Вводная картника

«Я узнал, что такое настоящая буря»

Как россиянин очутился на Синае, встретил местную Клеопатру и отправился в пещеру смерти

Путешествия

Россиянин, который отправился в кругосветное путешествие, продолжает рассказывать «Ленте.ру» о своих приключениях. В прошлой статье речь шла о его визите в Египет и столицу африканского государства Каир. Он поделился впечатлениями от общения с местными пройдохами, поездки на столичном Uber и посещения первого чуда света. В этом материале путешественник поведает о последних днях пребывания в Африке, таинственном полуострове Синай и фридайвинге в пещере смерти.

Другой мир

Я провел уже без малого год на удивительном континенте Африка, объехав его почти полностью на деревянном велосипеде. Что ж, пришло время двигаться дальше. Из Египта я отправился на полуостров Синай. У тех, кто получал пятерки по географии в школе, может возникнуть вопрос: «А разве Синай — это не Египет?»

Ответ противоречивый — и да и нет. С незапамятных времен Синайский полуостров был вратами между Африкой и Азией, а также предметом спора и местом военных действий на протяжении тысячелетий. Благодаря своему стратегически выгодному расположению и месторождениям полезных ископаемых, таких как нефть, он всегда был желанной добычей для многих народов мира.

Кроме того, именно здесь находится место, где Моисей получил откровение от Господа Бога; по этой земле евреи блуждали десятилетиями после того, как были изгнаны из Египта, и как раз через это место ислам попал в Северную Африку. Также на Синайском полуострове происходили столкновения между крестоносцами и мусульманами, арабами и израильтянами, и, в конце концов, он превратился в демилитаризованную зону, находящуюся под международным контролем.

Расположенный на побережье Красного моря, полуостров является частью территории современного Египта, но назвать Синай Египтом у меня не поворачивается язык. Синай — это отдельная вселенная, удивительная, загадочная, окутанная мистической религиозной пеленой. Здесь же расположены самые старые горы на планете, а в местных пустынях археологи находят окаменелые морские раковины, свидетельствующие о том, что миллионы лет назад весь полуостров был морским дном.

За время моего удивительного путешествия я повстречал немало интересных людей, изменивших мою жизнь навсегда. Ведь кругосветное путешествие — это не только бесконечно меняющиеся города и страны, совсем нет. Прежде всего это жизнь! Жизнь с ее удивительными поворотами, эмоциями, чувствами и встречами. И вот одна из них.

Встреча с Клеопатрой

В прибрежный город Дахаб на Синайском полуострове я решил добраться самым простым способом — на автобусе из Каира. Каждый день из столицы в направлении Шарм-эль-Шейха и Дахаба выезжают комфортабельные автобусы. Отправляются они каждые три часа, а время в дороге составляет от восьми до десяти часов (это зависит от прохождения военных постов). Некоторые автобусы военные досматривают с особым пристрастием, а некоторые не смотрят вообще.

Комфорт автобуса определяется ценой: есть билеты от 215 фунтов (860 рублей) до 440 фунтов (1760 рублей). У компании Go bus, обслуживающей этот транспорт, есть специальное мобильное приложение, чтобы такие, как я, могли забронировать поездку через интернет. Скачав его, я по непонятным мне причинам обнаружил там лишь билеты на ночной рейс до Дахаба. Приобрести его я почему-то не смог и решил, что поеду в Шарм-эль-Шейх, а оттуда оставшиеся 90 километров доберусь на местных автобусах.

На остановку я пришел минут за 15 до отправления, и транспорта еще не было, но народ уже собирался. Я только подходил к месту отправления, и мой взгляд уже выделил из группы будущих попутчиков симпатичную египтянку. Невысокого роста, стройная, стрижка каре, и красивый красный комбинезон в горошек — она напомнила мне Матильду из фильма «Леон».

Девушка мило улыбнулась, когда заметила на себе мой взгляд. Так, с минуту мы простояли молча, но потом я достал из сумки мандарин, почистил и угостил Клеопатру (так я решил называть ее про себя), она отломила несколько долек и вернула оставшуюся часть мне. Подъехал автобус, и я первым делом погрузил свои сумки в багажный отсек. Когда я зашел внутрь, то не поверил своим глазам. Сразу за водителем сидела та самая египтянка. Ее место было номер один, мое же — номер два, рядом с ней.

Клеопатра плохо говорила по-английски, собственно, я тоже, поэтому рассчитывать на долгий осмысленный диалог не приходилось. Все, что мне удалось выяснить, — это то, что она едет из Александрии, где несколько дней была в гостях у родственников, до Шарм-эль-Шейха, там она работает в отеле. У нее есть черный кот, и она мечтает о путешествиях. В свою очередь, я рассказал ей мою историю, о странствиях по Африке, приключениях, авантюрах и показал фотографии. Поскольку вести разговор, не зная языка, практически невозможно, в какой-то момент он сам собой иссяк.

Тогда я достал телефон, включил сериал «Друзья», который уже много лет всегда поднимает мне настроение, и предложил один наушник моей попутчице. Мы придвинулись поближе, чтобы было удобно смотреть и слушать, а через 15 минут после начала серии, прислонившись к моему плечу, египтянка задремала. Прикосновение щеки очаровательной девушки к моему плечу вызвало у меня самые нежные чувства. Время очень относительно, и кому-то десятичасовой переезд в не самом удобном автомобиле покажется очень длинным, а для кого-то в этом же автобусе время будет лететь со сверхзвуковой скоростью. «Есть только миг между прошлым и будущим». Мы то общались, то смотрели кино, то дремали, изобретая новые более удобные положения для этого. Самым комфортным оказалось ехать в обнимку. Так мы и сделали. Десять часов пролетели очень быстро, и автобус причалил на остановку города Шарм-эль-Шейх.

Случайная ли это была встреча? Я не знаю ни одного настоящего путешественника, который верит в случайности. Мне не нужно было в Шарм-эль-Шейх, но я просто не нашел билет в Дахаб (после я выяснил, что в Дахаб автобусы идут так же часто, как в Шарм-эль-Шейх), наши места оказались рядом, а взгляды встретились еще раньше, и нам обоим нужна была эта нежность. Так случайна ли вселенная и все, что происходит в ней, — это процесс беспорядочный и хаотичный, или же все мы встречаемся по какому-то замыслу с целью получить тот или иной опыт? Пусть этот вопрос просто будет здесь. Я же попрощался с Клеопатрой и через три часа на местном автобусе отправился в Дахаб.

Дальше в путь

На Синай я ехал к приятелю Володе, с которым мы знакомы уже лет семь. В прошлом он был вице-президентом одного из крупнейших банков России, но банковский сектор в современной России неспокойная среда. Когда перед ним встал выбор — интеграция с новым банком или «свободное плаванье», — он выбрал свободу и уже почти пять лет живет, слушая только свое сердце. Несколько месяцев в году он проводит в Таиланде, несколько месяцев — в Египте, несколько — в Европе, а иногда приезжает в Россию. В общем, путешествует и живет не там, где надо, а там, где хочется.

Сюда же Володя ездит уже несколько лет по два раза в год на тренировки по фридайвингу. Его стремление — стать чемпионом мира. Это очень амбициозное желание, но, как говорится, «цельтесь в Луну и тогда, даже промазав, вы окажетесь среди звезд». Сейчас Володя погружается на 65 метров, а за этот сезон хочет дойти до 85 метров (мировой рекорд — 130). Узнав, что я в Египте, он написал мне и предложил приехать в город Дахаб, где он снимает квартиру и готов поучить меня фридайвингу.

Дахаб — это бывшая рыбацкая деревня бедуинов, которая сейчас весьма популярна среди туристов, в особенности среди тех, кто всерьез занимается виндсерфингом, фридайвингом и просто дайвингом. Тем не менее, несмотря на популярность этих умиротворенных видов спорта, некоторые районы полуострова считаются крайне неспокойными и преступными. Помимо этого, Дахаб известен своим радушным приемом туристов-бэкпекеров, ведь до падения российского самолета этот город активно застраивался отелями и кафе. После крушения все встало, и на три года Дахаб сильно притормозил свое развитие, однако вкусившие прелесть этого места путешественники этому только рады. Атмосфера здесь по-прежнему непринужденная и расслабленная, а иностранцев гораздо меньше. Это совсем не Шарм-эль-Шейх с его бесконечными пятизвездочными отелями и далеко не Каир — мегаполис с вечными пробками и оглушающим шумом.

В семи километрах от Дахаба расположена Голубая дыра — самое опасное в мире место для дайвинга. Она представляет собой окруженный коралловыми рифами карстовый провал глубиной около 130 метров. Где-то на 55 метрах пещеру с морем соединяет проход, а нависающие над проходом кораллы образуют подобие арки, проплыть через которую решаются далеко не все. Нырнув в пещеру, больше 20 метров нужно двигаться по горизонтали, а затем еще и умудриться всплыть обратно — около 55 метров вверх. Точной статистики нет, но за последние 15 лет тут погибли не менее 130 человек. В общем, настоящая пещера смерти.

Обычные дайверы преодолевают голубую дыру с оборудованием и кислородом, ну а мой друг Володя, естественно, мечтает проплыть через пещеру и арку с задержкой дыхания! Задумайтесь только, а лучше попробуйте прямо сейчас. Вдохните побольше воздуха и задержите его на максимально длительное количество времени… Сколько вышло? Две минуты? Три? Так вот, чтобы выжить в Голубой дыре, нужно хотя бы на восемь.

Более того, задержка дыхания, когда вы сидите на стуле или лежите в кровати — это не то же самое, что задержать дыхание, когда на тебе лежит давление 10 атмосфер. Для сравнения, летчик истребителя, выполняя фигуры высшего пилотажа, испытывает перегрузки в 8-10 атмосфер. Эти же отчаянные фридайверы ныряют на глубину, потом плывут, выныривают — и все время на одном дыхании при постоянных перегрузках. Представить это, не попробовав самому, просто невозможно. Я уже объехал немало африканских стран и покорил множество горных вершин, таких как Тукбаль, Лесото и Килиманджаро. Значит, настало время опуститься на самое дно. Именно поэтому я приехал сюда, в Дахаб.

Свободное погружение

Фридайвинг — подводное плавание с задержкой дыхания — появился тысячи лет назад. Однако спортом этот метод погружения стал совсем недавно. Еще полвека назад люди наивно полагали, что нырнуть глубже 40 метров невозможно, поскольку давление попросту может раздавить легкие. Но сегодня отважные дайверы погружаются на 280 метров, а рекорд в классическом фридайвинге принадлежит русскому парню Алексею Молчанову и составляет 157 метров. Тем не менее по-прежнему существует мнение, что такие погружения граничат с самоубийством и вообще безумно вредны для человеческого организма. Но увлеченные парни и девушки, невзирая на все запреты и сомнения, все глубже и глубже погружаются в пучину бездны, нарушая привычные законы природы. Примкнуть к их рядам решил и я!

Существует два разных подхода к фридайвингу. Первый — спортивный, который подразумевает обильные тренировки и достижение результатов. Второй — йога-подход, в котором фридайвинг используется как инструмент духовного совершенствования. Володя комбинирует оба и с первого дня нашего знакомства повторяет, что главное в погружении — состояние спокойствия, умиротворения, расслабления. По его словам, чем сильнее напрягается тело, тем труднее погружаться на глубину. Поскольку наш беспокойный мозг расходует энергии в разы больше, чем все тело, важной частью подготовки к фридайвингу являются практики йоги и медитации.

Так, под его чутким руководством я посвятил тренировкам две недели, целенаправленно уделяя все свое время лишь фридайвингу, и результатом стало погружение на 30 метров. Оказалось, что удовольствие это не из дешевых, поскольку для него необходимы гидрокостюм, ремень или ошейник для утяжеления, маска, трубка, буй, на котором фридайвер отдыхает и готовится, веревка, груз, ласты, зажим для носа (это если нырять без маски) и специальные часы для погружения. К счастью, мой друг Володя дал мне все свое (запасное), кроме гидрокостюма. Я приобрел почти новый за 100 евро.

Следует отметить, что очень важной частью оборудования фридайвера является буй — это нечто похожее на спасательный круг, только с дном. Туда складывается веревка, по которой фридайвер опускается на глубину, а также груз (обычно 10-12 килограммов), который привязывается к веревке и опускается на глубину. Так, сперва мы находим подходящее для погружения место, а затем отплываем от берега на необходимое расстояние и привязываем наш буй к соседним буям других фридайверов. Такое правило существует, чтобы течение не уносило участников процесса далеко от точки дайвинга.

Погружение начинается с подготовки. Сперва необходимо сделать три глубоких вдоха и выдоха, чтобы воздух прошел в живот. Потом три вдоха диафрагмой, потом три вдоха верхней частью легких. Затем сделать полный выдох и довыдох и вдохнуть. Весь этот процесс делается для того, чтобы погрузиться в определенное медитативное состояние. Каждый человек придерживается разных способов. Некоторые считают, что такая подготовка приводит к тому, что организм под водой не в состоянии вовремя послать сигнал опасности из-за нехватки кислорода в мозгу. Мне же этот способ показался наиболее комфортным.

Первым на дно опускался Володя, у него все выходило легко и просто. Мой же первый раз тоже прошел легко: я погрузился метров на 10 и решил всплывать, хотя еще чувствовал себя хорошо. Просто мне показалось, что для первого раза хватит. Второй и последующий разы так легко мне уже не давались. Я никак не мог стабилизировать корпус, он у меня все время прогибался, голова очень хотела смотреть на дно, а должна была тянуться к нему макушкой. Как следствие, я не мог сделать качественную продувку (также очень важный инструмент фридайверов для выравнивания давления; чаще всего выполняется с помощью маневра Вальсальвы или Френкеля — прим. «Ленты.ру»).

Море — это не шутки

Вообще, вода и все эти тренировки были для меня в новинку. Я не мог расслабиться, ныряя под воду головой вниз, и меня это жутко злило. В первый день мы пробовали погружаться около двух часов. Мой лучший результат был примерно 10 метров, но мне хотелось большего, и поэтому от занятия остались смешанные ощущения. Меня постоянно сбивало наличие одновременно нескольких задач, каждая из которых перетягивает на себя фокус внимания. Нужно расслабиться, постоянно продуваться (и делать это не из живота, а корнем языка, каким-то там чудесным способом, манипулируя мягким небом), держать корпус (при этом все еще расслабляясь), держать голову, вытягивая макушку вниз, спускаться по веревке, держать ноги по направлению к поверхности воды.

Кроме того, я с трудом понимал, продуваюсь я или делаю вообще не то. Все эти разговоры про мягкое небо, «т» продувку, «к» продувку, сохранить воздух во рту для продувки, не пуская его дальше в легкие, и не продуваться, используя живот, были мне совершенно непонятны. Оказалось, что у нас, кроме дыхательного горла и пищевода, есть мягкое небо, носоглотка, гортань, горловая щель, и всем этим необходимо научиться отдельно и осознанно манипулировать. Не просто манипулировать, а делать это, плавая вверх ногами в то время, как на тебя давит толща воды и где-то там в пустоте океана в твою сторону несется акула.

В итоге Володя предложил мне попробовать нырнуть ногами вниз, и, о чудо, получилось сразу на 15 метров. Я легко продувался, чувствовал себя комфортно, а на следующей попытке уже донырнул на 20 метров. Я постоял на дне, всматриваясь в даль, постарался разглядеть акул, но, когда никто не приплыл, я спокойно и медленно начал подъем. Для меня это был фурор, но мой инструктор не разделял этого оптимизма: «Нырять нужно головой вниз, иначе это не фридайвинг. Надо тренироваться».

Тем не менее, погрузившись на 20 метров ногами вниз, я испытывал чувство восторга: я спускался все ниже и ниже, ощущая воду, давление, свое тело, тишину. Иногда, поднимая голову вверх, я видел солнечные лучи, которые проникают через воду и, как послания из другого мира, наполняют голубое пространство светом. Я чувствовал умиротворение и радость, и страх постепенно ушел. Но на следующий день я узнал, что такое настоящая буря.

В воду мы вышли практически в шторм. Море волновалось, бушевало, а волны вздымались над головой, как огромные скалы, и обрушивались на поверхность словно пенящиеся лавины. Под водой этот хаос в принципе не ощущался, поэтому даже такие условия не были помехой для наших занятий. Но в какой-то момент в 100 метрах от нас Володя увидел парня, который кричал и в панике размахивал руками. Бедолага тонул.

Мы с Володей были одни на этой глубине, и, кроме нас, помочь парню было некому. Быстро подняв груз со дна, мы с буем поплыли в направлении незнакомца. Волны были гигантскими и швыряли наши тела из стороны в сторону, словно мы случайно оказались в стиральной машинке. Вода была повсюду, нас поднимало и опускало, как на американских горках, но в конце концов мы добрались до утопающего, и он вцепился в наш буй намертво.

Затем египтянин начал сумбурно и нечленораздельно говорить что-то по-арабски и показывать пальцем в противоположную сторону от берега. Оказалось, что там был другой мужчина, еще дальше от нас, который тоже тонул. Второй бедолага совсем лишился сил и уже не мог плыть, но он был в спасательном жилете, что, вероятно, сохранило его жизнь.

Нам удалось доплыть до него, и он повис на буе без сил. Что эти два балбеса делали в штормящем море без гидрокостюмов в 500 метрах от берега, понять мне трудно. С буем и в экипировке утонуть практически невозможно, но они не потрудились принять меры безопасности. В общем, парням крупно повезло, ведь кроме нас в тот день на этой глубине никто не тренировался. К счастью, с подобными инцидентами мы больше не сталкивались.

Дни в тренировках и общении с фридайверами летели как разноцветная карусель. Так, шаг за шагом к концу второй недели я погрузился на глубину 30 метров. Я узнал, что для фридайверов это относительно средний результат. Выше среднего — 60 метров, 80-90 метров — это хороший результат, и лишь единицы опускаются на 100 метров и ниже. Занятия по фридайвингу лично меня очень увлекали, однако посвятить ему всю оставшуюся жизнь я не могу. После двух интенсивных недель я продолжал нырять, но не чаще, чем один-два раза в неделю, ведь все остальное время у меня занимало мое новое увлечение. О нем и о путешествии на гору Моисея и в каньоны Синая я расскажу в следующей статье.

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности