Лента добра
Культура

Состоятельные кроты

Почему образ Шаляпина с картины Кустодиева ассоциируется с НЭПом
Изображение: фрагмент картины Бориса Кустодиева «Портрет Шаляпина»

На картине Кустодиева зима, ярмарка, народ гуляет, торгует и веселится. На первом плане, на пригорке, стоит солидный мужчина в роскошной бобровой шубе. Это Федор Шаляпин — знаменитый оперный певец, а у его ног — породистый песик, французский бульдог Ройки. Всем своим видом показывает, что и он не бедствует.

Это полотно было написано неожиданно — в бывшем Мариинском театре ставили оперу «Вражья сила», где главным баритоном был Шаляпин, и декорации заказали у Бориса Кустодиева. Выбор пал на него неслучайно — его жизнеутверждающие картины, на которых изображена жизнь народа, вселяют оптимизм в зрителя, и именно оптимизма очень не хватало гражданам Советской России, страны, в которой царила разруха после недавно закончившейся Гражданской войны.

Именно в 1921 году, тогда, когда Кустодиев написал «Портрет Шаляпина», Ленин на X съезде РКП (б) объявляет о начале Новой экономической политики — НЭПа. До этого момента в течение более чем трех лет предпринимались попытки строить в стране военный коммунизм, с отменой товарно-денежных отношений, экспроприацией средств производства, трудовой повинностью и тотальной уравниловкой.

Не получилось — народ не оценил стараний власти и стал роптать. То тут, то там крестьяне, недовольные продразверсткой, поднимали восстания, и именно недовольство граждан стало основной причиной введения НЭПа, а не забота о подъеме экономики и народном благосостоянии.

Образ веселой ярмарки и Шаляпина в дорогой шубе отлично иллюстрирует эту политику, ведь ее объявление означало децентрализацию экономики, замену продразверстки продналогом и возвращение мелкого и среднего предпринимательства, которое было так необходимо для того, чтобы поднять страну из руин.

Коммунистический капитализм

Ленин, выступая на X съезде, говорил о том, что видит в НЭПе возможность построения фундамента социалистического ведения народного хозяйства. Грубо говоря, он предлагал практиковать комбинацию капиталистической экономики и коммунистической идеологии. Крупные предприятия при этом оставались в руках государства, чтобы не дать возможность буржуазии, считавшейся «прислужниками империалистов» получить влияние в стране. Большевики не отказывались от идеи о том, что капитализм всегда ведет к империализму, и потому такая мера должна была предотвратить возможность накопления капитала нетрудовыми методами.

Теперь крестьяне освобождались от обязанности сдавать излишки зерна и другой сельскохозяйственной продукции. Они могли свободно продавать ее, платя в казну необременительный продналог. Была разрешена внешняя торговля и концессия — договор о создании или реконструкции предприятий за счет иностранного инвестора с последующей передачей их в государственную собственность. При этом капиталист получал возможность эксплуатации фабрики или завода с возможностью сбора прибыли, часть которой отчислялась в казну.

Большевики надеялись, что такие меры приведут к развитию промышленности в разрушенной стране. Пролетарии получат новые рабочие места и будут производить промтовары, необходимые для поднятия уровня жизни населения.

Советские буржуа

НЭП дал первые результаты уже через год. Экономический подъем был ощутим, но, в свою очередь, привел к появлению класса нэпманов, или «советских буржуа». Эти люди занимались мелким предпринимательством и смотрели на идеалистические представления партии сквозь пальцы. Конечно, на словах они признавали, что коммунизм в перспективе прекрасен, но сами заботились о том, чтобы устроить свою жизнь здесь и сейчас, — и странно их в этом винить.

Советская пропаганда на протяжении всего периода НЭПа старалась высмеивать таких людей (достаточно вспомнить произведения Ильфа и Петрова) и обличать их быт, выставляя его мещанским и «старорежимным». Предприниматели не могли участвовать в выборах и облагались крупными налогами, которые стали практически неподъемными в 1926 году, когда было принято решение потихоньку сворачивать новую экономическую политику.

Уже через четыре года после смерти Ленина, в 1928 году, сталинская власть объявила о возвращении к плановому хозяйству, провозгласив начало первой пятилетки — пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР.

Неправильный путь

У той экономической политики были свои плюсы и минусы. С одной стороны, она действительно позволила поднять советскую экономику, но лишь до уровня, на котором она находилась перед началом Первой мировой войны. Сельское хозяйство активно развивалось, но как раз это и не устраивало сталинскую власть.

Считалось, что НЭП превратит страну из аграрной в промышленную, открывая путь к построению социализма и коммунизма. Но в результате происходило как раз обратное! По мнению Сталина, СССР шел по неправильной дороге, а значит, с НЭПом пора заканчивать.

У новой экономической политики было всего три года, в которые она могла активно развиваться. Чтобы случилось, если бы Ленин прожил еще лет 10 и капитализм продолжал бы существовать с коммунистической идеологией? Многие левые полагают, что страна пошла бы по совсем иному пути и недостатки НЭПа очень скоро бы удалось ликвидировать. Сам же Ленин считал, наблюдая в течение нескольких лет попытки внедрения военного коммунизма, что стабильная и успешная экономика является залогом перехода общества на новую ступень, а не наоборот, и готов был ждать столько, сколько потребуется.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики