Лента добра
Путешествия
Больше интересного — в нашем Facebook

«Они набивали пакеты всем, что казалось съедобным»

Как россиянка мечтала попасть на португальский пляж, а оказалась в пугающем гетто
Фото: Ramesh Amruth / Diomedia

В Португалии, кажется, побывал всякий уважающий себя путешественник. Все сфотографировались «на краю Европы», все подивились разноцветной плитке и даже прикупили пару квадратиков себе на кухню, каждый получил удовольствие от катания на желтом трамвае. И неважно, что народу там столько же, сколько в метро в час пик. Все, конечно, попробовали пирожные с заварным кремом. Но редкий турист свернул с проторенной дорожки, чтобы побывать в другой, не самой гостеприимной части страны. Корреспондентка «Ленты.ру» хотела полюбоваться закатом с бутылкой винью-верде на пляже и случайно забрела в лиссабонское гетто.

«Над свалками кишели мухи и... люди»

После целого дня в плавящемся от 40-градусной жары Лиссабоне, когда горожане лениво тащатся по домам из офисов, а китайские туристы продолжают толпиться у каждой достопримечательности, крепнет соблазн убежать к океану. Тем более на многочисленных форумах путешественники пишут: по всему западному побережью страны разбросаны потрясающие пляжи, а добраться из столицы до одного из них можно минут за 20.

Я поймала такси, увидела в навигаторе длинную желтую полоску с пометкой в виде зонтика и ткнула в нее таксисту. «Почему именно сюда? Вы в этом уверены?» — спросил на кривом английском чернокожий водитель, явно не одобряя мой выбор. Я улыбнулась и пожала плечами. Почему-то тогда мне и в голову не пришло, что удивляется он неспроста.

Вместо запланированных 20 минут до места назначения мы добирались около часа. А когда добрались, таксист рванул в обратном направлении, и меня охватил легкий невроз. Вместо широкого безлюдного пляжа с парочкой загорелых серферов, который стоял перед глазами всю дорогу, передо мной предстало самое настоящее гетто. Да, где-то вдали виднелось подобие океана. Только был он какой-то непривлекательно бурый. Вокруг — заросли обезвоженных кустов, бетонные сооружения и ни одной человеческой души. Наверное, промзона. Запекшиеся на солнце Текстильщики.

Ну что ж, хотела встретить закат на пляже — значит, пойду встречать. Пробравшись через колючки к воде, я стала очевидицей неожиданной картины: на пляже все же были отдыхающие. На первый взгляд казалось, что все здесь в принципе как надо: молодые девушки в ярких купальниках валялись на песке и громко сплетничали, а рядом с ними бегала собака — хромая, ободранная. Тучные матери купали тощих детей. Только это было не купание, а вечернее мытье: вокруг них пузырилась пена. Еще одна кучка детей резвилась на пляже — взрослые, лет по десять. И голые. Все до единого «отдыхающие» были чернокожими.

Уже потом я узнала, что приехала вовсе не к океану, а на берег реки Тежу, где действительно живут беженцы.

Картина эта меня не слишком вдохновила. К счастью, в конце пляжа я увидела деревню и решила осмотреть окрестности, раз уж романтическая идея с закатом у океана провалилась. По пути к ней мне довелось испытать уникальные ощущения, ради которых стоило пожертвовать ужином в чистом ресторане Лиссабона: я преодолела несколько настоящих смердящих свалок, над которыми кишели мухи и… люди. Они набивали пакеты всем, что казалось более-менее съестным или пригодным в хозяйстве. Далее последовала вереница постаментов из проволоки, на которых сушилось выцветшее синтетическое белье. Под ним — тазы с мутной водой.

Перед поселком мной хотели поживиться два тощих пса, но у них не хватило сил перепрыгнуть через бетонный забор, пришлось ограничиться пронзительным лаем. Собаки были повсюду. Они сидели на крышах машин со спущенными колесами и одноэтажных бетонных построек без окон и дверей, носились по разбитым дорогам, выискивали пищу среди помоев. Вместе с ними прямо по камням бегали босоногие дети, кричали что-то совсем не по-португальски и перешептывались, украдкой глядя на белую туристку.

Наконец я добралась до деревни. Обстановка здесь была чуть дружелюбнее. На набережной выстроились ряды рыбацких лодок. В них, конечно, тоже лежали собаки, но им было неинтересно бросаться на прохожих. У некоторых домов появились балконы с палисадниками. Там на школьных стульях сидели старики и ничего не делали. Кое-где (скорее всего это была главная улица) были открыты магазины и кафе. На «верандах» отдыхали гости. Курили, напивались, с азартом швыряли на стол карты — в общем, наслаждались жизнью. Но самое главное ждало меня впереди. Прогулявшись до конца поселения, я увидела лестницу. Она-то и вела к тому самому пляжу, который я представляла себе в такси.

«Эти же или косяки крутят, или волны рассекают. А в основном и то, и другое»

Конечно, к португальским пляжам, а особенно диким, удобнее всего пробираться на фургоне. Путешественников, которые оставили привычный городской образ жизни и отправились изучать планету в доме на колесах, в стране предостаточно. Здесь к этому располагает абсолютно все: благоприятный практически в любое время года климат, дешевые (по сравнению с остальной Европой) продукты питания, развитая сеть автодорог и нескончаемый поток единомышленников.

Из душного Лиссабона я направилась к югу, вдоль побережья Алентежу, в уютный провинциальный городок Сантьяго-ду-Касем. Дорога до него займет около двух часов, если не отклоняться от маршрута. Добравшись до места, я увидела, что пляжи Алентежу ничем не уступают популярному туристическому Альгарви. Поскольку западное расположение подставляет их мощным ветрам с Атлантического океана, вода здесь чуть холоднее, но для того чтобы освежиться после долгой, хотя и приятной, поездки за рулем — она подходит идеально. Да и обстановка здесь спокойнее — со мной на пляже были только несколько семей из близлежащих деревень.

Скоро я узнала, что очутилась недалеко от Лагоа-ди-Санту-Андре, где расположены два самых лучших пляжа страны. И на одном, и на другом — организованы комфортные кемпинги, и повсюду видны объявления с предложениями снять комнату или целый домик. Ну, а здешние волны — настоящий рай для серфингиста.

Но в тот день мне хотелось найти безлюдное, дикое место — и я выбрала новую точку на навигаторе. Через несколько минут он повелел мне свернуть с трассы на узкую проселочную дорогу, окруженную соснами. Но она скоро оборвалась, а вместе с ней и асфальтовое покрытие. Дальше нужно было пробираться по насыщенно-алой глинистой тропинке. Неудивительно, что многие португальцы предпочитают полноприводные машины — бездорожья в стране хватает.

Игра стоила свеч. Поскольку я приехала сюда ранним утром, или, может, благодаря тому, что к этому месту действительно не так просто пробраться, я нашла именно то, что искала. Передо мной распростерлись километры чистого, ничейного, пустынного пляжа. Подъехав чуть ближе к океану, вдали я увидела фигуру одинокого рыбака.

Я припарковала машину и медленно побрела в его сторону босиком, не всегда успевая отпрыгнуть от обжигающей стопы пены. Мне хотелось сфотографировать его, разумеется, с почтительного расстояния. Но старик меня заметил.

— Из Германии. Я прожил там всю жизнь. Женился, работал, растил детей — как все. Ничем, в общем, не примечательная жизнь, — рассмеялся мой собеседник. — Нет, жену я очень люблю, ты не думай. Она умерла два года назад. А я теперь живу в Португалии. Тут теплее, дышится лучше, да и, признаться, цены намного ниже. Сыновья иногда меня навещают, но эта деревня, — старик повернул удочкой куда-то в сторону подъезда к пляжу, — их что-то не вдохновляет. Один, примерно твой ровесник, сейчас тусуется в Лиссабоне со своей девушкой. Там им, конечно, веселее. Удивлен, кстати, что встретил тебя так далеко от столицы. Еще и без доски. Молодежь здесь такая, разболтанная, совсем ни о чем не думает! Не знаю, как у вас в России, а наши так себя не ведут. Или, может, просто мне так хочется в это верить. А эти же или косяки крутят, или волны рассекают. А в основном и то, и другое.

Как-то фиолетово

Через день я вернулась в столицу. В Лиссабоне я была уже не первый раз и задерживаться здесь мне совсем не хотелось. Все та же Торговая площадь яичного цвета, все та же цветная плитка азулежу пятивековой давности, все те же желтые трамвайчики, которые можно посмотреть в Instagram любого модного блогера. И чистильщики обуви — по-прежнему сидящие под палящим солнцем в центре города и драящие ботинки любому желающему. Однако на этот раз я заметила в городе то, что смогло меня поразить.

Все улицы залил яркий фиолетовый цвет. Он облепил здания, расстелился на улицах и площадях, торчал из всех переулков и попадал в объектив камеры в самый неподходящий момент. Поднимешь голову, чтобы сфотографировать фасад какого-нибудь дворца, а над тобой — снова все фиолетово. Жакаранда — по-португальски произносится с ударением на последний слог — явление, знакомое каждому горожанину.

Это вечнозеленое дерево в период своего цветения, который длится с мая и до середины июня, преображает город. Родина жакаранды — Южная Америка. А в Лиссабон ее завезли из Бразилии много лет назад. Цветение жакаранды — настолько важное событие, что многие туристы специально планируют путешествие в Лиссабон именно в конце весны. Считается, что по зрелищности оно не уступает цветению японской сакуры.

Индейцы, коренные жители Южной Америки, владели секретом чудодейственного зелья, которое варилось из фиолетовых цветов. Согласно легенде, напиток был способен обострить внимание и сконцентрированность принявшего, а также сделать его добрее по отношению к окружающим. Жакаранда была символом просвещения и мудрости.

Рецепт снадобья, к сожалению, позабыт, и португальцам остается лишь любоваться цветением и богатеть от туристического наплыва. Хотя и сегодня жакаранде нашлось достойное применение. Его прочная древесина, окрашенная в благородные темно-красный или шоколадно-бурый оттенки с фиолетовым отливом, стала материалом для изготовления дорогой мебели, паркета и даже музыкальных инструментов.

От зловещего гетто по ту сторону реки и прячущихся за бездорожьем пляжей до невероятно красивых природных явлений — Португалия полна сюрпризов. Они доступны каждому, кто рискнет пренебречь советами гидов. Главное — обзавестись стальными нервами и способным автомобилем.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики