Лента добра
Силовые структуры

Вор из избы

Почему майские праздники считаются лучшим временем для квартирных краж
Фото: Наталья Львова / ТАСС

Обычным людям майские праздники — передышка от офисной суеты, а «форточникам», «чердачникам» и прочим специалистам по проникновению в жилище — рабочий полдень. Во время весенних каникул традиционно ожидается рост числа квартирных краж. «Лента.ру» узнала, как изменился мир «домушников».

Дел у воров на майские действительно невпроворот, ведь многие легкомысленные горожане полагают, что дверной замок — надежная защита от незваных гостей. Хозяева разъезжаются на каникулы по дачам и курортам, что позволяет преступникам без особой суеты поработать над личинками самых мудрых запорных механизмов.

Наиболее притягательна для квартирных воров Москва. Уровень достатка у жителей мегаполиса выше, да и затеряться после преступления проще. За первые три месяца текущего года в Первопрестольной совершено 736 подобных преступлений.

Шерстить чужие квартиры в Москву приезжают и из зарубежья, и из отдаленных регионов России. По данным Московского уголовного розыска, больше половины групповых квартирных краж совершается приезжими.

Чем ниже, тем удобнее

Более половины проникновений в квартиры совершено через окна первого и второго этажей.

— «Форточниками» таких воров сегодня можно назвать с натяжкой, — рассказал «Ленте.ру» начальник 3-й оперативно-разыскной части УВД ВАО подполковник Юрий Ершов. — Форточек-то не осталось, почти везде стеклопакеты. Фрамуги новых окон довольно легко вскрываются отвертками, монтировками и другими нехитрыми инструментами.

Подполковник занимается расследованиями квартирных краж более 20 лет. По его словам, жители нижних этажей, не поставившие надежные решетки на окна, больше других рискуют оказаться обворованными. Нередко таким способом пытаются заработать на дозу наркозависимые, а встреча с неадекватным преступником не сулит ничего хорошего.

«Форточные» кражи считаются преступлением низкой квалификации. Часто ими занимаются непрофессионалы — например, гастарбайтеры, оставшиеся без заработка. Как правило, у таких преступлений отсутствует подготовительный этап. Дело случая: шел, увидел, что дома никого, залез и взял.

Воришки этой специализации чаще других попадают в руки полиции. Самая большая сложность для преступника — остаться незамеченным. В поимке «форточников» большую роль играют очевидцы, которые замечают незнакомцев у соседских карнизов.

Финансовая разведка

Высокоорганизованные квартирные кражи составляют небольшую долю от общего числа, в Москве таких не больше 10-15 процентов. Зато в этом случае выносят все самое ценное.

Выбор квартиры случайным здесь не бывает. Одни воры — те, что попроще, но знакомые с устройством замков, присматриваются к богатым дверям, кондиционерам, тем же оконным рамам посолиднее. Проводят, так сказать, примитивную финансовую разведку.

Другая категория преступников действует по наводке или достоверной информации, указывающей на большой куш.

— Нередко бывает, что в ходе расследования мы узнаем, что человек стал жертвой наводки знакомого, порой близкого человека, — рассказывает Юрий Ершов. — Так, одной москвичке подложил свинью бывший сожитель.

Молодой человек фактически находился на иждивении у преуспевающей во всех отношениях девушки. Когда роману пришел конец, он сумел выйти на ее конкурентов по бизнесу и предложил им наказать бывшую пассию рублем. Сообща они решили обобрать квартиру. Для непростого дела специально из Белоруссии выписали специалиста по замкам. Тем не менее спустя несколько месяцев сыщикам УВД ВАО удалось раскрутить этот сложный криминальный клубок и привлечь виновных к суду.

Часто информацию криминалитету «сливают» знакомые жертв, которым случайно становится известно о том, что кто-то продал дом, дачу или участок за наличные. Зная, что в квартире крупная сумма денег, воры могут прийти за добычей средь бела дня, когда все на работе.

Нельзя сбрасывать со счетов и «самонаводку»: соцсети расскажут о ваших ближайших планах на выходные и доходах подробнее соседки-пенсионерки или любовницы.

Деньгам не место среди книг и белья

Не каждый мужчина может на раз-два вспомнить, куда спрятал заначку от жены, не каждая дама быстро найдет нужные для выхода в свет сережки — так устроены обычные люди. Но ворюга со стажем в три минуты соберет все дорогие вещи в чужом доме. Как так получается?

— Долго сам задавался этим вопросом, — рассуждает борец с домушниками с 20-летним стажем. — Есть в этом что-то мистическое. Назовем это интуицией. У сыщиков она тоже с годами вырабатывается — например, во время обысков. Но есть и стандартные места, куда заглянет каждый вор. Первое — книжный шкаф, второе — бельевой.

Естественно, не обойдут жулики стороной секретеры, выдвижные полки, письменные столы, кухонные гарнитуры, вазы. И конечно, спальни.

— Забавный случай произошел несколько лет назад при осмотре квартиры, — вспоминает эксперт-криминалист из УВД по ЦАО. — Семья оплакивает похищенные сбережения: несколько десятков тысяч долларов родственники хранили в файле в обшивке матраса. К слову, это очень распространенное место, где люди опрометчиво прячут сбережения. Я решил поискать следы пальцев рук на ножках кровати. Двигаю изрезанную подстилку — и вдруг шелестит что-то. Оказалось, преступник так энергично резал обшивку, что пакет завалился и остался незамеченным. Потерпевшие прыгали от счастья — так быстро полиция утраченное еще не возвращала.

Золотой «ключник»

Воры-профи работают стаями до десяти человек. У них четкое разделение обязанностей: одни наводят — подбирают жертву. Вторые ведут наблюдение за квартирой: составляют «график посещения» жилища хозяевами, следят за почтовым ящиком, расставляют «маячки» (спички, бумажки, паутина в дверном косяке, выпадение которых свидетельствует о том, что двери открывались, а следовательно заходили жильцы — прим. «Ленты.ру»), подмечают, зажигается ли свет в комнатах. Третьи обеспечивают безопасность — проще говоря, стоят «на шухере». Причем работают часто с рациями и другими средствами мгновенного оповещения.

Главным и самым ценным игроком команды является «ключник» — так называют специалиста по открыванию сложных замков. Его дело — ювелирное. Таким спецом не рискуют, поэтому он даже не заходит внутрь квартиры, чтобы лишний раз не рисковать. Потеря такого профи для шайки в случае облавы сравнима с ампутацией рук у пианиста.

— Если в редких случаях удается поймать «ключника» на месте или на выходе из подъезда, сообщники всячески стараются выгородить его, взять вину на себя, забрать его инструмент, — рассказал «Ленте.ру» оперативник, служащий в престижном районе столицы. — Это же штучный товар, такому искусству нигде особо не учат.

Пальцев и слюны не оставляют

Между тем в среде квартирных воров хорошо налажены каналы обмена информацией. Те, кто прошел ремесленную мастерскую в колониях, почти никогда не оставляют отпечатков пальцев на месте преступления. У российских сыщиков с развитием технического прогресса появился новый способ уличить вора — в распоряжении полицейских криминалистов появились лаборатории генетической экспертизы: слюна на окурках и жвачках, потожировые следы превращаются в неоспоримые доказательства причастности к преступлениям.

Увы, в последние годы эксперты все реже находят эти неочевидные вещдоки при выездах в обворованные жилища. А все сарафанное радио.

Тем не менее бороться с квартирными ворами в частности стало проще. Опять же — благодаря техническому прогрессу: 90 тысяч подъездов столичных многоэтажек оснастили видеонаблюдением приличного качества.

— Со временем работа по записям с камер видеонаблюдения практически вытеснила работу с другими нашими источниками информации, — говорит Юрий Ершов. — По моим подсчетам, это увеличило эффективность раскрытия преступлений в четыре раза.

Облегчило работу сотрудникам полиции и сокращение числа полулегальных пунктов приема изделий из драгметаллов. Сегодня довольно сложно анонимно пристроить «бэушную» ювелирную вещицу даже на рынке. Паспорт, может быть, не везде потребуют, но это вовсе не значит, что сыщики не узнают о том, кто приходил в ломбард.

***

Но унывать не стоит: толковых квартирных воров в Москве становится все меньше и меньше. По данным полиции, квартирные кражи становятся непопулярным занятием в криминальной среде. По сравнению с началом века число случаев сократилось в три раза. Дело в том, что это преступление считается тяжким, а значит — и борются с ним усерднее.

— Профессионалы из этого криминального бизнеса уходят. Денег тут стало меньше, а риск попасть в тюрьму возрос значительно: примерно 50 на 50. На такую ставку не играют, — рассуждает Юрий Ершов. — Например, представители грузинского криминалитета, всегда считавшиеся профессионалами в этой области, в столице практически не работают. Считают, что игра не стоит свеч.

< Назад в рубрику
Другие материалы рубрики