтере. Цена была примерно 1000 дирхамов за каждый грамм!

Исмаил Мохаммед
кочевник

К началу 2000-х метеоритным промыслом занялись многие марокканские туареги: они нанимались проводниками к иностранцам, искали камни сами или выменивали их у алжирских кочевников. «Скота у меня нет, сельским хозяйством не занимаюсь. Все, что я делаю, — ищу метеориты и тем зарабатываю себе на жизнь, — рассказывал в Financial Times один из кочевников. — В Дахле видел метеорит, стоивший 10 тысяч дирхамов (84 тысячи рублей) за грамм! Мои — от 300 до 700 дирхамов (2,5-5,8 тысячи рублей)». Денег хватило, чтобы построить дом.

Туареги не раз выручали и Фармера. Однажды в марокканской пустыне ему повстречались кочевники, у которых были кусочки редкого железно-никелевого метеорита с вкраплениями перидота. Он попросил отвезти его на место падения метеорита и последовал за ними, несмотря на возражения проводника. Туареги перевели Фармера через алжирскую границу, но дальше его ждал провал: американцу пришлось удирать через минные поля и несколько часов прятаться от алжирских солдат в кузове грузовика с овощами.

С расцветом метеоритной торговли кочевники обзавелись смартфонами, научились пользоваться интернетом и сами переписываются с покупателями за границей. Теперь их не проведешь, поэтому Фармеру остается играть роль посредника, который сводит их со знакомыми коллекционерами.

Пистолет и мачете

Когда-то владелец крупнейшей частной коллекции метеоритов в Великобритании Грэм Энзор колесил по самым негостеприимным уголкам земного шара в поисках новых образцов. Но времена изменились. Он считает, что в лучших местах для поисков метеоритов стало слишком опасно. Где-то — война или беспорядки, где-то, как в Омане, перестали смотреть на вывоз метеоритов сквозь пальцы. Энзор не хочет рисковать, но, по его словам, еще не перевелись «эдакие Индианы Джонсы, которые слышат о падении метеорита и тут же прыгают в самолет».

Фармер определенно из таких. Приключения на алжирской границе — далеко не худшая передряга, в которой он побывал. Куда хуже было в Колумбии, где его пытались похитить партизаны из FARC, или в Кении — там он попал в засаду и едва не погиб. «Меня избили и поставили на колени с мешком на голове и мачете у горла, — вспоминал он в интервью National Geographic. — К голове уже приставили пистолет, но, к счастью, решили не убивать, а просто все отобрали и ушли».

В 2007 году Фармер и Уорд ездили в Перу на поиски «ядовитого» метеорита, оставившего зловонную воронку диаметром 13 метров. Побывавшие там люди жаловались на головную боль, тошноту и рвоту. Специалисты долго не могли установить причину отравлений и подозревали, что метеорит потревожил залежи мышьяка под землей.

Фармер взял в поездку 30 тысяч долларов наличными, чтобы скупать метеориты у местных жителей, и едва унес ноги, когда деньгами заинтересовались пограничники. «Нас отвезли обратно к метеоритному кратеру и потребовали тысячи долларов, — вспоминал он спустя четыре года. — Когда мы отказались, они пригрозили отправить нас за решетку. Мы прыгнули в такси, погнали к другому пропускному пункту и сбежали в Боливию».

Удрать получается не всегда. В 2011 году Фармера и Уорда арестовали в Омане с 35 метеоритами, заставили признаться в контрабанде и приговорили к шестимесячному лишению свободы. Пока искатели метеоритов сидели в тюрьме, в соседнем корпусе подняли бунт, на подавление которого бросили спецназ и танки. Фармер всерьез думал, что ему конец. Даже если не убьют, то уморят голодом — заключенных плохо кормили: порций, которые им давали, по его словам, не хватило бы и кошке. Американцев отпустили на свободу через два месяца, и за это время Фармер похудел почти на 20 килограммов.

Искать метеориты — опасное дело, потому что оно связано с деньгами, и люди хотят эти деньги себе

Майкл Фармер
искатель метеоритов

Авантюрист прекрасно понимает, что его похождения могут плохо кончиться. На случай гибели он оборудовал дома несгораемое хранилище с ценными метеоритами и объяснил другу, как их продать, — выручка на какое-то время обеспечит его семье безбедную жизнь. «Тем, кто предпочитает покой, никогда не понять, почему мы рискуем своей головой ради камней в музеях и частных коллекциях, — объяснял он в New Scientist после освобождения из оманской тюрьмы. — Но те, кто не хочет рисковать, обычно остаются ни с чем».

Олег Парамонов

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности