Россия
00:00, 9 декабря 2019

«Если будет штурм, я буду на стороне Грозного»

Чеченскую войну можно было остановить. Почему вместо этого политики перессорились?
Фото: Александр Земляниченко / AP

«Лента.ру» продолжает цикл статей о первой чеченской войне, которая разгоралась четверть века назад. В предыдущем материале мы рассказали о причинах провала штурма Грозного силами антидудаевской оппозиции при поддержке российских танкистов и о том, как брошенных на произвол судьбы военнослужащих вызволяли из плена. Через две недели после штурма, 9 декабря 1994 года, президент Борис Ельцин подписал указ «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта» — один из ключевых документов, который означал, что война, которую еще пытались остановить, все-таки начнется. Ровно 25 лет спустя «Лента.ру» заглянула в стенограммы заседаний российского парламента, чтобы понять, могли ли политики предотвратить кровопролитие.

«Матери будут ждать сыновей, но они их никогда не дождутся»

Выдержки из стенограммы заседания Государственной Думы 7 декабря 1994 года.

Михаил Бурлаков, фракция ЛДПР:

Господа депутаты и товарищи депутаты! Я возьму на себя смелость заявить, что вина за кровопролитие, которое произошло в Грозном, лежит и на Совете Думы. Потому что за два дня до [ноябрьского] штурма Грозного я ставил на Совете Думы вопрос о том, чтобы рассмотреть ситуацию в Чеченской Республике. Тогда [председатель Госдумы] Иван Петрович [Рыбкин] сказал, что Совет устал. И только представитель Либерально-демократической партии Калашников (он тогда там присутствовал) проголосовал за то, чтобы этот вопрос был включен в повестку дня. Но Совет Думы отклонил это. А вот когда в Чечне пролилась кровь, туда поехали люди. Зачем они туда поехали, когда уже кровь пролилась? (...)

К слову, председатель комитета по обороне разве не знал, что туда танки перебрасываются, что в них — русские экипажи? Танк — это что, жигули, которые ГАИ не заметила и пропустила?

Евгений Логинов, фракция ЛДПР:

Мне непонятно, почему в этом зале столько шума, когда страна стоит на пороге войны, когда рассматривается тот вопрос, который должен решить высший законодательный орган власти. Иван Петрович [Рыбкин], обращаюсь к вам и прошу при рассмотрении вопроса о положении в Чечне помимо докладов Илюхина и Юшенкова заслушать доклады представителей тех делегаций, которые выезжали в Чечню. Это первое. Второе: обязательно пригласить сюда, на заседание парламента, президента Чеченской Республики Джохара Дудаева, пригласить сюда представителей чеченского парламента. И третье: прошу направить в Министерство обороны и Федеральную службу контрразведки официальный запрос о судьбе 60 наших военнослужащих, о которых по сей день ничего неизвестно. 82 российских гражданина вошли 26 ноября в Грозный. На сегодняшний день нам известна судьба 21 из них. Куда делись 60 наших граждан? Матери будут ждать возвращения из армии своих сыновей, но они их никогда не дождутся, потому что преступники, находящиеся во всесоюзном розыске, Гантамиров и Лабазанов, расстреливали на глазах наших же российских солдат наши танковые экипажи.

***

Владимир Жириновский, фракция ЛДПР:

Скоро нас всех лишат слова. Если вы здесь кому-то пытались заткнуть глотку, то там уже готово решение: всем заткнуть глотку, всему российскому парламенту. Те, кто сегодня здесь нам мешают, — они знают об этом решении, так же, как и вы, Иван Петрович [Рыбкин]! Я вам подал документ о созыве чрезвычайной сессии российского парламента. Как вы отреагировали? Ваш телефон молчал целую неделю. Вы из Кремля не выходили. Вы возглавляете законодательную власть. Мы с 12 декабря прошлого года разделились. Если у нас снова будет политбюро кремлевское, и вы будете готовить нам новые варианты на 1995 год — так не пойдет. Должна быть позиция парламента. Если мы зачастили в Грозный — это не положительный показатель, а отрицательный. Поехали политический капитал наживать все фракции — кто больше вывезет солдат. Рынок устроили. За шесть миллионов их продают чиновники из некоторых спецслужб, а депутаты вырывают по одному. Так не годится!

***

Вячеслав Марычев, фракция ЛДПР:

Я не разделяю этого праздника, когда многие депутаты привозят солдат из Кантемировской дивизии и взахлеб рассказывают, что они их освободили. Это как раз те солдаты, которые расстреливали Белый дом. И если сегодня армия за деньги пытается продать свою Родину, то я не доверяю защиту Родины этим юным красноармейцам, которые пришли и мямлят, что они за три-четыре оклада готовы продать свою Родину. Нельзя сегодня доверить защищать стариков этим гвардейцам.

***

Николай Лысенко, 158-й избирательный округ:

Уважаемые депутаты! Мы все были свидетелями того, как буквально в течение нескольких дней Чечню забросали поездками. Самые различные визитеры там появились, в том числе и те, которые в свое время раздували конфликт в Нагорном Карабахе, потом — в Вильнюсе, и вдруг они кинулись в Чечню. Но почему-то ни у кого из нас не возникает вопроса, каково вообще-то положение русских в Чечне. Согласно тем материалам, которыми я располагаю, русские в Чечне (по крайней мере в пригороде, в сельских районах Чечни) давно уже превращены просто в сельскохозяйственных рабов. Такое же положение в Казахстане, такое же положение в Азербайджане и в других тюркских республиках. Мы, видимо, должны рассматривать не только ситуацию в Чечне, а вообще положение русских на южном фронте. Нам нужно уже вводить этот термин — «южный фронт».

Если наши депутаты ездят спасать криминально-сепаратистский режим Дудаева под предлогом защиты русских пленных, то, наверное, необходимо выяснить, в какой степени эти депутаты являются российскими депутатами. Ведь задача российского депутата — защищать территориальную целостность России, а Чечня является неотъемлемой частью России.

И мы должны знать, что не генерала Дудаева, местного кавказского бесноватого фюрера, мы должны здесь слушать — мы должны слушать генерала Грачева. (...)

Как развивались события чеченской войны, смотрите в хронологии «Ленты.ру».

Я предлагаю принять постановление о запрете самовольных поездок в район конфликта. Президент достаточно четко высказался. Мы должны спросить у президента, что сделано для подавления, для уничтожения криминально-сепаратистского режима. Если ничего не сделано, то нужно спрашивать с президента, но не с шабадов, не с юшенковых. (...) Нам, видимо, уже пора совершенно четко поставить вопросы и послушать президента. Мне совершенно непонятно, как президент России сегодня может говорить одно, завтра утверждать, что его ввели в заблуждение, послезавтра говорить, что он не то имел в виду. Мы с кем имеем дело — с президентом или с первым секретарем Свердловского обкома партии, который с дачи приехал?

И, наконец, (...) нам необходимо, видимо, принять постановление, чтобы снять рясу с попа Гапона — ой, извините, с попа Глеба Якунина. Архиерейский съезд — или (как там у них?) высший орган Русской православной церкви — принял постановление, чтобы поп Глеб Якунин не ходил в Думе в рясе и с крестом. Если это маскарадный костюм, я предлагаю депутату Марычеву надеть костюм гимназистки или мушкетера.

***

Александр Невзоров, 210-й центральный избирательный округ:

Я постараюсь говорить кратко и без эмоций. Суть дела ведь заключается в следующем: по Конституции Российской Федерации Чечня является частью Российской Федерации. Любые действия службы контрразведки (ФСК — прим. «Ленты.ру»), службы внешней разведки, любых спецорганов на территории России — совершенно оправданная и совершенно законная и естественная вещь. Более того, странно было бы, если бы они не проводились. То, что совершались они предельно неквалифицированно (людям, которые туда были заброшены или которые были завербованы, не было придано соответствующее легендирование, не были выявлены, скажем так, не найдены люди кавказского типа) — это уже дело контрразведки. Но контрразведка имеет право сохранять конституционный строй на территории России. (...)

Когда об этом начинают выть газетчики, это их дело. Но когда Государственная Дума на своем высочайшем уровне вдруг берет и публично перед миром раздевает работу государственных специальных органов — это что вообще такое?

***

Евгений Логинов:

Из Моздока вышли в Грозный 82 человека. На сегодняшний день известны судьбы следующих из них. 11 человек находятся там в плену. (Это те, которые находятся в Грозном, я не беру наших летчиков.) Четверо возвращены. В госпитале находится один неопознанный раненый. Четыре неопознанных обгоревших трупа. Два обгоревших неопознанных тела находятся в госпитале. Один умер в госпитале. (...) Судьба 55 человек сегодня безвестна. Где 55 человек, введенных в Грозный из Моздока, танковая колонна из 26 экипажей? Нужно узнать судьбу оставшихся 55 человек.

***

Владимир Семаго, фракция КПРФ:

Уважаемые коллеги! Я хочу привлечь ваше внимание к одному факту, который раньше нигде не был опубликован. Дело в том, что я по происхождению печенег. Печенеги — это народ племени, которое, по утверждениям лжеученых, вымерло. И мне очень жаль, что о русских беспокоятся так сильно, а о печенегах никто не заботится. Я считаю, что я должен выразить протест по этому поводу.

***

Омар Бегов, фракция КПРФ:

Я считаю, что сегодня вопрос по Чечне не надо поднимать, потому что об этом будут основательно говорить завтра, и считаю, что сегодня, чтобы разногласий не было (чеченские ребята стоят у Думы), и другие подобные вопросы поднимать не надо. Что касается того, чтобы пригласить сюда Дудаева и других, предложение Михайлова правильное. Завтра надо будет все эти вопросы поставить, а сегодня к чеченскому вопросу надо очень осторожно подойти, потому что мы можем себе 30-летнюю кавказскую войну устроить.

Председательствующий (Иван Рыбкин):

Уважаемые коллеги! Все предложения по повестке дня исчерпаны, позвольте перейти к голосованию. Депутат Бурлаков предложил рассмотреть вопрос о ситуации в Чеченской Республике на открытом заседании. Ставится на голосование предложение депутата Бурлакова. (Шум в зале.) На открытом. Коллеги, кто без карточек? Прошу вас. (...)

Результаты голосования (10 часов 58 минут 55 секунд)

Проголосовало за — 148 человека, 33,2 процента

Проголосовало против — 65 человек, 14,6 процента

Воздержалось — 9 человек, 2,0 процента

Голосовало — 222 человека

Не голосовало — 224 человека

Результат: не принято

8 декабря 1994 года Госдума проведет еще одно, последнее перед войной заседание, на котором будет обсуждаться чеченский вопрос. Оно будет закрытым, его стенограмму никогда так и не опубликуют.

Спустя еще три дня, 11 декабря, российские войска и силы МВД войдут в Чечню.

«Нам лгали всегда. Лгут и сейчас»

Выдержки из стенограммы тринадцатого заседания Совета Федерации 6, 7, 9 декабря 1994 года

Алексей Мананников, Новосибирская область:

Я хочу обратить внимание на некоторые отклонения от наших парламентских традиций. Дело в том, что всякий раз, когда в России происходило стихийное бедствие, когда гибли люди, мы начинали заседание с минуты молчания в память об этих людях.

Не так давно в результате действий российской авиации (как признал вчера министр обороны) в российском, по Конституции, городе Грозном погибли мирные жители. По-моему, мы должны были начать заседание с того, чтобы почтить память наших граждан.

И второе предложение. Считаю, что вопрос о положении в Чеченской Республике мы не должны рассматривать на закрытом заседании, как это у нас принято, потому что уже столько тайной дипломатии, тайной политики вокруг чеченского вопроса, что если еще и мы будем скрывать эти проблемы от общественного мнения, то нас это не украсит.

***

Борис Немцов, Нижегородская область:

Уважаемые коллеги! У меня предложение по повестке дня — к обсуждению чеченского кризиса. Считаю, что если мы действительно стоим на страже Конституции, то должны привлечь к обсуждению всех участников конфликта, включая Джохара Дудаева. Без информации, идущей с чеченской стороны, мы не сможем сделать с вами разумное, взвешенное и правильное заключение.

Считаю, что в обсуждении должны принять участие и депутаты Государственной Думы, которые побывали в Чечне и участвовали в освобождении военнопленных. А как их по-другому назвать, если люди оказались взаперти и не могут выйти наружу?

Я согласен с депутатом Мананниковым в том, что необходимо соблюдать элементарные правила приличия. Была бомбардировка, погибли люди. Я не понимаю, почему мы с этого заседание не начали?

***

Рамзан Абдулатипов, заместитель председателя Совета Федерации, Дагестан:

Я думаю, депутат Немцов, будучи оригинальным человеком по многим параметрам, и здесь проявил себя очень оригинально, потому что мы замкнулись в своей проблематике и участников этого конфликта держим вне обсуждения. Наш долг — пригласить сюда Дудаева, Автурханова, Хаджиева и Хасбулатова. Непосредственных участников этого конфликта. А кто приедет, кто не приедет, это уже их проблемы. (Шум в зале.)

***

Виктор Курочкин:

Уважаемые коллеги! То, что произошло в Чечне, — это, на мой взгляд, крах национальной политики, крах той политики, которую проводила Россия на протяжении многих десятков лет. Прав депутат [Аман] Тулеев: так было не только у нас в стране (в Тбилиси, Баку, Вильнюсе), так было и в Афганистане — так же тайно мы готовили спецслужбы, так же тайно входили, взрывали, захватывали и так далее. К чему это привело — известно.

На мой взгляд, наша власть продолжает оставаться такой же лживой, какой она была эти 70 лет начиная с 1917 года. Нам лгали всегда. Лгут и сейчас, потому что у власти все та же номенклатура. Российские самолеты бомбили Грозный, власть об этом умолчала: нет, мол, там российских самолетов, и так далее. И сейчас выясняется, что да — бомбили.

Естественно, это вопрос Совета Федерации, потому что трагические события, гражданская война происходят в субъекте Федерации. Тем более что происходящее там подпадает под нашу компетенцию, потому что военные действия можно вести только в условиях военного положения, а военное положение президент вводит с согласия Совета Федерации. Это по Конституции.

Далее. Бомбардировки могут быть в условиях чрезвычайного положения. Чрезвычайное положение тоже вводит Совет Федерации — по указу президента.

И поэтому за то, что Совет Федерации занял в этой ситуации такую позорную роль, надо отвечать. Как я уже говорил, мы еще в октябре поднимали вопрос о том, что Россия участвует в подготовке боевиков, что она вооружает их, что она посылает туда технику и так далее. На этот счет было немало сообщений. Нет, по воле председателя палаты мы ушли от этого вопроса. Дескать, там люди думают над этим, умные люди, пусть [Сергей] Шахрай этим занимается. Как они занимаются и к чему это привело, мы увидели. (...)

Сейчас генеральный прокурор отказывается вести какие-либо дела, связанные с Чечней, хотя за убийство мирных людей надо было немедленно возбудить уголовные дела и, может быть, отстранить от должности на период следствия руководителей силовых ведомств, поместить под стражу того же Грачева и других, по чьим приказам самолеты бомбили Грозный.
Если сегодня мы не решим вопрос и завтра делегация туда не поедет, то завтра я поеду туда один. И если будет штурм, я буду на стороне Грозного, буду защищать Грозный, но не на стороне Дудаева, а на стороне тех невинных людей, которые гибнут, среди которых немало представителей русскоязычного населения.

Совет Федерации снова соберется только 16 декабря, когда федеральные подразделения уже будут в Чечне.

* * *

Выдержки из стенограммы заседания Государственной Думы 13 декабря 1994 года. Прошло двое суток после ввода войск.

Александр Невзоров:

Люди, которые нас пугают масштабной кавказской войной, вероятно, очень плохо знают Чечню и очень плохо знают Восток. Не надо считать, что вся Чечня, Ингушетия — сборище шизофреников, которые с кинжалами готовы драться до конца. [Там] едва ли найдутся две тысячи человек, которые реально готовы за что-то умереть.

Геннадий Зюганов:

Режим в Москве и режим в Чечне — это близнецы. И тот, и другой пришли к власти на волне разгрома законных органов народовластия. (...) Три года формировался этот нарыв при поддержке всех, кто ныне участвует в этой операции. На наш взгляд, эта война имеет глубокие и дальние стратегические последствия. Прежде всего — спровоцировать войну православных и мусульман, слить неугодных в эту грязную воронку, замести следы экономических и государственных преступлений, добить армию и окончательно развалить систему госбезопасности.

Владимир Жириновский:

Я только вчера из Петербурга. Чего мне волноваться за Кавказ, когда вчера мне, депутату Государственной Думы, приставили пистолет ко лбу? И кто это делает? Глава администрации [Анатолий] Собчак. Если преступники возглавляют администрацию на местах, меня не интересует Кавказ, меня Север интересует.

(Спустя несколько минут)

Председательствующий:

Владимир Вольфович, завершайте, пожалейте себя, голос совсем уже...

Владимир Жириновский:

Голос ничего, как только уберем Собчака — голос прорежется, и будет все хорошо. (Шум в зале.) (...) Государственная Дума России, Иван Петрович, должна заняться сухой работой по созданию новых законов и оставить в покое исполнительную власть. (...) Позиция фракции ЛДПР — никуда не вмешиваться, соблюдать закон и просить политическое руководство страны (я заканчиваю) обеспечить защиту всех граждан России (и гражданских, и военных) в любом регионе Российской Федерации. Закон, закон и еще раз закон! (Аплодисменты.)

Владимир Лысенко:

Вводом российских войск в Чечню президент, скажем так, полностью загнал ситуацию в политический и военный тупик. (...) Я понимаю президента России, для которого сегодня вывод войск из Грозного равнозначен, в общем-то, позору политическому и военному. Мы оказались заложниками той ситуации, заложниками той партии войны, которая двигала эту ситуацию.

***

Выдержки из стенограммы четырнадцатого (внеочередного) заседания Совета Федерации 16-17 декабря 1994 года. Силы МВД и армии России находятся на пути в Грозный.

Виктор Курочкин:

Мы ехали [в Чечню] для того, чтобы сообщать о происходящих там событиях и этим способствовать примирению. Первую задачу, на мой взгляд, мы выполнили: увидели все своими глазами. Вторую задачу нам, к сожалению, не удалось выполнить, хотя в первый же день наступления мы предупреждали, что это война без конца, что это сотни и тысячи убитых, что в войне не будет победы, что она грозит распадом России.

Председательствующий (Владимир Шумейко):

Уважаемые коллеги! Должен довести до вашего сведения срочное сообщение ИТАР-ТАСС. Это произвело впечатление — то, о чем мы с утра говорили. Дудаев приказал своим воинским формированиям с 15 часов прекратить огонь и отойти на километр от линии соприкосновения с российскими войсками. Слава богу, одна сторона восприняла призыв. Думаю, вторая тоже воспримет.

Доку Завгаев, начальник отдела социально-экономических проблем республик Российской Федерации Управления администрации президента РФ по работе с территориями:

О возможных терактах диаспоры и нагнетании истерии в Москве. Это все надуманно, чеченцы этим заниматься не будут. Есть опасность, что другие, террористически настроенные группировки могут воспользоваться этой истерией. Считаю, что это надо прекратить.

Руслан Аушев:

Моральный дух солдат... Если солдат просит: «Проткните шины, отрежьте провод, пробейте бензобак, спустите топливо — я не хочу туда идти...» Так и делали пацаны. Они отрезали провода, спускали топливо. А в этой суматохе кто разберется, кто там чиркнул спичкой? Да, сгорели машины, но людей никто не убивал. Люди просили не пускать их туда. И ведь предупреждали! (...)

Они все накачанные, перепуганные, даже не знают, зачем туда идут. Во-первых, не хотят идти, а во-вторых, не знают — зачем. Они знают только, что Чечня — враг, надо ее победить и, в общем, навести там порядок. Вот такие действия и приведут к развалу России.

Подготовил Игорь Дмитров

< Назад в рубрику