Бывший СССР

Выпустили газы

Битва с «Газпромом» рассорила Литву и Латвию
Фото: Сергей Карпухин / Reuters

Бывший посол Литвы в Латвии Антанас Валенис выпустил книгу с занимательными историями из его дипломатической практики. В числе прочего он раскрыл подробности газового конфликта двух прибалтийских государств, в котором Вильнюс переиграл Ригу, но победа в итоге оказалась пирровой. Литовцы уговорили латышей вместе «выбивать» из ЕС деньги на создание терминала сжиженного природного газа (СПГ) — дабы получить энергетическую независимость от «Газпрома». Однако этот терминал был построен не в Латвии, как договаривались «на берегу», а в Литве. К тому же Вильнюсу пришлось учитывать интересы США, которые не оставляют попыток выдавить «Газпром» из Восточной Европы.

Самый лучший день

Независимость от «Газпрома» многие годы остается для государств Балтии идеей фикс — а в качестве окончательного решения газового вопроса долгое время рассматривалось строительство терминалов СПГ. Причем изначально обсуждалось создание одного большого объекта сразу для трех республик — ведь в этом случае он мог бы претендовать на финансовую помощь со стороны Евросоюза. В июле 2011 года тогдашний президент Латвии Андрис Берзиньш отправился в Литву, где после встречи со своей коллегой Далей Грибаускайте заявил журналистам, что реализация проекта — вопрос времени, который будет решен в ближайшие годы.

Берзиньш доказывал, что лучшим местом для строительства терминала является именно Латвия. Он говорил, что преимущество его страны — в наличии подземного газохранилища в Инчукалнсе, способного вместить почти весь объем газа, необходимый странам Балтии. Наличие такого хранилища означало приличную экономию при реализации проекта. Да и вообще, в Латвии, мол, лучше развита сеть газопроводов — а это удешевляет транспортировку газа от хранилища к потребителям. Эстония, со своей стороны, полагала, что терминал надо строить неподалеку от Таллина в Палдиски. Но в этой стране потребление газа является достаточно низким — порядка 10 процентов от регионального, — поэтому такой вариант всерьез не рассматривался.

Резон в строительстве терминала действительно был, как и повод для каждого из государств перетягивать его на свою территорию. По мнению экспертов, размещение такого объекта в окрестностях Риги позволило бы создать конкуренцию российскому «Газпрому» на региональном рынке и обеспечить более выгодные тарифы на голубое топливо как для промышленных потребителей, так и для домашних хозяйств. Такой терминал смог бы на 25 процентов снизить зависимость прибалтов от монопольного поставщика. Кроме того, стране-хозяйке газ обходился бы несколько дешевле (хотя бы из-за логистики), и при этом она получает инструмент давления на соседей. Осенью 2011 года латвийские должностные лица при разговорах о терминале демонстрировали оптимизм. Однако затем переговорный процесс забуксовал в бесконечных согласованиях позиций, и решение этого вопроса зависло на несколько лет.

Вопрос решился 27 октября 2014 года. И совершенно неожиданным образом. В этот день в литовском порту Клайпеда царило радостное оживление. Буксиры медленно заводили в гавань массивное судно под сингапурским флагом с надписью Independence на борту. Радость чиновников была неподдельной — судя по речам и лозунгам, гигантская баржа с газгольдерами привезла Литве ни больше ни меньше как «энергетическую независимость от России»! Плавучий терминал длиной почти 300 метров и вместимостью 170 тысяч кубометров СПГ собрали по заказу Норвегии в Южной Корее специально для снабжения литовского газового проекта. Он обошелся стране в более чем 87 миллионов евро — это только береговая инфраструктура, не считая затрат на аренду судна. Предварительная сумма всего контракта оценивалась примерно 750-870 миллионов евро, а стоимость 1 тысячи кубометров — 329-365 долларов. «Газпром» на тот момент поставлял газ в Литву по цене 370 долларов за тысячу кубов.

В Литве дату 27 октября назвали одной из самых значительных в истории государства — столь же знаковой, как и выход из Советского Союза или вхождение в НАТО и Евросоюз. «Это не только энергетическая независимость, но и политическая свобода!» — заявила тогда президент Грибаускайте. Государство заключило контракт с норвежской компанией Statoil, обязавшейся в течение пяти лет покрывать 20 процентов от газовых потребностей Литвы (почти полмиллиарда кубометров в год).

За что боролись?

Однако вскоре выяснилось, что, обставив соседей с терминалом, Литва получила больше проблем, чем преференций. В первую очередь это огромные и единоличные (ЕС собирался спонсировать только общебалтийский проект) расходы на создание берегового терминала и аренда судна-газгольдера — 189 тысяч долларов в день. Вдобавок спрос на жидкий газ оказался ниже ожидаемого, так как «Газпром» снизил цену и норвежский СПГ потерял все преимущества, кроме политических. Но эстонские, латвийские и даже литовские потребители оказались прагматиками, решив, что такая энергонезависимость обойдется им слишком дорого. В итоге российский монополист вернул свои позиции в регионе, включая 60 процентов литовского рынка.

Уже через год после запуска терминала литовские власти сократили его загрузку до 20 процентов — местные потребители не выбирали все объемы. Возможно, терминал и вовсе остался бы не у дел, но на этот случай заблаговременно был принят закон «О терминале сжиженного природного газа», обязавший крупных потребителей закупать 25 процентов необходимого им газа именно на терминале в Клайпеде. Неудивительно, что эта переплата в итоге сказалась на стоимости газа и тепла для конечных потребителей — граждан. Между тем еще до запуска терминала местная пресса публиковала прогнозы о том, что стоимость коммунальных услуг увеличится. Ведь в конечную цену на газ включат расходы на строительство берегового терминала и аренду судна-хранилища. И потребители должны будут покрывать их в течение всего срока контракта — как минимум 10 лет.

«Закончилось все тем, что через год работы терминала литовцам пришлось упрашивать норвежскую HoeghLNG пересмотреть условия договора в связи с сокращением спроса на газ, — рассказывает политолог Олег Мирославов. — В итоге Норвегия обеспечила себе рынок сбыта не на пять (как предполагалось контрактом), а уже на десять лет с обязательством Литвы приобрести 3,7 миллиарда кубометров газа (ранее — 2,7 миллиарда)». Он подчеркнул, что «Газпром» сохраняет существенное присутствие на литовском рынке. В 2017 году страна закупила у российской компании 1,407 миллиарда кубометров природного газа, что на 37 процентов больше, чем в 2016-м. При этом, по данным Energy Price Index, средняя цена на газ для населения в Литве составляет 640 евро за тысячу кубометров — значительно выше, чем, например, в соседней Польше.

Премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис, объясняя сложившуюся ситуацию, жаловался на непонимание соседей и в первую очередь на позицию Латвии, которая взяла длительную паузу в переговорах по совместному газовому проекту, тем самым сорвав сроки подачи заявки в Еврокомиссию. Дело в том, что литовское правительство не оставляет надежды получить европейские деньги и покрыть ими расходы на газовый проект. Это вполне возможно, но без согласия соседей считать клайпедский терминал общим Вильнюсу не обойтись. «Чтобы получить помощь, есть основное условие: это должен быть региональный проект, охватывающий Литву, Латвию и Эстонию, — говорил литовский премьер. — Но если одно государство говорит, что ему нужно определиться и еще подумать, мы понимаем, что не сможем подать заявку в Еврокомиссию».

Игра интересов

Причины соседской размолвки раскрыл в своей книге бывший литовский дипломат Антанас Валенис. По его словам, еще в 2009 году во время визита в Вильнюс премьер-министра Латвии Валдиса Домбровскиса двум странам удалось достичь непростого компромисса по энергетическим вопросам. Помимо газового терминала, обсуждалась еще и судьба электроэнергетической смычки прибалтийского региона со Швецией. Литва добивалась, чтобы энергохаб находился в Клайпеде, а у Латвии на этот счет были сомнения. В конце концов стороны пришли к обоюдному согласию и решили, что энергохаб построят в Клайпеде, а взамен Литва поможет Латвии получить от Евросоюза примерно 45 миллионов евро на укрепление своих электросетей. Кроме этого, стороны договорились, что совместно на деньги Брюсселя построят региональный терминал СПГ под Ригой.

Смычку из Швеции в литовской Клайпеде построили, однако обещание поучаствовать в создании терминала под Ригой Литва не выполнила. Вместо этого в Клайпеде, помимо энергохаба, появился еще и газовый терминал, мощности которого заметно превышают потребности любой отдельно взятой страны, и второй терминал балтийскому региону теперь не нужен. В кабмине Литвы позже говорили, что терминал нужно было возводить максимально срочно, чтобы ликвидировать монополию «Газпрома», а дополнительные переговоры с латышами, дескать, сильно затянули бы воплощение этого проекта.

«Отношения с соседями мы испортили надолго», — сожалеет Валенис. Расчет был на то, что Латвия проглотит эту пилюлю и начнет закупать газ у Литвы, а Брюссель на этом основании даст терминалу статус регионального, и Вильнюс получит европейские деньги на его содержание. Но ничего этого не случилось.

В последнее время власти страны все больше говорят о желании перейти на американский СПГ: в августе прошлого года в Литву прибыла первая его партия, в сентябре — вторая. Между литовской компанией Lietuvos duju tiekimas и американским концерном Cheniere Energy уже заключен договор о новых поставках. Министр энергетики Жигимантас Вайчюнас и глава Lietuvos energija Далюс Мисюнас утверждают, что СПГ из Америки в настоящее время стоит дешевле, чем продукция «Газпрома». Однако литовские официальные лица отказались назвать цену, в которую обошелся Литве американский газ. В связи с этим замдиректора российского Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Алексей Гривач заявил, что разница в стоимости трубопроводного газа и СПГ составляет 20-30 процентов. По его словам, на конец прошлого года эта разница составляла минимум 50-60 евро за тысячу кубометров.

Но даже если предположить, что американский газ действительно дешевле, то не стоит думать, что в США эти поставки расценивают как гуманитарную миссию. Комментируя первую поставку американского СПГ в Литву, пресс-секретарь Госдепартамента Хизер Нойерт назвала это еще одним шагом к завоеванию европейского газового рынка. По ее словам, США продолжат поставлять энергоресурсы в Европу, чтобы тамошние покупатели не зависели от единственного поставщика.

Как считает немецкое издание Focus, с политической точки зрения поставки в страны бывшего восточного блока следует воспринимать как явный сигнал Москве — о том, что США готовы вступить в борьбу за местный газовый рынок. Президент российского Института энергетики и финансов Владимир Фейгин, в свою очередь, указывает на сочетание экономических мотивов и желания американцев показать, что программа санкций против российских энергокомпаний начала работать. Вопрос, однако, в том, что получит от всего этого Литва? До тех пор пока цена американского газа превосходит цену российского, никакой логики, кроме политического фактора, в этих поставках не видно.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики