Вводная картника

«Вы про Фишера слышали? Это я»

Этот маньяк годами жестоко убивал детей. Его гараж рядом с дачей Ельцина стал камерой пыток

Силовые структуры

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций о маньяках, вписавших свое имя в криминальную историю СССР и новой России. В предыдущей статье речь шла об Андрее Чикатило, пожалуй, самом известном серийном убийце Советского Союза. Сегодня наш рассказ — о Сергее Головкине по кличке Фишер. В период с 1986 по 1992 год он жестоко убил 11 школьников, самому младшему из них было всего 12 лет. Свой гараж, расположенный в 500 метрах от подмосковной дачи первого президента России Бориса Ельцина, Фишер превратил в настоящую камеру пыток. То, что он творил там со своими жертвами, трудно описать словами. Процесс над маньяком решили закрыть: для родителей погибших детей шокирующие показания могли закончиться сердечным приступом или нервным срывом.

Кипятильник в аквариуме

Сергей Головкин родился в Москве 26 ноября 1959 года. Семья мальчика жила недалеко от центра города — в районе столичного ипподрома. Мать Головкина была тихой домохозяйкой, которая любила читать и занималась рукоделием, а отец — весельчак и балагур на людях — с близкими вел себя как деспот. Ко всему прочему, глава семьи имел проблемы с алкоголем: по некоторым данным, порой в состоянии опьянения он домогался собственного сына.

Сергей с рождения отличался слабым здоровьем: врачи диагностировали у него дефект грудины, проблемы с легким и желудочно-кишечным трактом, а также энурез. Родители Головкина считали, что все можно исправить при помощи закаливания, а потому вместо походов по врачам каждый день обливали мальчика холодной водой. Правда, никакой пользы ребенку это не принесло: Сергей лишь возненавидел водные процедуры и всю жизнь старался мыться как можно реже.

Учился он хорошо — окончил школу с серебряной медалью, а одним из его одноклассников был будущий лидер группы «Крематорий» Армен Григорян. Правда, со сверстниками Головкин особо не дружил. Вместе с тем в подростковом возрасте его комплексы лишь усилились из-за появившихся на лице угрей. Девушки не обращали на Сергея никакого внимания, а парни насмехались над ним и даже били. Примерно в это время Головкин проникся ненавистью к ровесникам мужского пола: с одной стороны, он ненавидел их за издевательства над собой, с другой — завидовал успеху у противоположного пола.

В то же время молодой Головкин любил смотреть фильмы о войне — особенно эпизоды, где фашисты издеваются над мирными жителями. Подростка завораживали моменты, когда очередная жертва гестаповцев оказывалась на виселице и погибала в петле. Вскоре свою любовь к насилию Головкин стал переносить в реальную жизнь: однажды 13-летний Сергей принес домой дворовую кошку. Закрывшись в комнате, подросток повесил животное, выколол ему глаза, а затем отрубил голову и расчленил его. Убив кошку, Головкин испытал что-то вроде облегчения — на время исчезло мучившее его психическое напряжение. А потому школьник продолжил издеваться над животными и как-то опустил кипятильник в аквариум с рыбками.

С любовью к лошадям

Единственными живыми существами, которые нравились Головкину, были лошади. В детстве Сергей часто ходил на скачки, а немного повзрослев, поступил на учебу в конноспортивную школу при Тимирязевской академии. Туда же он поступил после школы, став в итоге квалифицированным зоотехником. Во время учебы Головкин занял должность секретаря комсомольской организации, хотя по-прежнему оставался нелюдим и чурался девушек.

Однажды, когда Головкин учился на старших курсах, на него напали юные хулиганы и жестоко избили. Потерпевший лишился части зубов и получил перелом носа. Возраст нападавших — 12-14 лет — и определил в итоге портрет будущих жертв маньяка: Головкин почувствовал желание издеваться над подростками, заставлять их страдать.

После окончания Тимирязевской академии Головкин устроился на столичный конный завод №1 в поселке Горки-10 (Одинцовский район Подмосковья). Сотрудники завода вспоминали, что их новый ветеринар был странным малым: он любил ощупывать половые органы кобыл, а также всегда перевыполнял план по искусственному осеменению лошадей. Но даже увлечение любимой работой не избавило Головкина от его навязчивой идеи — причинить физическую боль подростку.

Зло в чаще леса

В 1982 году Сергей Головкин попытался совершить свое первое преступление. Гуляя в лесу, он встретил мальчика лет 12 и попытался с ним заговорить. Но ребенок почуял неладное и сбежал. Тогда Головкин сделал вывод: на жертв надо нападать внезапно. Немногим позже в том же лесу Головкин напал на 14-летнего подростка, который собирал грибы, — но тот стал отчаянно сопротивляться. К тому же за деревьями показалась компания грибников, и Головкин отпустил подростка. После неудачного опыта он два года не выходил на «охоту», а летом 1984-го взял нож и отправился в лес.

Головкин шел мимо территории пионерского лагеря «Романтик», когда заметил подростка: тот проскользнул за ворота, чтобы незаметно покурить. Тогда маньяк подошел к юноше, достал нож и, угрожая им, повел жертву в лесную чащу. Сопротивляться подросток даже не пытался. Преступник нашел дерево покрепче и приказал юноше лечь на живот. Потом затянул на шее жертвы петлю — и повел на импровизированную виселицу. Судя по всему, страх был так велик, что жертва вновь беспрекословно подчинилась своему мучителю.

Перекинув веревку через сук, Головкин натянул ее, чтобы ноги мальчика оторвались от земли, и наблюдал за тем, как он задыхается и бьется в конвульсиях. Полагая, что подросток мертв, маньяк вытащил его из петли и скрылся. К счастью, маньяк ошибся: юноша выжил и, очнувшись, долго метался по лесу, не осознавая, что с ним произошло. Последствием нападения стала постгипоксическая энцефалопатия (поражение мозговой ткани). Но несмотря на это, в 1993 году на очной ставке он опознал Сергея Головкина.

Голова на память

В апреле 1986 года в один из выходных дней слонявшийся без дела Головкин долго катался на электричках по Дмитровскому району Подмосковья, пока наконец не вышел на станции Катуар, где бесцельно побрел по дороге вдоль леса.

В какой-то момент он заметил на обочине 16-летнего подростка, который катался на велосипеде и собирал березовый сок. Сергей вытащил нож и, угрожая им, повел жертву вглубь леса. Там он изнасиловал юношу, задушил его, потом перерезал горло, исколол тело ножом, вспорол область гениталий и скрылся. Ближе к вечеру близкие погибшего начали его поиски. Страшную находку было суждено сделать отцу — именно он наткнулся на изуродованное тело сына.

На следующее нападение Головкин решился через год, в июле 1987-го. Для этого он выехал в район пионерского лагеря «Звездный» в деревне Угрюмово и стал бродить по лесу, пока случайно не наткнулся на 14-летнего подростка. Маньяк повесил его на дереве и, дождавшись, пока он умрет, отсек ножом половые органы. После этого убийца снял тело, отрезал голову и, забрав ее с собой, покинул место преступления. Пройдя около 200 метров Головкин передумал и выбросил свой трофей в кусты.

Не прошло и месяца, как маньяк изнасиловал и убил 16-летнего юношу, который совершал пробежку по Мещерскому парку в Одинцовском районе. После этого Головкин решил сменить тактику: он понял, что в лесах и парках его могут однажды застать на месте преступления — а значит, нужно убежище. Между тем примерно в это время у маньяка появилась печально известная кличка Фишер, под которой он и вошел в историю российской криминалистики.

О том, как это случилось, существует две основных версии. Согласно первой, расследуя дело Головкина, сыщики опросили друга погибшего пионера из лагеря «Звездный». Тот рассказал, что в день убийства был вместе с жертвой — и они вдвоем незадолго до преступления встретили загадочного незнакомца, который представился им Фишером. Именно так звали героя школьных «страшилок» того времени, страшного убийцу и похитителя детей.

По другой версии, знакомый одной из жертв Головкина рассказал сыщикам, что якобы лично видел подозреваемого — высокого мужчину лет 30 со шрамом через все лицо и татуировкой на правой руке. Это было изображение кинжала, обвитого змеей, и надписи «Фишер». Правда, позже выяснилось, что все описание — плод фантазии свидетеля. Но, благодаря утечкам в правоохранительных органах, слухи о маньяке Фишере ушли в народ. В какой-то момент они дошли и до самого Сергея Головкина, который решил воспользоваться неожиданной славой.

«Пришла мысль использовать подвал для преступлений»

В 1988 году Головкин стал обладателем «Жигулей» темно-бежевого цвета и вскоре установил гараж на месте, которое ему выделил конезавод: участок располагался в 500 метрах от дачи первого президента России Бориса Ельцина. И тут маньяку пришла идея оборудовать в гараже «нижний этаж», где можно будет издеваться над детьми. Вскоре Фишер вырыл подвал, стены и пол которого обложил бетонными плитами. «Выкопал [в гараже] подвал, где сначала собирался делать мастерскую. Но затем мне пришла мысль использовать подвал для совершения половых актов и преступлений», — рассказывал позже Головкин.

В подвале маньяк оборудовал специальные крепления для подвешивания и пыток, а также устроил там хорошее освещение. Вскоре в логове Фишера появились кувалды, ножи, ломы, стилеты, топоры, веревки, паяльная лампа и даже скальпель. Кроме того, в арсенале Головкина был бинокль, при помощи которого он выслеживал своих жертв.

Первым в гараже Фишера умер 15-летний подросток. В один из сентябрьских дней 1989 года возле станции Перхушково (Одинцовский район Подмосковья) он сел в машину к незнакомцу, который показался ему дружелюбным. Головкин привез подростка в гараж и, заманив в подвал, несколько раз изнасиловал, после чего задушил заранее приготовленной веревкой. Тело погибшего маньяк подвесил за ноги к потолку, расчленил и даже съел несколько фрагментов тела.

По словам Фишера, это был единственный в его жизни случай каннибализма — человечина на вкус ему не нравилась. То, что осталось от тела, маньяк под покровом ночи вывез и закопал в лесу, неподалеку от 24-го километра МКАД. При этом голову погибшего Головкин оставил себе: череп он позже демонстрировал новым жертвам, чтобы сильнее их напугать.

После первого убийства в гараже Фишер стал совершать свои преступления по одной и той же схеме: он выбирал подростка (как правило, из числа голосующих на дороге), сажал в машину и увозил в гараж. Обычно Головкин быстро втирался в доверие к юношам и предлагал совершить какое-либо преступление — например, обворовать склад или магазин. Если те не соглашались, маньяк их высаживал. Но если попутчики были готовы, Фишер вез их в свое логово под предлогом взять необходимые для кражи инструменты.

При этом Головкин как бы оправдывал себя: мол, он не просто убивает подростков, а борется с потенциальными преступниками. Чтобы те, кто жил неподалеку от конезавода, не видели в салоне его «Жигулей» юных попутчиков, Фишер нередко возил их в багажнике. Подростки верили, что такой маневр необходим для конспирации — ведь им предстояли кражи... Легенда работала — и число жертв Головкина продолжало расти: в августе 1990 года маньяк зверски замучил одного, а в октябре того же года в его подвале умерли двое юношей.

«Я сказал, что сейчас буду их убивать»

Свое следующее преступление Фишер совершил 12 месяцев спустя — в августе 1991 года. Его жертвой стал 15-летний житель совхоза Неволин, который гостил у родственников в поселке Горки-10. Подросток познакомился с маньяком, когда пытался поймать попутку, и поддался на уговоры нового знакомого ограбить дачу — но вместо криминального приключения юношу ждала смерть. Фишер изнасиловал жертву, задушил, освежевал и расчленил тело. Снятую кожу убийца пытался задубить при помощи соли, а останки вывез на свое тайное кладбище за МКАД.

После этого Фишер затаился и на следующее преступление пошел в апреле 1992 года. 16-летний парень, который сел в «Жигули» к маньяку, внешне не подходил под типаж жертв Головкина — и водитель поначалу даже не собирался везти его в свой гараж. Но юноша допустил роковую ошибку: пригрозив Фишеру ножом, он попытался угнать его машину. Но тот легко обезоружил молодого оппонента и неожиданно предложил мировую, которую нужно было закрепить совместным ограблением.

Подросток согласился — и вскоре молил о пощаде в гараже убийцы. Но эти мольбы лишь разозлили Фишера сильнее обычного. Маньяк изнасиловал подростка и устроил ему страшные пытки: подвешивал на крюки, прижигал лицо паяльной лампой, надевал на лицо резиновую перчатку и смотрел, как жертва задыхается. После Головкин повесил потерпевшего, выколол ему глаза, отрубил голову и отсек конечности. Погибший стал восьмой жертвой Фишера.

Свою последнюю и самую жестокую расправу маньяк совершил в сентябре 1992 года, когда ему удалось заманить в свой гараж сразу троих подростков. Те познакомились с Головкиным на станции Жаворонки и согласились помочь новому знакомому украсть сигареты со склада. Спрятав двоих школьников в багажнике, а третьего — на полу салона своих «Жигулей», Фишер привез их в гараж. Когда подростки спустились в подвал, маньяк сказал оцепеневшим от ужаса жертвам, что сейчас будет их убивать.

«"Вы про Фишера слышали такого? Вот это я!" Еще я им сказал, что они у меня одиннадцатые и сейчас я буду их убивать — и в какой последовательности», — рассказывал на следствии Головкин.

Каждую из жертв Фишер пытал и насиловал на глазах у товарищей. А потом надевал подростку петлю на шею — и заставлял друзей выбивать табурет у него из-под ног. Самая страшная участь была уготована последнему: у него на глазах Головкин расчленил одного из друзей, по очереди доставая и демонстрируя внутренние органы. А потом Фишер взялся за последнего. Он прижигал подростка паяльной лампой, подвешивал и насиловал... Раскаленной проволокой маньяк выжег на теле мальчика матерное слово, а затем повесил его. Мертвым жертвам Фишер выколол глаза, снял с тел кожу и срезал мышечные ткани. С одного из погибших убийца снял цепочку, на которой висела икона. Ее маньяк выбросил, а цепочку оставил себе.

Останки погибших Головкин закопал в лесу, неподалеку от платформы Часцовская — примерно в том районе, где убил пионера из лагеря «Звездный». Но на этот раз он допустил ошибку. Дело в том, что в момент знакомства с подростками на станции Жаворонки в компании было не трое, а четверо школьников. Но один отказался «идти на дело», что и спасло его от страшной смерти. А у следствия по делу Фишера наконец появился важнейший свидетель.

Поседевшие жертвы

Уже после первого убийства, совершенного Сергеем Головкиным в Дмитровском районе Подмосковья, следователям удалось составить словесный портрет маньяка. В этом помогли местные жители, которые видели странного, долговязого и сутулого брюнета с рубцами от угрей на лице. Правда, всякий раз, встречаясь со случайными прохожими, загадочный мужчина старался отворачиваться — и хорошо разглядеть его никто так и не смог. Поэтому первый фоторобот Фишера оказался мало похож на маньяка и не принес пользы следствию.

При этом расправы над подростками в Московской области сыщики связали в серию лишь в 1986 году: к тому моменту стало понятно, что преступления — дело рук серийного убийцы. Тогда в экстренном порядке была создана следственная группа, куда вошли лучшие следователи Одинцовского района: началась широкомасштабная операция под названием «Удав» (оно, к слову, стало второй кличкой Головкина). Оперативники проверили около 50 тысяч ранее судимых и психически больных подозреваемых — но убийцы среди них не было. Правда, попутно следствие раскрыло более двух тысяч преступлений, не относящихся к делу Фишера.

Преступления Головкина в какой-то момент попытались приписать самому известному маньяку СССР Андрею Чикатило: убийцы орудовали в одно то же время. Но, изучив характер и типаж жертв Чикатило, следователи быстро пришли к выводу, что почерк преступлений двух маньяков отличается. Учитывая историю еще одного советского серийного убийцы, заслуженного учителя из Невинномысска Анатолия Сливко, оперативники стали проверять педагогов, руководителей кружков и тренеров. Но Фишера и среди них не оказалось.

Тем временем в Одинцовском районе продолжали находить изуродованные детские тела. Фрагменты расчлененных тел порой выкапывали животные и растаскивали их по окрестностям, поэтому на поиски всех останков у следствия уходило много времени. Особенно поразило оперативников то, что волосы на головах некоторых жертв были абсолютно седыми — отражение того ада, в котором школьники побывали в свои последние часы жизни.

Следователи предположили, что маньяк, за которым они охотятся, — житель Одинцовского района: приезжий вряд ли стал бы совершать все преступления в одной и той же местности. В пользу этой версии говорил и важный факт: когда в августе 1991 года Фишер похитил юного жителя совхоза Неволин, в Одинцовском районе уже было введено чрезвычайное положение. Приезжий преступник вряд ли смог бы действовать в такой обстановке столь нагло и незаметно для оперативников: искать нужно было местного жителя.

Догадались сыщики и о том, что у маньяка есть автомобиль, на котором он вывозит тела убитых. Кроме того, подозреваемый с большой долей вероятности имел отношение к животноводству: на одном из мест, где нашли расчлененные останки очередной жертвы Фишера, был обнаружен кусок кожи в кормовой соли. То, как умело Головкин расчленял тела, подсказало сыщикам, что у подозреваемого явно имеются обширные познания в анатомии. А значит, он мог либо работать на скотобойне либо иметь медицинское или ветеринарное образование.

В поисках «стационара»

В ходе операции «Удав» сыщики устроили масштабную проверку лиц, подходящих под параметры предполагаемого преступника и зарегистрированных на территории Одинцовского района — в Голицыно, Звенигороде, Горках и Перхушково.

Фишер действительно проживал в этом районе, в служебном здании конезавода. Но прописка у него была московской — и он оказался вне поля зрения следствия. Тогда сыщики стали размышлять насчет места, где маньяк расправлялся с подростками. Вот как об этом рассказывал старший следователь по особо важным делам при генпрокуроре России Евгений Бакин:

«Из захоронения останков подростка по имени Никита в ходе осмотра места происшествия извлекли клок волос. Экспертное исследование установило, что они не принадлежат потерпевшему. Это были (...) волосы другого подростка, убитого год назад. Данное обстоятельство указывало на то, что преступник разделывался с жертвами в каком-то одном месте — "стационаре"».

Сыщики могли бы еще долго искать этот «стационар», а Фишер убивал бы дальше. Но тут следствию, наконец, улыбнулась удача — у них появился ценный свидетель, тот самый школьник со станции Жаворонки. Подросток тут же вспомнил, как вместе с товарищами познакомился с неким мужчиной, зоотехником с конюшни по имени Сергей — передовиком производства, награжденным в 1989 году серебряной медалью ВДНХ СССР. Обо всем этом Фишер сам рассказывал будущим жертвам.

Головкина быстро вычислили, но задерживать не стали: тела последних трех жертв маньяка к тому времени обнаружены не были, а значит, и предъявить подозреваемому толком было нечего. Однако наружное наблюдение за объектом оперативники все же установили. В начале октября 1992 года могила, где Фишер закопал останки троих жертв, наконец была обнаружена: Головкина решили брать. И в тот момент, когда маньяк на своих «Жигулях» колесил по Одинцовскому району в поисках очередной жертвы, его машину протаранил милицейский автомобиль. Но просто сдаваться Головкин не собирался: он попытался вырваться от оперативников и сбежать — впрочем, безуспешно. Фишера доставили в отделение и приступили к допросу.

Кошмар для арестантов

Выяснив, что прямых улик против него нет, Головкин успокоился и принялся отрицать любую причастность к серии преступлений. Сыщики пытались расколоть его около семи часов подряд — но так и не добились цели. Фишера уже собрались было отпустить, но тут в дело вмешался начальник уголовного розыска ГУВД Московской области Николай Чекмазов. Он дал распоряжение задержать подозреваемого до утра и после продолжить допрос.

Головкин не ожидал такого поворота — и стал подозревать, что следствию удалось найти против него какие-то улики: ночью в камере он совершил неудачную попытку самоубийства. Тем временем оперативникам удалось получить ордер на обыск гаража Фишера. Когда милиционеры спустились в подвал, им сразу стало ясно: никакие признательные показания Головкина им больше не нужны. Все помещение было в крови — ее следы остались на стенах, крюках, ножах, топоре и разорванной на куски школьной форме. А в оцинкованном корыте лежали обгоревшие куски человеческой кожи, также в запекшейся крови...

Узнав о результатах обыска, Фишер перестал отпираться и начал сотрудничать со следствием. Безо всякого раскаяния он указал на места захоронений убитых подростков и спокойно рассказал о своих зверствах. При этом свои страшные истории Головкин сопровождал скабрезными шутками и дерзил сыщикам. Однажды следователь попросил маньяка рассказать, что именно он делал со своими жертвами. «Приведи сына — покажу», — с ухмылкой ответил Фишер. Пояснил он и то, почему не обзавелся собственной семьей: «Боялся, что сделаю с собственным сыном то же самое, что и с теми мальчиками».

На время следствия Головкина поместили в столичный СИЗО «Матросская Тишина»: камеру он делил еще с двумя арестантами. Когда те узнали, в чем обвиняется их сокамерник, то стали спать по очереди: они боялись, что Фишер убьет их во сне. Его странное поведение пугало арестантов: услышав анекдот, маньяк хохотал по полчаса, пока его глаза не становились красными. В итоге Головкина решили поместить в камеру-одиночку.

Итогом работы следствия стали полностью доказанные 11 убийств подростков в возрасте от 12 до 16 лет, которые Головкин совершил с 1986 по 1992 год. Подробности его преступлений едва уместились в 95 томов уголовного дела. Следователи обоснованно полагали, что жертв у Головкина может быть гораздо больше: за период, когда орудовал маньяк, в Одинцовском районе Подмосковья пропали около 40 подростков. Но Фишер внезапно прекратил говорить и сознаваться в других эпизодах не стал. Он прекрасно понимал, что и 11 убийств с лихвой хватит для назначения ему высшей меры наказания. Ко всему прочему, специалисты из института Сербского признали маньяка вполне вменяемым, хотя и нашли у него признаки шизоидной психопатии.

Без права на жизнь

Судебные слушания по делу Сергея Головкина проходили в закрытом режиме: от содержания материалов его уголовного дела кровь в жилах стыла даже у оперативников. А потому сторона обвинения опасалась, что родственники жертв могут просто не пережить показаний о подробностях убийств. Тем не менее в ходе процесса за жизнь Головкина отчаянно сражался его адвокат: он пытался доказать, что его подзащитный расстрела не заслуживает, поскольку имеет положительную характеристику с места работы и сотрудничал со следствием.

В то же время Фишер большую часть процесса сидел на скамье подсудимых с закрытыми глазами и, казалось, не реагировал на происходящее. Однако в какой-то момент маньяк сообщил суду, что был бы не против смертной казни. 19 октября 1994 года суд удовлетворил ходатайство подсудимого.

Однако, получив «вышку», Фишер неожиданно передумал умирать и через адвоката принялся строчить жалобы во всевозможные инстанции. По иронии судьбы, решающий отказ осужденный получил в день своего рождения — 26 ноября 1995 года. Свои последние дни маньяк доживал в спецблоке «Бутырки».

Его расстреляли в августе 1996 года за несколько месяцев до введения моратория на смертную казнь — Фишер стал последним маньяком, казненным в России. По некоторым данным, тюремщики нарушили заведенные правила и специально сообщили заключенному, что ведут его на расстрел, — чтобы Фишер испытал хоть часть того ужаса, который пришелся на долю его жертв.

Автомобиль Сергея Головкина сожгли, а гараж сровняли с землей. На месте, где он стоял, появился стихийный мемориал жертвам одного из самых жестоких маньяков России. О страшных событиях, творившихся близ конезавода, сегодня напоминает траурный венок на дереве.

Обратная связь с отделом «Силовые структуры»:

Если вы стали свидетелем важного события, у вас есть новость или идея для материала, напишите на этот адрес: crime@lenta-co.ru


Анна Комиссарова

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности