Слива в рождественском пироге

Царедворец Генриха VIII стал дважды героем "Букера"

Культура

Жюри главной британской литературной премии "Man Booker" 16 октября 2012 года во второй раз присудило награду писательнице Хилари Мантел. Шестидесятилетняя англичанка, много пишущая, но редко появляющаяся на публике, стала первой женщиной, дважды получившей эту награду. Мало того, два ее "букеровских" романа – это две части незавершенной еще исторической трилогии. Такого не добивался еще никто за 43 года существования премии.

В 2009 году Мантел наградили за роман "Wolf Hall" (в русском переводе – "Волчий зал"), в котором рассказана история возвышения простолюдина по имени Томас Кромвель из грязи в князи, точнее, в крупного, а на определенном этапе и крупнейшего, политика при дворе Генриха VIII. В 2012 году "Букера" присудили второй части трилогии – "Bring Up The Bodies" ("Внесите тела"). В этой книге Томас Кромвель, проницательный маккиавеллианец, при том отнюдь не лишенный человеческих качеств, продолжает вести сложную многоходовую игру в пользу своего монарха и по возможности всей Англии. Но ставки высоки, и чаша весов вот-вот склонится не в пользу Кромвеля. Его падению Мантел собирается посвятить заключительную часть цикла. Мало кто из комментировавших триумф Мантел не поиронизировал над будущими финалистами "Букера" 2015 года – им, мол, придется по-настоящему тяжело.

Хилари Мантел сделала своего героя последователем Никколо Макиавелли. Она выстроила отношения между Кромвелем и Генрихом по схеме, изложенной итальянским мыслителем в трактате «Государь»: "Есть один безошибочный способ узнать, чего стоит помощник. Если он больше заботится о себе, чем о государе, и во всяком деле ищет своей выгоды, он никогда не будет хорошим слугой государю, и тот никогда не сможет на него положиться. Ибо министр, в чьих руках дела государства, обязан думать не о себе, а о государе, и не являться к нему ни с чем, что не относится до государя. Но и государь со своей стороны должен стараться удержать преданность своего министра, воздавая ему по заслугам, умножая его состояние, привязывая его к себе узами благодарности, разделяя с ним обязанности и почести, чтобы тот видел, что государь не может без него обходиться, и чтобы, имея достаточно богатств и почестей, не возжелал новых богатств и почестей, а также чтобы, занимая разнообразные должности, убоялся переворотов. Когда государь и его министр обоюдно ведут себя таким образом, они могут быть друг в друге уверены, когда же они ведут себя иначе, это плохо кончается либо для одного, либо для другого". (Перевод Г. Муравьевой.)

Британцы так горячо любят Тюдоров, как будто ничего более увлекательного в истории острова больше не было (ну разве что король Артур). Трудно спорить с тем, что монархи этой династии неправдоподобно колоритны, а придумать что-нибудь сложнее, запутанней и кровавей семейной жизни Генриха VIII и ее последствий мало кому под силу. В результате жизнь при Тюдорах музеефицируют, реконструируют, воображают заново. О Генрихе VIII, его женах и дочерях пишут диссертации и беллетристику, издают научно-популярные книги, снимают кино и сериалы. Но, похоже, это бездонный колодец.

Хилари Мантел, прежде чем заглянуть в тюдоровские бездны, написала и опубликовала с десяток книг, среди которых были и драмы из современной британской жизни, и историческая проза. Писательницу награждали средней важности премиями и хвалили от случая к случаю, но о ней мало кто знал даже за пределами Великобритании. Написав о царедворце Томасе Кромвеле, Мантел взошла на литературный Олимп: ее романы печатают большими тиражами и переводят на многие языки.

О Томасе Кромвеле (Оливер Кромвель доводился праправнуком родной сестре Томаса) известно довольно много как о советнике Генриха VIII, политике, локомотиве английской Реформации. Мантел взяла на себя смелость вообразить его человеческие качества и мотивы его поступков. До нее большинство историков и литераторов писали о Кромвеле как о беспринципном интригане, погубившем выдающихся современников, в том числе мыслителя и политика Томаса Мора. В романах Мантел Кромвель оказывается азартным и удачливым игроком в большую политику, тонким психологом, умелым купцом, любящим отцом, гостеприимным меценатом. Он верно служит королю и Англии, добиваясь благополучия монарха и государства макиавеллиевскими методами. Попытки противостоять Кромвелю дорого обходятся его соперникам (он уничтожил Анну Болейн и ее партию при дворе), но цена побед высока, и он знает, что Генрих, с годами утрачивающий чувство реальности и все более подверженный вспышкам иррационального гнева, рано или поздно уничтожит его. Но Кромвеля это не останавливает, он продолжает делать свою работу.

Хилари Мантел. Фото <a href=http://lenta.ru/info/afp.htm>(c)AFP</a>

Хилари Мантел. Фото (c)AFP

Lenta.ru

У Хилари Мантел удивительно хорошо получается реконструировать работу мысли Кромвеля: вот он попадает в ситуацию, вот он ее анализирует и делает выводы, вот он действует холодно и рассудочно. Он, как хирург, рассекает, вырезает, выбрасывает, сшивает заново. Этот прием завораживает читателя, хотя, казалось бы, читатель отлично знает сюжет: Генрих разведется с Екатериной Арагонской и женится на Анне Болейн, потом Анну казнят, а Генрих женится на Джейн Сеймур. Оказывается, что безумно интересно следить за тем, как микроскопические поступки, отдельные фразы, брошенные или уловленные умным и деятельным человеком, способны менять мир. Но Кромвель у Мантел не только меняет мир, он его и отражает: многоопытный купец и дипломат, он объясняет своим собеседникам и заодно читателям, что такое Англия, как ее видят островитяне и как ее понимают в Европе ("Итальянцы говорят, что дорога из Англии в ад хорошо утоптана и идет под горку").

Среди многих достоинств прозы Мантел нельзя не упомянуть чувство меры, которое ни разу не оставляет писательницу: ее романы не перегружены архаизмами, она пишет ясно и экономно, ей не чужды ни ирония, ни сарказм, но она не злоупотребляет ими. Качество ее работы с источниками, судя по отзывам историков, выше всяческих похвал. Мантел не сентиментальна, она не фамильярна со своими героями, она не впадает в морализаторство и не стремится указать параллели в современном мире. Ее сдержанность и такт, чувство игры наравне с уверенным владением материалом – все это располагает и подкупает. Замечательно и то, что Мантел по-прежнему сама очень заинтересована в своем герое. В послесловии к "Bring Up the Bodies" она пишет, что Кромвель остается для нее неуловимым "как лучшая слива в рождественском пироге", но она не оставляет надежды "раскусить" его. Чем не задел для третьего "Букера"?

Комментарии к материалу закрыты в связи с истечением срока его актуальности