Лента добра
Культура

Русская утопия

Российские художники на 57-й Венецианской биеннале
Сергей Сапожников «Танец»
Фото: предоставлено фондом современного искусства V-A-C

13 мая для публики открылась 57-я Венецианская биеннале — старейший и самый авторитетный в мире смотр современного искусства. Российское присутствие на нем в этом году особенно заметно — «Лента.ру» выбрала самые интересные проекты.

Teatrum Orbis. Павильон России, Джардини Публичи

Городские публичные сады на берегу лагуны, устроенные еще при Наполеоне, исторически были главной территорией Биеннале еще с 1895 года. Почти сразу на ней стали появляться работы русских художников. А в 1914 году открылся и собственный, построенный А.В. Щусевым павильон, приютивший теперь проект под названием Teatrum Orbis. Комиссар и куратор павильона Семен Михайловский позаимствовал название у фламандского картографа Абрахама Ортелиуса: это отсыл к изданному Ортелиусом в 1570 году атласу мира с комментариями путешественников и миссионеров. Проект, таким образом, представляет собой и ожившую карту, и театр: в белых, почти гипсовых декорациях целыми днями разыгрываются статичные спектакли, выстраивается в шеренги армия, стреляют пулеметы, звучат голоса. Есть среди них и голос Муссолини, а меня встречала Ахматова. «Я была тогда с моим народом», — доносилось из динамиков, когда я вошла в павильон.

Эта работа об изощренной системе подавления, о государстве, которому художник не может простить пережитый когда-то страх. Он привычно воспроизводит в своих инсталляциях отталкивающие символы, которые сегодня считываются еще и как ответ столетнему юбилею Октябрьского переворота.

Не было эксперимента в том, чтобы пригласить Гришу Брускина: с 1988 года, когда на первом аукционе Sotheby’s в Москве его работы были проданы почти за миллион долларов, а «Фундаментальный лексикон» появился на первой полосе The New York Times, Брускин входит в топ наших самых дорогих художников. К тому же в параллельной программе прошлой биеннале была большая его выставка. А в этом году Брускин освоил новый для него видео-арт, отчасти напоминающий рисованные фильмы Уильяма Кентриджа, но здесь вполне уместный. Зрители покидают анфиладу второго этажа потрясенные — и «остывают» в «ледяной пещере» из пластика группы Recycle (краснодарские художники Андрей Блохин и Георгий Кузнецов). Это очередной кунштюк русского павильона: на поверхности «ледяных» глыб торчат головы, руки, ноги. Но стоит настроить на них гаджет со скачанным тут же приложением, как то, что скрыто, превращается в полноценные, пусть и виртуальные тела.

B павильоне есть еще работа Саши Пироговой, чье видео демонстрируется в пристройке. Взятая в проект, кажется, только за возраст (Семен Михайловский признавался, что хотел представить художников трех поколений, включая совсем юных), она сняла спокойное гламурное видео, отчасти напоминающее рекламу.

В концепции куратора благостный видеоряд символизирует выход к свету. Но композитор Дмитрий Курляндский, сочинивший для павильона даже не музыку, а скорее саунд-дизайн, предлагает начинать знакомство с экспозицией с видео Пироговой. Если последовать его призыву, мы вначале увидим рождение людей из камней (шуршание гравия сопровождает фильм), потом их «замерзание» во льдах и, наконец, участие в сражениях.

Viva arte viva, главный проект Биеннале. Арсенал и Палаццо, Джардини Публичи, 13 мая — 26 ноября

Биеннале в Венеции, родившаяся в 1895 году как «картинная» выставка, давно превратилась в смотр актуального искусства и сохраняет постоянную структуру, предусматривающую, помимо национальных павильонов, которых в этом году 85 (против 79 на прошлой биеннале), главный проект. Приглашенный куратор нынешней биеннале, куратор парижского Центра Помпиду Кристин Марсель назвала его Viva arte viva и объединила в нем 120 художников из 51 страны. Среди этих участников почти нет звезд: 103 художника показываются на венецианском смотре в первый раз. Но в главный проект Марсель отобрала трех российских художников – Вадима Фишкина (живущего постоянно в Любляне), Ирину Корину и Таус Махачеву, которая устраивала в свое время в Центре Помпиду перформанс «Супер Таус», где рассуждала о роли, навязанной женщинам в Дагестане, а теперь, для биеннале сняла на видео другой перформанс — на тему дагестанского искусства. Канатоходцы переносят картины с одной горной вершины на другую, используя их для баланса вместо шеста. Речь идет о забытом искусстве, которое Таус таким образом показывает всем.

«Благие намерения» — проект театрального художника (и мастера тотальной инсталляции) Ирины Кориной — представляет собой выгородку в Арсенале, где выставлены узнаваемые атрибуты общенародных праздников: неоновые лампы, пятиконечные звезды, искусственные цветы в траурных венках.

«Фуршетный столик с пятнами вина на скатерти связан с языческим обрядом разделения трапезы, — объясняет Корина, — с опытом совместного поедания мамонта. Когда вы получили свой кусок от общего, вы тем самым принимаете и происходящее сейчас, даете согласие на какие-то общие решения. Так, мне кажется, работает общество праздника, в котором мы живем».

Это сюжет о ритуалах и социальной иерархии, в которую встроены все от мала до велика, и поэтому есть венок для мышки, а есть — для слона.

Человек как птица. Образы путешествий. Павильон ГМИИ им. А.С. Пушкина в Венеции, параллельная программа Биеннале. Палаццо Соранцо Ван Аксель, 13 мая — 5 сентября

Доселе ни один российский музей не открывал своего офиса в Венеции. «Мы пошли на этот шаг сознательно, — комментирует нововведение директор Пушкинского музея Марина Лошак. — Нам важно было заявить о том, как мы транскрибируем понятие живого искусства, поделиться планами о создании на территории будущего музейного городка отдельного пространства для этих произведений».

Недавно выставки видео-арта проводились в московской усадьбе Голицыных в Колымажном переулке, а теперь некоторые произведения перебрались в Венецию и призваны сообщить миру о том, что проект ГМИИ «Пушкинский XXI» фактически стартовал.

Кураторы экспозиции — Марина Лошак и заведующая отделом кино- и медиаискусства ГМИИ Ольга Шишко. Среди художников, наряду с живущими в России Ириной Затуловской, арт-группой «Провмыза», Дмитрием Булныгиным, участвуют иностранцы — в частности, Итало Кальвино, создавший из впечатлений от путешествий Марко Поло воображаемые города, и Масаки Фуджихата, придумавший электронный дом. Но фаворитом экспозиции остается Юрий Календарев со своей звуковой скульптурой, на которой каждый может поиграть, ударив, например, в гонг.

Пространство. Сила. Конструкция. Фонд V-A-C. Палаццо на Дзаттере, 13 мая — 25 августа

Фонд Леонида Михельсона V-A-С — одна из самых мощных частных российских институций, занимающихся современным искусством — открыл на Дзаттере собственный музей. Это именно музей, а не павильон, хотя бы потому, что выставок здесь будет проходить много, и они не будут привязаны к сезону биеннале: сразу после закрытия нынешней откроется следующая.

Примечательно, что на этой первой выставке совcем нет работ из знаменитой собственной коллекции искусства Леонида Михельсона. Сделанная в соавторстве с Чикагским арт-институтом, она представляет собой диалог между актуальными художниками, чьи работы в том числе специально создавались для этой экспозиции (среди наших художников мы видим тут и уже упомянутую Ирину Корину), и русскими авангардистами 1920-1930-х годов.

В последнее время москвичи «разогреты» выставками русского авангарда — мы воспринимаем их как должное. Но «Рабочий клуб» Родченко, показанный в 1925 году на выставке в Париже и реконструированный специально для Венеции, мы все-таки видим не каждый день. Причем реконструкция используется по назначению: здесь проходят совещания, рабочие встречи, обсуждаются планы.

Для этой выставки воссозданы по фотографиям, а где-то по чертежам дрезденский кабинет Эля Лисицкого, агитационный стенд Густава Клуциса, театральные декорации Варвары Степановой и мебель Алексея Галактионова.

Самая же удивительная вещь здесь — графика Валентины Кулагиной, жены, а потом вдовы Густава Клуциса, расстрелянного в 1938-м. Эта акварель сделана сразу после его ареста: мы видим, как Клуцис спускается по лестнице в сопровождении нижних чинов...

Валерий Кошляков. «Не переставая строить утопию». Ка’ Фоскари Эспозициони (выставочные залы университета Ка’ Фоскари). 11 мая — 29 июля

Залы университета Ка’ Фоскари все последние биеннале принимали у себя российские проекты. В 2011 году это была блестящая выставка Дмитрия Пригова, выстроенная Ремом Колхасом; в 2014-м, во время Архитектурной биеннале (они чередуются с Биеннале современного искусства) —ретроспектива Михаила Рогинского. Теперь мы видим большие полотна Валерия Кошлякова, который однажды уже представлял Россию в Венеции — на юбилейной 50-й Биеннале в 2003 году.

Его язык очень уместен в Венеции, которая тонет. Его выдуманные города и реальные «сталинки», заранее превращенные в живописные монументальные руины, словно стекают с холстов.

«Во всем творчестве Кошлякова есть это неустойчивое равновесие нестабильности, это трепетное колебание между изысканным благородством высокой культуры и брутальной реальностью мусорных материалов», — говорит о нем итальянский куратор Данило Эккер, устраивавший выставки Валерия Кошлякова и в 2005 году в Риме, и год назад в Музее русского импрессионизма в Москве. А теперь в Венеции.

Антарктида. Павильон Антарктиды в палаццо Молин, набережная Дзаттере. 12 мая — 30 июля

Идею провести самую необычную биеннале современного искусства предложил еще в начале нулевых российский художник и моряк Александр Пономарев, во время своей первой экспедиции в Антарктиду. Выставка, открывшаяся в этом году в рамках Венецианской биеннале и документирующая экспедицию, организованную Пономаревым в прошлом году, уже третья по счету. Первая — «Антарктопия» — прошла в 2014 году на Архитектурной биеннале в Венеции. Свои объекты для нее сделали тогда выдающиеся архитекторы — в частности, Заха Хадид.

Пономарев чередует свое кураторство с архитекторами. В 2015 году, например, он показывал в этом павильоне собственный проект «Конкордия». А год назад демонстрировали экспозицию «The Antarctica: Re-cyclical a frontier in flux» Хани Рашида и Института архитектуры и Венского университета прикладных искусств.

В этом году в павильоне вновь хозяйничает Пономарев, который вместе с командой художников завершил очередное плавание к Южному материку. В экспозицию вошли произведения, созданные ими и финалистами международного конкурса молодых художников Antarctic Biennale Open Call.

Арсен Ревазов. «Красная / прекрасная». AR33Studio, Calle Frezzeria 1733 San-Marco

Это выставка не про Красную площадь, но про красную Москву и красную страну. Фотограф Арсен Ревазов снял на инфракрасную пленку разные виды России, от деревенских церквей и полей до панорам Москвы-сити. Потом распечатал их в гигантском формате на красном фоне и смял.

Так они и висят, скомканные, на выставке в городе, который постоянно грозит исчезнуть. Но тут кажется, что первой может исчезнуть Москва. Цвет вызывает ассоциации не столько с красной/красивой, сколько с Красной книгой, в которую Москва должна быть занесена.

Выставка, куратором которой выступал известный блогер Антон Носик, — не первый проект, который Ревазов представляет в галерее AR33Studio, открытой в 2015 году в историческом памятнике Венеции. Мемориальная доска на здании сообщает, что в 1771 году здесь останавливались 15-летний Моцарт и его отец, приезжавшие на знаменитый Венецианский карнавал.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики