Лента добра
Спорт

Футбольные пески

Катар тратит миллиарды долларов на чемпионат мира-2022. Но деньги решают не все
Фото: Ibraheem al Omari / AP

В ноябре-декабре 2022 года чемпионат мира по футболу пройдет в самой богатой стране мира — Катаре. В столице ближневосточного государства Дохе ждут болельщиков со всего земного шара. За два года до старта исторического мундиаля туда отправилась «Лента.ру», чтобы разобраться, справится ли Катар с наплывом фанатов?

Месяц на виду

«Чемпионат мира в Катаре, возможно, самое неоднозначное спортивное событие со времен Олимпиады в нацистской Германии», — пишет особо объективный журналист британского Independent. Крохотное государство с Ближнего Востока неожиданно выиграло право проведения футбольного праздника еще в 2010-м. И это многим не по нраву.

Не у дел остались совместные заявки США, Австралии, Южной Кореи и Японии. Международную федерацию футбола (ФИФА) уже по сложившейся традиции обвинили в коррупции: иначе победу арабов объяснить тем же англичанам сложновато. Поговаривают, что на поддержку грандиозных планов катарцев со стороны футбольных чиновников ушло аж пять миллионов долларов.

То, что успех ближневосточной страны воспринимается подобным образом, связано с серьезными репутационными проблемами самого Катара. Местными законами, например, до сих пор закреплено забивание камнями. Катар делит с другими представителями Ближнего Востока весьма средневековый подход к правам человека.

«Если бы пришлось выдерживать минуту молчания по каждому мигранту, который погиб во время подготовки Катара к мундиалю, 44 матча турнира прошли бы в тишине», — это слова Ганса-Кристиана Габриэльсена, главы Норвежской конфедерации профсоюзов.

Свыше тысячи погибших рабочих — это оценка международных организаций. Реальный Катар скрыт от посторонних глаз. Он откроет двери всего на месяц в 2022 году в попытке изменить представление о себе.

Грандиозный проект обойдется почти в 220 миллиардов долларов. Это тоже всего лишь приблизительные оценки, но, учитывая, что инфраструктура возводится с состояния, близкого к нулю, — цифра вполне реальная. Возможно, даже заниженная. На момент публикации у Катара готова всего одна арена. Реконструированный в 2017-м Khalifa International Stadium, рассчитанный на 40 тысяч болельщиков. На нем уже запланировано проведение четвертьфинальных матчей мундиаля. Достроить осталось еще семь стадионов. Каждый из них, как гласят красочные агитки, является архитектурной находкой. Один, например, будет частично состоять из грузовых контейнеров и прочего добра, что ежедневно находится в доках. После турнира арену благополучно разберут на полезные составляющие. А Al Bayt Stadium будет выглядеть как гигантский шатер — референс к кочевому прошлому арабов.

Чтобы стать более привлекательным для болельщиков со всего мира (особенно для платежеспособных жителей Запада), Катар взялся за легкую демократизацию. В 2016 году произошли изменения в трудовом законодательстве. На бумаге власти пошли на упразднение кефалы — типичной для стран Персидского залива практики приглашения иностранной рабочей силы под ответственность местного спонсора. На деле филиппинские домработницы или работяги по прибытии на новое место работы лишались паспортов и получали совсем не то, чего ожидали. Теперь же закон запрещает, в частности, разрывать контракт по прибытии мигранта в страну. Amnesty International тем не менее не совсем верит в то, что меры реально изменят жизнь иностранных рабочих.

Спортивная страна

Катар — спортивная страна. Этот неоспоримый факт. Здесь даже есть соответствующий национальный праздник. Да, в Катаре в День спорта не ходят на работу. Местные любят состязания. Хотя, как выясняется, вкусы у здешней публики весьма специфические.

Нельзя, конечно, отрицать того факта, что Катар тянется к европейским видам спорта: здесь проводят и международные теннисные турниры, и активно накачивают публику футболом. Почва, кстати, благодатная. Здесь живут и работают выходцы из самых разных уголков мира, потому любителей главной игры с мячом хоть отбавляй. Да и есть где расти местной молодежи. Академия «Эспайр» появилась рядом с Khalifa International Stadium и представляет собой конгломерат качественных полей с готовой инфраструктурой для клубных сборов и обучения молодежи. Недаром здесь и решили провести межсезонный турнир организаторы «Фонбет Кубка Матч Премьер», на котором сошлись сразу четыре представителя российского чемпионата: «Спартак», «Ростов», «Локомотив» и «Зенит».

Но в это же время исконные виды спорта до сих пор не просто практикуются, они могут сделать и без того богатого катарца еще богаче. Все то, чем увлекались местные еще до того, как забили нефтяные фонтаны, национальная элита умело сберегла. Местные готовы изрядно потратиться на традиционные забавы. Можно, например, завести верблюда. Покупать лучше самку — бегают они быстрее, потому чаще занимают призовые места в скачках. Резвая верблюдиха может принести хозяину новенький Aston Martin или Bentley. А поскольку, как практика показывает, машина экстра-класса у победителя уже есть, то приз можно реализовать за хорошие деньги. Пускай «верблюжьи бега» звучит несколько архаично. На самом деле это продвинутый вид спорта.

Наездников отменили. Раньше в этой роли выступали пятилетние дети. И иногда все заканчивалось печально. Сейчас же животное подгоняют электроимпульсами. Процессом с пульта управляет хозяин, двигающийся параллельно на автомобиле. Катарцы позаботились и о верблюдах — перестараешься с электровожжами и схлопочешь дисквалификацию.

Еще одна страсть катарских мужчин — соколиная охота. Сами птицы здесь не водятся, их завозят из-за рубежа. В том числе из России и Казахстана.

Если вы сокол (а если еще и белой расцветки) — считайте вам повезло оказаться в Катаре. Здесь есть даже клиника для пернатых хищников. И не просто для того, чтобы залечить подбитое крыло. Для птиц доступен широчайший спектр услуг: от операций на сердце до пластической хирургии и моддинга в виде дополнительных перьев для улучшения аэродинамических качеств.

Вообще, соседство традиционных забав с явной расположенностью к западным видам спорта отчасти характеризует менталитет коренных катарцев. Они используют миллионы нефтедолларов, чтобы впечатлить остальной мир небоскребами, бизнесом, технологиями. И при этом остаться самими собой.

Барбекю всей семьей по-катарски — выехать на шикарном внедорожнике в пустыню, запустить газовую горелку и в гигантской таре приготовить барана. Вместо шашлыка у озера — традиционный ужин пустынника на фоне шатра и барханов.

Доха — не для лоха

По площади Катар почти в четыре раза уступает Московской области. А большинство людей проживает в столице — Дохе. Город на берегу Персидского залива, по сути, в пустыне, с понатыканными гостиницами, офисными зданиями и целым ореолом небоскребов на разный манер. Полонский-style. Всюду сочетание несочетаемого. Из новенького премиального джипа может вылезти облаченная в черный хиджаб женщина-мусульманка, чьим окном в окружающий мир служит прорезь для глаз. А на домах-новоделах, построенных на европейский манер, может красоваться портрет местного лидера — шейха Хамада бин Халифа Аль Тани.

В 2022 году в этот противоречивый край приедут футбольные фанаты со всего мира. Со своими представлениями о том, что можно, а чего нельзя. Готовы ли катарцы к наплыву любвеобильных латиноамериканцев и суровых фанатов с Британских островов?

Если речь идет о национальной элите, то она готова — привыкших к роскоши и путешествиям катарцев непросто удивить. Они проводят на родине считанные месяцы, отправиться в отпуск в Майами или Сидней для них привычное дело. В общем, повидали эти ребята западной разнузданности.

Кроме того, Катар уверенно идет к цели-2030 — а именно превращению из сырьевой страны в туристическую Мекку. Местные власти отрабатывают тактики мягкой силы на многочисленных экспатах и гастарбайтерах. Собственно, катарцев в стране меньшинство. При населении в 2,6 миллиона человек, коренных жителей, по данным за 2017 год, — всего 250 тысяч. Многие из мигрантов или экспатов не отказывают себе в свинине и алкоголе. Но власти используют законодательные примочки, чтобы создать островки харама.

Как правило, распитие алкоголя и поедание мяса нечистых животных сконцентрировано в стенах роскошных отелей и скрыто от глаз набожных коренных жителей. Естественно, мигранта или экспата защищает и приватность его пристанища. Получив специальное разрешение в отделе кадров, он может смело отправиться в специальный магазин за алкоголем и уже дома у себя выпить пива или оценить урожай любимого вина. Мусульманина в такое заведение просто не пустят.

Идут разговоры и о либерализации в отношении народных гуляний. Возможно, фанатам даже разрешат пить пиво на улицах Дохи. Естественно, в специальных зонах.

В общем, терпимости катарцам должно хватить. Но смогут ли они демократизировать цены на жилье и питание для приезжих, ведь жизнь в Дохе далеко не для бедных. На аренду квартиры с одной спальней в месяц может уйти три тысячи долларов (в более-менее приличном районе). Есть, конечно, и гостиницы, и апартаменты, где все не так дорого, но все равно ощутимо для болельщика. В Россию многие прибывали буквально с одним ранцем и были готовы на койко-место в хостеле. Потянут ли они местные стандарты гостеприимства? Да и самый главный вопрос на данный момент — куда девать эти сотни тысяч болельщиков?

«В текущих реалиях я не представляю, куда они будут селить всех этих людей», — удивляется Юлия, собеседница «Ленты.ру». Также экспат, она не первый год живет на Ближнем Востоке. Хотя Юлия тут же оговаривается: катарцы взялись за дело очень ответственно. Ударными темпами растут новые гостиницы, к ЧМ будут разбиты и специальные шатры, а в местном порту будут стоять яхты, на которых можно будет пожить. Да и транспортный вопрос постепенно решается: в Дохе уже показались ростки будущего метрополитена.

«Возможно, это первый и последний чемпионат мира на всем Ближнем Востоке, — продолжает Юлия. — Для них это большее, чем просто мундиаль».

Для Катара ЧМ-2022 не только попытка открыться миру, но и демонстрация стойкости другим странам залива. В 2017 году соседи сковали Катар блокадой, обвинив государство в поддержке террористов. С ними разорвали дипломатические связи и прервали торговлю. Правда, по заверениям местных, сами они не слишком этого заметили. Катарский реал действительно просел, причем до минимума 2009 года. Но, учитывая, что валюта привязана к американскому доллару, падение составило менее одного процента.

Пария арабского мира горит желанием продемонстрировать возможности и ближайшим соседям, и гостям со всего света. И будем надеяться, местным хватит терпения на мультикультурных болельщиков. Или хотя бы не хватит камней.

< Назад в рубрику

Ссылки по теме

Другие материалы рубрики