Лента добра
Интернет и СМИ
Больше интересного — в нашем Telegram

«С меня будто заживо содрали кожу»

«Блогерша года» одурачила мир выдумкой о предках-евреях. Разоблачение стоило ей жизни
Мари Софи Хингст
Фото: @MlleReadOn

«Она подкралась ко мне, как кошка. Не поздоровалась, ее взгляд избегал меня. Щеки у нее были красные. Она шла впереди меня, что-то бормоча себе под нос», — так ирландский журналист описал женщину, в которой сложно было узнать еще недавно популярного блогера, уважаемого историка и благотворителя Мари Софи Хингст (Marie Sophie Hingst). Ее жизнь круто изменилась после публикации статьи в немецком издании Der Spiegel, автор которой — Мартин Доэрри (Martin Doerry) — разоблачил истории Хингст о ее предках-евреях, погибших во времена холокоста. Доэрри заявил, что женщина выдумала всех этих людей и таким образом посмеялась над теми, кто действительно пострадал от рук нацистов. О том, кем на самом деле была Хингст и как ее жизнь полностью разрушилась всего за несколько дней, — в материале «Ленты.ру»

«Читай, дорогой, читай»

Мари Софи Хингст родилась в небольшом немецком городке Лютерштадт-Виттенберг, расположенном в двух часах езды от Берлина. Девочка росла в семье интеллигентов, было вполне ожидаемо, что свою жизнь она захочет связать с наукой. Хингст пришлась по сердцу история, которую она изучала сначала в Берлине, а потом в Лионе и Лос-Анджелесе.

В 2013 году, когда молодой немке пошел 26-й год, она переехала в ирландский Дублин. Там девушка поступила в Тринити-колледж — престижнейшее и древнейшее учебное заведение, в котором в свое время учились Оскар Уайльд и Джонатан Свифт. Хингст не изменила своим пристрастиям и продолжила изучать историю, особенно сосредоточившись на колониальной стратегии Англии в Ирландии в XVII веке, которая стала темой для ее диссертации.

Однако работа над научным трудом занимала далеко не все время Хингст в первые годы ее учебы. Именно в этот период девушка завела свой собственный блог под названием Read on, Dear, Read On («Читай, дорогой, читай»), внезапно раскрыв перед читателями не только свой литературный талант, но и доселе неизведанную сторону своего прошлого.

«Ее истории отдают духом сказки», — описал свои впечатления от блога журналист Der Spiegel Доэрри, успевший почитать посты Хингст до того, как они были удалены. Главный персонаж этих «сказок» — Хельга Луиза Брандл (Helga Louisa Brandl) — бабушка автора по линии отца, пережившая плен в нацистском концлагере Освенцим. Описание жизни Брандл в таком виде, в каком оно было представлено в блоге ее внучки, сложно читать без душевного содрогания. Женщина попала к фашистам вместе со всей своей семьей: отцом, матерью и четырьмя сестрами. Из них всех выжила только Луиза.

Она была тем самым человеком, от которого Хингст, по ее собственным словам, еще в раннем детстве узнала, что такое холокост. Бабушка каждое лето собирала других выживших в немецком плену, и именно внучке доставалась обязанность составлять письменные приглашения на встречу и рассылать их. Эти собрания, проходящие в саду возле дома, Хингст хорошо помнила. Девочку заставляли появляться перед гостями в юбке, которую она ненавидела, но как только она видела вкусный торт и слышала начало берущих за душу рассказов о прошлом, она забывала о том, что ее еще совсем недавно так сильно расстраивало.

Вечером 9 ноября каждого года бабушка и дедушка Хингст останавливали в доме все часы и сидели в сгущающихся сумерках. Это была еще одна их традиция в память о Хрустальной ночи 1938 года, когда по всей Германии прокатилась волна еврейских погромов. Десятки евреев были убиты, а десятки тысяч — заключены в концлагеря.

История семьи мужа Луизы была не менее трагичной, а также подозрительно похожей на историю самой Луизы. Прадедушка историка — Герман Хингст и его жена Мари, имевшие еврейские корни, были убиты нацистами в 1942 году вместе с четырьмя своими детьми. Выжить удалось только одному из их детей — дедушке Хингст.

В то время у большинства читателей не возникало сомнений в правдивости историй автора блога. К тому же еще в 2013 году Хингст опубликовала у себя в Twitter скриншоты заявлений в мемориальный комплекс жертв холокоста — «Яд Вашем». Организация собирает сведения обо всех погибших от рук нацистов евреев, причем подать заявление о занесении человека в список жертв может абсолютно любой. Никаких подтверждающих сведений при этом не требуется, кроме подписи обратившегося.

Хингст подала в организацию сведения о 22 своих родных. Среди них были упоминавшиеся в ее блоге родственники со стороны отца с фамилиями Хингст и Брандл, а также некие Розенвассер (Rosenwasser) и Зилберлихт (Zilberlicht). Автор статьи в Der Spiegel предположил, что это родственники со стороны матери историка.

О трагической судьбе своей семьи Хингст рассказывала не только на страницах своего блога, но и другим людям вживую. В университете она начала посещать собрания еврейского общества, а когда было время — дискуссии и круглые столы на эту тему в других городах.

Скромница в лучах софитов

Усилия студентки не прошли даром, и спустя четыре года после публичного объявления о своих еврейских корнях, к ней пришла слава и признание. В 2017 году жюри немецкого конкурса Golden Bloggers присудило ей премию «Блогер года». Во время интервью после церемонии награждения Хингст застенчиво улыбалась, благодаря тех, кто заметил ее труд. Ее начавшие седеть волосы, скромный наряд и круглые очки создавали впечатление человека, который совершенно не привык к публичному вниманию, да и не стремится к нему.

Inside Wirtschaft / YouTube

Всего лишь год спустя ученица Тринити-колледж снова дала повод преподавателям гордиться ее успехами. Хингст приняла участие в конкурсе эссе на тему «Будущее Европы». Он проводился среди шести университетов и был организован газетой Financial Times. Сочинение Хингст под названием «Европейцы не должны забывать о своем коллективном самосознании» признали лучшим и опубликовали на страницах авторитетного издания. На торжественной церемонии награждения в Дублине победительница сравнила судьбу мигрантов, тысячами приплывающих к берегам Европы, с жизнью ее предков-евреев, гонимых нацистами. Такая параллель пришлась по душе сидящим в зале, тогда не пожалевших для подающего надежды историка громких аплодисментов.

Практически все вокруг в то время думали, что Хингст — талантливая и многогранная личность. На сайте Тринити-колледж описанию ее заслуг посвящен немалого размера абзац, где в том числе указано и то, что немка занимается гуманитарной деятельностью и заведует клиникой для бедных в индийском городе Нью-Дели. По словам самой Хингст, которая рассказывала о своем необычном опыте в блоге, она не только оказывала медицинскую помощь местным жителям, не имея при этом необходимого образования, но и просвещала индийских мужчин на тему секса. При этом основать больницу ей удалось еще в 2007 году, когда ей было всего 19 лет.

Когда историк вернулась в Германию, она продолжила часть своей благотворительной работы и там, а именно применила свои навыки в сексуальном образовании на местных беженцах из Сирии. Такое заявление не могло остаться без внимания прессы, и Хингст стала героиней материала ZEIT ONLINE. В интервью журналистам, опубликованном на сайте газеты, она в подробностях рассказала обо всех нюансах своей работы с молодыми парнями, которые так мало знают о половой жизни.

Но и на сексуальном просвещении таланты блогерши не закончились. В марте 2019 года она выпустила книгу под названием «История искусства в виде топпингов на бутербродах». В ней было множество фото знаменитых картин, воссозданных с помощью хлеба и положенных на него колбасы, огурцов и другой еды. Идея Хингст стала вирусной, и сотни, если не тысячи пользователей сети по всему миру принялись делать такие же бутерброды и выкладывать свои шедевры в Twitter, Facebook и Instagram.

Хингст почивала на лаврах славы, пока первого июня 2019 года в Der Spiegel не вышло разоблачившее ее расследование, которое свело все ее успехи к нулю и перевернуло жизнь блогерши с ног на голову. Но некоторые начали задавать Хингст вопросы задолго до этого.

Начало конца

Одной из первых на нестыковки в содержании постов блогерши обратила внимание немецкий историк и эксперт по генеалогическим исследованиям Габриэль Бергнер (Gabriele Bergner). Некоторые из неувязок можно было обнаружить даже не обращаясь к данным архивов. Так, в блоге Хингст пишет о четырех убитых сыновьях своего прадеда, а в документах, поданных в «Яд Вашем», их уже шесть. В тех же документах она утверждает, что прадед погиб в 1942 году в расположенном на территории Литвы городе Понар, хотя в одном из своих постов вспоминает о его трагической смерти в Освенциме.

Бергнер была одной из первых, но далеко не единственной, у кого рассказы Хингст вызывали вопросы. Обычные комментаторы подвергали написанное в блоге сомнению, но в ответ получали от автора лишь обвинения в «невообразимой клевете» и «заговоре».

Изучая истории Хингст, Бергнер поняла, что имеет дело не с парой исторических неточностей, а с целой паутиной намеренно придуманных фактов, поэтому начала разбираться в ней не одна, а с помощью целой команды специалистов, среди которых был еще один историк-генеалог, юрист и архивист.

В декабре 2018 года Бергнер обратилась с результатами своего расследования в Der Spiegel, журналисты которого начали активно содействовать историку в работе и в конце концов установили: истории о еврейском происхождении Хингст — ложь. Блогерша не только соврала о национальной принадлежности своих предков, но и придумала личности большинства из них. Сведения о жизни 19 человек, информацию о которых она подавала в «Яд Вашем», не были найдены ни в одном из архивов, хотя последние и сохранились в целости.

Лишь трое описанных Хингст родственников действительно существовали. Это был ее прадед Герман Хингст и его жена Мари, жившие в Штральзунде. Автор блога утверждала, что оба были евреями и были убиты нацистами в 1942 году, но на деле они умерли своей смертью и исповедовали протестантизм. У них было трое, а не четверо детей, как писала Хингст. Один из них — Рудольф — работал пастором в церкви родного для Хингст города — Лютерштадт-Виттенберга. Жена Рудольфа была той самой бабушкой, так часто фигурировавшей в историях немки. Блогерша писала, что она родилась в 1922 году и работала зубным врачом, но не указывала, что женщина также была протестанткой.

Перед публикацией расследования, которое, без сомнения, должно было наделать шума, журналист Der Spiegel решил взять комментарий у самой Хингст. Он подозревал, что женщина не захочет говорить о своих предках-евреях, поэтому уговорил ее на встречу под предлогом того, что хочет побеседовать о ее недавно вышедшей книге.

Еще накануне Хингст особо оговорила, что не приемлет вопросов, касающихся ее семьи, однако журналист нарушил этот запрет. Первой реакцией блогерши был праведный гнев. Она возмущалась наглостью репортера, который посмел коснуться ее личной жизни. Однако чем дальше шел разговор и чем больше Хингст узнавала об имеющихся у журнала о ней сведениях, тем более осторожно она высказывалась. К концу беседы она и вовсе оправдалась тем, что лишь пересказывала истории своей бабушки и планирует сама их перепроверить.

Когда часовое интервью завершилось, женщина с нескрываемой злостью вышла из комнаты, даже не попрощавшись с собеседником. Должно быть, именно в этот момент она поняла, что придуманный ею мир начал рушиться.

Земля из-под ног

Уже на следующий день после интервью с репортером Der Spiegel Хингст позвонила беседовавшему с ней автору статьи и предстала перед ним в совершенно другом образе. Кипящей от возмущения Софи больше не было, ее сменила кроткая девушка с еле слышным по телефону голоском. Она извинилась за свое поведение и признала, что наговорила много лишнего и ложного.

Спустя два дня с официальным заявлением выступил адвокат Хингст. В его словах, передающих позицию подзащитной, утверждалось, что написанные ей посты — «литературное произведение, а не журналистский репортаж или рассказ об исторических событиях». Таким образом женщина фактически признавала то, что ее описание случившегося с родственниками далеко не во всем правдиво. Что касается поданных в «Яд Вашем» документов, Хингст стояла на том, что она лишь передала то, что узнала от бабушки, и отдельно подчеркнула, что не проверяла эту информацию лично.

Через неделю, 1 июня, разоблачающая Хингст статья была опубликована на сайте Der Spiegel сначала на немецком, а потом и на английском языках. Как позже скажет сама блогерша, в этот момент ее жизнь начала исчезать, кусочек за кусочком, пока не была полностью уничтожена обрушившимися на нее обвинениями.

Сам блог — живое доказательство в руках ее противников — Хингст сразу же удалила. Однако организаторам конкурса Golden Bloggers было достаточно и статьи Доэрри для того, чтобы публично заявить о лишении историка награды, которую она получила в 2017-м. Эссе Хингст, опубликованное в Financial Times, также в настоящий момент недоступно.

Мемориал «Яд Вашем» повел себя осторожно. В комментарии журналистам его представители заявили, что отправили поданные Хингст сведения на проверку и объяснились, что у них нет возможности для тщательного анализа всех документов, которые к ним поступают. «Наш процесс проверки не дает стопроцентной гарантии того, что информация о человеке верна. Мы доверяемся тем, кто отправляет нам сведения о жертвах холокоста, и требуем от них лишь личную подпись на листах», — говорилось в комментарии представителей организации. Спустя еще несколько дней они объявили, что уберут данные о родственниках Хингст из своей базы.

Дело дошло и до рассказов блогерши о сексуальном образовании индийских мальчиков и сирийских беженцев. Журналисты Der Spiegel связались с немецкими изданиями, которые в свое время опубликовали интервью с Хингст, в деталях описавшей свое общение с непросвещенными парнями. Репортеры указали коллегам на то, что в опубликованных ими материалах много неточностей, а учитывая репутацию Хингст, они могут оказаться полной выдумкой. Deutschlandradio и Frankfurter Allgemeine Zeitung удалили интервью со своих сайтов.

В эти дни блогерша наблюдала, как достижения, одно за другим, исчезают из ее биографии. Фактически запустивший этот процесс Доэрри был убежден, что публикация статьи будет тем средством, которое наконец остановит зарвавшуюся в своем вранье немку, которая уже не видела границ дозволенного. Он был прав, но вряд ли предвидел, что таким образом остановит не только ложь Хингст, но и всю ее жизнь.

«Я чувствую себя загнанной в угол»

Журналист ирландской газеты Irish Times Дерек Скалли (Derek Scally) был одним из последних, кто видел Хингст живой. Он встретился с женщиной спустя несколько дней после публикации статьи о ней в Der Spiegel, надеясь, что из разговора получится хорошее интервью. Оно так и не было опубликовано в издании до смерти блогерши, потому что во время беседы Скалли понял: перед ним человек, который нуждается в неотложной профессиональной психологической помощи. «Она говорила то как веселая девочка, то как злой взрослый человек. Речь ее перемежалась случайными смешками. Ее лицо то краснело, то бледнело. Ее руки постоянно двигались, как две вечно летающие птицы», — поделился наблюдениями журналист.

За три часа они успели поговорить о многом. Хингст показывала Скалли желтую звезду, которую якобы носила ее бабушка, отрицала тот факт, что вообще отправляла какие-либо документы в «Яд Вашем», и заявила, что кто-то выдает себя за нее. Услышал Скалли и историю матери женщины — Рейчел. По словам Хингст, она работала в организации «Врачи без границ» и поэтому путешествовала с дочерью по всему миру, а потом застрелилась. Ее бездыханное тело в ванной обнаружила сама блогерша. Описывая свои чувства от статьи в Der Spiegel, Хингст не стеснялась в эпитетах. «С меня как будто сняли кожу заживо. Издательский дом взял и словно вывесил меня на забор сушиться. Я чувствую себя загнанной в угол», — жаловалась она.

Скалли понимал, что женщина находится в нестабильном состоянии, и предчувствовал, что с ней может случиться что-то плохое. Сразу по приезде домой он попытался разыскать мать, о которой она рассказывала. В телефонном справочнике родного города историка он нашел некую Корнелию Хингст. Дозвонившись ей, он узнал, что именно она — родная мать блогерши, а Рейчел вообще не существует. «У моей дочери много реальностей, а у меня — только одна», — сказала она. По словам Корнелии, ее дочь уже давно страдает от психической болезни и неоднократно пыталась лечиться. Улучшения в здоровье Хингст наметились только в Ирландии, где она наконец нашла хорошую работу, устроившись менеджером проектов в компанию Intel. Корнелия не знала ни о поданных ее дочерью в «Яд Вашем» документах, ни о ее помощи индийским молодым людям.

Скалли попросил мать Хингст почаще разговаривать с блогершей, так как в таком состоянии ей нужна была любая возможная поддержка. После их первого разговора Корнелия несколько раз звонила журналисту, чтобы рассказать, как идут дела у нее и у дочери. Работодатель в итоге согласился не увольнять женщину, а сама она признала, что ей необходима помощь профессионала. Казалось бы, еще несколько месяцев, и об этой истории все забудут, а у Хингст все наладится, но развязка этой истории вышла совсем другой.

В среду, 17 июля, Мари Софи Хингст была найдена мертвой в своей постели. Полиция не обнаружила следов насильственной смерти, однако результаты вскрытия еще не известны, а значит, точно утверждать, что Хингст совершила самоубийство, нельзя.

Ее мать уверена, что дочь свела счеты с жизнью из-за травли в интернете, которой она подверглась после публикации разоблачающей ее статьи. Часть вины за ее смерть она возложила на Доэрри, который, по ее мнению, за всеми фактами так и не увидел настоящей личности ее дочери. Сам Доэрри после смерти героини своей статьи дал большой комментарий Irish Times, но не разрешил его публиковать.

В Тринити-колледж, где училась Хингст, были глубоко потрясены ее смертью. Произошедшее там назвали большой утратой, ведь женщина была талантливой, доброй и, кроме того, много помогала ирландскому Красному Кресту.

В соцсетях многие люди в растерянности и не знают, как реагировать на новость о смерти разоблаченной блогерши. «Я опечален и потрясен. Никак не могу привести голову в порядок, — делился своими чувствами журналист Саймон Херц. — Лжецы должны нести наказание, но в этом случае у меня было впечатление, что я смотрю публичную казнь. Был ли другой способ остановить ее? Можем ли мы извлечь из этого какой-то урок? Или, может, даже должны?»

< Назад в рубрику

Ссылки по теме

Другие материалы рубрики