Фрагмент картины «Офелия»

Багровые реки

Средневековые жестокости и античные безобразия глазами писателей

Культура

Фрагмент картины «Офелия»

Изображение: Джон Эверетт Милле

Почти одновременно на русском языке вышли книги трех британских авторов: викторианский роман Дианы Сеттерфилд «Пока течет река», эссе Оливии Лэнг о культурных аллюзиях реки Уз «К реке. Путешествие под поверхностью» и том «Герои» Стивена Фрая, в которых «британское всё» аккуратно, но хулигански пересказал античные мифы о полубогах и людях. Новинки читала обозреватель Наталья Кочеткова.

Диана Сеттерфилд «Пока течет река» (перевод В. Дорогокупли, изд-во «Азбука»)

Если вдруг так случайно получилось, что бестселлер «Тринадцатая сказка» прошел мимо чьего-то читательского внимания (хотя это вряд ли), то нелишним будет заметить, что британка Диана Сеттерфилд работает где-то на пересечении художественных манер популярного телесериала «Аббатство Даунтон» и филологического романа Антонии Байетт «Обладать». С первым ее книги роднит моментально считываемое своими и чужаками обаяние «английскости», со вторым — в хорошем смысле слова дистиллированная литературность. Как-никак Сеттерфилд по образованию литературовед, специалист по французской словесности, не один год преподавала в университетах Англии и Франции. Правда, любимой исторической территорией Сеттерфил все же оказалась викторианская Англия. Действие ее нового романа «Пока течет река» происходит там же.

В день зимнего солнцестояния, самый короткий день в году, точнее — в самую длинную, холодную и промозглую ночь в трактир «Лебедь», стоящий на берегу Темзы и управляемый жовиальной хозяйкой и ее малахольным мужем с хорошо подвешенным языком (он даже выиграл конкурс на лучшего рассказчика), из последних сил вламывается незнакомец с мертвым ребенком на руках. Определив, что девочке уже ничем не помочь, а мужчину еще можно спасти, хозяйка трактира и его завсегдатаи под руководством местной женщины-врача Риты Сандей приступают к реанимационным процедурам.

Когда наконец жизни мужчины ничто не угрожает, а его выздоровление — лишь дело времени, Рита отправляется взглянуть на труп девочки. Что-то в нем смущает лекарицу. Ребенок утонул, но повреждений от ледяной воды и камней на теле нет. Да и ступни ее такие мягкие, как будто никогда не ступали по земле. И вдруг Рита улавливает слабое биение пульса.

Трактир «Лебедь», в котором не только наливают и кормят, но и рассказывают истории, станет на ближайший год для местных жителей чем-то вроде центра управления полетами, а ребенок — коллективным нервом, триггером, который выявит в местных жителях их самые мягкие и слабые стороны. Пришедшая в себя девочка заторможена и нема, но каждый, кто имеет с ней дело, хотел бы, чтобы она стала его. Нездоровый, застрявший в детстве сын хозяев «Лебедя» будет мечтать о ней как о сестре и подружке. Бездетная 35-летняя незамужняя Рита Сандей — прижимать к груди и мечтать удочерить. Потерявшая дочь супружеская чета решит, что это их вернувшаяся Амелия. Темнокожий фермер узнает в ней свою внучку, а пугливая служанка священника — свою много лет назад утонувшую сестру.

Сеттерфилд и правда подпустит в роман магии, расскажет легенду о таинственном Молчуне, пожертвовавшем жизнью ради дочери и в обмен на это обреченном плавать по реке на своей лодке, чтобы забирать души умерших. И даже у девочки наметится вполне явное магическое родство. Но все же роман не об этом. Это не сказка про эльфов, гномов и хоббитов, хотя, вне всякого сомнения, писательница намеренно сгустила краски литературной викторианскости. Сеттерфилд скорее написала притчу о потере и возвращении, о желании и его удовлетворении, об искушении, если угодно. Впрочем, всем поддавшимся — простится. У всех все будет в результате хорошо.

Оливия Лэнг «К реке. Путешествие под поверхностью» (перевод А. Соколинской, изд-во Ad marginem)

Перевод книг британки Оливии Лэнг на русский язык начался от предпоследней — к первой. Но в этом нет большой беды, если держать в голове постоянство авторских приемов. И третья книга Лэнг «Одинокий город. Упражнения в искусстве одиночества», и первая — «К реке. Путешествие под поверхностью» начинается тогда, когда заканчиваются ее отношения с очередным молодым человеком. Разрыв романтических привязанностей подвигает девушку на отношения культурные. «Культурное паломничество» — так принято называть книги эссе Оливии Лэнг. В «Одиноком городе» она отправляется в Нью-Йорк, чтобы поразмышлять об Эдварде Хоппере, Энди Уорхоле, Дэвиде Войнаровиче, Генри Дарджере, Клаусе Номи и Джоше Хэррисе. В книге «К реке», когда после 31-го дня рождения она рассталась со своим тогдашним возлюбленным по имени Мэтью (он неоднократно упоминается в тексте), собрав рюкзак, обув материнские крайне страшные и неудобные сандалии, автор едет путешествовать по берегам реки Уз, которая, в частности, известна тем, что в ней утопилась Вирджиния Вулф.

Но не только Вулф становится героиней этого эссе-путешествия, хотя ей, ее книгам, ее маниакально-депрессивному расстройству, смерти ее родственников, патологически травматичным отношениям с братом будет уделено немало места. Блуждание по полям, поросшим лютиками и дикой геранью, наведут автора на размышления о Грэме Грине, который всю жизнь пытался вернуться в детство, общался с женой на ломаном детском лепете и едва ли не случайно произвел на свет единственного не вполне здорового сына, который предпочел самостоятельно свести счеты с жизнью. Об Айрис Мердок и ее муже, не менее заботливом и терпеливом, чем муж Вирджинии Вулф, об их отношениях с водой, о купании как символе начала и окончания жизни. О Томасе Кромвеле и Оливере Кромвеле, манере британских королей казнить, обезглавливать, варить головы недругов в котлах, насаживать их на пику и запихивать отрезанные тестикулы в рот. Наконец об археологических раскопках и археологических подлогах, совершенных во имя славы.

Обо всем этом и не только размышляет и рассказывает Оливия Лэнг, стирая ноги в кровь во время прогулок вдоль реки Уз. «Меня завораживает вода», — пишет Лэнг. Читателя в результате тоже.

Стивен Фрай «Герои» (перевод Шаши Мартыновой, изд-во «Фантом Пресс»)

Стивен Фрай (который вообще не нуждается в представлении) взялся за пересказ античных сюжетов. В первом томе «Миф» боги вели себя как люди — ревновали, завидовали, ссорились и вступали в беспорядочные половые связи. Но их поведение только казалось человеческим. Ведь Фрай пересказывает, но не переиначивает. То есть он верен канону. Боги в античной традиции ровно так себя и вели. Но самое интересное, конечно, началось, когда в игру вступили люди — то есть герои. Им посвящен одноименный второй том, который только что вышел на русском языке.

Геракл, Персей, Орфей, Ясон, Эдип, Тесей. Среди них есть дети от смешанных браков богов и людей и простые смертные. Они бросили вызов богам или року. Победили или проиграли. Закончили жизнь благополучно и вознеслись на небеса или погибли.

Но дело не в классических сюжетах, которым Фрай безупречно верен. Дело в том, как знаменитый писатель и комик их преподносит и комментирует. Например, вот так он объясняет рождение близнецов у Алкмены: «Переспав подряд с Зевсом и Амфитрионом, Алкмена забеременела от обоих. В утробе ее развивались близнецы, два сына — один от Зевса и один от Амфитриона. Это явление, полиспермия, у млекопитающих — кошек, собак или свиней, например, способных на единовременный приплод из нескольких детенышей, — встречается довольно часто, а вот у людей — редкость. Редкость — но не совсем уж невидаль. И достославно именуется гетеропатернальной суперфекундацией».

Сочетание античной мифологии с современной медициной не может не рождать комического эффекта.

Наталья Кочеткова

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности