Объекты искусства, созданные на просторах сети и существующие исключительно в ее рамках, носят название нет-арт. Эти экспонаты нельзя пощупать, как и увидеть без доступа в интернет. Специальный корреспондент «Ленты.ру» Александра Виграйзер изучила сетевое искусство и разобралась в том, что общего у героини Достоевского, программистов, романа Борхеса, порносайта, бомбы, и при чем тут Энди Уорхол.
Факт ожидания
Летом 1985 года Энди Уорхол написал портрет одной из своих любимых американских певиц Дебби Харри для рекламы Amiga1000. В этом не было ничего необычного: эксцентричный художник, король поп-арта не был бессребреником и делал много коммерческих проектов. Впрочем, этот отличался от остальных. Amiga1000 была необычным товаром — современный компьютер, поддерживавший один из лучших графических редакторов того времени. Его подарила Уорхолу компания Commodore International, и после подписания контракта художник стал послом бренда.
Идея рекламной кампании была проста: отец поп-арта пробовал себя в цифровом искусстве, а Commodore создавала масштабное шоу. На сцене Линкольн-центра, перед тысячной аудиторией Уорхол с помощью ProPaint написал портрет Дебби.
Эта рекламная акция не изменила мир, да и продажи не сильно подняла. Строго говоря, компьютеры Amiga и так были одними из самых популярных в то время из-за впечатляющих технических возможностей. Правда, в 1994 году Commodore объявила о банкротстве. Иронично, что исследователи истории вычислительной техники объясняют это провалом маркетинговой политики.
Спустя 26 лет запись презентации в Линкольн-центре случайно нашел на YouTube художник Кори Архангел. Заинтересовавшись компьютерными экспериментами, он обратился в музей Энди Уорхола в Питтсбурге. Изображение Харри было в экспозиции, но о других подобных работах там ничего не знали. В хранилище среди вещей звезды поп-арта все же нашлись старые, а оттого нечитаемые дискеты и компьютер. Информацию с них удалось извлечь лишь спустя 2 года: в 2013-м обнаружилось, что интерес Уорхола к цифровому искусству выходил за пределы штучной рекламной акции. С помощью Amiga было создано несколько автопортретов, новый вариант банки томатного супа «Кэмпбелл», интерпретация «Венеры» Боттичелли с третьим глазом и многие другие работы. Восстановить удалось 18 из них.
Уорхол хотел видеть свои цифровые работы напечатанными, мечтал о том, чтобы их тиражировали, как и остальные его произведения. По крайней мере, об этом он говорил в интервью Amiga World. Эти надежды не сбылись. Случайно обретенные работы так и остались в цифровом виде, войдя в проект музея Карнеги «Невидимый фотограф».
Из-за стечения обстоятельств Уорхола можно назвать пионером компьютерного искусства: пережив аналоговую эпоху, он неосознанно стал связующим звеном между старым и новым временем. Компьютеризация, повлиявшая на все стороны человеческой жизни, не обошла стороной и культуру, породив новые формы коммуникации и искусства, но эксперименты «самого известного бунтаря двадцатого века» связывают их с предыдущим периодом.
Коллекция газетных вырезок
Нет-арт (Net.art, internet art, сетевое/интернет-искусство) критики называли самым современным течением. Яркие красочные сайты, зашифрованные в них подсказки, компьютеры, спам — у художников шло в ход буквально все. Пока интернет еще не стал привычным, такой подход был залогом успеха, шумихи. Те, кто изобрели нет-арт, приковывали внимание. Искусствоведы рассуждали об актуальности и культурном вакууме Восточной Европы (многие художники были оттуда), конспирологи искали в проектах секретные шпионские послания, обыватели рассматривали странные сайты и пытались понять, есть ли у этого смысл.
У термина нет-арт красивая история. Алексей Шульгин, один из первых сетевых художников, рассказывал, что Вук Козич, его коллега из Югославии, получил в декабре 1995 года анонимное электронное письмо. Текст оказался нечитаемым — из-за несовместимости кодировок он превратился в «ASCII-абракадабру», единственный понятный фрагмент которой выглядел так: «8~g#|\;Net. Art{-^s1». Козич счел, что сама сеть дала имя тому, чем он занимался, и начал активно использовать название Net.art.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Изображение: irational.org
Таинственное послание все же декодировали: Шульгин не может привести его полностью, но вспоминает, что это был смутный и сумбурный манифест, автор которого «обвинял традиционное искусство во всех грехах» и провозглашал новую эпоху. На самом деле неизвестно, существовал ли автор «манифеста» в реальности или же он еще один арт-объект, плод вымысла людей, любивших мистификации и нуждавшихся в красивой легенде.
Ничто — это всегда стильно
Первый оформившийся «манифест» в 1994 году написали Натали Букчин и Алексей Шульгин, назвав его «Введением в Net.art». Этот документ нельзя назвать ни полным, ни всеобъемлющим, он скорее сумбурен и противоречив. Новичок, решивший попробовать себя в интернет-искусстве, вряд ли поймет, что делать. Но этот текст определил, что такое на самом деле нет-арт, и стал основной причиной его гибели.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: map.jodi.org
Документ провозглашает нулевой компромисс, полную независимость от всех институтов, «инвестиции без материальной заинтересованности», временность искусства, его демократичность и многое другое. Самое главное, он формулирует первое и единственное на тот момент определение интернета как единственной и естественной среды, фактически средства производства, где все проекты должны одновременно существовать, создаваться, рекламироваться, потребляться и критиковаться. Сеть объявляется единственным пространством, где нет-арт может существовать.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Изображение: d1v7jayx2s9clc.cloudfront.net
Шульгин и Букчин не знали, что, провозгласив свои правила, они, по сути, произнесли надгробную речь. Тогда все это было, вероятно, веселой игрой: перечень включал в себя «внимание мальчиков или девочек» как критерий успеха. Спустя 12-13 лет, обсуждая спад и близкую смерть нет-арта, искусствоведы будут объяснять их фразами из «Введения»: «Бескомпромиссность, общедоступность, невозможность выхода в офлайн-пространство, исчезновение проектов».
Прожитый день становится фильмом
Собраний нет-арта сегодня практически не существует. Подборки ссылок, создававшиеся в середине 2000-х, неактуальны, ведь сайты большинства проектов не поддерживаются или их попросту нет. Имеющиеся антологии неполны. Рейчел Грин, автор книги «Интернет-искусство», считает, что развитие нет-арта началось в 1993 году с распространением графического дизайна, но значимые работы появились позже.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: teleportacia.org
Один из первых таких проектов сделала Ольга Лялина. Гипертекст «Мой парень вернулся с войны» —
фактически стандарт нет-арт-истории. Автор говорила, что он возник из двустишия на русском, которое долго вертелось у нее в голове: «Мой парень вернулся с войны, и вот мы остались одни». Черно-белый сайт, написанный на HTML, рассказывает историю пары, встретившейся после разлуки. Переходя по ссылкам, читатель может влиять на ход сюжета и считывать уникальную историю. Сочетание иллюстраций, текста и тот факт, что действие происходит в одном окне, сформировало настолько цельную картину, что в последующие годы проект Лялиной копировали более тридцати раз, переводя на другие языки и создавая новые истории (как чилийский проект памяти погибших в Андах солдат), ремейки и трактовки.
«Возвращение с войны» искусствоведы называли самым влиятельным произведением Net.art, с него и началась популяризация сетевого искусства. Английский, выбранный Лялиной, чтобы спрятаться, отстраниться, сделать проект более формальным, открыл к нему доступ широкой аудитории. Возможно, именно эти спонтанные решения и помогли «My boyfriend came back from the war» избежать маргинализации и приобрести настоящую известность.
Впрочем, влиятельность произведений не делала их эталоном. Художников, специализирующихся на сетевом искусстве, было мало, многие проекты создавались в коллаборации, но при этом оставались абсолютно разноплановыми. Специфика интернета как средства производства и общий анархизм арт-среды определили разнообразие жанров и форм, в которых мог существовать net.art.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: jodi.org
Порноискусство? Почему нет! Алексей Шульгин делает несколько проектов эротического и порнографического содержания. Адаптация компьютерных игр? Коллектив Jodi в 1999 получает премию Webby в категории net.art за измененный Wolfenstein 3D (один из культовых шутеров). Классическая литература? Натали Букчин превращает новеллу Борхеса «Непрошенная» (La Intrusa) в игру The Intruder, где переиначенные старые игры служат уровнями для новой истории. Религия? Ева и Франко Маттес, основатели 0100101110101101.org, в 1998-м регистрируют домен vaticano.org, где под видом Святого Престола отпускают грехи, а также проповедуют легкие наркотики и свободную любовь, цитируя Евангелие. Примеров нет-арта десятки. В них, в идее и исполнении, как правило, нет ничего общего, кроме пространства. Единственного, в котором они могут существовать.
#Искренность момента
Экспансия искусства в интернет была быстрой: Джон Ипполито, американский культурный деятель, исследователь и куратор музея Гугенхайма пишет, что к 1995 году 8 процентов сайтов в интернете были созданы художниками. Нет-арт называли авангардистским, революционным, новой эпохой, считалось, что он предопределит развитие искусства на много лет вперед. Самые смелые даже высказывали предположение, что нет-арт полностью уничтожит все старые формы. А сами художники провозглашали, что интернет будущего благодаря им будет состоять из трех частей: «торговый центр, магазин порно и музей».
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: superbad.com
У такого ажиотажа хватало причин. Новые технологии, распространение домашних компьютеров — все было в новинку, а потому интересно. Художники-бунтари едва ли не в каждом программном тексте обращались к мистификациям: к концу 90-х годов Шульгин вводит моду на придуманные устройства. Он «изобретает», среди прочего, прибор для дистанционного секса, приспособление против распознавания лиц и очки для фильтрации «визуального спама». Излишне говорить, что ни одного из устройств не существовало. «Изобретения» Шульгина были вымышленными, частью игры, в которую вовлекался случайно забредший на сайт пользователь.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: wwwwwwwww.jodi.org
Было и другое преимущество. Художники активно пользовались мистическим сознанием обывателя: популярность таких проектов как Jodi.org, Superbad и yyyyyyy.info обеспечивалась не столько привлекательностью контента, сколько возможностью строить конспирологические теории на их основе.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: wwwwwwwww.jodi.org
Хотя «исследователи» часто видели скрытый смысл там, где его не было (по одной из версий, несостоятельная легенда о существовании «смертельных файлов» окончательно оформилась благодаря Jodi), им все же удалось обнаружить некоторые «пасхалки», незаметные на первый взгляд, например, ASCII-схему ядерной бомбы в коде главной страницы Jodi.
Восхитительно красивое пустое место
Дарко Мавер — художник и скульптор из Югославии, чьи работы вдохновлены войной. Мавер раскладывал в пустующих зданиях и гостиничных номерах невероятно реалистичных кукол — жертв насилия, размещая затем фотографии на своем сайте. О нем впервые заговорили в подпольных художественных клубах Европы в 1998-м. Спустя год Мавера объявили вне закона и арестовали в Подгорице. 30 апреля 1999-м его нашли мертвым в камере. Из солидарности с репрессированным художником в Болонье и Риме прошли посмертные выставки, фильм «Дарко Мавер. Искусство войны» показали в сентябре на Венецианском биеннале, а критики называли его работы важным напоминанием о жестокости.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: t0.or.at
На самом деле Дарко Мавера не существовало. Коллектив 0100101110101101 создал человека-легенду. Его биография была выдумана, смерть подделана, а «фотографии работ» были реальными съемками жертв убийств, зверств и пыток, которые Ева и Фрэнк нашли в интернете.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Изображение: bookchin.net
Миф о Мавере — одна из самых знаковых попыток нет-арт-сообщества выйти в реальную жизнь, а оно в этом нуждалось. К началу 2000-х увлекательная и бунтарская философия сетевого искусства превратилась в мину замедленного действия. Нет-арт нельзя было коммерциализировать — никто не купит сайт, который и так в общем доступе. Его нельзя было выставлять — в отрыве от пользовательского опыта, сети и браузера нет-арт не существовал.
Нет-арт существовал параллельно, не соприкасаясь с арт-рынком, музеями, галереями. Подход, предусматривавший исчезновение проектов как часть творчества, привел к тому, что даже простая каталогизация оказалась затруднительна. Онлайн-музей «Райзом», архивирующий нет-арт, вынужден демонстрировать работы с помощью видео, эмуляторов старых браузеров и копий, так как большая часть сайтов сегодня недоступна.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: humbot.org
С 2005 года популярность нет-арта идет на спад. Движение покидают основатели, новые проекты уже не вызывают былого ажиотажа. Интернет, все еще свободный и доступный, становится для пользователей привычной средой: функциональным дополнением к реальной жизни, а не элитарным культовым местом. Сеть, которая казалась художникам идеальным общедоступным пространством для творчества, на деле превратилась в гетто. Отказ от участия в арт-системе, игнорирование поисковых систем и социальных медиа привел к замкнутости, а значит, и маргинализации нет-арта.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Скриншот: deviantart.net
Идея, что сетевое искусство может использовать интернет как замкнутое пространство, без выхода в офлайн, оказалась ошибочной. Позднее, в многочисленных попытках пересмотреть терминологию, художники пытались объявить нет-артом видеоблоги, трансляции, акционизм с использованием сети, но использовать термин расширительно было бы неверно. Нет-арт, вероятно, останется таким, как его придумали создатели: странным, эклектичным и исчезающим.