Лента добра
Из жизни
Больше интересного — в нашем Telegram

Настоящий боец

Эта девочка мечтала стать американкой. Ей пришлось стерпеть боль, кровь и голод
Дина Найери
Фото: страница Dina Nayeri в Facebook

Когда Дине было 10 лет, ей пришлось бежать из Ирана вместе с матерью. Первые годы в США были самыми тяжелыми. Девочка мечтала стать настоящей американкой и поставила перед собой почти недостижимую цель — учеба в Гарварде. Ради нее она решила стать чемпионом по тхэквондо. «Лента.ру» рассказывает о юности американской писательницы иранского происхождения Дины Найери.

В 1988 году матери Дины Найери пришлось уехать из Ирана. Она не могла оставаться на родине — там ей грозила смертная казнь за переход в христианство. Отец Дины чудом раздобыл загранпаспорта для жены и детей: один из его пациентов работал в паспортной службе и согласился помочь в обмен на бесплатное лечение. 10-летняя Дина с матерью и младшим братом смогли добраться до Дубая и через год получили убежище в США.

В американской школе девочка терпела насмешки одноклассников и мечтала, как вырастет и поступит в престижный университет Лиги плюща. Поскольку все ее познания о престижных университетах были почерпнуты из старых фильмов, Дина невольно представляла себя на месте их персонажей — состоятельных белых американцев из хороших семей. В действительности она не имела с ними ничего общего. У нее не было ни денег, ни связей, а без них получить хорошее образование куда труднее.

В библиотеке Дине попалась книга о вступительных испытаниях в колледжах и университетах. Ее взгляд зацепился за слово «Гарвард». «Книга сообщала, что если хочешь поступить в лучшие университеты, мало быть просто отличницей, — вспоминает она. — Нужно получать медали и награды. Нужно либо иметь достижения в спорте или творчестве, либо быть гением в какой-то области. Победа в национальном чемпионате тоже не повредит».

Она решила во что бы то ни стало поступить в Гарвард. Это будет целью ее жизни. «Я могу заниматься спортом. Почему бы и нет? — размышляла Дина. — Когда мы только просили убежища, мама учила меня плавать под палящим солнцем Эмиратов. В Иране она играла в теннис и ездила на лошади, но потом случилась Исламская революция, и ее спортивное тело пришлось спрятать под одеждой и забыть».

Дине нравилось плавание и теннис, но в Оклахоме, где она жила, ими занимались только девочки из богатых семей. Она видела их в школе, мечтала стать такой же и одновременно ненавидела. «Они все были на десять сантиметров выше меня, у каждой — хвостики из густых светлых волос, бьющие по лицу, когда идешь мимо, и бедра, которыми можно придушить небольшую козу», — вспоминает она.

Как раз тогда подруга позвала ее в секцию тхэквондо. «Это было очень странное место: протестантская школа боевых искусств под названием Kicking Christian Soldiers, — рассказывает Дина. — Ее возглавлял белый мужчина с телом морского пехотинца, которого звали Керри, и его грозная тайская девушка Шери. Для нас она стала главным козырем этой секции: богатеньким дурам из школы до нее было, как до Луны».

Каждые выходные в секции устраивали соревнования, победа в которых приносила медали, а в перспективе — давала право на участие в национальном чемпионате. У Дины родился план: «Можно поголодать, ненадолго сбросить вес и попасть в более легкую весовую категорию. Тогда останется побить тощих соперниц с зелеными поясами — и путевка в Гарвард в кармане».

Тем временем ее мама вышла замуж за другого иранского иммигранта. Его звали Рахим, и, какое совпадение, у него был черный пояс по тхэквондо. После переезда в США занятия спортом спасали его от одиночества. За это он полюбил корейскую культуру всей душой и даже иранские блюда готовил на корейский манер. Его кулинарным шедевром были корейские ребрышки на иранском рисе басмати.

Рахим не одобрял интерес падчерицы к тхэквондо. «Этот спорт не для девочек», — говорил он и отказывался платить за секцию. Тогда Дина изменила стратегию и объявила, что навыки самообороны помогут ей выжить в Америке, где «повсюду бродят насильники». В итоге родители сдались.

Дина стала ходить на тренировки три раза в неделю. «В спортзале мне было комфортно, — рассказывает она. — Там все одевались одинаково, все пахли потом, излишества были под запретом, и дорогие, и дешевые прически собирали в функциональные пучки, а болтовня не одобрялась». На занятиях по тхэквондо американцы, иранцы, мексиканцы и тайцы были на равных, а национальные различия уходили на второй план.

Дина не щадила себя. Она била грушу до кровавых мозолей на руках и ногах, не обращала внимания на боль и продолжала тренироваться. «Я любила побеждать в мужском спорте, — вспоминает она. — Меня столько всего злило: хиджаб, Исламская республика, жирные американцы в церкви, которые стыдили женщин за то, что слишком много хотят, школьные футболисты, которые считали себя лучше всех».

Постепенно ее движения стали четкими, а удары — сильными. Дина все чаще одерживала победы и получила желтый пояс. У нее было преимущество перед другими тхэквондистками: она умела ломать доски ударом. Девушки очень редко участвовали в таких состязаниях.

Теперь Дина ходила в секцию каждый день — сначала на час, потом стала пропадать там на два-три часа. Рахим продолжал критиковать падчерицу, но понимал, что она делает успехи. Иногда они вместе тренировались в гараже. «Я выигрывала все чаще и получила следующий пояс. Пару раз мне разбили нос, — рассказывает Дина. — Мне было плевать. Все равно это не красивый европейский нос, который мне хотелось».

В 15 лет Дина поехала на чемпионат штата, а через год начала готовиться к национальным соревнованиям. Заниматься приходилось с утроенной силой. «Я держалась на яичных белках, тунце с уксусом и горчицей, запеченной картошке и водянистых фруктах, — пишет она. — Пришлось отказаться даже от прекрасных корейских барбекю Рахима — это была самая большая жертва».

Девушка почти перестала есть, после школы часами не выходила из спортзала, а потом до утра учила историю, алгебру и химию. От упорных тренировок у нее исчезла грудь и прекратились месячные. Ночью она просыпалась в слезах и рыдала на руках у матери: «Я никогда не поступлю в Гарвард! Так и умру обыкновенной и никому не нужной». «Боже, Дина, — фыркала мать. — Ты поступишь. Лучше скушай что-нибудь».

За полгода до соревнований Дина сорвала спину. Любой подъем ноги, не говоря уже об ударе, вызывал острую боль. На время лечения тренировки пришлось заменить плаванием в бассейне. Как только боль стала терпимой, девушка вернулась в спортзал. Об отказе от чемпионата не могло быть и речи. «Я давно не мыслила себя без этой медали, — объясняет она. — В колледже мои будущие одногруппники будут спрашивать друг друга, как они туда поступили. И тогда я не буду "беженкой" или "иранкой". Я буду девочкой, которая поехала на чемпионат США и показала там, где раки зимуют».

Проблема заключалась в том, что Дина была одной из самых легких спортсменок в средней весовой категории. В ней она наверняка проиграла бы — а тогда прощай Гарвард. Чтобы сбросить вес перед соревнованиями, Дина совсем перестала пить воду и на всякий случай прихватила с собой слабительное. В итоге ей удалось попасть в легкую весовую категорию, имея в запасе лишь четыре грамма.

Жертвы были не напрасны: она получила заветную медаль. Достигнув цели, Дина тут же бросила тренировки и диету. Тренер был в шоке. Он не мог понять, куда делась ее страсть к спорту. «Какая страсть? — ответила она. — Я не спортсмен. Все было ради Гарварда».

В Гарвард Дина Найери так и не поступила, зато ее приняли в Принстон — другой университет Лиги плюща. После школы она старалась не вспоминать об Иране, избавилась от акцента и покрасила волосы в каштановый цвет. Пластический хирург сделал ей «европейский» нос, с ним никто не отличил бы ее от обычной американки. «Если у меня не может быть своей страны, пусть будет что-то другое, но такое же непоколебимое, — думала она. — Моим домом будет Принстон».

Когда девушка уезжала в колледж, Рахим подарил ей открытку. «Я горжусь тобой, — было написано в ней. — Ты — настоящий боец. Раньше я этого не понимал».

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики