Массовые протесты белорусской оппозиции

«Чтоб не поняли москали»

Белорусские националисты воюют с русским языком. Почему Лукашенко им не мешает?

Бывший СССР

Массовые протесты белорусской оппозиции

Фото: Gleb Garanich / Reuters

Пока в декабре прошлого года президент Белоруссии Александр Лукашенко вел переговоры об интеграции с российским коллегой Владимиром Путиным, в Минске проходили митинги против союза с Россией. Массовыми их никак нельзя было назвать, и многие пришли к ошибочному выводу, что националистическая антироссийская оппозиция в Белоруссии надежно зачищена. Однако это не так. Эта самая оппозиция не исчезла, и ряды ее не поредели. Просто национализм ушел из публичной сферы и плавно переместился из политической жизни в культурную, которая куда ближе широким слоям населения. Чем занимаются белорусские националисты в культурном «подполье» и почему их деятельность вполне устраивает власть, разбиралась «Лента.ру».

Последней крупной политической акцией протеста в Белоруссии был «минский майдан» 2010 года. Жесткий силовой разгон той акции привел к тому, что белорусская оппозиция, уже давно не проходившая в парламент, больше не могла делать ставку на уличный протест — Лукашенко наглядно показал, что за это будет. Следующие массовые акции прошли на фоне принятия «закона о тунеядцах» и имели скорее социальный, нежели политический подтекст. Однако оппозиционеры-националисты смогли выбрать другую, не менее успешную стратегию.

По словам эксперта фонда «Народная дипломатия» Кирилла Аверьянова-Минского, речь идет о смене стратегии белорусской оппозиции, особенно националистической ее части. «Фокус внимания белорусских националистов сместился от политики в сторону гуманитарной сферы. Во-первых, этому есть прагматичное объяснение: все-таки Белоруссия — это авторитарное государство, где занятие политикой чревато серьезными издержками, такими как длительное тюремное заключение, штрафы, дубинки омоновцев, а культурная сфера, в общем-то, относительно свободна», — объяснил собеседник «Ленты.ру».

Тихая работа

Специфика современной Белоруссии в том, что деятельность националистов практически незаметна. Казалось бы, политическое поле страны полностью зачищено, лидеры прошлого (такие как Зянон Позняк) находятся в эмиграции, а акции националистов даже в столице собирают не более нескольких сотен человек. Однако белорусские националисты ведут работу порой куда успешнее, чем на Украине или в странах Прибалтики. Так как их деятельность незаметна и ненавязчива, это позволяет им успешно распространять свое влияние на представителей власти и сотрудничать с ними.

Националисты не идут в политику. Они занимаются культурно-просветительской работой и находят здесь полное взаимопонимание с властями.

Работа националистических организаций в культурной сфере вполне укладывается в заявленную Лукашенко концепцию «суверенной Белоруссии». Главное условие такого сотрудничества — не переступать грань между культурой и политикой, что националисты прекрасно понимают

«Впервые за двадцать лет власть готова, пусть и в своих собственных интересах, делать хоть что-то из того, к чему оппоненты ее так долго призывали. Важно не только не спугнуть этот настрой, который может оборваться в любую секунду, но и самим по мере возможности быть активными», — писал еще в 2014 году оппозиционный активист, обозреватель Артем Шрайбман.

Языковой вопрос

Старейшей из белорусских националистических организаций считается «Таварыства беларускай мовы» («Товарищество белорусского языка», ТБМ). «Товарищество» существует с 1989 года и действует не только в Белоруссии, но и за рубежом: его представительства есть в Литве, Польше, России, Украине, Латвии, США, Канаде, Германии и других странах. Своей главной задачей ТБМ называет «обеспечение белорусскому реального статуса государственного языка». Для этого они проводят просветительские и научные мероприятия, издают белорусскоязычную литературу, занимаются юридической защитой прав белорусскоязычных граждан.

Председатель ТБМ Олег Трусов в 2014 году выступал против открытия в Бресте Центра российской культуры. Просветитель счел это «подготовкой к аннексии Белоруссии».

ТБМ не только активно проводит мероприятия, но и имеет связи во властных структурах. В частности, именно благодаря деятельности «Товарищества» был принят закон «Об обращениях граждан и юридических лиц», согласно которому ответы госорганов всегда должны даваться на языке обращения. Именно с этим законом связан первый в истории Белоруссии судебный приговор за использование русского языка: чиновник дал русскоязычный ответ на белорусскоязычное обращение.

ТБМ также выступило инициатором создания в Польше белорусскоязычного телеканала «Белсат», вещающего на территорию Белоруссии. Кроме того, «Товарищество» собирало подписи за открытие полностью белорусскоязычного университета, разработало закон о поддержке белорусского языка.

Вопрос языка крайне важен для националистов. Дело в том, что белорусский язык заметно сдал свои позиции за годы независимости. Если во время переписи 1999 года его называли родным 73,6 процента населения, а домашним — 37 процентов, то в 2009 году родным белорусский считали 53 процента, а говорили на нем дома 23. Последняя перепись населения прошла в 2019 году, и ее результаты пока недоступны, однако публицист Юрий Дракохруст писал в начале 2019 года, что ситуация с использованием белорусского языка в быту все еще оставляет желать лучшего.

99,4%
белорусов
предпочли бы читать на русском

В связи с этим националисты взялись за организацию бесплатных курсов по изучению белорусского языка.

Белорусский ответ Донбассу

Еще в 2012 году был запущен проект «Мова цi кава» («Язык или кофе»). Авторы проекта заявляли, что это возможность выучить белорусский язык в неформальной обстановке. Проект поддержал канал «Белсат», либерально-националистическое издание «Наша нива», а белорусский сотовый оператор «Белком» выпустил для курсов специальное приложение с белорусской клавиатурой.

Правда, первые занятия прошли почему-то в Москве. Организовала их журналистка российского Первого канала Екатерина Кибальчич, которая снимала фильм о разгоне «минского майдана» в 2010 году. Позже занятия начались и в Минске. На мероприятия приглашали деятелей культуры, придерживающихся националистических взглядов.

Обучение языку происходило с помощью игр, общения с гостями и напоминало шоу. Однако, несмотря на заявленную аполитичность, причастность к проекту националистов постоянно давала о себе знать.

Например, одна из гостий объясняла преимущество владения белорусским языком тем, «чтобы не понимали москали»

Позже националисты запустили еще один языковой проект «Мова нанова» («Язык заново»). Он даже получил государственную регистрацию.

В докладе экспертов исследовательского центра «CIS-EMO» указывается, что белорусские власти пришли к поддержке белорусизаторских инициатив на фоне событий в Крыму и Донбассе. Спекулируя на языковом и культурном конфликте России и Белоруссии, они могут оправдывать срыв интеграционных инициатив «противодействием общества» и даже стимулировать это противодействие.

Искусство на службе нации

Белорусизаторские организации работают не только с языком, но и с культурой в целом. В частности, в 2011 году был создан центр «Арт Сядзіба» («Арт Усадьба»). Он занимается продвижением белорусскоязычного творчества. В центре проводят кинопоказы, поэтические и музыкальные вечера. Какого-то противодействия со стороны властей такая деятельность не встречает, в «Усадьбе» выступал даже музыкант Дмитрий Войтюшкевич, чье творчество в Белоруссии признано экстремистским.

В 2014 году в усадьбе проводили показ фильма о Польском восстании 1863 года «Шляхам паўстанцаў» («Путем повстанцев»). В нем восстание показывалось как совместное польско-белорусское национальное движение против угнетения со стороны Российской империи. В фильме художник Алесь Марачкин заявляет, что история 1863 года особенно актуальна в свете попыток Владимира Путина расширить российскую территорию.

«Власть не препятствует деятельности таких объединений, и, в общем-то, сформирован пул белорусских националистов, с которыми власть работает, — рассказал Кирилл Аверьянов-Минский. — Тут обычно называются три фамилиии: Пальчис, Белоус и Мотолько. Например, Белоус — предприниматель, он осуществляет выпуск модной продукции с национальным орнаментом, с белорусской мовой, то есть такие вот шмотки, аксессуары, атрибуты, которые позволяют манифестировать свою белорусскость. И, естественно, это все в цветах красно-белого флага, — флага белорусских националистов. Этот бизнес приносит большой доход, об этом Белоус сам говорил в интервью. А заниматься в Белоруссии прибыльным бизнесом, тем более таким вот, связанным с символикой белорусских националистов, можно только с разрешения власти. И это разрешение у Белоуса есть».

День вышиванки

С 2014 года начался рост популярности народных орнаментов и вышиванок. До этого они играли в белорусском национализме куда меньшую роль, чем в украинском. Белорусские националисты фетишизировали именно дворянское наследие Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, считая вышиванки элементом крестьянского быта.

5 октября 2014 года в Минске прошел первый в Белоруссии фестиваль «День вышиванки», организованный уже упоминавшейся «Арт Сядзібай». Приглашенной звездой был оппозиционный политик Франтишек Вячерко.

С тех пор подобные мероприятия стали регулярными. К каким-то из них (например, к раздаче ленточек с вышиванным орнаментом) подключали правительственную организацию Белорусский республиканский союз молодежи (БРСМ), белорусский аналог советского комсомола. Суть акции, как объяснялось, «напомнить белорусам, что они не русские, а другие».

«Это достаточно эффективный инструмент, поскольку здесь совмещаются креатив молодых белорусских националистов и административные возможности государства, — объясняет Аверьянов-Минский. — Это такой симбиоз и синергия белорусского креативного класса и авторитарной государственной машины. Это работает достаточно эффективно».

«Будем белорусами»

При необходимости националисты, занимающиеся популяризацией белорусской идентичности в разных сферах, объединяются и создают вполне успешные проекты. Например, кампания «Будзьма беларусамі» («Будем белорусами») объединила журналистов, блогеров, художников, музыкантов и филологов.

В рамках кампании был выпущен мультфильм «Будем белорусами». В нем излагается националистическая версия белорусской истории «от сотворения мира до 1991 года». Акцент делается на тождестве между Великим княжеством Литовским, Речью Посполитой и Белоруссией, которые были частью Европы и воевали с «московитами-оккупантами».

Позже был запущен проект «Тузін. Перазагрузка» («Дюжина. Перезагрузка»). Известные исполнители, чье творчество не связано с белорусским языком, записывали белорусские версии своих главных песен. Принял в нем участие и российский музыкант Андрей Макаревич. В интервью он рассказал, что белорусы, безусловно, отличаются от русских европейским отношением к жизни, которое проявляется в чистоте и заботе о природе, тогда как русские привыкли «гадить», что музыкант объяснил тяжелым наследием монголо-татарского ига.

***

«Такая увлеченность родным языком объясняется тем, что в Белоруссии есть только одна четкая национальная идеология. Согласно ей, Белоруссия — наследница Великого княжества Литовского, а белорусы-литвины воевали с московитами, и эти войны рассматриваются как противостояние Европы с Азией, то есть русские скорее азиаты, — говорит Аверьянов-Минский. — Соответственно, белорусская мова — это маркер белорусской идентичности, и никакого кровного братства между белорусами и великороссами нет. Поэтому Лукашенко хочет показать всему миру, а может, и себе доказать, что Белоруссия — это не Россия, и, соответственно, ни о какой углубленной интеграции, тем более об объединении двух стран речи идти не может. И удержаться на этих позициях он может, только опираясь на националистическую идеологию, а для этого нужны белорусские националисты».

Также политолог подчеркнул, что в стратегии белорусизации Лукашенко наследует советской власти. Не секрет, что в 20-х годах XX века советская власть активно сотрудничала с национально ориентированной белорусской интеллигенцией, которая позже была устранена в ходе репрессий конца 30-х. Наш собеседник считает, что Лукашенко стремится воспроизвести эту модель: устроить белорусизацию руками националистов в своих интересах.

Националисты, в свою очередь, поняли, что если «настоящих белорусов» нет, то их надо создать, чем они и занимаются последние десять лет, реализуя проекты без ярко выраженного политического подтекста. Это не встречает сопротивления властей, так как не претендует на их политическую монополию, а иногда и находит поддержку

Что неудивительно, так как культурные проекты националистов полезны для белорусских властей. С одной стороны, это позволяет успокаивать российские элиты — мол, никаких националистов у нас тут нет, украинская ситуация не повторится. А значит, активизировать российскую soft power в Белоруссии не нужно, пустая трата денег, не с кем бороться.

С другой стороны, националистическая концепция проникает в умы граждан. И Лукашенко всерьез может сказать: смотрите, белорусский народ не хочет интеграции с Россией, он хочет жить в отдельном государстве, и это говорят не какие-то профессиональные активисты и фрики, а обычные люди.

Дмитрий Плотников

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности