На портале «Российское образование» до конца февраля будет идти общественное обсуждение «Стратегии развития воспитания до 2025 года». Как поясняют в Минобрнауки, у законопроекта амбициозные задачи: «формирование новых поколений (…) разделяющих традиционные нравственные ценности, готовых к мирному созиданию и защите Родины». Большое внимание уделено в документе информационной безопасности детей, повышению их правовой и политической грамотности и духовному развитию. По замыслу разработчиков, на основе стратегии будут сформированы подробные программы и планы мероприятий на всех уровнях, включая школы, вузы, общественные и государственные организации. О том, как в России будут учить любить Родину, «Ленте. ру» рассказал ректор Российского университета дружбы народов (РУДН), руководитель рабочей группы по разработке стратегии, экс-министр образования Владимир Филиппов.
«Лента.ру»: Вам не кажется, что научить любить Родину — миссия невыполнимая? Это чувство воспитывается исключительно средой обитания.
Филиппов: Понятие «любовь» к категории знаний не относится. Действительно. Это — сфера эмоций. Но разбудить чувства можно художественными средствами. В советские годы коммунистическая партия видела, на что в данный момент в воспитании надо сделать упор, и ставила задачу творцам — требуются фильмы или детские книги про рабочих, про учителей, про летчиков. Сейчас такого единого плана нет.
Стоит ожидать?
Писатели, режиссеры должны сами чувствовать эти лакуны, определять, что в обществе наиболее востребовано. И мы в стратегии не случайно сделали акцент на поддержку семей. Мы видим, что на Западе традиционная семья стала разрушаться, трансформироваться.
Это вы про геев?!
И про них тоже. Хотя кризис семьи на Западе начинался 30-40 лет назад со спада рождаемости в семьях. Затем повлекло необходимость привлечения в массовых объемах рабочей силы из стран Африки и из арабского мира. И стратегия говорит, что мы не хотим в этом вопросе перенимать явно отрицательный иностранный опыт.
![Владимир Филиппов](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Владимир Филиппов
Фото: Геннадий Гуляев / «Коммерсантъ»
Мы хотим поддержать традиционные семейные устои. В законе «Об образовании» подчеркивается, что «Образование — это целенаправленный процесс воспитания и обучения в интересах человека, семьи, общества и государства». К прежнему определению впервые добавлено слово «семья». Но тут возникают вопросы, что нужно изменить в образовании, чтобы семья стала приоритетом? Необходимо будет пересматривать списки литературы в школьной программе, что-то добавить в воспитательной работе, что сможет разбудить любовь не только к Отечеству, но и к семье.
Что вы хотите получить на выходе к 2025 году — сроку окончания действия стратегии? Можете описать светлый образ подростка новой формации?
Когда мы прописываем то, к чему надо стремиться, — это идеал. Но у всех есть свои слабости. В стратегии, например, в числе задач записано — воспитание языковой культуры. Мы прекрасно понимаем, что этого добиться будет трудно. У нас ведь и политики в массе своей говорят «обеспечЕние» вместо «обеспЕчения», «языкОвый», а не «языковОй». В программе мероприятий придется предусмотреть еще и обучение родителей. Или получится так, что в школе детей учим говорить правильно, а дома — пусть слышат мат. Но в целом мы не стремились составить какой-то конкретный набор качеств человека будущего. Самое главное — нужно соблюдать нравственные законы.
И, видимо, в чем-то ограничивать людей? Сейчас активно обсуждается инициатива депутата Ирины Яровой уменьшить в школах часы на изучение иностранного языка — мол, это негативно влияет на детей и не дает возможности полноценно изучить русскую культуру.
В первых строках стратегии воспитания, с одной стороны, подчеркивается, что Россия должна интегрироваться в мировое сообщество. И это — позиция президента. Но с другой стороны, у нас должно быть свое национальное законодательство, которое бы регулировало острые вопросы. Например, тот же закон об оскорблении чувств верующих. Если что-то не запрещено законом, то, наверное, это делать можно. Но вспомните Pussy Riot, которые устроили акцию в храме Христа Спасителя, и утверждали, что закон этого не запрещает. Но все-таки их действия попали под статью Уголовного кодекса.
Справедливо ли?
Их адвокаты не смогли доказать обратного, да и мировое сообщество в итоге решило, что суд по российским законам был справедливым, но что российские законы с их точки зрения — слишком суровые. Но суд здесь ни при чем. Законы принимают парламенты, избираемые всенародным голосованием.
Какое место в деле воспитания молодежи отводится религии?
Думаю, теперь весь мир понимает, что эта тема требует деликатного решения. Такой многоконфессиональной страны, как Россия, наверное, нигде нет. У нас есть большая доля буддистов — на Дальнем Востоке, в Калмыкии. Огромная часть мусульман, которые живут не только на Кавказе, но и в большинстве крупных городов по всей стране, ну и наше традиционное православие. Самое главное, на чем должна строиться работа, — это уважение к чувствам верующих. Знаете, как начиналось мое религиозное воспитание? Я тогда только-только поступил на первый курс РУДН, мне дали место в общежитии. У нас в вузе практиковался интернациональный принцип расселения. Утром встаю и вижу, что сосед мой, католик Жан-Поль Эйебе Абоа, который впоследствии стал министром юстиции Камеруна, молится в одном углу. А в другом углу на коврике молится араб Абдул Мухаммед. А я ведь комсомолец, атеист. Деликатно гулял по коридорам, шел на кухню, в ванную. Вот так воспитывается толерантность. Поэтому мы до сих пор запрещаем студентам из одной страны жить в одной комнате. Если кто-то не соглашается — не вопрос, иди в другой вуз. Но практически все несогласные потом осознают, насколько это здорово — на собственном опыте понимать другую культуру, традиции. В конце концов и в вопросах становления личности, способной жить и работать в современных, многонациональных коллективах, это оказывается очень полезным. В том числе и для карьеры.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Фото: Алексей Куденко / РИА Новости
Еще лет пять назад была популярна идея свободной Европы, куда и Россия себя относила. Получается, что сейчас мы снова «пойдем другим путем», отдельно от всех?
Конечно, мы должны выполнять все взятые на себя международные обязательства. Есть же конвенции, которые подписала Россия и ратифицировала: о правах ребенка, о правах человека....
Но зачем нужна своя — русская — стратегия?
На примере событий, которые произошли в той же Европе в последние годы, мы видим, что ответ на вопрос «Как воспитывать детей?» для каждой страны свой. В Западной Европе — один, в арабском мире — другой, в коммунистическом Китае — третий, в России — четвертый. И все эти ответы базируются на традициях, идеологиях конкретных стран. Причем не только вековых традициях, но и сложившихся в последние десятилетия.
В России есть идеология?
Есть. И не одна. Есть идеология компартии. За нее голосуют сотни тысяч людей. Есть идеология людей, которые относят себя к партии ЛДПР. Есть другие политические силы. Идеологий много. И это нормально. В Конституции говорится, что в Российской Федерации не может быть единой национальной идеологии.
Какая из этих «идеологий» применима для воспитания детей?
Мы находимся с вами в Университете дружбы народов. Мы своим студентам всегда говорили, что хотим воспитать их патриотами и интернационалистами. Чтобы, получив образование, они вернулись работать к себе на родину, а не сбежали бы с нашим дипломом во Францию или Америку. И подчеркивали, что в своей стране они должны быть не национал-патриотами, а патриотами-интернационалистами. Про патриотизм сейчас не говорит только ленивый. Но на примере Украины видно, что мы забыли про интернационализм. А это другое воспитание, другие методы.
То есть понятие «патриотизм» из стратегии уйдет?
Нет конечно. Дополним словом «интернационализм». Как ректор многонационального вуза, я понимаю, что это повлечет на практике. В советское время все студенты Университета дружбы народов были расписаны по школам Москвы. Африканцы, индусы, арабы, латины ходили к столичным ребятам в классы и воспитывали интернационализм. Тогда это практиковалось. Почему бы сейчас не возобновить? И по школам пойдут не только студенты РУДН, но и ребята из других вузов и будут воспитывать нормальные чувства и к украинцам, и к арабам, и к кавказцам.
Предлагаете вернуться к советским технологиям? Школы и сейчас соревнуются между собой по количеству смотров строевой песни, проведенных игр «Зарница». Лет пятнадцать назад, когда я училась, все было точно так же. Не скажу, что на нас — детях — это духовно отражалось.
Прежде чем строить конкретную программу мероприятий в школах, нужно сначала ответить на принципиальные, системные, общественно значимые вопросы. Например, можно ли рисовать карикатуры на пророка Мухаммеда или Христа? Во Франции решили, что можно. А то, что некоторые французские граждане этого не понимают — списали как раз на недостатки французского школьного воспитания. И поэтому собираются усиленно работать с детьми по этому вопросу. Но во Франции нет закона об оскорблении чувств верующих. В России он есть. Значит, у нас такие карикатуры печатать нельзя. И программа воспитания в школах будет строиться исходя из этого. В рамках стратегии нам необходимо дать ответы на подобные вопросы — указать направление, куда мы движемся.
![](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Фото: Василий Дерюгин / «Коммерсантъ»
Недавно было презентовано новое молодежное движение «Антимайдан», созданное при участии государственных чиновников. Цель — борьба за патриотизм, «крымнаш». Подобные сообщества вписываются в стратегию?
В плане организации общественных структур российское общество еще недостаточно развито. Сейчас нет комсомола и сложно, в отличие от прежних времен, заметить активного и перспективного молодого человека.
В советское время всех загоняли в комсомол, пионерию, партию. И человеку почти невозможно было проявить себя в этом плане, создать какое-то свое сообщество. Тут же прибегут из райкома: «Ты что? Почему без разрешения?» Мы в РУДН изучаем международный опыт о том, какие в университетах мира есть студенческие объединения. На ректорате специально заслушивали доклад по этой теме. Оказывается, есть масса всего — начиная от общества любителей пива, заканчивая обществами любителей темноты или скандалов. Пусть студенты даже раз в месяц собираются на свои заседания, но у них есть неформальные лидеры, структура организации. Такие молодежные организации есть практически при всех крупных партиях в западных странах.
Поэтому мы у себя в вузе агитируем студентов объединяться хотя бы по профессиональному признаку — в общества машиностроителей, агрономов, геологов. Поддерживаем систему КВН. Учился у нас Сангаджи Тарбаев. Начинал с Клуба веселых и находчивых, вывел команду КВН РУДН в чемпионы Международной высшей лиги КВН. Сейчас — член Общественной палаты, сам инициирует и решает ряд важных общественно значимых проектов. Так что я за то, чтобы было как можно больше таких движений. Надо стимулировать участие ребят в общественной жизни, воспитывать лидерство. Конечно, эти организации не должны противоречить стратегии воспитания в стране и их члены обязаны соблюдать закон.
Воспитывать лидеров опасно. Сторонники теории заговоров считают, что нашему государству как раз и не нужны люди, способные анализировать, критически мыслить. Подобные стратегии как раз и пишутся для воспитания болванчиков.
Наоборот, президент, руководство страны транслируют, каких именно людей нам сегодня не хватает. Не тех роботов, о которых вы говорите. В чем сейчас проигрывает страна? В диверсификации экономики. Мы задремали на нефтяной игле. Нам нужны инновации. Без творческих, мыслящих людей они невозможны. Нам нужны креативные люди. Почему все буксует? Потому что не хватает кадров, способных все это сдвинуть.
Задача стратегии воспитания — как раз сформировать людей, мыслящих по-новому. Без этого никакое общество развиваться не будет. Особенно в условиях бума технологий. Раньше была формула: «Миром владеет тот, кто владеет информацией». Сейчас она изменилась: «Миром владеет тот, кто быстрее находит нужную информацию». Сейчас не надо все запоминать. Нажал кнопку, вышел в интернет — и все знаешь. Мы должны создавать класс креативных людей, настроенных на поиск нового.
Оппоненты в качестве доказательства теории создания болванчиков тут же приведут тезис о том, что образование становится менее доступным, увеличивается крен в сторону платных услуг.
Государство в состоянии обеспечить бесплатными дополнительными услугами все 100 процентов населения? Наверное, нет. Даже в богатых США за то, чтобы ходить на теннис, в бассейн, платят деньги. И в России, где не хватает ни кортов, ни бассейнов, — это приходится делать. Вопрос в том, в какой доле определить платное и бесплатное. Станет у нас больше денег, доля бюджетного бесплатного будет расширяться.
![Плакат на одной из улиц Севастополя](https://icdn.lenta.ru/assets/webpack/images/stubs/no_image/wide_16_9.d669b179.jpg)
Плакат на одной из улиц Севастополя
Фото: Василий Батанов / РИА Новости
На одной из пресс-конференций вы сказали, что стратегия воспитания должна учитывать и влияние кризиса. Что имелось в виду?
Сейчас стали очевидны внешние угрозы. Мы должны объяснить детям, что, когда Родине грозит опасность, всем необходимо стать единым целым. Нам сейчас и не снилось, какие существовали противоречия в стране перед войной 1941 года: коллективизация, голодомор в Поволжье, аресты и расстрелы тысяч людей. И вдруг народ раз — и сплотился. Потому что людей так воспитывали. Можно свою Родину критиковать, но по большому счету, когда возникает необходимость, надо забывать все обиды. Так было и во времена Минина и Пожарского. И это тоже надо воспитывать, а не оставлять на самотек или на русское «авось».
А если человек не согласен с тем, что Родина делает, если он считает, что «Крым — не наш» и не хочет вокруг этого сплачиваться?
У нас на президиуме Высшей аттестационной комиссии (присвоение и лишение степеней кандидата и доктора наук — прим. «Ленты.ру») часто бывают такие случаи — человек представил докторскую диссертацию, труд всей жизни, а экспертное сообщество ученых забраковало и отказало соискателю в степени. В обществе реализуются точно такие же модели. У кого-то один взгляд на проблему, но большинство его не разделяет. Гражданин может иметь свое мнение, критиковать государственное. Но при этом следовать законам страны, не вредить ей. А определяет, кто прав и что вредит, а что нет, большинство жителей страны, в том числе через законы, через свое преобладающее мнение в СМИ.