Лента добра
Экономика
Больше интересного — в нашем Telegram

Критическое давление

Дело юриста Кантемира Карамзина может необратимо ухудшить инвестиционный климат России
Кантемир Карамзин
Кадр: YouTube

О том, что давление силовиков на бизнесменов стало за последние годы беспрецедентным, пишут и говорят сейчас многие. Чаще всего в пример неоправданного отношения некоторых представителей силовых структур к предпринимателям, которых, кстати, по идее они должны защищать, приводят дело инвестора Майкла Калви. Дело юриста Кантемира Карамзина менее известно широкой публике, однако ряд его удивительных особенностей позволяет сделать вывод о том, что оно может необратимо ухудшить инвестиционный климат в России. Об обстоятельствах ареста Кантемира Карамзина — в материале «Ленты.ру».

Красноречивые цифры

В прошлом, 2018 году в России был поставлен неутешительный рекорд. Центральный банк страны зафиксировал снижение иностранных инвестиций в экономику страны до минимума за последние десять лет. Аналитики ЦБ связали это с прекращением многолетней тенденции, когда капиталы возвращались в экономику через офшоры. «Прослеживается тенденция к сокращающемуся притоку прямых иностранных инвестиций в РФ при стабилизации величины прямых иностранных инвестиций за границу», — говорится в обзоре. Иными словами, несмотря на энергичные призывы президента создать в России условия для того, чтобы капиталы российского происхождения послужили бы на пользу отечеству и вернулись в нее, наблюдается ровно противоположная картина — наш бизнес через офшоры финансирует экономики чужих стран.

Еще хуже обстоят дела с реальными иностранными инвестициями. Об этом можно косвенно судить по тому, что иностранные инвестиции в российскую недвижимость в прошлом году также упали в три раза по сравнению с докризисным 2014 годом. Санкции в качестве объяснения бегства инвесторов из России не годятся — всем уже стало понятно, и особенно нашим европейским партнерам, что отечественная экономика к ним адаптировалась совершенно, а норма прибыли в большинстве отраслей до сих пор высока, особенно по сравнению с другими странами континента. Тогда в чем же дело?

Ответом на этот вопрос может послужить только что опубликованное исследование ВЦИОМ, согласно которому 71 процент предпринимателей считают условия ведения бизнеса в России неблагоприятными. По мнению аналитиков ВЦИОМа, бизнес вынужден фокусироваться на рисках, а не на возможностях, а это ведет к сужению горизонта планирования и отказу от игры вдолгую.

А глава направления социологических исследований ЦСП Мария Макушева добавляет, что во время исследований предприниматели постоянно говорили о нарастающем чувстве тревоги и неопределенности, основной причиной которых стали события последних месяцев, а именно случаи уголовного преследования бизнесменов и резонансные общественно-политические события. «Дела против бизнесменов достигли сегодня плотной концентрации и стали создавать ощущение повышенных персональных рисков», — утверждает Мария Макушева. Вот вам и причина того, почему инвестиционные реки повернули вспять.

Уж казалось бы, стоило прислушаться к словам первого вице-премьера и министра финансов России Антона Силуанова, который, комментируя арест Майкла Калви, прямо сказал, что действия силовиков влияют на инвестиционный климат: «Любые такие действия силовых структур настораживают бизнесменов и, безусловно, не способствуют инвестиционному климату», — подчеркнул главный политически ответственный за развитие экономики человек в стране. Позже Антон Силуанов, правда, призвал «не фетишизировать» дело о мошенничестве, возбужденное против основателя инвестфонда Baring Vostok, но в то же время посетовал на «определенную усталость от этого вопроса». По словам Силуанова, на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) «про этот случай только и говорили», хотя существует много других проблем, справедливо заметил первый вице-премьер.

Не уступают по силе высказываний и ведущие банкиры страны. Так, первый зампред совета директоров Альфа-Банка Олег Сысуев заявил, что преследование Калви — это «типичный пример» решения корпоративных проблем административным способом, и он негативно повлияет на инвестиционный климат в России. «Желающих вкладывать в Россию становится все меньше и меньше», — заключил Олег Сысуев, добавив, что речь идет не только об иностранных инвесторах, но и о российских, которые предпочитают вкладывать деньги за границей.

Остается добавить, что отток капитала из России с начала года вырос в два раза и достиг показателя в 40 миллиардов рублей. Об этом на недавнем Петербургском международном экономическом форуме заявил глава счетной палаты России Алексей Кудрин. Он также связал эту тенденцию с уголовным преследованием основателя Baring Vostok Майкла Калви.

Арест

Несмотря на то что хорошо информированный глава ВТБ Андрей Костин в начале июня выразил надежду, что «эта ситуация разрешится — и господин Калви вернется к работе», инвестбанкир по-прежнему находится под домашним арестом. Кантемиру Карамзину повезло меньше — инсулинозависимый юрист после ареста находится в СИЗО.

По утверждению члена Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, доцента кафедры государственного управления Института общественных наук РАНХиГС Екатерины Шульман, «СИЗО — это большая язва нашего общества, потому что вот этот этап предварительного заключения становится основным репрессивным инструментом. Не столько даже сама угроза последующего тюремного заключения, сколько вот этот СИЗО».

«В СИЗО условия обычно бывают хуже, чем в тюрьмах. Там осуществляется прессинг основной, там ведутся с силовых позиций эти переговоры об отъеме бизнеса. Все разговоры о том, что давайте не будем сажать в СИЗО по ненасильственным преступлениям, пока не находят особенного отклика в сердцах законодателей», — считает правозащитница.

Кроме сахарного диабета, представлявший интересы канадского предпринимателя Марка Ричардса, Кантемир Карамзин, страдает несколькими десятками серьезных заболеваний. Юриста держат в СИЗО без надлежащей медицинской помощи, отказывая неделями даже в лечении острой зубной боли, с целью принудить к даче ложных показаний. Об этом сам юрист и его адвокаты не раз заявляли в своих жалобах на имя руководства СИЗО и правозащитников.

В отношении Кантемира Карамзина введен надзор, как за особо опасным преступником: 2-3 раза в день устраивают обыск в камере и личный досмотр с полным раздеванием. У юриста межпозвоночная грыжа, и почти два месяца родные пытались передать ортопедические подушки и матрас. Из семи подушек дошла только одна. Матрас взяли через 2 месяца, но теперь угрожают забрать за «плохое поведение». И в конце концов Карамзин написал письмо президенту Владимиру Путину, которое придала гласности «Независимая газета».

В письме Кантемир Карамзин жалуется на силовиков. По его словам, они «медленно и каждый день меня убивают, не имея на то никаких, даже малейших законных оснований… К сожалению, я не бесстрашный герой и боюсь так открыто называть фамилии могущественных силовиков, но у меня нет выбора».

Карамзин утверждает, что его пытали голодом и сном, не давали лекарства и очки, прессовали в камере с двумя зэками, которые до утра устрашали его рассказами о «пресс-хатах», если он не будет сотрудничать с органами, отказали в стационарной медицинской помощи в предынсультном состоянии. В СИЗО Кантемира Карамзина привезли, по его словам, в сопровождении мощного эскорта, состоящего из чинов не ниже майоров.

Удар по судебной системе

За что же так сильно страдает юрист Карамзин? И вот тут стоит обратить внимание на то главное обстоятельство дела Кантемира Карамзина, которое кардинальным образом может ухудшить далеко не блестящий инвестиционный климат России.

Канадец Марк Ричардс, которого представлял Кантемир Карамзин, вел дела в Москве, страшно сказать — с 1992 года. Через целых 27 лет инвестор был вынужден буквально бежать из России из-за опасений за свою жизнь. Однако его заложником остался наш российский юрист Карамзин. Кстати, в результате бегства Ричардс практически потерял четверть миллиарда швейцарских франков, которые вложил в экономику нашей страны. Что же случилось?

Более 20 лет Марк Ричардс был деловым партнером бизнесмена Владимира Копелева, соратника экс-мэра Москвы Лужкова и хозяина крупнейшей в российской столице строительной компании «ДСК-1». В 2010 году Копелев оказался должен Марку Ричардсу сумму в 241 миллион швейцарских франков по векселю перед компанией Kithia Limited. В 2016 году Марк Ричардс решил выйти из строительного бизнеса, однако его попытки вернуть свои деньги привели к череде арбитражных разбирательств. В результате Кантемир Карамзин выиграл в арбитражном суде дело, по которому экс-директор «ДСК-1» Владимир Копелев и хозяин ФСК «Лидер» Владимир Воронин должны были расстаться с суммой в 15 миллиардов рублей.

Подробности дела, описанные «Независимой газетой» впечатляют. Чтобы не платить по долгам кредиторов, Копелев и Воронин развалили и обанкротили предприятие. В июне 2016 года они вывели активы Копелева за границу, акции «ДСК-1» переоформили на Воронина, а сам легендарный домостроительный комбинат разделили на целых пять обществ с ограниченной ответственностью. Как утверждает Карамзин, на освободившихся землях девелоперы предполагали осуществить новый прибыльный проект.

Так что вся вина Кантемира Карамзина состоит только в том, что в он судебном порядке остановил развал предприятия! Но деньги были потеряны огромные — и в ход пошел административный ресурс. Карамзин писал президенту о том, что в конце февраля его пригласили в ресторан и в личной беседе передали ультиматум проиграть в Арбитражном суде Москвы дело, в котором юрист требовал запретить Воронину и Копелеву раздробить ДСК-1» на пять маленьких обществ и таким образом распродать комбинат маленькими частями.

10 апреля должно было состояться решающее заседание Арбитражного суда города Москвы по делу о признании недействительной фиктивной сделки по передаче в июне 2016 года акций компании «ДСК-1» Владимиру Воронину накануне наступления обязательств Копелева перед Kithia Limited. В итоге силовики «приняли» юриста прямо на пороге суда. Думается, что более серьезного удара судебная система России не терпела никогда. А что же инвестиционный климат? «Ломать — не строить», — гласит русская пословица. Завоевывать доверие инвесторов после таких дел можно будет годами!

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики