Вводная картника

Силовой захват

Почему скамья подсудимых все чаще становится способом изъятия активов

Экономика

О том, что пора прекращать «кошмарить бизнес», президент Владимир Путин говорит с 2008 года. В отношении предпринимателей уже смягчены уголовные статьи, но пока доля оправдательных приговоров в стране все равно не превышает нескольких десятых процента. О том, почему так происходит, «Лента.ру» рассказывает на примере кемеровского предпринимателя Александра Ефремова. Рядовая сделка с акциями банка не только лишила его бизнеса, но и привела на скамью подсудимых. При этом Омская областная прокуратура, полностью отказалась от предъявленных ею же ранее обвинений, заменив их на новое и, вопреки здравому смыслу, попросила максимально возможное наказание.

Уголовное дело против сибирских предпринимателей Станислава Мацелевича, Александра Ефремова, Станислава Примакова и Рафаэля Петросяна, обвиняемых в хищении и легализации денежных средств ООО «Страховая инвестиционная компания» («СТИНКО») в размере 1,7 миллиарда рублей, может повлиять на деятельность всей судебной системы региона. Подсудимым было предъявлено 19 эпизодов присвоения и растраты денежных средств и других преступных действий. Но полной неожиданностью для всех стал отказ прокурора от обвинения Станислава Мацелевича в причастности к легализации и от пятнадцати преступных эпизодов, было указано на отсутствие состава хищения денег ООО «СТИНКО». По итогам рассмотрения дела в Первомайском суде Омска представитель прокуратуры области отказался от 90 процентов всего объема обвинения, который предъявило следствие. При этом якобы причиненный Мацелевичем ущерб страховой организации уменьшился почти на полтора миллиарда рублей. А в отношении бывшего владельца ОАО «Кемеровский социально-инновационный банк» Александра Ефремова прокурор полностью отказался от обвинения в участии в хищении, оставив обвинение в легализации похищенного, однако, не указав при этом, в чем же тогда был мотив Ефремова. Может ли отказ от обвинений говорить об их изначальной несостоятельности?

Жил-был банк

Уроженец Кемерово Александр Ефремов всегда был медийной персоной в регионе. Он входил в состав Общественного совета при ГУ МВД России по Кемеровской области, по его инициативе была учреждена премия «Гнездышко» — для развития детского литературного и художественного творчества, а в 2012 году он был избран президентом Кемеровского регионального общественного Фонда содействия в развитии спорта им. Юрия Арбачакова. Именно Ефремов являлся основным акционером небольшого по федеральным меркам «Кемсоцинбанка». Причем и в России кредитное учреждение оказалось одним из старейших — банк был учрежден 17 мая 1989 года (лицензия №96). В числе клиентов банка были известные промышленные, добывающие и строительные компании региона. И никаких серьезных нареканий и претензий к кредитному учреждению со стороны регулятора за все это время не было.

Банк был небольшим, но доход приносил ежегодно. В 2017 году банк прославился на всю страну, одержав победу над Центробанком. Регулятор требовал произвести переоценку стоимости активов на балансе «Кемсоцинбанка», в частности, принадлежащих банку объектов недвижимости. Банк отказался это сделать и пошел в суд, где одержал победу. Свой отказ он объяснил тем, что переоценка привела бы к ухудшению финансового положения и нарушениям нормативов, установленных самим же ЦБ.

Это судебное решение было принято в августе 2017 года, когда банк попал в историю с банкротством ООО «Страховая инвестиционная компания» («СТИНКО») другого омского бизнесмена Станислава Мацелевича, и у владельца кредитного учреждения возникли проблемы уголовного характера. По версии следствия, фигуранты дела в 2013-2016 годах похитили у «СТИНКО» 1,7 миллиарда рублей. У банка оказались заблокированы счета, а Александр Ефремов стал фигурантом уголовного дела, возбужденного, как он считает, абсолютно бездоказательно. «Меня судят за то, что я не украл деньги, а положил их на корсчет банка, причем выручил я их от продажи своего же имущества», — возмущается в интервью «Ленте.ру» Александр Ефремов. По его словам, подписанное прокуратурой обвинение изначально не содержало ни одного доказанного эпизода. И подтверждено это тем, что впоследствии прокуратура отказалась от этих обвинений. Но обо всем по порядку.

Прицепили к делу

В начале февраля 2016 года Владислав Мацелевич (брат Станислава Мацелевича — прим. «Ленты.ру») попросил своего друга и предпринимателя Павла Яско помочь спасти от хищения деньги, находящиеся на расчетном счете подконтрольного ему ООО «Спецтехника». По словам бизнесмена, люди, на которых формально записана компания, пытались изменить доступ к расчетному счету, чтобы изъять оттуда 353 миллиона рублей. Как рассказал на одном из судебных заседаний сам Павел Яско, найти организацию, на счет которой можно было перечислить эту сумму, а в дальнейшем эти деньги инвестировать, Мацелевич ему и поручил. У Яско была компания ООО «Управление механизации "Омское"». Разместить деньги решили в 50 процентах акций ОАО «Кемеровский социально-инновационный банк», принадлежавшего другу Яско — Александру Ефремову. Как сообщает омское издание «Коммерческие вести», самому Ефремову Яско о просьбе Мацелевича не сказал, объяснив, что акции покупает его деловой партнер Алексей. Сам же свидетель выступил гарантом сделки. Средства для покупки акций банка поступили с расчетного счета ООО «Управление механизации "Омское"», в котором Павел Яско значился коммерческим директором.

Последующие события могли бы насторожить Александра Ефремова. В банк поступило письмо за подписью замначальника УЭБ и ПК УМВД РФ по Омской области Терентьева с просьбой заблокировать денежные средства, те самые 353,7 миллиона рублей, на которые в последующем были приобретены векселя. «Прошу Вас до принятия процессуального решения в порядке ст. 145 УПК РФ приостановить расходные операции по расчетному счету ООО УМ «Омское», — говорится в письме (копия документа имеется в распоряжении «Ленты.ру»). — О принятом процессуальном решении Вы будете уведомлены дополнительно».

Хотя в письме и не было юридических оснований для ограничения каких-либо действий с этими средствами, банком была организована внутренняя проверка изложенной в письме информации, которая не выявила ничего подозрительного. Как рассказывал Ефремов в ходе судебных заседаний, сотрудники подразделения экономической безопасности банка связывались с исполнителем письма УМВД — оперуполномоченным Андреем Пауткиным, который в конце февраля 2016 года пояснил, что будет принято решение об отказе в возбуждении уголовного дел, направление каких-либо дополнительных писем не планируется. Сам Ефремов непосредственно в день сделки 1 марта 2016 года еще раз лично связался с Андреем Пауткиным, и тот ему подтвердил, что вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела, и каких-либо дополнительных писем о «заморозке» средств на счете ООО «УМ-Омское» УМВД отправлять не планирует (копия стенограммы выступления имеется в распоряжении «Ленты.ру»). А чуть позднее в этот же день Яско предоставил Александру Ефремову постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 1 марта 2016 года. «Отказать в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 195, статьи 196, части 4 статьи 159 УК РФ (…) за отсутствием в деянии преступлений», — говорится в документе (копия имеется в распоряжении «Ленты.ру»). То есть на момент выпуска векселей Ефремов был достоверно осведомлен о том, что ранее направленное УМВД России по Омской области письмо уже утратило свою актуальность в связи с вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Что и явилось тем самым процессуальным решением, на которое делался акцент в письме о просьбе приостановить все движения по счету. «Гособвинитель так и не пояснил, почему вообще я должен был не доверять постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела? — задавался вопросом в ходе судебных прений Александр Ефремов (копия стенограммы выступления имеется в распоряжении «Ленты.ру). — Он сказал, что я был осведомлен об отказе, но он ничего не сказал, почему я должен был не доверять (постановлению — прим. «Ленты.ру»).

Спустя неделю Мацелевичу потребовались деньги. Как объяснял на суде Яско, тот говорил свидетелю о том, что к попытке хищения его средств подключились правоохранительные органы, и ему надо уехать из страны, а для этого нужно вернуть деньги из банка. Яско опять сослался на Алексея — якобы тот узнал, что «Кемсоцинбанк» может лишиться лицензии, а потому хочет забрать свои средства. Ефремов нужной суммой на расчетном счете уже не располагал, но позже передал эту сумму в Кемерово наличными в рублях и долларах. Свидетель написал заявление о досрочном погашении векселей по номинальной стоимости и расписку о получении средств, передав деньги Мацелевичу. Позднее стало известно о возбуждении уголовного дела, в котором фигурировало и ООО «Управление механизации "Омское"». Мацелевич тем временем уехал за границу.

По версии обвинителя, Ефремов виновен в том, что, являясь председателем совета директоров АО «Кемсоцинбанк», не обеспечил надлежащую проверку сомнительной операции по зачислению денежных средств на расчетный счет ООО «УМ-Омское» и принял необоснованное решение о признании этой операции и деятельности организации сотрудников банка нормальными. А также в том, что лично заключил договоры купли-продажи собственных векселей ООО «УМ-Омское» с представителем Яско, который, по мнению обвинения, якобы входил в состав преступной группы по части 4 статьи 160 УК РФ. А после продажи векселей через непродолжительное время принял их к погашению — тем самым, по версии обвинения, создал фиктивные условия для обналичивания поступивших на счет ООО «УМ-Омское» денежных средств. Но почему следствие считает операцию по зачислению денежных средств на расчетный счет ООО «УМ-Омское» сомнительной? Деньги переводились через систему «Альфа-бизнес» — онлайн «Альфа банка», известного своей сильной службой финансового мониторинга. «Платеж с электронной подписью клиента (…) был передан в службу финансового мониторинга, где был приостановлен до момента получения договора. После поступления договора данный платеж был согласован, и денежные средства списаны со счета клиента», — говорится в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела со ссылкой на начальника финансового мониторинга «ООО «Альфа-Банк» госпожу Гольмон. «Никто, в том числе и следователь, вынесший постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, не увидел никаких проблем в этой транзакции, — рассказывает «Ленте.ру» Александр Ефремов. — Почему же, если данная операция вызывает столько кривотолков у обвинения, то после отказа в возбуждении уголовного дела не было скорректировано поведение следственных органов — и банк не был уведомлен хотя бы каким-то образом о других следственных действиях? Видимо, в прокуратуре решили, что в банке работают медиумы».

«Выводы обвинения о «фиктивности» сделок по купле-продажи векселей бездоказательные, — говорит адвокат Ефремова Сергей Троценко. — Стороны сделки (Ефремов и Яско — прим. «Ленты.ру») в суде подтвердили наличие указанных отношений и добрую волю при подписании соответствующих документов. Каких-либо иных, опровергающих это доказательств, обвинением не представлено. Кроме того, из показаний Ефремова следует, что для него стороной сделки был не какой-то мифический директор, а конкретное лицо — Яско, выступающий представителем по доверенности. Выпущенные Ефремовым векселя действительно являлись ценными бумагами и были полностью обеспечены его имуществом». Кстати, в ноябре 2019 года, когда процесс в отношении Мацелевича вышел на финишную прямую, от Яско в суд и на имя его бывшего друга Александра Ефремова поступило письмо о том, что он желает дать показания в суде. «Ты совершенно не имеешь отношения к этому делу. Не понимаю, для чего тебя в это дело прилепили, — зачитывал тогда письмо Сергей Троценко. — Я искренне сожалею, что изначально не сказал тебе всей правды. Я готов явиться в суд и все рассказать».

Здесь можно предположить, что действительно в уголовное дело Ефремов попал случайно, а главной целью был Станислав Мацелевич, бывший владелец НП СРО «Первая Гильдия строителей», нескольких банков и «СТИНКО». Как признался конкурсный управляющий «СТИНКО» Владимир Иосипчук одному из кредиторов страховой компании, он обратился в СУ СК с заявлением о хищении (ст. 159 УК РФ) исключительно с целью продления ареста Станислава Мацелевича по просьбе правоохранительных органов. Об этом он рассказывал на собрании кредиторов «СТИНКО» (стенограмма выступления имеется в распоряжении «Ленты.ру»). Как сказал в суде Станислав Мацелевич, сделано это было филигранно. Омский областной суд отказал в продлении срока содержания под стражей по первому уголовному делу, и в день окончания этого срока к нему пришел следователь УМВД и задержал его по новому уголовному делу. Оно основывалось на показаниях бывшего гендиректора «СТИНКО» Николая Петрова, которого уже осудили. В статусе осужденного он уже давал показания в суде на Мацелевича, рассказывая о хозяйственной деятельности «СТИНКО». Но «самое интересное, что он осужден за то, от чего потом гособвинитель отказался», — говорит Александр Ефремов.

Не только легальный бизнес

История с уголовным делом Станислава Мацелевича и банкротство «СТИНКО» заслуживает отдельного рассказа. О том, что на Мацевелича давят силовики, говорил, выступая в суде, Павел Яско. Следует признать, что предприниматель наряду с легальной коммерческой деятельностью занимался обналичиванием денежных средств через подставные компании, о чем свидетельствуют материалы уголовного дела, которое в настоящее время рассматривается в Центральном районном суде Омска. Он имел хороших покровителей, но в какой-то момент потерял их поддержку.

Мацелевича вместе с двумя его подчиненными задержали 20 августа 2015 года по подозрению в незаконной банковской деятельности (ст. 172 УК РФ) и создании преступного сообщества для совершения тяжких преступлений (ч. 1 и ч. 2 ст. 210 УК РФ). По версии следствия, он является создателем и руководителем преступной организации, которая с 2011 года занималась обналичиванием денежных средств. «В своей незаконной деятельности члены группы использовали не менее 48 созданных ими фиктивных фирм, через которые обналичивали денежные средства»,— сообщало следствие.

Как писал «Коммерсантъ», нелегальная финансовая организация, действовала в регионе три года. Она оказывала банковские услуги по транзиту, инкассации и обналичиванию денег, удерживая комиссию — от 0,03 до 3,5 процента от каждой операции. По данным предварительного следствия, за три года существования подпольный банк совершил транзакции на общую сумму более 9,2 миллиарда рублей. В мае 2019 года завершилось дополнительное расследование этого дела, его рассмотрение в настоящее время идет в Центральном районном суде Омска: на скамье подсудимых девять обвиняемых.

После ареста Станислава Мацелевича все его активы остаются без присмотра. В начале апреля 2016 года ЦБ лишает «СТИНКО» лицензии, временную администрацию компании возглавила Виктория Морозова (бывшая Сидоренко), выступившая инициатором банкротства компании. Затем конкурсным управляющим «СТИНКО» становится член ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» Владимир Иосипчук. Совпадение это или нет, но и Морозова, и Иосипчук родом из Ростова-на-Дону, как и возглавлявший в тот момент прокуратуру Омской области Анастас Спиридонов, переехавший в областную столицу из Грузии в 1979 году (указом Владимира Путина отправлен в отставку в декабре 2019 года). Там Спиридонов окончил юридический факультет Ростовского государственного университета. С 1997-го по 2004 год он возглавлял прокуратуру Пролетарского района города Ростов-на-Дону, с 20 декабря 2004-го назначен заместителем прокурора Ростовской области, с 25 января 2008 года — первым заместителем прокурора Ростовской области. А в июне 2008 года был утвержден в должности прокурора Омской области.

Жертвы обмана

С введением в «СТИНКО» временной администрации события начинают разворачиваться с молниеносной скоростью. Сначала Виктория Морозова, как арбитражный управляющий «СТИНКО», обратилась с заявлением в УМВД по Омской области о преднамеренном банкротстве (ст. 196 УК РФ) со стороны номинального директора организации (и неустановленных лиц), утверждая, что непосредственно перед отзывом лицензии у «СТИНКО» ею были выявлены подозрительные перечисления денежных средств со счета организации. Затем Арбитражный суд Омской области признает «СТИНКО» банкротом (дело № А46-5158/2016). ООО «СТИНКО» признано банкротом, а по ходатайству Морозовой конкурсным управляющим утвержден Иосипчук. В середине июля 2016 года по заявлению той же Морозовой следователем СЧ УМВД по Омской области возбуждено уголовное дело № 354456 по статье 196 УК РФ в отношении неустановленных лиц.

Не последнюю роль в проблемах «СТИНКО», страховавшей балаковских дольщиков ЗАО «Саратовгесстрой», сыграло введение конкурсного производства и последующая процедура банкротства этой строительной компании. Компания возводила в городе Балаково (райцентр в Саратовской области) четыре многоквартирных жилых дома (http://kvobzor.ru/article/i2539). Число пострадавших дольщиков из-за введения конкурсного производства в ЗАО «Саратовгесстрой» составляет порядка 300 человек. СТИНК страховала ответственность «Саратовгесстроя» на сумму порядка 500 миллионов рублей, при этом дело повернулось так, что после скоропалительного введения конкурсной процедуры, затеянной по настоянию части агрессивных кредиторов, крупнейший взыскатель в лице страховщика остался за бортом реестра. Если половина потенциальной страховой выплаты гасилась сдачей дома высокой степени готовности, который возводился «Саратовгесстроем», то остальные 250 миллионов рублей становились прямым убытком «СТИНКО».

Проблемы обманутых дольщиков Балакова вышли на федеральный уровень, и, судя по всему, Владимир Иосипчук активно использовал их в рамках банкротства ООО «СТИНКО». При этом абсолютно непонятно, на каких основаниях и с какой целью обманутые дольщики «Саратовгесстроя» были признаны потерпевшими по факту хищения денежных средств «СТИНКО» по уголовному делу Мацелевича и других участников судебного процесса в Омске.

Заявление о преступлении

При этом сами дольщики «Саратовгесстроя» уверены, что конкурсный управляющий «СТИНКО» Владимир Иосипчук в судебных заседаниях Арбитражного суда Омской области прикрывается их интересами, преследуя свои личные цели.

После банкротства «СТИНКО» дольщики обращались в суд с заявлениями о включении их в реестр требований кредиторов. Пока оформлялись все необходимые бумаги, права застройщика ЗАО «Саратовгесстрой» были переданы в созданные дольщиками жилищно-строительные кооперативы (ЖСК), а недостроенные дома, в конце 2017-го и 2018 года получили разрешения на ввод в эксплуатацию. Поскольку дольщики, вступившие в ЖСК, получили квартиры, оснований для включения в реестр требований кредиторов «СТИНКО» уже не было, о чем Иосипчук как юрист-арбитражный управляющий был осведомлен. «Иосипчук не торопится исключать всех дольщиков из соответствующего реестра, поскольку такое количество кредиторов позволяет конкурсному управляющему все собрания признавать несостоявшимися ввиду отсутствия необходимого кворума. Тем самым управлять процессами самостоятельно без контроля со стороны собрания кредиторов, — говорится в заявлении о преступлении (причинившем значительный ущерб гражданам и бюджету РФ), направленном участником долевого строительства жилого дома в Балаково Надеждой Новоселовой главе Следственного Комитета РФ Александру Бастрыкину. — Так, Иосипчук, управляя процессом банкротства общества, фактически единолично и бесконтрольно совершал финансовые операции, которые позволяли выводить активы общества» (копия заявления имеется в распоряжении «Ленты.ру»). По информации из дела о банкротстве «СТИНКО», задолженность перед бюджетом РФ компании составляет около 40 миллионов рублей.

В заявлении также говорится, что Иосипчук сумел «заработать» во время процедуры банкротства «СТИНКО» более 40 миллионов рублей, направленные якобы на оплату услуг программистов, юристов, охранников и за аренду помещения: продать принадлежавший компании рыбопитомник и коттедж, оцененные государственными оценщиками в рамках уголовного дела на сумму около 150 миллионов рублей за 264 030 рублей московской компании ООО «Стройснаб». Кстати, с этой же компанией он заключил договор аренды офисного помещения в Москве за 150 тысяч рублей в месяц с 1 февраля 2016 года по 30 июня 2017 года. В настоящее время процедурой банкротства ООО «Стройснаб» занимается член ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих» Павел Энговатов, также являющийся ростовчанином. «Это же лицо мне порекомендовано помощницей Иосипчука — Морозовой в качестве стороны, которая выкупит у нас нашу задолженность, включенную в реестр требований кредиторов ООО «Страховая инвестиционная компания», и якобы будет переводить нам с мужем по 30 тысяч рублей ежемесячно, то есть 44 месяца, сообщает в письме СК Надежда Новоселова. — Таким образом, установлена аффилированность ООО «Стройснаб» с Иосипчуком». В этом заявлении она просит привлечь Владимира Иосипчука к уголовной ответственности. Письмо аналогичного содержания отправлено ею в адрес директора ФСБ Александра Бортникова.

Компанию Морозовой и Иосипчука можно связать еще с краснодарским предпринимателем Андреем Кульковым (именно он выступал учредителем и гендиректором ООО «Стройснаб», первоначально зарегистрированного в Ростове-на-Дону, а впоследствии перерегистрированного в Москве) и гендиректором ООО «Стройсервис» Екатериной Гнидиной, которая помогает Иосипчуку в банкротстве «СТИНКО». Они также случайно долго жили и работали в Ростове-на Дону. «Стройсервис», по данным системы СПАРК, владеет ООО «Альянс», директором которой является Андрей Кульков. Он же выступал и выступает генеральным директором, а где-то и ликвидатором более чем 15 фирм, большинство из которых впоследствии были обанкрочены, в том числе Морозовой.

«Все спаяно»

Может показаться, что история со «СТИНКО» — случайность, и справедливость будет восстановлена. Но почему, когда Владимир Путин едва ли не каждый год обращается к генеральному прокурору с просьбой о защите бизнеса, в Омске ситуация с тем самым бизнесом год от года только ухудшается. Так, например, по числу субъектов малого бизнеса Омская область уступает, например, Новосибирской даже не на несколько процентов, а в 2,5 раза, а Свердловской области — более чем в три раза. «Все спаяно в Омске. За одним столом чаи гоняют: судья, прокурор и какой-нибудь бандит или коррупционер», — говорил в интервью сетевому изданию «БК55» омский бизнесмен и инвестор Михаил Курцаев.

«Несмотря на законодательство, которое гласит, что по экономическим преступлениям бизнесмена не нужно арестовывать, и в стране, и у нас в городе есть примеры, когда предпринимателей заключают под стражу, — говорит омский блогер и предприниматель Евгений Долганев. — Например, того же Дениса Шестеля — у него опухоль мозга, куча других болезней, он не сделал чего-то опасного — и тем не менее его арестовывают. Аналогично — с Сергеем Калининым, много других примеров, когда предпринимателей заключают под стражу, и давление на бизнес продолжается. (…) В целом практика не меняется: что прокуратура, что УМВД с удовольствием возбуждают дела на предпринимателей. (…) Давление на бизнес идет в любом случае по всем фронтам. Либо на предпринимателей, чей бизнес интересен, либо на тех, кого надо наказать или устранить как конкурента «своего» предпринимателя».

Подтверждением этих слов может служить решение Центрального районного суда Омска от 27 августа прошлого года по иску реабилитированного омского бизнесмена Станислава Дидковского. Истец требовал взыскания судебных издержек, возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда, «причиненного в результате необоснованного и незаконного привлечения к уголовной ответственности», на основании постановления о прекращении уголовного дела в его отношении. Предпринимателя обвиняли в совершении мошенничества в особо крупном размере. В итоге суд частично удовлетворил иск Дидковского.

Кстати, еще один омский бизнесмен Василий Дякун входит в так называемый список Титова. Это перечень из 16 предпринимателей, который бизнес-омбудсмен передал президенту в феврале 2018 года. Позже список расширился до 43 человек. Все коммерсанты хотят вернуться в Россию, но не могут из-за уголовного преследования. Дякун работал в омском «Едином строительном банке», принадлежавшем Станиславу Мацелевичу, начальником клиентского отдела. В октябре 2014 года против кредитной организации завели дело по статье 172 («Незаконная банковская деятельность»). Потом в деле появилась 210-я статья — организация преступного сообщества. Были арестованы сразу пятеро сотрудников банка.

«За решеткой оказались две бухгалтерши 28 и 29 лет. Обе матери-одиночки, — рассказывал в интервью RT Василий Дякун. — Представляете, что они чувствовали, попав за решетку? Следователь предложил им в обмен на условный срок дать показания против остальных». По его словам, они ожидаемо согласились, и теперь на их показаниях строится большая часть обвинения. Василий Дякун сел в самолет сразу же, как только узнал из новостей о задержании коллег. Позже суд арестовал его заочно.

Пока же после отставки бывший прокурор Омской области Анастас Спиридонов возглавил Санкт-Петербургский юридический институт Университета прокуратуры РФ, а его первый заместитель — Александр Лоренц пошел на повышение. Теперь он прокурор Ставропольского края. Владимир Иосипчук по-прежнему управляет банкротством «СТИНКО».

Теперь главный вопрос: как подобные истории в Омской области оценивает Генеральная прокуратура и Следственный комитет Российской Федерации? «Лента.ру» отправила в следственный и надзорный органы соответствующие запросы, и редакция обязательно расскажет об их реакции. Надеемся, что это произойдет до 26 марта, когда в Первомайском суде Омска подсудимым должен быть вынесен приговор.

Константин Ляпунов

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности