Революция на паузе

Как главный коррупционер Молдавии помирил Россию и Запад

Бывший СССР

Фото: Dumitru Doru / EPA

Москва, Вашингтон и Брюссель проявили несвойственное в последние годы единодушие по вопросу конституционного кризиса в Молдавии, возникшего после февральских выборов в парламент. Сторонам даже не понадобилась официальная площадка переговоров: поиск компромиссов и урегулирование ситуации происходили неформально, с участием своих представителей. Ситуация, названная в СМИ «молдавским прецедентом», открывает возможность для взаимовыгодного сотрудничества великих держав в регионе. Тем не менее революцию в стране остановить не удалось — она лишь встала на паузу, возможно, недолгую. О том, что ожидает Молдавию в период правления коалиции пророссийских и проевропейских сил, — в материале «Ленты.ру».

За общее дело

После февральских парламентских выборов Молдавия оказалась в предреволюционном состоянии. Ни одна из политических сил по результатам голосования не получила абсолютного большинства в законодательном органе — 51 голос из 101. В результате неустойчивый парламент разделился на три группы: 40 депутатских мест получили сторонники олигарха Владимира Плахотнюка из «Демократической партии» (ДПМ) и партии «Шор», 35 — социалисты из партии президента Игоря Додона (ПСРМ), а 26 мандатов досталось прозападному блоку ACUM. Переговоры о создании коалиции как-то сразу не заладились. Во-первых, все фракции по-разному видели будущее молдавского общества, а во-вторых, сильно не доверяли друг другу из-за нарастающего в обществе запроса на разрушение олигархической системы власти в стране.

И если в лагере социалистов возможность альянса с «Демпартией» еще рассматривалась, о чем свидетельствуют видеозаписи переговоров Плахотнюка и Додона, то лидеры прозападников Майя Санду и Андрей Нэстасе сотрудничать с демократами отказались наотрез. Преодолеть кризис удалось лишь в июне, когда между социалистами и правой оппозицией, не без посредничества России, начался политический диалог. Специально для этого в Кишинев приезжал вице-премьер Дмитрий Козак. Союз фракций ПСРМ и ACUM (а это парламентское большинство с 61 голосом) был заключен 8 июня для решения единственной задачи: очистить государственные институты от ставленников Плахотнюка.

В основе политического чуда, помимо сговорчивости молдавских политиков, лежит вполне конструктивная позиция России, которая поддержала лояльную Брюсселю кандидатуру лидера ACUM Майи Санду в качестве нового главы кабинета министров. Еще весной союз пророссийских и прорумынских сил казался невозможным из-за фундаментальных различий в политических программах партий, но объединению оппонентов поспособствовало совпадение позиций России, ЕС и США, выступивших за деолигархизацию и реформирование системы управления страной. Однако говорить о согласовании всех позиций по молдавскому вопросу пока рано.

Директор Восточно-европейского бюро Госдепартамента США Брэдли Фреден до последнего момента настаивал на внеочередных выборах, пытаясь сохранить фигуру Плахотнюка в молдавской политике. Окончательное решение США не препятствовать созданию коалиции ПСРМ-ACUM было скорее уступкой и принятым вызовом. Попытка правительства Павла Филипа балансировать между Западом и Востоком окончилась для «Демпартии» фиаско: испортив отношения с Россией и не улучшив связи с ЕС, демократы добились изменения позиции даже главного союзника (партии «Шор»), отказавшегося от трудновыполнимой задачи создания альянса с правоцентристами.

Какое-то время демократы отказывались признавать парламентское большинство социалистов и ACUM, в результате чего в стране возникло двоевластие, а у зданий госучреждений выросли палаточные городки. В борьбе за власть все методы оказались хороши. Подконтрольный Плахотнюку Конституционный суд даже признал коалиционное соглашение 8 июня незаконным и передал полномочия президента премьеру Филипу, срочно подписавшему указ о роспуске парламента и проведении в сентябре досрочных выборов. Однако после обращения коалиции к мировому сообществу поддержку новой власти открыто выразили и Москва, и Брюссель, и Вашингтон.

Пустил корни

14 июня Национальный политсовет ДПМ принял решение об уходе демократов из власти через отставку кабинета министров. Уже на следующий день Конституционный суд аннулировал вердикты о роспуске парламента, а антиолигархическая коалиция стала единственной политической силой, способной принимать легитимные решения в парламенте. Плахотнюк вместе с некоторыми руководителями «Демпартии» спешно покинул Молдавию, отправившись через Приднестровье на Украину, а оттуда — предположительно, в США. Несмотря на это «молдавский господарь» продолжает контролировать многие государственные структуры через своих людей на местах, а привлечение к ответственности всех причастных к узурпации власти и коррупционным схемам становится для правящей коалиции испытанием.

Несколько государств, в том числе и США, уже выразили готовность экстрадировать Владимира Плахотнюка, как только от молдавских правоохранителей поступит соответствующий запрос. К слову, в России против экс-лидера «Демократической партии» уже возбудили уголовное дело по факту причастности бизнесмена к транснациональному преступному сообществу, переправлявшему гашиш из Северной Африки в СНГ. В России ему грозит пожизненное лишение свободы — его обвиняют в участии сразу в 28 эпизодах контрабанды и сбыта наркотиков в особо крупном размере.

Однако руководство Молдавии, имеющее свои претензии к олигарху, постоянно сталкивается с противодействием своих же правоохранительных органов. Конфликт разворачивается между генпрокуратурой и главой МВД Андреем Нэстасе. Молдавский министр давно собирался арестовать имущество и объявить в международный розыск как бывшего лидера «Демпартии», так и бизнесмена Илана Шора — основного фигуранта расследования о пропавшем из молдавских банков миллиарде долларов. Но только 30 июля Нэстасе, наконец, удалось добиться ордера на арест Шора.

Даже после отставки руководителя генпрокуратуры Эдуарда Харунжена 11 июля расследовать деятельность людей из окружения Плахотнюка в ведомстве не собираются. Выяснилось, что прокуроры долгое время скрывали корреспонденцию швейцарских властей о намерении передать Кишиневу информацию, доказывающую причастность олигарха и его сообщников к финансовым махинациям. Власти попытаются преодолеть сложившуюся ситуацию, назначив нового и.о. генпрокурора, но до тех пор, пока «свои люди» Плахотнюка влияют на политическую жизнь, никакого расследования ждать не стоит.

Другой ключевой задачей для Молдавии остается оздоровление судебной системы — в частности, созыв нового Конституционного суда. На протяжении четырех лет «карманная инстанция» Плахотнюка успела принять не один десяток противоречивых решений — от признания неконституционным языкового закона, обеспечивавшего функционирование в Молдавии русского языка, до «пятиминутных» отстранений от должности Игоря Додона для преодоления права президентского вето. Разобраться в их законности парламентскому большинству и обновленному составу Конституционного суда еще только предстоит.

В ожидании реформ

От того, насколько быстро и эффективно начнется реформирование государственного устройства и экономики, зависит жизнеспособность действующего парламента и уровень поддержки населением правящего большинства. Согласно данным Vox Populi, в период конституционного кризиса создание коалиции поддержало 71,5 процента опрошенных лишь при 11 процентах высказавшихся против альянса ПСРМ-ACUM. Помимо выполненной задачи преодоления кризиса двоевластия, молдавское общество ждет от новой власти борьбы с коррупцией (38,7 процента) и разрешения социально-экономических проблем (33,1 процента).

Мешает этому финансовая зависимость одного из беднейших государств Европы от ЕС, МВФ и Всемирного банка. Первые серьезные противоречия между президентской командой депутатов и правительством Санду возникли именно при обсуждении изменений в фискальной политике. После встречи с местными предпринимателями Додон заверил, что до повторного обсуждения условий реформы с представителями МВФ депутаты не примут изменений, необходимых для получения транша в размере 46,5 миллиона долларов.

Коалиция ПСРМ и ACUM оказалась зажата в тисках исполнения требований кредитных организаций и ухудшающегося экономического положения. По данным Министерства финансов, даже с внешней помощью дефицит бюджета до конца года составит три процента от ВВП. Объективно необходимое в такой ситуации введение ряда налогов еще сильнее ухудшит уровень жизни граждан, что отразится на результатах выборов в местные органы власти, назначенные на 20 октября нынешнего года.

Кроме того, осеннее голосование в регионах покажет и уровень поддержки населением теперь уже оппозиционной «Демпартии» без председательствующего в ней олигарха Плахотнюка — 30 июля он заявил, что отказывается от мандата. В сентябре платформу ожидает реформирование. Уровень недоверия к политической силе высок, даже готовящийся ребрендинг вряд ли поможет ей сохранить влияние на местах, но непопулярные действия правительства вполне могут стать подспорьем для возрождения партии, учитывая, что крупнейшие в стране СМИ все еще контролируются Плахотнюком.

Социалистам и евроцентристам же будет все труднее сохранять политическую лояльность. Факторов для распада коалиции, а с ней и проведения внеочередных парламентских выборов, чрезвычайно много. Пророссийская ПСРМ и прорумынский блок ACUM остаются непримиримыми оппонентами по многим вопросам, и прежде всего по линии «Запад — Восток». В преддверии местных выборов все чаще звучат предложения временно отказаться от геополитической риторики, заключив своеобразный пакт о ненападении. И действительно, долговечность альянса во многом определит соблюдение политиками договоренностей, в первую очередь о внешнеполитических приоритетах.

Большая игра

Игра на противоречиях глобальных игроков и национально-государственное строительство на основании идеи конфронтации с Россией стало традицией для молдавских политиков. Олигарху Владимиру Плахотнюку конфликт с Россией позволил легитимировать свою власть в глазах Запада, когда после парламентских выборов в 2014 году «Демпартия» собрала антироссийскую коалицию. Политику сдерживания «агрессии» демократы продвигали разнообразно — от ограничения вещания российских телеканалов и признания персоной нон грата представителя президента России Дмитрия Рогозина до исключения из законодательства гарантий публичного использования русского языка.

Российско-молдавские отношения в такой ситуации не могли не осложниться. Парламентское взаимодействие еще осуществлялось через представителей пророссийской ПРСМ во главе с нынешним спикером парламента Зинаидой Гречаной, а вот контакты между исполнительными органами власти прекратились полностью из-за запрета молдавским чиновникам посещать Россию, снятого по распоряжению Додона только на этой неделе. При работе кабинета министров премьера Филипа в норму вошли задержания представителей российских СМИ и общественных деятелей в Кишиневе, а в марте прошлого года Молдавия присоединилась и к санкциям Великобритании из-за дела Скрипалей, выслав четырех дипломатов в Москву.

Заигрывание Плахотнюка с глобальными игроками продолжалось до последнего, причем не только на антироссийской позиции. По словам Дмитрия Козака, лидер ДПМ в разгар переговоров о создании коалиции тайно предлагал ему проект федерализации Молдавии. Переданные олигархом предложения о переориентации «Демпартии» на Россию содержали условия создания коалиции демократов с президентской партией социалистов. Москва лишь посоветовала Додону не рассматривать тайных предложений, а спустя несколько дней после встречи политика с Плахотнюком в Кишиневе разгорелся конституционный кризис.

В новой коалиции придумали временный выход: деятельность членов ACUM направлена на выстраивание отношений с ЕС, США, НАТО и МВФ, где они заручаются поддержкой коллективного Запада, президентская же «Партия социалистов» работает над восстановлением отношений с Москвой. В обоих блоках эти договоренности вызывают критику, но пока лидерам удается сдерживать недовольство, откладывая решение спорных вопросов. Однако тогда без внимания остаются важнейшие для Молдавии проблемы. Прозападный ACUM при этом не собирается идти ни на какие компромиссы относительно курса страны в ЕС и вывода российских миротворцев из Приднестровья, о чем недвусмысленно заявила Майя Санду в ходе визита в Брюссель.

Проводником европейского пути в Кишиневе, очевидно, видят соседнюю Румынию, куда с первым официальным визитом в качестве главы кабинета министров отправилась Санду. Президент Клаус Йоханнис заверил молдавского премьера в поддержке курса евроинтеграции и даже рассказал, что в ближайшем будущем будут сформированы группы румынских специалистов, которые окажут экспертную поддержку в проведении реформы государственных институтов Молдавии. В качестве стимула он пообещал помочь Кишиневу с получением заблокированного ранее финансирования от ЕС в размере 100 миллионов евро.

Политическое влияние Румынии на молдавские элиты продолжает возрастать, а вместе с ним, благодаря «мягкой силе» Бухареста, усиливается и унионистское движение (за объединение двух государств). Но даже прозападные политики Молдавии рассматривают объединение с соседом как долгосрочный проект; кроме того, по словам Санду, оно станет возможным только в случае согласия граждан, выраженного на общенациональном референдуме. По данным же на март 2018 года, против отказа Молдавии от суверенитета высказываются 62 процента граждан, и только 25 процентов готовы поддержать объединение. Рост унионистских настроений со временем может привести к активизации деятельности прорумынских политических сил, и вряд ли это вызовет что-то иное, кроме усиления сепаратистских тенденций в Гагаузии и окончательного прекращения сотрудничества Тирасполя с Кишиневом.

Для Евросоюза с приостановкой экспансии на Восток «молдавский вопрос» теряет символическое значение. После масштабных вызовов общеевропейскому проекту, порожденных украинским Евромайданом и миграционным кризисом, трансформация политико-идеологической модели ЕС сводит на нет любые дискуссии о расширении объединения. Евробюрократов куда больше интересует перезапуск проекта панъевропеизма в границах 2013 года, когда к ЕС присоединилась Хорватия. Реплики же о необходимости реформирования межправительственных институтов, все чаще звучащие от европейских политиков, лишь подтверждают, что Молдавию в Евросоюзе не ждут.

И все же не исключено, что Молдавия с ее политико-экономической турбулентностью понадобится крупным мировым игрокам вроде Москвы, Брюсселя и Вашингтона в качестве нейтральной зоны. Пусть о полноценном многостороннем формате сотрудничества в стране «общего соседства» речи пока не идет, «молдавский прецедент» впервые с 2014 года показал, что Россия, ЕС и США, несмотря на противоречия по отдельным вопросам, могут сообща работать на пользу европейской безопасности.

В «стране чудес», как называют Молдавию сами ее жители, наступает кардинально иной период развития. Многое в разрешении ее внутренних вопросов будет зависеть как от лояльности России, так и от степени заинтересованности отдельных политических сил на Западе в продолжении политики сдерживания «российской угрозы». Ближайшие годы покажут уровень состоятельности Молдавии как одного из постсоветских государственных проектов. Уголовное преследование пособников Владимира Плахотнюка будет главным испытанием для молдавской «балканизирующейся» элиты, проверкой подлинности их желания перезапустить кланово-мафиозную систему управления в стране. Впервые с 1991 года Молдавия получила возможность обрести внятную стратегию развития и определить свое будущее как внутри, так и вовне. И совсем скоро станет ясно, воспользуются ли этой возможностью молдавские политики.

Александр Непогодин

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности